В библиотеке

Книги2 383
Статьи2 537
Новые поступления0
Весь каталог4 920

Рекомендуем прочитать

Хомяков А.Церковь одна
Одни считали Хомякова А.С. глубоко образованным человеком в различных областях знания, другие – дилетантом. Но как бы о нем ни судили, надо признать, что А.С. Хомяков был обладателем многих дарований. Одним из этих дарований был дар глубокого понимания церкви. Систематическое изложение учения о Церкви А.С. Хомякова находится лишь в одном из его трудов: "Церковь одна". Это сочинение кратко по объему, просто, понятно и содержит в себе все существенное, что сказал А.С. Хомяков по вопросу догмата о Церкви.

Полезный совет

Расскажите о нашей библиотеке своим друзьям и знакомым, и Вы сделаете хорошее дело.

Алфавитный каталог
по названию произведения
по фамилии автора
 

АвторШепель В.М.
НазваниеИмиджелогия. Как нравиться людям
Год издания2002
РазделКниги
Рейтинг6.28 из 10.00
Zip архивскачать (821 Кб)
  Поиск по произведению

Антропологическая основа имиджелогии

Актуальные проблемы выживания

Наивно создавать привлекательный имидж людей, не придавая значения состоянию окружающей среды, напряжённому ритму жизни людей, устойчивому впаданию их в депрессивные состояния. Такова современная жизнь. В ней много научно-технических и гуманитарных достижений, но немало крайних неудобств для нормального, духовного, душевного и физического существования.

Современное общество стоит перед роковой чертой – экологического вымирания. Чтобы сохранить человеческий род, необходимо объединить его под знаменем общемирового ортобиоза, значит, нужны согласованные меры по оздоровлению природной среды на всей нашей многострадальной планете.

Ещё об одном факте следует поразмыслить. Имеется в виду то, о чем неоднократно писал И.И. Мечников, обратив внимание, что современный человек по-прежнему остается ещё не вполне сложившимся и неполно приспособленным к условиям существования биологическим видом. Иными словами, жизненные функции современного человека неадекватны их биологической сути. В.В. Вересаев эту мысль весьма наглядно проиллюстрировал в книге «Записки врача»: функционально наш глаз предназначен смотреть вдаль, а ему приходится работать в основном на близком расстоянии. Нужен новый глаз, и для этого потребовались очки.

В этой связи хочется возразить Ж.-Ж. Руссо по поводу его высказывания о совершенстве всего того, что выходит из рук природы. Здесь более уместны слова В.В. Вересаева: «Противоестественна организация человека, отставшая от изменившихся жизненных условий. Противоестественно то, что человек принужден на стороне черпать силу, источник которой он должен бы носить в самом себе». Разговор при этом должен идти об умении современных людей выработать нормальное соотношение между своими стремлениями и отправлениями. В достижении этого В.В. Вересаев усматривал «коренное условие человеческого счастья».

По мере обогащения нашего познания о человеке расширяются границы представлений о его энергетической природе. Так, исследования Г. Селье позволили выйти на новый виток изучения человека, прежде всего в познании закономерностей функционирования психики. В контексте наших размышлений особенно привлекательна его концепция об «адаптационной энергии». По мнению Г. Селье, в каждом из нас имеется некое количество адаптационной энергии, израсходовав которую организм становится неприспособляемым к условиям жизни, а потому обречён на погибель.

Проблема ресурсов нашей адаптационной энергии приобретает особую актуальность. Обилие социально-экономических и бытовых неурядиц, «информационный бум», значительное изменение природно-климатических условий (например, грозящий «парниковый» эффект) – всё это своеобразные «факторы риска», преодоление которых предполагает большие затраты адаптационной энергии людей. Её значение возрастает и потому, что эти факторы ещё более усугубляют неприспособленность человека к ним по причине несоразмерной слабости его нервной системы.

Обращая внимание на подобные факты, И.И. Мечников писал: «Человек в этом отношении страшно отстал от жизни. Жизнь требует от него всё большей нервной энергии, всё больше умственных затрат: нервы его неспособны на такую интенсивную работу, и вот человек прибегает к возбудителям, чтобы искусственно поднять свою энергию».

В этом объяснении заложен ответ на многие вопросы социального поведения людей. Природная слабость нашей нервной системы – её плюс и минус. Плюс потому, что благодаря этому свойству она обладает изумительной пластичностью, чем неоднократно восхищался И.П. Павлов, видя в этом изумительную способность человека адаптироваться к самым различным условиям жизни. Минус же в том, что не всякие натяжения в жизни нервная система выдерживает, о чём свидетельствует возрастающая смертность людей в цветущем возрасте, повышенный спрос на наркотики, динамика самоубийств. Таким образом, необходимо разумно обращаться со своей нервной системой, знать, какие генетические особенности ей присущи, видеть перспективы одоления этого недуга. Остальные заболевания – это результат недооценки людьми так называемых факторов риска, нарушения элементарных норм обращения с самими собой. Как здесь не вспомнить слова Сократа: «Высшее искусство – безупречная человеческая жизнь».

Понятие «безупречная жизнь» в качестве важной составляющей включает и достойный личностный имидж.

Ортобиоз – гарантия жизнедеятельности

Как же современному человеку сохранить свой род и продолжить его совершенствование?

По исследованиям известного культуролога А. Тойнби современные люди во временном измерении своего существования освоили всего лишь четыре процента исторического времени. С одной стороны, это свидетельствует о нашей перспективе по мере проживания облагородить себя и создать наиболее достойные условия жизни, а с другой – это предупредительное напоминание: в историческом измерении люди ещё так мало прожили вместе, а уже создали столько негативных проблем, интенсивно укорачивающих их возрастные границы существования.

Итак, особое значение необходимо придавать своему здоровью. Как утверждали древние греки, оно является мерой всех удовольствий. Здоровый человек достойно воспринимает и радости, и горести. Известный отечественный педагог П.Ф. Каптерев писал, что каждого надо с малых лет «морально закаливать», т.е. готовить к перенесению без каких-либо психических травм всего того, что он может встретить на своём жизненном пути.

Что такое здоровье?

Древнеримский врач Гален подразделял состояние человеческого организма на три категории; здоровье, болезнь и промежуточное состояние. Более оптимистична классификация здоровья и болезней, предложенная Авиценной. Он называл шесть степеней нашего состояния: тело здоровое до предела; тело здоровое, но не до предела; тело в хорошем состоянии; тело, быстро воспринимающее здоровье; тело, больное легким недугом; тело, больное до предела.

При таком раскладе у каждого из нас больше перспектив определить своё соматическое и душевное состояние. Если к этой классификации добавить внутривозрастную градацию (по основным нишам возраста), то для многих людей появится свет в тоннеле жизни. Зная, что моё тело не больно до предела, я не буду испытывать духовной надломленности, а потому разум и воля организуют мои усилия по укреплению здоровья. В жизни немало примеров, подтверждающих полезность подобной логики рассуждений и поведения людей.

Подобный психологический настрой выступает предпосылкой духовной самоорганизации человека, что обостряет в его сознании инстинкт самосохранения и потребность в самосбережении здоровья. Только при таком настроении может появиться рациональный интерес к познанию своего организма, сознательному контролю над механизмами возникновения болезней и выбору оптимальных моделей своего поведения, в том числе имиджа. Прежде всего, тех моделей поведения и имиджа, благодаря которым максимально нейтрализуются «факторы риска», соблюдается разумный режим личной жизни, сводящий к минимуму какие-либо потери в здоровье.

Особым психотерапевтическим эффектом обладает привлекательный имидж личности, благодаря которому она пожинает плоды внимания к себе. Надо ли особо говорить о том, какое одухотворяющее воздействие оказывает на каждого из нас людское признание и симпатия!

О том, какова роль внимания в жизни людей, прекрасно сказано в книге М. Кнебель «Поэзия педагогики»: «Внимание – своеобразные щупальца, данные человеку для общения с окружающим его миром. Чем цепче внимание человека, тем больше он замечает в жизни, тем глубже проникает в суть явлений. Внимательному человеку интереснее живется. Он больше других получает, он содержателен, его внутренний мир манит окружающих людей».

Следует иметь в виду двойной эффект внимания. Благодаря вниманию человек прекрасно взаимодействует с другими. Благодаря вниманию он получает возможность обогащать свой внутренний душевный и духовный мир.

Возможно ли такое? Если обратиться к научно-популярной медицинской литературе, и особенно геронтологической, то можно найти немало фактов, свидетельствующих о том, что долгожители – это люди, прожившие более ста лет благодаря огромному оптимизму и разумному образу жизни. При этом они находятся в здравом уме, трудятся и не отягощают своим присутствием родных и знакомых. Они редко обращаются к врачам, почти не употребляют фармакологического снадобья. В их жизни четко прослеживается логика умеренности по отношению к материальным благам, т.е. они никогда не были «рабами вещей», не превращали пищу в культ, были воздержаны от страстей.

В этом несложно убедиться, ознакомившись с их основными устоями жизни:

  • умение быть терпимым. Стойко переносить тяготы жизни, не впадая в уныние. Не быть завистливым и в основном рассчитывать на свои силы. Проявлять настойчивость в поставленных перед собой целях;
  • открытость к общению. Дружелюбие и доверительное отношение к людям. Чаще соблюдать мудрый совет Марка Аврелия: «Что бесполезно для улья, то бесполезно и для пчелы»;
  • любовь к детям. Они звенья в цепи преемственности поколений. В них воплощается всё то, что сделано их родителями. Вера в них основа семейного благополучия;
  • самообладание и оптимизм. В жизни неизбежны неприятности и горе. Нужно быть готовым к таким поворотам судьбы. Не падать духом, не обращаться к какому-либо зелью. Никогда не терять чувства радости и доброты;
  • забота о стариках. Внимательное обхождение с ними. Проявление искренней заботы об их нуждах. Признательное отношение в семье. Всяческая поддержка у них ин тереса к общественной жизни. Покровительство их возрастным желаниям;
  • актуализированное трудолюбие. Активная настроенность на труд. Преобладание в его структуре физических усилий. Разумное чередование труда с отдыхом. Основное время труда на свежем воздухе;
  • отсутствие злопамятности. Никаких дурных мыслей в голове. Неумение помнить обиды. Принимать людей такими, какие они есть. Высвобождение своей памяти от личных невзгод, неприятных воспоминаний;
  • природная пища. Натуральное питание, в котором значительное место занимают молочные продукты, овощи, фрукты, домашний хлеб. Признание полезности сухого вина. Неприятие алкоголя и кофе. Недопустимость переедания.

Из восьми названных устоев жизни долгожителей только последний связан с материальным фактором. Все остальные – психологического и нравственного характера. Другими словами, если рассматривать наше здоровье как сложную систему, включающую физическое, психическое и нравственное состояние человека, то у долгожителей психолого-этические показатели активно преобладают.

Обратим внимание на тесную взаимосвязь ортобиотики – науки о технологии ортобиоза – с имиджелогией. Ведь назначение имиджелогии в том, чтобы, создав привлекательный имидж, помочь человеку психологически и нравственно чувствовать себя уверенно и оптимистично.

Оптимизм – главный критерий ортобиоза

Сенека утверждал: «Пример более укорачивает путь к мудрости, нежели правила». Вот почему следует внимательно отнестись к опыту долгожителей. Тем более если речь идёт не о единичных случаях, а о фактах, многократно описанных в геронтологической литературе, которая свидетельствует, что здоровая среда, разумное питание, комфортное социальное окружение, жизнелюбие и увлеченность трудом приоритетные факторы, позволяющие сберечь здоровье людей, обеспечить оптимальные модели поведения, привлекательного имиджа.

Именно те модели поведения и имиджа, при которых блокируются механизмы заболевания человека.

Давным-давно английский мыслитель Джон Леббок в книге «Успехи и радости жизни» писал, что истинная слава нации состоит не столько в обширности её владений, плодородии почвы или красоты её природы, сколько в высоте нравственного и умственного уровня народонаселения. Не правда ли, метко сказано! При всех наших успехах в научно-техническом развитии, в накоплении огромного информационного банка мы ещё не достигли истинных цивилизационных успехов. Ибо их мера – продолжительность человеческой жизни, масштабность овладения технологиями самосбережения здоровья, оптимизм гражданского самочувствия.

Это время грядёт. Есть основание верить, что к 2005 году наука сумеет установить контроль над химическими процессами старения и продлить человеческую жизнь примерно на 50 лет.

Всё большее внимание привлекают к себе экологические проблемы. Люди, в конце концов, поймут, что разумнее не вырубать деревья, а рассаживать их. Так, один гектар лиственных деревьев отфильтровывает 40 – 50 т пыли в год, а один гектар дубовых деревьев выделяет 830 кг кислорода.

При всем этом главное – умонастроение людей по отношению к своему здоровью. «Все моральные учения, писал Альбер Камю, основываются на той идее, что действие оправдывается и перечёркивается своими последствиями». Вот почему так необходим жизненный оптимизм людей, который ориентирует их «практический рационализм» по отношению к своему здоровью, помогает им избежать в их жизнедеятельности нежелательных для здоровья последствий.

Если обратиться к этимологии слова «оптимизм», то в переводе с латинского оно обозначает наилучший. Благодаря усилиям немецкого философа, математика, физика и языковеда Г.В. Лейбница, который по просьбе Петра I разработал первый проект развития образования и государственного управления в России, была создана теория оптимизма. Это учение о существующем мире как наилучшем из возможных.

С тех пор оптимизм стал рассматриваться как стержень философских взглядов на жизнь, как духовная энергетика че ловека. Вот почему столь высока значимость оптимизма для жизнедеятельности людей. Они могут быть разными по темпераменту или по мировоззрению, но если им присущ оптимизм, то они наиболее активны и целеустремлённы. Такие люди в силу своего духовного настроя ориентированы на принятие необходимых мер по самосбережению своего здоровья. Они просто хотят жить и готовы выслушивать советы и следовать рекомендациям, способствующим продлению их жизни. В наше время трудно посетовать на отсутствие подобных советов и рекомендаций. Их более чем достаточно. В первую очередь отметим рост популярной медицинской литературы, что вполне понятно. Как писал сельский врач и писатель В.В. Вересаев, нет ни одной науки, которая приходила бы в такое непосредственно близкое и многообразное соприкосновение с человеком, как медицина. При этом обратим внимание, что её главным объектом является «болезнь» или её симптомы. Для подтверждения этой мысли обратимся к высказыванию Г.П. Боткина: «Врач лишь помогает организму справиться с болезнью, справиться его собственными защитными приёмами». Чем выше уровень медицины и профессиональная компетентность врача, тем лучше у него это получается.

Ортобиотика – российские истоки

Имеется ещё одна отрасль научно-практического знания, имеющая прямое отношение к теме нашего разговора. Это ортобиотика, созданная на основе концептуальных положений об ортобиозе лауреата Нобелевской премии в области физиологии и медицины И.И. Мечникова. Основы ортобиотики, а точнее её теория и методология, изложены И.И. Мечниковым в книгах «Этюды о природе человека» и «Этюды оптимизма». Такое название книг не случайно. Русский учёный, развивая свои взгляды на науку по «уходу за собственной персоной», отмечал, что следование правилам ортобиоза (разумного образа жизни) в высшей степени облегчает проявления высших способностей человеческой души. Он был глубоко убежден, что суть ортобиоза – обеспечить развитие человека, чтобы он достиг долгой, деятельной и бодрой старости, приводящей к чувству насыщения жизнью и смиренного желания смерти.

Чтобы ускорить вхождение ортобиотики в наш менталитет, предстоит предпринять немалые усилия, чтобы преодолеть в сознании людей стереотип небрежного отношения к своему здоровью и выработать критическое отношение к своим знаниям, ибо можно многое знать, не зная самого нужного. И, конечно, важна привычка самоконтроля за своим здоровьем.

В чём отличие ортобиотики от медицины и геронтологии, с которыми она тесно соприкасается? Может, нет особой целесообразности в теоретико-методологической и прикладной разработке ортобиотики как самостоятельной научно-технологической дисциплины?

Как правило, в подобной гносеологической риторике решающее значение имеет аргументация по поводу наличия у новоявленной дисциплины своего объекта и предмета исследования.

Итак, в отличие от медицины, объектом которой является болезнь, и геронтологии, объектом которой является процесс увядания человеческого организма, объектом ортобиотики является технология самосбережения людьми здоровья и наполнения их жизненным оптимизмом.

Кроме того, в ортобиотике используется несколько иной подход к понятию «здоровье». В ней оно рассматривается как единство трёх составляющих: физического, психического, нравственного здоровья.

Ни медицина, ни геронтология, ни даже валеология не пользуются подобной методологией. Перспектива сбережения здоровья людей во многом зависит от научного уровня развития медицины, геронтологии и других дисциплин, занимающихся человеческим организмом. Подпитываясь их достижениями, ортобиотика по своей практической значимости прочно займёт среди них первое место.

На чём основано такое предположение?

Прежде всего, на том, что международная статистика по здравоохранению свидетельствует: в обеспечении жизни людей приоритет принадлежит образу их повседневной деятельности, культуре обращения с самим собой.

Согласно факториальному анализу, образ жизни представляет 60 – 70% в общей структуре факторов выживаемости современных людей.

Предназначение ортобиотики – дать научно обоснованные рекомендации на этот счет. Ортобиотика разрабатывает технологии каждого возрастного этапа жизни людей. Она носит превентивный характер, ее наработки призваны помочь людям упреждать какие-либо нежелательные процессы в их физическом, психическом и нравственном здоровье. Для ортобиотики нравственные проблемы чрезвычайно много значат, как и проблемы психологические.

Итак, ортобиотика – это наука, синтезирующая обширный круг различных научных и технологических знаний. Ортобиотику можно считать теоретико-прикладной основой человековедения. Она является антропологической основой для целого ряда теоретических и технологических дисциплин, в тесном соприкосновении с ней находится имиджелогия.

Вопросы для самопроверки

  1. Каковы составляющие правильного образа жизни?
  2. Чем полезны знания по ортобиозу при работе над имиджем?
  3. Какие рекомендации по ортобиозу Вы используете?

Рекомендуемая литература

  1. Мечников И.И. Этюды оптимизма М., 1964.
  2. Каптерев П.Ф. Избранные педагогические сочинения. М., 1982.
  3. Шепель В.М. Ортобиотика М , 1996.

Философия имиджелогии

Имиджелогия как реальность

Имиджелогия как научная дисциплина, как теоретическая основа воспитания и формирования профессионала не укладывается ни в одну из существующих и изучаемых общефилософских теории и не объясняется в своей специфичности ими, и, следовательно, требует специальной разработки «своей» философии, основанной на ее особенностях и закономерностях.

Имиджелогия как научная область знания только в той степени соответствует своему учебному образующему предназначению, если изначально направлена на эстетико-этическое формирование личности. Если в любой другой специальности расхождения между процессом овладения знаниями и характерологическими особенностями личности нежелательны, то в имиджелогии они недопустимы.

Имиджелогия самим фактом своего существования в качестве учебного предмета требует своей философии, в то же самое время, пусть и не в достаточно развитом, свернутом виде, сама является философией. И дело не в том, что она исходит из высочайших принципов гуманизма, ставя во главу угла человека – таких наук много, а в том, что изначально, кроме человека, для нее ничего не существует.

И самое любопытное, что подход к человеку с позиции имиджелогии не укладывается ни в традиционные общефилософские трактовки «субъективизм – объективизм», ни в синергетические состояния неопределенности, ни в объяснительные современные теории конфликтов, ни в какую бы то ни было известную теорию исповедующую антропологический принцип. Имиджелогия как творение изначально создавалась только для человека, безотносительно к каким бы то ни было другим сторонам общественного бытия. Созданная на определённом этапе исторического развития, она, по сути, из-за своей единственной целевой ориентации на человека не исторична. И развитие её однозначно и прямо пропорционально определяется одной-единственной мерой – степенью служения человеку, оказываемой лично ему помощью в самореализации, в не умозрительном, а действенном раскрытии его индивидуальности.

И если все остальные научные дисциплины видят своё предназначение в познании и объяснении реальной действительности, то имиджелогия изначально обрекает себя на служение каждому конкретному человеку, помогая ему раскрыть то единственное и неповторимое, что выражает его индивидуальность, что отличает его от других. Имиджелогия не провозглашает, как это делают гуманистично ориентированные философские учения, что человек – это высшая ценность, потому что он – человек и всё, что связано с его социальным самочувствием, самооценкой, личностным своеобразием, исключающим самую возможность нивелирования, является для неё единственной ценностью.

И именно отсюда проистекают фундаментальные истоки философии имиджелогии, её автономность, содержательная обособленность и необходимость изучать её тем, кто готовится стать специалистом-имиджеологом. Отсюда же – её фундаментальные, принципиальные отличия от философии, преподаваемой в вузах и основанной на едином государственном стандарте, и обоснование необходимости её разработки как самостоятельного учебного предмета.

Особенности философии имиджелогии

Непреходящее величие философской мысли покоится на удивительном, не всегда замечаемом, глубоко скрытом в силу своей диалектичной парадоксальности феномене. Философия создаёт обобщённые, самого высокого уровня абстракции теории, которые затем же сама дополняет, изменяет и опровергает. Любая философская концепция – это промежуточная срезовая констатация неостановимого процесса познания, непрекращаемого духовного поиска ответов, на который в силу своего существования обречён человеческий разум. Создаваемые ею каноны с неизбежностью разрушаются. И объяснение этому одно-единственное – не жизнь в её неостановимом непрерывном развитии соотносится с канонами, теориями, учениями, а, наоборот, каноны, теории, учения соотносятся с жизнью. В этом и только в этом значение и предназначение философии как вершины человеческой рефлексии.

Причём именно рефлексии, потому что философия для своих выводов и обобщений, не располагая никакими специальными методами и средствами, кроме непосредственно проявления самой мысли, вглядывается во всё происходящее, уходящее или возникающее как в познаваемую действительность. И фиксация в ней новых характеристик, событий, фактов обусловливает необходимость их осмысливать адекватно происшедшим изменениям. Философия, не используемая в идеологических и политических целях, изначально ставит себя в полную зависимость от фактов, от происходящих в реальной действительности изменений, видя своё предназначение именно в реализации объяснительной функции, превращающей её в фундаментальную основу духовного человеческого бытия. И, может быть, Л. Фейербах, исходивший из признания за философией только этой функции, был не так уж далёк от истины.

Отсюда один непреложный вывод: не философия рождает факты, а, наоборот, из фактов рождаются философии и в случае своей исключительности требуют создания своей философии. Возникновение имиджелогии как состоявшегося факта – именно такой случай. Причём чрезвычайно любопытный.

Ведь в принципе в имиджелогии нет ничего ранее неизвестного не только эмпирической человеческой наблюдательности, но и многочисленным антропологическим теориям. В строго научном смысле она может рассматриваться как составная часть антропологии, что и делается прямыми создателями и разработчиками имиджелогии. Так что же изменилось?

Да, действительно, всё, что связано с восприятием человека человеком, другими людьми, что связано с внешним обликом, самой возможностью наилучшим образом выглядеть, во все времена не могло не интересовать каждого живущего.

И в социальном, и в биологическом аспекте эти проблемы всегда интересовали и волновали людей. Какой силой влияния на общество обладает хотя бы одна только мода!

А какие усилия в течение многих веков прилагались и продолжают прилагаться сторонниками антропологизации социальных отношений – это также не могло не сказаться на имиджелогии. И, по сути, историческое слияние эмпирического опыта и духовных и интеллектуальных усилий, раскрывающих человека как высшую ценность, создало предпосылки для возникновения имиджелогии. Так что её можно рассматривать как причинно обусловленное следствие реальных процессов развития опыта, знаний, культуры. В силу чего преподавание имиджелогии как учебного предмета немыслимо без глубокого изучения философии.

Но из сколь угодно глубокого и всестороннего объяснения процессов, развития философской мысли, составляющих ее учений не вытекает сущностное и необходимое раскрытие имиджелогии как профессии.

И в этом принципиальная суть рассматриваемой проблемы. Имиджелогия буквально требует разработки собственной философии с того момента, когда на передний план выходит проблема формирования специалиста-имиджеолога, призванного реализовать, практически воплотить в жизнь её принципы и требования. И именно эта личность имиджеолога должна характеризоваться как профессиональными знаниями и умениями, так и мировоззренческими исходными установками, изначально определяющими самую возможность и право осуществлять практическую деятельность.

А такую задачу не может решать унифицированная философия, потому что некоторые из её положений не только должны быть критически переосмыслены, но и отринуты.

И первое из них – это всё, что связано с философскими объяснениями природы целеполагающей деятельности. Исходя из того, что цель исторически и социально проявляется и возникает как потребность, философия, отталкиваясь от реальных фактов, ставит и диалектически решает проблему «цель – общество – личность». Отталкиваясь от противоречивости процесса исторического развития, она не только констатирует, но и допускает, когда речь идёт о цели, возможность инверсии (лат. inwersio – перестановка). Исходя из относительности истины, ценностей как таковых, противоречивости интересов, отношений общества и личности, допускается возможность подходить к человеку, рассматривать его как средство достижения выдвигаемых целей. С позиций философии, как это ни прискорбно признавать, человек, его достоинство, самолюбие, гордость, самая жизнь могут быть признаны менее значимыми, чем цели, возникшие перед обществом или выдвинутые последним. С позиций философии имиджелогии подобное изначально невозможно. Ни при каких обстоятельствах.

Для имиджеолога изначально нет и быть не может ценности выше, чем данный, не абстрактный, не усреднённый, а конкретный человек, с которым предстоит работать. И поэтому цели, стоящие перед имиджеологом, сконцентрированы только на личности именно этого человека и за пределы его потребностей и возможностей ни при каких обстоятельствах не выходят.

Отсюда первоочередной задачей, определяющей всю последующую работу по обучению профессионала-имиджеолога, является формирование его личности, не только узнавшей о недопустимости инверсии, но и изначально, внутренне не допускающей такой возможности. Для которой всё, что выходит за пределы данного человека, его личных потребностей и запросов, – табу.

Нетрудно понять, насколько сложно воплотить в жизнь эту задачу, противоречащую, как правило, реальному личному опыту будущего специалиста, реальной действительности, в которой он формировался и живёт. Но это только подчёркивает её актуальность и неотложную необходимость решения.

Исходя из современной организации учебной деятельности в высшем учебном заведении, именно философия имиджелогии в силу своих сущностных отличий от унифицированной философии может этому способствовать. А отличия эти проявляются во всём, начиная с фундаментальных категорий, таких, как «объективное» и «субъективное», «абсолютное» и «относительное», «всеобщее, особенное и единичное», и кончая категориями «время» и «пространство».

И именно из этой совокупности противоречий проистекает осознание необходимости разрабатывать философию имиджелогии, отражающую её специфическую содержательность, и целенаправленно её использовать как средство формирования личности специалиста-профессионала.

Категории философии имиджелогии

В философии категории определяются как «предельно общие, фундаментальные понятия, отражающие наиболее существенные, закономерные связи и отношения реальной действительности и познания. Будучи формами и устойчивыми организующими принципами процесса мышления, категории воспроизводят свойства и отношения бытия и познания во всеобщей и наиболее концентрированной форме». Но категории сами по себе не являются априорными формами мышления, а создаются и развиваются, корректируются и дополняются по мере познающего углубления в изучаемую действительность. Не категории создают выражаемую в них область знаний, а, наоборот, начинающая существовать, заявляющая о своём существовании новая область знаний неодолимо создаёт и развивает имманентную совокупность исходных категорий, через которые и благодаря которым она институируется, переставая быть кантовской «вещью в себе».

Исходные фундаментальные категории нового философского знания, таким образом, не только его отражают, но обеспечивают самую возможность его существования и развития, и, естественно, его изучения. Философия, необходимость возникновения которой предопределяется фактом объективного существования явления, сущностно не отражаемого в наличествующих категориях, может стать предметом изучения только на основе своего категориального ряда основных понятий. И философия имиджелогии в этом отношении не исключение.

Её реальное бытие, развитие и сама возможность целенаправленного влияния находятся в прямой зависимости от степени разработанности исходных фундаментальных категорий. В отличие от известных философских учений, обладающих разработанными рядами исходных понятий, самодостаточных в своей содержательной определённости, философия имиджелогии, когда речь идёт об обучении, обладает преимуществами. Её исходные категории, представляющие специфическую содержательность создающей их философии, могут раскрываться не как «застывшее», канонически сформулированное, не нуждающееся в доказательствах знание, а как адекватная имиджелогии необходимость, «схватывающая» искомую исключительность, и этим самым убедительнее всего реализующая свою обучающую функцию. Причём эффективность обучения усиливается и благодаря тому, что категории философии имиджелогии раскрываются и формируются на контрастном сопоставлении с традиционными философскими категориями, что позволяет, с одной стороны, опираться на уже наличествующие у обучающих знания, с другой – использовать сопоставление как совокупность аргументов, доказывающих необходимость именно такой содержательной наполненности каждой из рассматриваемых категорий и, следовательно, являющихся исходной системой доказательств, раскрывающих специфичность и автономность философии избранной ими профессии.

По сути, становление имиджелогии как научной области знаний у нас в стране началось с появления фундаментальных работ В.М. Шепеля. Ему удалось обосновать необходимость практического использования накопленных в области «человековедения» знаний, доказать их общественную значимость, отражающую в органичной целостности концентрированно выраженную совокупность социальных потребностей и, что не менее важно, всесторонне сформированную готовность их теоретического осмысления и путей разноуровневого профессионального удовлетворения. При этом В.М. Шепель особое внимание обратил не только на то, что предстоит профессионально делать будущему имиджеологу, но и на необходимую совокупность условий, при которых и благодаря которым он сумеет выполнить свою задачу. И именно с них, с этих условий, и возникает сама необходимость разработки автономной философии имиджелогии.

Ведущим, определяющим, фундаментальным условием, без которого эта профессия невозможна, объявляется такое качество, такая неотъемлемая черта личности, как обаяние. В.М. Шепель, проанализировав и исследовательски раскрыв сущностные характеристики межличностных контактов, вынужденно приходит к выводу об объективной необходимости наличия у имиджеолога такой личностной характеристики, как исходной основы профессионального общения. Таким образом, обаяние априори должно быть свойственно личности профессионала-имиджеолога. И, следовательно, либо имиджеологами могут становиться некоторые люди, от природы обладающие необходимым для этого обаянием, либо эта характеристика не только природно даруема, но и целенаправленно приобретаема. Признание справедливости первого утверждения, по сути, отказывает самой имиджелогии в праве существования как научной области знания, второго – не только требует определённой профессиональной готовности, но и принципиально изменяет установившиеся с позиций традиционной философии исходные фундаментальные категории, наполняя их в ряде случаев диаметрально противоположным содержанием. Ибо, не только признав самостоятельным, автономно существующим объект исследования и деятельности мир межличностных отношений, но и управляемую возможность влиять на них, имиджелогия принципиально изменила трактовку таких категорий, как «объективное» и «субъективное».

И дело здесь не в противопоставлении этих категорий, когда одному приписываются свойства объективного, не зависимого от нашего сознания существования, а другому – возможность отражать его в своих ощущениях и сознании, или когда первый несёт в себе сущностные, закономерностные свойства, а второй обладает способностью их познавать и использовать. Суть привносимого имиджелогией подхода к трактовке философских категорий в том и состоит, что исходной, фундаментальной основой бытия и его философии является именно субъективное. И только субъективное. А всё остальное, включая и объективно существующую реальность, может рассматриваться как сопутствующая совокупность условий, с которыми при необходимости можно считаться, а можно и нет. Мир межличностных отношений, личностно значимых ценностей, личностных установок, привязанностей, убеждений – единственная объективно существующая с позиций имиджелогии реальность, потребности которой нельзя не учитывать, ради которой – и только ради которой – действует профессионал.

Исходя из такой трактовки категории «субъективное», философия имиджелогии выстраивает не только ряд своих исходных понятий, но и целевую предназначенность имиджелогии. Именно с позиций такого понимания «субъективного» проистекает выведение сущностных особенностей профессии, принципиально отличающейся от всех других, реализующих себя в межличностных отношениях. В первую очередь педагогических.

Имиджеолог – не педагог и не воспитатель. У него нет и быть не может «своих» целей, «своих» задач, своих интересов, в чём-либо направленных против личности. Он изначально служит ей, и только ей. И выше её потребностей, её интересов у него ничего нет. Сама постановка вопроса о соотношении общественных и личных интересов, способная хоть в чём-то ущемить личность, для имиджеолога – по глубочайшей внутренней убеждённости – недопустима и невозможна.

Признавая необходимость профессиональной концентрированности на личности, философия имиджелогии подчиняет именно этой парадигмальной установке содержательное наполнение своих основополагающих категорий. И, естественно, извлекает необходимые для обеспечения эффективной профессиональной деятельности следующие из них выводы. Исходя из их категоричности и определённости, их можно использовать и в качестве правил, ориентированных не только на соответствующее мировоззренческое влияние, но и на необходимость руководства непосредственно в практической деятельности.

Подчиняя свою деятельность интересам личности, профессионал-имиджеолог руководствуется трактовками исходных категорий с позиции философии имиджелогии.

И это относится в равной степени не только к соотнесению «объективного» и «субъективного», но и «абсолютного» и «относительного», «всеобщего, особенного, единичного» и т.д.

Если с общефилософских позиций всё «относительно», то в межличностных отношениях ничего «относительного» нет и быть не может. Всё – абсолютно! Отсюда – уровень такта, культуры общения, способность понимать другого человека, проникать в его внутренний мир и, конечно, в эмоциональное состояние в данную минуту. Отсюда каждое внутреннее и внешнее движение профессионала, каждое проявленное к личности отношение может быть отражением глубоко сформированного отношения к конкретному человеку как к высшей, ни с чем не сопоставимой ценности.

И точно так же обстоит дело с соотношением категорий всеобщего, особенного, единичного. Для имиджеолога изначально не существует этого триединства в каком бы то ни было противопоставлении и различии. Они образуют органическую, неразрывную целостность, обусловленную целостностью личности, с которой и ради которой работает имиджеолог.

В равной степени это относится к таким фундаментальным категориям, как время и пространство.

С общефилософских позиций «пространство и время – всеобщие формы бытия материи», «к всеобщим свойствам пространства и времени относятся: объективность и независимость от сознания человека; абсолютность как атрибутов материи; неразрывная связь друг с другом и с движением материи; количественная и качественная бесконечность». В сфере межличностных отношений, являющихся объектом имиджелогии, эти понятия трактуются не только иначе, а диаметрально противоположно.

Соотнося эти различия в выше представленной последовательности, необходимо отметить, что имманентными свойствами пространства и времени с позиций философии имиджелогии являются:

  • субъективность и полная зависимость от сознания человека;
  • полная субъективность восприятия;
  • произвольно разрываемая связь между ними;
  • количественная и качественная конечность проявления в межличностных отношениях, их управляемая завершённость.

При этом принципиально важна диаметрально противоположная общая трактовка пространства и времени с позиций межличностных отношений. И суть этих различий состоит в том, что они не только формы, но и имманентные характеристики непосредственно создаваемых и управляемых отношений. И именно эта трактовка исходных фундаментальных категорий изначально способна ориентировать практика на достижение эффективных результатов.

Имиджелогия – системообразующая мера образования

У анализируемой проблемы есть ещё один аспект, рассмотрение которого с философских позиций позволяет не только более полно выявить специфические особенности имиджелогии как науки, но и раскрыть оптимальные возможности её использования в учебном процессе как учебного предмета.

Исходя из современной дидактики как его теоретической основы, наука, несомненно, составляет органичную часть учебного предмета, но при этом не тождественна ему. В этой связи имиджелогия, одновременно являясь новой областью научного знания и учебным предметом, не только составляет ядро содержания учебного предмета, оказывая на него определяющее влияние, но и сама подчиняется закономерностям образования как целенаправленно организованной деятельности.

И в этой связи она в качестве учебного предмета, призванного стать основой подготовки специалистов в стенах вуза, во многом органично сливается с концепцией философии образования, разрабатываемой лабораторией «Философия образования» Института теории образования и педагогики РАО.

В отличие от существующих традиционных трактовок и целевой предназначенности философии образования отстаивается назревшая, соответствующая происшедшим в мире изменениям и актуальным потребностям мира образования принципиально новая концепция.

В самых общих чертах её суть сводится к тому, что образование, несомненно являясь составной частью социума, со всеми вытекающими из этой зависимости последствиями, в то же время настолько автономно, что его развитие определяющим образом сказывается не только на нём самом, но и на социуме. И дело здесь не только и не столько в том, что образование способно напрямую влиять на развитие общества, сколько в том, что мир образования функционирует по своим закономерностям.

В отличие от социума, развитие которого всецело подчиняется социальным закономерностям, мир образования, будучи не только искусственно, целенаправленно созданным, но и продолжающим искусственно создаваться, требует всемерно учитывать именно это своеобразие, без чего невозможно обеспечить оптимальность его функционирования и развития и, в конечном итоге, удовлетворить потребности и запросы социума.

Любой учебный предмет, используемый в учебно-воспитательном процессе и для обеспечения оптимальности этого целенаправленного использования, с позиции философии должен быть представлен и раскрыт не только содержательно, не только в совокупной целостности с присущими ему методами, но и в необходимом для себя пространстве и в требуемом для этого времени. Исходя из того, что обучение не может осуществляться без обеспечения требуемого уровня восприятия со стороны обучающихся, любой учебный предмет, естественно, включая имиджелогию, должен проектно и программно строиться, включая в себя необходимые решения использования создаваемого пространства и требуемого для этого времени.

В проведенном нами исследовании получила подтверждение гипотеза о наличии в мире образования разных видов времени, включая интегративное педагогическое время, необходимое для постановки и практической реализации любых программных целей. Философское обоснование необходимости принципиально иной трактовки категории «время» создаёт необходимые методологические основания для решения управляемого, всесторонне обеспечиваемого развития образования, естественно, включая решение задач имиджелогии, исходя из ее специфичности и своеобразия.

Исследовательские и педагогические коллективы, руководимые В.М. Шепелем, многое сделали для разработки имиджелогии как теоретической дисциплины и методики и учебной практики подготовки и переподготовки педагогических кадров. В комплексной разработке новой отрасли научного знания создание философии имиджелогии и ее целенаправленное использование в учебно-воспитательном процессе станет необходимым этапом в решении столь актуальной в современных условиях проблемы.

Вопросы для самопроверки

  1. Место философского знания в имиджелогии.
  2. В чем суть философии имиджелогии?
  3. Какое значение для формирования философии имиджелогии имеет концепция В М. Шепеля об имидже как феномене и как понятии?

Рекомендуемая литература

  1. Макиавелли Н. Государь Минск, 1998.
  2. Мечников И.И. Этюды оптимизма М., 1964.
  3. Турбовской Я.С., Провоторов В.П. Диагностические основы педагогического целеполагания М., 1996.
  4. Шепель В.М. Имиджелогия: секреты личного обаяния. М., 1997.

Пространственное творчество имиджелогии

Социокультурные предпосылки

Современная ситуация с точки зрения происходящих качественных изменений в обществе уникальна. Она являет собою время и процесс качественного обновления традиционных средств познания и преобразования действительности. Естественнонаучная парадигма уступила лидерство новой парадигме – гуманитарной.

Эта ситуация смены парадигм стала следствием цивилизационных процессов, в частности научно-технического прогресса, качественно изменившего представления человека и о его возможностях, и о его месте в мире как центральной фигуре мироздания, оказавшейся, кстати, наименее изученной. Поэтому исследовательский взор стал активно перемещаться с феномена «объект» (мир, машина, технология) на феномен «субъект» (человек, общество, цивилизация), отражая и формируя вновь становящуюся гуманитарную парадигму, требующую видеть и понимать мир прежде всего через человека, как зависящий от человека, как изменяющийся посредством человеческих потребностей и возможностей (Н.А. Бердяев, В.И. Вернадский, Д.И. Менделеев, К.Э. Циолковский и др.).

Этот переход предсказывали и описывали многие ученые. Так, французский социолог Р. Арон теоретически доказал, что постиндустриальная цивилизация неизбежно сменит собою промышленную, и этот процесс уже начался во второй половине XX века. Американские социологи отмечают, что с середины XX века начался процесс становления новой цивилизации – цивилизации электронных орудий труда, которая сменяет собою предшествующую ей цивилизацию железных орудий труда точно с такой же неизбежностью, как цивилизация железных орудий труда некогда сменила цивилизацию каменных орудий труда.

Современная промышленная цивилизация, где человек был всего лишь послушным исполнителем, одним из «винтиков» громадного анонимного механизма, завершает свой путь. Теперь она через тяжелейший социально-экономический кризис переходит в новое качество.

Ряд ученых предсказывают новой цивилизации более человеческое лицо, обосновывая это тем, что сегодня общество подошло к такому рубежу своего научно-технического и индустриально-экологического бытия, когда оно с необходимостью должно переориентироваться на антропологические основы. Ведь человечество создало столько различных технических приспособлений, что стало балансировать на грани самоуничтожения. Оно может своими неэкологическими действиями сделать непригодной к жизни всю земную атмосферу и, таким образом, обречь себя на медленное умирание. Оно может и вовсе одним разом с помощью накопленного ядерного потенциала уничтожить всю планету Земля.

Поэтому справедливы призывы ученых, сделать современную, постиндустриальную, цивилизацию именно человеческой, в противном случае может вовсе не стать никакой цивилизации (И.А. Ильин, Л.П. Карсавин, К. Леви-Строс и др.).

Человек со всеми его проблемами переместился в центр научного и общественного внимания и интереса. Это радикально меняет и менталитет человека, и общество в целом. Сегодня, на рубеже II – III тысячелетий, происходит становление цивилизации нового типа – постиндустриальной цивилизации гуманитарной ориентации, требующей и нового типа образования – гуманитарного.

Гуманитарное образование. По мере качественных изменений во всех социальных институтах и профессиональных сферах образование заметно меняет и статус, и содержание.

Каков статус образования? На заседании Международной комиссии по образованию для XXI века (ЮНЕСКО, 1998) зафиксировано, что большинство стран мира рассматривают образование как одно из основных условий развития цивилизации, ориентирующих на новые гуманистические идеалы – на развитие человеческой личности, ее самоопределение и самореализацию как «необходимое условие для того, чтобы дать человечеству возможность продвигаться вперёд к идеалам мира, свободы и социальной справедливости».

Особенно изменился статус высшего образования. Социальная ценность высшего образования в конце XX века стала столь высокой, что именно с ним связывают экономическую и социокультурную стабильность в развитии общества. Так, во Всемирной декларации ООН о высшем образовании для XXI века (Париж, 1998) отмечается: «На пороге XXI века мы являемся свидетелями беспрецедентного спроса на высшее образование и его широкой диверсификации наряду со всё большим осознанием его решающего значения для социально-культурного и экономического развития и создания такого будущего, в котором более молодые поколения должны будут овладевать новыми навыками, знаниями и идеями». Ситуация в сфере образования на рубеже XX – XX I веков стала качественно иной. Так, если 100 лет назад одной из основных проблем было всеобщее начальное и среднее образование, то сейчас встаёт проблема всеобщего высшего образования.

Содержание образования. Поскольку в новой цивилизации человек со всеми своими индивидуальными особенностями претендует стать главной ценностью, то и содержание образования будет меняться в зависимости от того, как понимается суть и назначение человека и человеческого бытия. Последнее носит полюсный характер и включает две взаимодополняющие и одновременно взаимоисключающие составляющие:

  1. человек – это социальное существо, и, следовательно, он творец, созданный по образу и подобию Создателя (Н. Бердяев, В. Соловьёв, Г. Федотов, Л. Шестов и др.), и его бытие – это прежде всего бытие творческое (творчество ради создания новых свойств социального пространства средствами производства, науки, техники, искусства, архитектуры, культуры и т.д.);
  2. человек – это природное существо, вынужденно пребывающее в обществе, но не находящее себе места в нём и пугающееся его (А. Камю, Ф. Ницше, Ж.П. Сартр, 3. Фрейд, М. Хайдеггер и др.). Следовательно, человек, как и другие биологические существа, является потребителем и его бытие – это бытие потребительское (потребительство ради получения материальных благ); и лишь по необходимости, выживания ради, человек может быть производителем, но, главным образом, на исполнительном уровне как разработчик и исполнитель указаний и идей свыше.

Сегодняшнее образование исходит из второго начала человеческой природы, поскольку организуется в основном как информационно-репродуктивное, преследующее цель освоить какие-либо стандарты (профессиональные или общекультурные), и делает это повелительным методом: «Делай так! Запоминай это! Понимай так!» Но такое образование формирует у учащихся не творческие начала, а всего лишь знания-умения, то есть культивирует преимущественно идеал исполнителя, научно и технически грамотного разработчика. Это означает, что образование культивирует потребительство, которое в последние годы стало приобретать угрожающе массовый характер. А человек как потребитель в своей крайней форме – десоциальное существо, которое, вследствие творческой пассивности, предстаёт неполноценным, ущербным, наполненным пессимизмом и негативными устремлениями (неудовлетворённость, озлобленность, страх, стрессы, агрессия, насилие и т.д.). Это означает, что существующее образование невольно вносит деконструктивный, саморазрушающий элемент в цивилизацию.

Вновь складывающееся гуманитарное образование в противоположность имеющемуся исходит из первого – творческого начала человеческой природы и ориентируется не на формирование в человеке отдельных его свойств (даже и творческих), лишь полезных для производства, а на воспитание человека как творческой личности, ответственно творящей мир и прежде всего свой личностный мир. Соответственно и процесс образования творческих личностей должен строиться креативно, как творческий процесс, как творческое образование.

Однако опыта построения такого процесса мало и не только на уровне высшего образования, но даже и на общеобразовательном уровне, то есть в школах, где учат в основном информационно-репродуктивными методами. Поэтому образование сегодня предстаёт не подготовленным к выполнению нового социального заказа – воспитанию творческой личности. В связи с этим рассмотрим основные теоретические положения креативного образования.

Теоретические основы

Пути в креативную образованность. Один из подходов к построению креативного образования базируется на рационализме, но не на традиционном, который в последнее время активно критикуется (С. Кьеркегор, Ж.П. Сартр, М. Хайдеггер, К. Ясперс и др.), а на «новом», расширяющем содержание понятия «рационализм». В рамках этого отношения рационализм рассматривается как базовая непреходящая архетипическая форма, способная порождать любое новое содержание, в том числе и все современные формы взаимоотношения человека с миром, включая творчество.

Другой подход к построению креативного образования пытается найти менее опосредованные основания, а именно – мораль (линия Сухомлинского), культуру (линия Толстого), труд (линия Макаренко). Однако и этот подход не обнаружил ожидаемой от него эффективности. И главная причина в том, что он тоже, как и в случае с рационализмом, опирается, во-первых, на сложившийся опыт, а во-вторых, на знания-умения. В то время как именно опыт несёт в себе основную массу проблем, поскольку он с методологической точки зрения не только позитивен, но и негативен. Тот опыт, который всегда передавался от поколения к поколению как образец для подражания и понимался как необходимая позитивная база для самостоятельной деятельности всех входящих в культуру, сегодня не только перестает играть свою традиционную роль доминирующего, социализирующего средства в образовании, но более того – рассматривается как балласт, тянущий культуру в прошлое. Ведь вследствие возросшей технической мощи общества опыт сегодня быстро устаревает. Теперь включение, например, ученика, в текущий опыт означает обращение его, по сути, к средствам и ценностям вчерашнего дня. А это значит, что таким путём может планироваться лишь отставание от требований времени. Быть вчерашним стало экономически невыгодно. Поэтому динамичное время выступает одним из базовых факторов социального бытия, игнорировать который уже невозможно. Кроме того, изменились взаимоотношения человека и с социальным пространством. Вследствие возросших технических возможностей человек увидел себя и своё социальное пространство не как регионально-местное, а как всепланетарное динамическое явление, быстро меняющее не только знания-умения, а целые программы и критерии жизнедеятельности. Социальное пространство, как и время, стало фундаментальным и активно проявляющим себя фактором социального бытия.

Наиболее продуктивный подход к воспитанию творческой личности – когда учащиеся не только ориентируются на творчество, но и пребывают в творческом бытии, имея возможность непосредственно изменять и себя и продукты своей деятельности. Они не столько обучаются педагогами, сколько самостоятельно образовываются: самоопределяются и саморазвиваются по тем направлениям, по каким требуют их творческие способности. Такой подход называется прямым креативным. Главной дидактической концепцией в этом случае предстаёт самообразование, предполагающее и эффективный дидактический метод.

Метод креативного образования предполагает не преемственное освоение опыта, а понимание и критическое его освоение с целью качественного совершенствования. А поскольку сделать это можно только саморазвиваясь, то такой метод можно характеризовать как метод саморазвития, в основе которого лежит известная сократовская формула «Если хочешь изменить мир – измени себя».

По существу, метод саморазвития требует качественно иной модели образования, хотя в действительности творческая личность всегда сама себя формирует. Только этот процесс осуществляется или благодаря, или вопреки системе образования. В сложившемся образовании он происходил как раз вопреки существующей системе обучения ученика учителем по единым стандартам. При специальной же организации учебного процесса как процесса самообразования становление творческой личности, конечно, более эффективно.

В этом случае студенты не обучаются педагогами так, как удобно лишь педагогам, и, таким образом, не подвергаются различным психолого-дидактическим манипуляциям, а значит, и социальному насилию, а самостоятельно образовываются в пространстве творческого бытия: самоопределяются и саморазвиваются по тем направлениям, по каким требуют их творческие способности. Они учатся тому и так, чему и как сами считают нужным. Теоретически образовательных моделей может быть столько, сколько учащихся, чтобы у каждого были возможности максимально использовать свои природные творческие способности. Причём такие индивидуальные модели образования могут и должны создаваться самими студентами как суверенными субъектами образования. Этот подход – единственно возможный на пути построения нравственного ненасильственного образования, где не усреднённые средства навязываются всем без различения их возможностей, а создаются условия для саморазвития каждого учащегося.

При построении учебного процесса как процесса творческого самообразования посредниками могут выступать разные явления, поскольку творческая деятельность, как и процесс освоения её метода, всегда опосредованы различными средствами и результатами: у музыкантов – это звуки, у художников – цвета, у писателей – слова и т.д. Но среди многочисленных посредников в творчестве есть один универсальный всепронизывающий, возможности которого выходят далеко за возможности посредника и приближают его к статусу со-творца. Это – пространство.

Пространство (впрочем, как и время) – это фундаментальный атрибут бытия материи вообще, бытия мира и человека в том числе. И поэтому там, где трансформируется пространство (а это значит, и время), там происходит трансформация главного – самого мира, то есть всего сущего, в том числе и микрокосма человека, и его творческого потенциала, что и позволяет каждый раз в творческих актах расширять границы и социального пространства, и социального времени. Поэтому трансформация пространства или пространственное творчество – это фундаментальнейший вид преобразований, база и родовая характеристика творчества вообще и всего творческого в любых его проявлениях и модификациях.

Пространственное творчество. Для человека как социального существа определяющую роль играет, конечно, не столько физическое пространство вообще, сколько социальное пространство, сотворённое и постоянно создаваемое руками поколений. А для процесса самообразования творческой личности главным предстаёт даже и не социальное пространство в его всеобъемлющей форме, а такая его составляющая, как личностное пространство, созданное собственными руками одной творческой личности.

Рационалистическая научная традиция XX века требовала описаний творчества как некоторой технологической деятельности. Поэтому учебными пособиями предлагались различные технологические цепочки из стадий и этапов, из действий и операций, освоение которых непременно должно было бы приводить к творческому результату или к освоению творческого метода.

Но на практике эти цепочки не работали. Педагогический опыт их не подтверждал. Основной причиной тому было широко распространённое техницистское толкование и творчества как деятельности представления, и процесса освоения творческого метода как познавательной деятельности, как процесса познания метода творческой деятельности представления. Но ни творчество не осуществляется только в представлении, ни метод творчества невозможно постичь, только изучая его.

Как показывает опыт, творческий метод можно освоить только практически, а ещё точнее – экзистенциально, проживая и переживая весь процесс творческого бытия. В этом и состоит суть предлагаемого подхода к освоению творческого метода – антропоморфная концепция творчества. Она исходит из понимания творца прежде всего как человека, а не некоей машины и вследствие этого представляет творчество как вид социальной практики со всеми её атрибутами бытийности, в том числе и с креативными актами, реализующимися в некоем креативном личностном пространстве.

Личностное пространство здесь – центральный момент. Это то пространство, в котором творец проживал и продолжает саморазвиваться, в котором сосредоточивалась и сосредоточивается вся его духовная и материальная жизнь. Чем более это пространство насыщено различными событиями и переживаниями, тем выше креативный потенциал творца. То есть способность человека по-иному увидеть мир, ситуацию, проблему и на основе этого самому выйти за пределы привычного представления и убедить других в возможности существования иной точки зрения напрямую зависит от содержания этого креативного пространства.

Теоретически эта закономерность объяснима. Чем больше у человека лично пережитого творческого опыта, тем легче ему понять собственный генезис саморазвития и на основе этого предвидеть своё творческое будущее. А это значит, что он может легче переосмыслить свой опыт и отказаться от него ради поиска иных актуальных средств. И наоборот. Чем меньше человек имеет творческого опыта, тем труднее ему понять логику собственного бытия и своего творческого подхода и, следовательно, труднее от чего-либо отказываться, а значит, труднее создать что-либо новое.

Личностное пространство возможно фиксировать и изменять с помощью различных материализованных посредников: изобразительных средств, средств трёхмерного моделирования или средств реального пространства. А закономерность здесь такова: изменяя содержание своего личностного пространства, учащийся тем самым развивает свой творческий потенциал и формирует свой личностный творческий метод. Личностное пространство в этом случае предстаёт и накопителем опыта, и средством экспликации его для собственного сознания (неким специфическим зеркалом самого себя), и средством отказа от него. Оно буквально формирует творца, преподносит ему новые неожиданные смыслы и в конечном счёте изменяет его миропонимание. А изменённое миропонимание начинает проявлять себя в творческой деятельности как своеобразная методология новационной активности учащихся по преобразованию и личностного пространства, и социального пространства.

Что в этом процессе первично, а что вторично – вопрос риторический. С методической точки зрения важно понимать роль личностного пространства в процессе становления и саморазвития творческой личности. Конечно, потребность в трансформации своего личностного пространства и инициированные ею изменения личностного пространства, которые приводят почти автоматически к изменению творческого потенциала автора, взаимообусловлены потребностью изменить самого себя, свой духовный мир, свой творческий потенциал. Но главное здесь в том, что вне процесса создания и перестройки своих личностных пространств нет и процесса саморазвития их авторов как творческих личностей.

Только один факт осознания наличия и роли личностного пространства уже создаёт основополагающую предпосылку для творческого саморазвития. Но на становление человека как творческой личности оказывает действие не только и не столько сам факт со-бытия с личностным пространством или бытия в нём, сколько процесс творческого преобразования личностного пространства в соответствии с индивидуальными устремлениями, предпочтениями и возможностями. Изменяя многообразные свойства личностного, а тем самым в определённой степени и социального пространства (размеры, степень изолированности его от природы или связанности с нею, уровень художественной целостности, социальные смыслы и акценты и т.д.), человек творит своё личностное пространство, а в конечном счете он тем самым творит сам себя, изменяет себя в том или ином лишь ему одному присущем направлении. Так творческая личность самоопределяется и саморазвивается.

В этом процессе нет иных ценителей создаваемых личностных пространств, кроме самих авторов и их часто меняющихся критериев из-за меняющегося понимания сути и содержания социального пространства. А последнее обусловлено тем, что автор является полноценным представителем социального пространства, а, следовательно, его мнение выступает объективированным критерием социальной значимости создаваемого содержания. Педагог же здесь является не главным «судьёй» создаваемого учащимися, а лишь одним из представителей социального пространства, мнение которого учитывается.

Важно также, что пространственное творчество в основном правополушарно, поэтому происходит чаще всего не на вербальном, а на эйдетическом, образном уровне, содержание которого не поддаётся экспликации и осознанию в полном объёме и в основном остаётся на подсознательном, интуитивном уровне. Но именно благодаря этому свойству эффективность пространственного творчества очень высока. Поэтому хотя процесс преобразования личностного пространства и тем самым своего творческого потенциала происходит скрыто, именно в процессе пространственного творчества человек наиболее эффективно самоопределяется и саморазвивается как творческая личность. Не исключено, что древние мудрецы, в частности Архимед, говоря о существовании некоего мощнейшего средства («рычага»), с помощью которого можно «перевернуть мир», имели в виду творческие возможности человека. А они активизируются и могут несоизмеримо возрастать вследствие саморазвивающегося бытия и в частности вследствие использования пространственного творчества – метода преобразования личностного пространства. Это положение настолько важно, что осознание его приводит к ментальной революции в сознании человека, а в конечном счёте, при последовательной реализации его в системе образования, выводит человека на необратимый уровень креативного бытия и творческого саморазвития.

Взгляд на современное образование через возможности пространственного творчества сегодня, когда потребность общества в творческих личностях возрастает, особенно актуален.

Пространство творческого образования. Несмотря на фундаментальный статус пространственного творчества в образовании, оно пока не нашло должного применения.

Причин достаточно, но главная, пожалуй, в том, что до сих пор отсутствовал социальный заказ на творческую личность: общество не ощущало потребности в массовом творчестве. И, может быть, поэтому различные образовательные учреждения, и в первую очередь дошкольные и общеобразовательные, не ориентировались и до сих пор ещё не стремятся воспитывать творческих личностей.

Другую существенную причину отсутствия пространственного творчества в учебных заведениях мы усматривали в самом статусе пространственного творчества. Внедрение пространственного творчества в педагогическую практику несёт с собою глубокие качественные изменения всей сложившейся системы образования: меняется не только состав учебных предметов, но и сама педагогика, поскольку пространственное творчество в силу своих фундаментальных возможностей претендует на роль не только базового, но и ведущего предмета.

А из этого, естественно, вытекает и новая модель образования – креативного, которая предполагает заменить собою сложившуюся модель информационно-репродуктивного образования. А к таким радикальным переменам сфера образования, как одна из самых консервативнейших профессиональных сфер, не готова и даже ещё не собирается готовиться ни по одному из направлений своей деятельности: ни по теоретико-методологическому, ни по кадровому, ни по учебно-методическому обеспечению.

Поэтому сегодняшние поколения остаются обделёнными творческим образованием. И этот факт вносит существенную корректировку в методическую схему креативного образования на основе пространственного творчества.

Методическая схема

Центральный момент креативного образования – пространственное творчество – процесс преобразования учащимися своих личностных пространств. Эффективность этого процесса обусловлена его активной связью с двумя базовыми составляющими саморазвивающегося бытия: во-первых, с реальным, всегда пребывающим в динамике социальным процессом, выступающим и объектом, и предметом пространственного творчества, а во-вторых, с рефлексией.

Предмет пространственного творчества. В качестве предмета пространственного творчества предстают два вида социального содержания: личностное пространство, взаимосвязанное творческим потенциалом личности («микрокосм»), и социальное пространство, составляющее окружающий мир творца («макрокосм»).

Микрокосм характеризуется творческим потенциалом личности – уровнем возможностей преобразования собственного личностного пространства, а следовательно, и социального. А творческий потенциал, в свою очередь, определяется:

  •   уровнем понимания закономерностей динамики свойств пространства;
  • уровнем владения методом преобразования пространства.

Пространственные свойства, наиболее активно влияющие на творческий потенциал, можно представить в виде трёх групп:

  1. физиологические (размер, расположение, ориентация);
  2. психологические (конфигурация, пластика, масштаб, светотень, цвет, текстура, фактура);
  3. социокультурные (смыслы, образы, направленность изменений).

Метод преобразования пространств, развивающий творческий потенциал личности, можно представить в виде двух уровней: количественные преобразования (инвариантные изменения) и качественные преобразования (вариантные изменения). Возможность владеть методом на том или ином уровне в значительной мере обусловлена тем, как понимают учащиеся свою природную персонифицированность, проявляющуюся в виде субъектно-личностных психофизиологических предпочтений определённым пространственным свойствам и средствам.

Предпочтения эти по природе своей настолько персонифицированы и практически неповторимы, что их можно понимать как неотъемлемую характеристику личности – творческую константу человека, которая и обусловливает всегда уникальные особенности его авторского подхода. Роль этих предпочтений первостепенна. Её можно образно сравнить с ролью очков: как человек со слабым зрением может контактировать с миром только через очки, так и творческая личность может действительно взаимодействовать с социальным пространством только посредством своих индивидуальных предпочтений.

Предпочтений и их разнообразных наборов множество. Теоретически их столько, сколько творческих личностей. Даже двух одинаковых не бывает. В таком эмпирическом виде с ними работать, конечно, сложно. Исследователи их классифицируют. Психологи, например, сводят различные поведения человека к таким психологическим типам, как холерик, сангвиник, меланхолик, флегматик. В пространственном творчестве предпочтения тоже обобщаются, вследствие чего носители их – творческие личности – разделяются на два типа: динамический и статический.

Человек динамического типа воспринимает социальное пространство как созданное преимущественно динамическими средствами. Соответственно, он таковыми главным образом и пользуется при преобразовании личностного пространства или социального. Это прежде всего такие средства, как контрастные соотношения (светотеневые, цветовые, текстурные, фактурные и т.п.), ритмические (нарастающие) ряды, пропорционированные элементы, тёплые цветовые гаммы и т.д.

Человек статического типа воспринимает социальное пространство как созданное преимущественно статическими средствами. Поэтому он таковыми преимущественно и пользуется при преобразовании личностного пространства или социального. Это прежде всего нюансные соотношения (светотеневые, цветовые, текстурные, фактурные и т.д.), метрические (равномерные) ряды, модулированные элементы, холодные цветовые гаммы и др.

Типология творческих личностей по признакам «динамика – статика» хотя и помогает учащимся увидеть себя индивидуумами, но, конечно же, не исчерпывает всей гаммы предпочтений. Она выполняет лишь роль своеобразного методического старта, задаёт учащимся метод поиска в себе многих других свойств, через которые они могут чувствовать себя творчески неповторимыми. Но этих условий поиска недостаточно для саморазвивающегося бытия учащихся как творческих личностей. Другая составляющая этого процесса, которая инициирует и даже вынуждает учащихся к саморазвивающемуся бытию, – макрокосм.

Макрокосм – это межличностные предпочтения определённым пространственным средствам в организации социального пространства, которые проявляют себя как «стиль» или «мода» на некий тип пространственного порядка, что можно обозначить как «социопространственность». С креативной точки зрения социопространственность можно представить как одну из основных характеристик творческой познавательно-преобразовательной активности человека, саморазвивающегося в социальном пространстве и посредством социального пространства. Эта характеристика интегрирует эмоционально-интеллектуальные, культурно-нравственные, пространственно-временные и информационно-энергетические взаимоотношения человека с миром.

Социопространственность, в противоположность константности индивидуальных предпочтений, непостоянна, поскольку обусловлена всеобщей динамикой мира (космоса, планеты), в частности динамикой таких космофакторов, как реликтовое излучение, солнечная активность (А.Л. Чижевский и др.). В силу этого Социопространственность (межсубъектные предпочтения) в своей динамике закономерна и, подчиняясь циклическим законам динамики гелиофакторов с периодом в среднем в 11 лет, проявляется двумя периодически сменяющими друг друга альтернативными типами познавательно-преобразовательной активности человека в пространстве: центробежный тип и центростремительный. Центростремительная социопространственность ориентирует на средства, консолидирующие сложившееся социальное пространство. Это проявляется в том, что в культуре доминируют «волновые модели» организации пространств (пространственность волнового типа): пространства организуются как иерархические. Центробежная социопространственность ориентирует на средства, качественно преобразующие сложившееся социальное пространство. Это проявляется в том, что в культуре доминируют «корпускулярные модели» организации пространств (пространственность корпускулярного типа): в ситуации нет очевидных доминант.

Практически через каждые 11 лет доминирует одна из двух социопространственностей: или центростремительная (с волновыми моделями иерархического автократического миробытия), или центробежная (с корпускулярными моделями либерально-демократического миробытия). То есть динамика социопространственности объективна, имеет закономерный характер и проявляет своё действие на человека как естественная, а следовательно, эффективная методология и идеология его саморазвивающегося бытия. Социопространственность стоит вне и над социальными институтами и действует как установка ментального уровня, ориентирующая на циклически меняющиеся типы поведения или преобразования социопространственного содержания.

В процессе саморазвивающегося бытия творческой личности социопространственность именно инициирует творческую активность человека. Она предстаёт в качестве своеобразного зеркала собственной социальной активности, даёт возможность учащимся рефлексировать над ней и таким образом легче опознавать и глубже осознавать актуальный тип социопространственности, свою готовность к творческому взаимодействию с ним. А сознательное использование знаний динамики социопространственности, естественно, повышает творческую активность человека, его нравственность, гражданственность, интеллектуальность; своевременно ориентирует его на преобразование социального пространства по одному из двух актуальных типов и убеждает его в правильности используемых при этом пространственных средств. Поэтому социопространственность предстаёт и методологией, и идеологией, и средством концентрации и актуализации развивающегося творческого потенциала человека – и, таким образом, реализует механизм саморазвития творческой личности в пространстве и посредством пространства. Перестраиваясь на иной тип социопространственности, творческая личность как бы выбрасывает из собственного арсенала малоэффективные средства и оставляет только эффективные, то есть непреходящие по продуктивности, а значит, базовые, фундаментальные, и таким образом накапливает творческий потенциал по преобразованию социального пространства и по вписыванию в него. То есть понятие «Социопространственность» ориентирует на основное средство и главный предмет современной творческой деятельности – на творческую личность, саморазвивающуюся в пространстве и посредством пространства.

В этом процессе произвольно или непроизвольно задействованы все виды социопространственной практики, и поэтому изучать его закономерности и осваивать его средства – означает повышать собственный творческий потенциал.

Рефлексия как важнейшее средство саморазвития находит себе в процессе пространственного творчества наиболее благоприятные условия. Ведь в этом процессе учащиеся, преобразуя личностные пространства, преобразуют тем самым себя. А эти преобразования и есть действительное содержание рефлексии, поскольку только измененные состояния собственного «Я» (или те дела и события, которые участвовали в этих процессах изменения себя), вследствие творчески прожитого и пережитого бытия, и поддаются рефлексивному анализу. Цель рефлексии – зафиксировать своё новое качество, сравнивая его с предшествующими своими состояниями и понять в связи с этим свой собственный генезис, а в конечном счёте построить модели своих будущих развивающихся состояний. Основными ориентирами здесь выступают три полюса собственного бытия: прошлое (предыдущие состояния), будущее (направление развития) и настоящее (функционирование), предстающее постоянно меняющимся моментом между прошлым и будущим. Главная установка саморазвивающейся личности – внимание к динамике собственного бытия, менталитета, творческого потенциала, творческого метода: моё сегодняшнее «Я» (чувствование, видение, понимание и т.д.) иное, чем было вчера. В этой связи уместно вспомнить Гегеля, который справедливо усматривал главную причину неадекватного взаимодействия человека с миром в отсутствии динамического подхода: «все заблуждения происходят оттого, что мыслят и действуют согласно конечным определениям». То есть в логике пространственного саморазвития такие понятия, как «навсегда», «вечно», «неизменно», не имеют места. Их заменяют динамические понятия: «сегодня», «завтра», «изменение», «становление», «развитие», «саморазвитие» и т.д.

В пространственном творчестве рефлексия происходит часто в форме своеобразной «публикации» работ учащихся и «самопрезентации» их авторов – общественного обсуждения студенческих работ (выставки, вернисажи, дискуссии). Именно этот процесс позволяет реально соединять метод творчества и его результат в одно целое – вид и форму социального творчества, и благодаря этому видеть реакцию других на своё творчество, понимать иные точки зрения на обсуждаемые проблемы или средства их решения, более точно представлять современные общественные требования к профессионализму, гражданственности, нравственности, без чего невозможно саморазвитие, а главное – эксплицировать средства собственного творческого метода и яснее и тоньше понимать самого себя как творческую личность и на основе этого прогнозировать реальные перспективы своего творческого роста.

Формы пространственного творчества. Моделировать свойства микрокосма и макрокосма и таким образом формировать в себе элементы творческого метода саморазвития можно в процессе различных видов деятельности. Но как показывает опыт, наиболее продуктивно этот процесс происходит в художественных видах деятельности, особенно имеющих пространственное выражение: проектирование, пространственное моделирование, пространственная композиция, рисунок, живопись, графика и др.

В отечественное образование имиджмейкеров введены несколько предметов такого рода. С дидактической точки зрения они разделены на два вида: одни – теоретико-методологического назначения, другие – практического, которые взаимодополняют друг друга и тем самым создают этому блоку предметов необходимую продуктивность.

Предметы теоретико-методологического назначения раскрывают теоретико-методологические основы пространственного творчества. Это архитектоника, рисунок, живопись и др.

Суть занятий на этих предметах сводится к тому, что учащиеся различными средствами строят и изменяют свои личностные пространства – свои микрокосмы. Погружение в творческую созидательную деятельность происходит в процессе выполнения ряда специальных упражнений. Начинается процесс с выполнения простейших, технически доступных упражнений по преобразованию пространств. Посредством таких упражнений учащиеся осваивают средства и основные закономерности создания личностных пространств (статических и динамических). Постепенно упражнения становятся всё более художественно нагруженными – более эмоциональными и композиционно ориентированными. Завершается программа освоением закономерностей создания образных и концептуальных личностных пространств. Уже в процессе этой деятельности учащиеся расширяют пространства своего бытия. А это означает, что тем самым они и развивают себя в творческом созидательном направлении, и начинают понимать, какие пространства способствуют их эмоциональному и творческому подъёму, а какие – нет, то есть начинают осознавать и свои персональные возможности, и свои индивидуальные предпочтения, и в целом – себя как творческих личностей. А главное – на занятиях в процессе пространственного творчества учащиеся изначально живут как личности, творцы, самоопределяясь и саморазвиваясь в пространстве и посредством пространства.

Такой опыт творческого бытия ни с чем не сравним по возможностям построения и собственного творческого метода, и саморазвивающегося бытия. Он пробуждает в учащихся природные позитивные качества творцов, созидателей того, чего прежде не было, вследствие чего их творческий потенциал начинает возрастать. А этот результат качественно изменяет бытие учащихся, а также смягчает разрушительные последствия от применения средств достаточно ещё распространённого информационно-репродуктивного обучения. Таким путём учащиеся развивают свои природные творческие качества созидателей, знакомятся с базовыми закономерностями пространственного творчества и творческой деятельности вообще, то есть осваивают элементы творческого метода, творческого подхода, творческого отношения. А это – основа для широкого видения и глубокого понимания взаимосвязей в мире.

Созидательное творчество – это то ядро, вокруг которого возникают многие другие жизненно необходимые человеку качества, в том числе и нравственность. То есть повышение уровня творческой созидательной образованности влечёт за собою и повышение уровня нравственности. Там, где созидательное творчество, там и нравственность. Созидательное творчество без нравственности невозможно. Эта зависимость фундаментальная. Обойти её или игнорировать не может никто. Сократ по этому поводу размышлял, что даже если бы Бог-творец вдруг возвысился над моралью, он тут же перестал бы быть Богом и стал бы чудовищем. Но всё же основная цель и главный результат пространственного творчества – творческое созидательное мировоззрение и творческий метод учащихся: в итоге – учащиеся испытывают потребность в творчестве и способны творить. И это главное изменение в образованности имиджмейкеров: возникновение метода творческого созидательного бытия, созидательного творческого отношения к миру. Именно этот метод и есть самая большая ценность и критерий высшего уровня образованности и бытия в мире, который только доступен человеку.

В рамках предметов практического назначения происходит синтез и внедренческая проверка освоенных теоретико-методологических основ пространственного творчества, их применение к решению конкретных реальных задач и прежде всего это «имидж-моделирование»: построение имидж-моделей различных социальных реальностей (имидж-моделей субъектов – менеджеров, маркетологов, учителей, юристов и др.; имидж-моделей среды – руководителя, бизнесмена, исследователя и др.; имидж-моделей информации – городской, газетно-журнальной, телевизионной и др.). Имидж-моделирование реализуется через серию курсовых проектов и завершается итоговым, выпускным, дипломным проектом.

Имидж-моделирование по существу – практическая форма рефлексии над освоенным творческим методом и в целом над собственным опытом творческого саморазвития в его совокупном теоретико-методологическом и практическом выражении. Именно в этом процессе имиджмейкер более всего выступает социальным архитектором, создающим и утверждающим новые социокультурные реальности, ценности, идеалы.

Таким образом, реализуемый в имиджелогии метод пространственного творчества (метод преобразования пространства своего бытия и тем самым себя в творческом созидательном направлении) позволяет имиджмейкерам развивать свои природные творческие качества, знакомиться с основными закономерностями творческой деятельности и осваивать основные средства творческого метода, а в конечном счёте – метода творческого саморазвития, без которого творческая личность не существует.

Вооружённый таким мощнейшим средством – творческим методом, – имиджмейкер, понимая закономерности развития социального пространства и субъектов его как составляющих единый всеобщий творческий процесс, в дальнейшем и себя организует необходимым продуктивным образом как творческую личность и вследствие этого способен строить и актуальные, и прогностические имидж-модели социального пространства (человека, среды, информации).

Вопросы для самопроверки

  1. Что такое «пространство творческой личности»?
  2. Назовите формы креативного образования.
  3. В чем суть метода творческого саморазвития?
  4. Каковы средства «пространственного творчества»?
  5. Представьте виды пространственной композиции.

Рекомендуемая литература

  1. Бурно M . E . Терапия творческим самовыражением. М., 1989.
  2. Вуджек Т. Как создать идею. СПб., 1997.
  3. Гика М. Эстетика пропорций в природе и искусстве. М., 1936.
  4. Степанов А.В. и др. Объемно-пространственная композиция. М., 2000.

Имидж как научное понятие

Семантика понятия «имидж»

Понятие «имидж» имеет много различных определений. Краткий психологический словарь под редакцией А.В. Петровского и М.Г. Ярошевского определяет имидж как «стереотипизированный образ конкретного объекта, существующий в массовом сознании. Как правило, понятие имиджа относится к конкретному человеку, но может также распространяться на определенный товар, организацию, профессию и т.д.»

Специалисты по социологии права трактуют эту категорию как «обобщенную, эмоционально окрашенную в общественном и личном сознании форму отражения правовой действительности в виде комплекса представлений о законах и методах социально-правового воздействия (Оксамытный В.В. Правомерное поведение личности).

Специалист в области социологии управления и имиджелогии В.М. Шепель дает такое определение: «Имидж – индивидуальный облик или ореол, создаваемый средствами массовой информации, социальной группой или собственными усилиями личности в целях привлечения к себе внимания».

Маркетолог Ф. Котлер определяет имидж как «восприятие компании или её товаров обществом».

Специалист в области менеджмента О.С. Виханский дает общее определение имиджа: «Имидж явления – это устойчивое представление об особенностях, специфических качествах и чертах, характерных для данного явления».

А.Б. Зверинцев, специализирующийся на разработке коммуникативных технологий, под имиджем понимает «относительно устойчивое представление о каком-либо объекте». И так далее, и тому подобное – список предложенных опреде лений можно продолжить. Общий их недостаток в том, что они поверхностны, чрезмерно абстрактны и не вполне адекватно отражают суть явления.

При конструировании определения понятия «имидж», в частности имидж организации С.К. Сергиенко (Групповые технологии решения организационно-психологических задач: Автореф. на соиск. д. психол. н. М., 2000.) предлагает учитывать следующие взаимно противоположные категории:

  1. Объективное субъективное. Имидж может пониматься не только как определённое содержание массового или индивидуального сознания, но и как набор атрибутов предприятия, его товаров и услуг, его рекламной продукции и т.п. (например, логотип, слоган, отличительные особенности деловой этики). При разработке понятия имиджа организации должен быть решён вопрос о различении этих двух значений и в терминологическом плане.
  2. Естественное – искусственное. Есть два полярных представления о том, как создаётся имидж организации. Первое. Имидж складывается в достаточной степени стихийно, как «естественный» результат деятельности организации, как оценка реальных характеристик процессов и продуктов этой деятельности в социальной среде. Второе. Организация целенаправленно создаёт выгодный для себя имидж, используя специальные социо- и психотехнические средства. Такой имидж может иметь мало общего с реальным положением дел в организации (самый яркий пример здесь – деятельность пресловутой «МММ»). Для обозначения естественной и искусственной составляющих имиджа целесообразно использовать разные термины.
  3. Когнитивное – эмоциональное. В имидже (как субъективном образовании) могут выделяться когнитивные элементы – вербальные понятия, слуховые, зрительные и др. образы; и эмоциональные элементы – чувства, переживания, аффекты и т.п. Из этой методологической посылки следует, что имидж есть не только субъективное, зависящее исключительно от индивидуального или группового сознания, не только искусственно созданное (с помощью имиджмейкеров, СМИ или рекламы), не только эмоциональное, чувственное (а ведь именно так и следует из большинства определений имиджа, встречающихся в отечественной литературе). Имидж формируется, исходя и из объективных характеристик деятельности организации или отдельного лица, он может складываться естественным путём, в ходе «эволюционного» развития организации или индивида, и нести в себе значительный объём рационального. Отсюда ясно, сколь непросто дать удовлетворяющее всем этим критериям определение.

Не претендуя на абсолютную бесспорность, предлагаем следующее определение имиджа: Имидж – это некий синтетический образ, который складывается в сознании людей в отношении конкретного лица, организации или иного социального объекта, содержит в себе значительный объём эмоционально окрашенной информации об объекте восприятия и побуждает к определённому социальному поведению.

С возрастанием значения информационных компонентов в жизни общества (будущие цивилизации уже называют информационными) повышаются требования к формированию имиджа. Он становится полноценным информационным продуктом, а не просто образом, основанным лишь на эмоциональном восприятии. Работа над ним будет опираться на объективные закономерности и процессы, тем самым всё больше приближаясь к науке и удаляясь от искусства. Поэтому, вероятно, не следует трактовать имидж как исключительно иррациональное средство воздействия, как это делает, например, Т. Гринберг в книге «Политическая реклама: портрет лидера» (М., 1995.). В противном случае мы бы оказались лишёнными возможности управлять имиджем на серьёзных основаниях. Хотя рассматриваемое понятие вошло в науку и повседневный обиход недавно, это не означает, что «управлением впечатлением» (как нередко называют имидж, основываясь на теории управления впечатлением Э. Гофмана), люди не занимались ранее. Существует точка зрения, что первым «имиджмейкером» можно считать библейского Аарона – первосвященника еврейского народа, брата по посвящению пророка и законодателя Моисея. По причине косноязычия Моисея Аарон должен был говорить вместо него перед народом, почему и назван Богом устами Моисеевыми и пророком его (см.: УтликЭ.П. Практическая психология имиджа// Вестник университета. Серия: социология и психология управления. М.: ГУУ, 1999.).

Часто упоминаются имена философов и моралистов прошлого – Честерфилда («Письма к сыну»), М. Монтеня («Опыты»), Ф. Бэкона, Н. Макиавелли, Г. Лебона и др., которым была свойственна особенная чувствительность к имиджевым механизмам общественных отношений, специфическое социальное мышление. Они обращали внимание не только на то, что представляет собой человек, какова его ценность, каким он был в прошлом и должен быть в будущем, но и на то, какое впечатление он производит на других людей, и какую роль играет это впечатление в общественной жизни.

Одним из первых «теоретиков» имиджа считают Н. Макиавелли, которому было свойственно обострённое «чувство имиджа» или развитое «имиджевое» мышление. Специфика такого мышления – умение рассуждать и действовать в межличностном пространстве, прогнозируя реакции со стороны других людей и соотнося свои действия с этими реакциями. В своих лучших формах оно базируется на глубокой социальности человека и включает умение устанавливать благожелательные отношения с людьми.

Макиавелли писал: «Государю нет необходимости обладать всеми названными добродетелями, но есть прямая необходимость выглядеть обладающими ими. Дерзну прибавить, что обладать этими добродетелями и неуклонно им следовать вредно, тогда, как выглядеть обладающим ими – полезно. Иначе говоря, надо являться в глазах людей сострадательным, верным слову, милостивым, искренним, благочестивым – и быть таковым в самом деле, но внутренне надо сохранять готовность проявить и противоположные качества, если это окажется необходимым».

В российских традициях, к слову сказать, у правителей была привычка не замечать народ, взор начальников всегда был ориентирован на начальника вышестоящего. Это заметил ещё В.О. Ключевский, великий русский историк: «Властный человек в древней Руси так легко забывал, что он не единственный человек на свете, и не замечал рубежа, до которого простирается его воля, и за которым начинаются чужое право и общеобязательное приличие». В этом плане, т.е. когда «из-за государя не замечали государства и народа», не так уж много изменилось со времён древней Руси.

Внимание к имиджу актуализировалось в последние годы в связи с обострившейся проблемой выбора, вставшей перед людьми (выбора товаров и услуг, политических партий и общественных организаций, лидеров и руководителей), и конкуренцией на разнообразных рынках – потребительском, политическом и прочих. Чтобы продать товар, услугу, привлечь на свою сторону избирателя, чтобы успешно конкурировать на рынке, фирма, общественная организация, университет или банк должны создать себе соответствующий имидж. Целесообразный, адекватный имидж совершенно необходим для любого вида социальной деятельности, что подтверждает многолетняя практика.

Именно поэтому в рамках традиционных научных дисциплин – психологии, экономики, социологии, политологии – появляются специальные научно-практические отрасли: теория и практика рекламы, public relations , имиджелогия и другие, основным предметом которых становится формирование образов, в том числе и социальных образов. Оперируя преимущественно в пространстве символов, они, тем не менее, способствуют решению задач в реальной жизни.

Имидж находится в ряду таких понятий, как рейтинг, репутация, известность, популярность, престиж, авторитет и др. В социологии, и прежде всего социологии управления имидж может рассматриваться в контексте теории социальных статусов и ролей, концепции социального действия и взаимодействия, теории конфликта.

Если в рамках практической психологии, имиджелогии и других прикладных дисциплин преимущественное внимание уделяется проблемам социальной перцепции, аттракции, атрибуции, самомониторинга, управления путём произведения впечатления для создания внешне привлекательного образа объекта и разрабатываются соответствующие методы и инструментарий (позиционирование, вербализация, детализация, визуализация и т.д.), то социологию имидж интересует с несколько иных позиций. Для социологии, и прежде всего социологии управления важно, как имидж организации, социальной или профессиональной группы, а также имидж их программ, целей, планов, намерений влияет на качество выполнения организациями, коллективами, целевыми группами своих функций, насколько имидж воздействует на статус того или иного социального объекта, каковы социальные механизмы, которые можно задействовать, чтобы создать адекватный (не обязательно положительный) имидж.

Типы имиджа

Целесообразно разделять имидж на корпоративный (имидж компании, фирмы, предприятия, учреждения, политической партии, общественной организации и т.д.) и индивидуальный (имидж политика, бизнесмена, артиста, руководителя, лидера общественного движения и т.п.). Содержание и механизмы формирования этих имиджей будут различны, но они связаны.

И в том и в другом случае, т.е. по отношению к организации и индивиду (личности), можно говорить об имидже внешнем и внутреннем. Внешний имидж организации – это её образ, представление о ней, формирующееся во внешней, окружающей её среде, в сознании «контрагентов» этой организации – клиентов, потребителей, конкурентов, органов власти, СМИ, общественности. Внешний имидж индивида складывается из различных форм вербального, визуального, этического, эстетического выражения и поведения, а субъектом являются те люди, которые вступают с ним в прямой или опосредованный контакт.

Исследователи предлагают три возможных подхода к классификации имиджа: функциональный, при котором выделяют разные его типы, исходя из различного функционирования; контекстный, при котором эти типы находятся в разных контекстах реализации; сопоставительный, при котором сравнивают близкие имиджи.

Ф. Джевкинз, сторонник функционального подхода, предлагает следующие типы имиджа:

  1. Зеркальный имидж, свойственный нашему представлению о себе.
  2. Текущий вариант имиджа, характерный для взгляда со стороны.
  3. Желаемый – тип имиджа отражает то, к чему мы стремимся.
  4. Корпоративный имидж организации в целом, а не каких-то отдельных подразделений или результатов её работы.
  5. Множественный вариант имиджа образуется при наличии ряда независимых структур вместо единой корпорации.

Контекстный подход к имиджу означает, что он должен носить целостный, согласованный характер, учитывать условия реализации, а отдельные черты – не противоречить друг другу. Системный характер имиджа позволяет по одной видимой черте вызывать в массовом сознании сопутствующие характеристики. При этом необязательно ставить задачу завоевания всеобщей любви.

Английская исследовательница Э. Сэмпсон, говоря о личностном имидже, выделяет в зависимости от сочетания внешних и внутренних факторов три вида имиджа: самоимидж, воспринимаемый имидж и требуемый имидж. Эта типология отражает взгляд на имидж с разных позиций: со стороны своего «я» и со стороны других людей, со стороны реалий и со стороны желаний.

Самоимидж вытекает из прошлого опыта и отражает нынешнее состояние самоуважения, доверия к себе.

Воспринимаемый имидж это то, как нас видят другие. Естественно, что эта точка зрения может отличаться от предыдущей. Мы часто не знаем, как к нам относятся на самом деле, как реально о нас отзываются.

Требуемый имидж означает, что ряд профессий (ролей) требует определённых имиджевых характеристик. В некоторых случаях этому способствует тип одежды. Военная форма, судебная мантия, царская корона – всё это имиджевые знаки, указывающие на исполнителей конкретных ролей, они как бы входят в требуемый набор символов, необходимых для исполнения этих ролей.

Некоторые исследователи в качестве самостоятельного выдвигают тип харизматического имиджа. Понятие харизмы, харизматического руководителя ввёл классик социологии М. Вебер. Он писал: «Преданность харизме пророка или вождя на войне, или выдающегося демагога в народном образовании или в парламенте как раз и означает, что человек подобного типа считается внутренне «призванным» руководителем людей, что последние подчиняются не в силу обычая или установления, но потому, что верят в него. Правда, сам «вождь» живет своим делом, «жаждет свершить свой труд», если только он не ограниченный и тщеславный выскочка. Именно к личности вождя и ее качествам относится преданность его сторонников апостолов, последователей, только ему преданных партийных приверженцев».

Ныне, благодаря развитию средств массовой информации, особенно телевидения, сохранить и удержать харизму затруднительно, так как она в значительной мере покоится на закрытости, на приписывании «вождю», «герою» не существующих у него качеств. Однако появляется новое – харизматичностью наделяют лидера, используя его максимальную открытость публике (пример президент, поп-звезда).

Закрытый имидж тоже можно отнести к списку возможных имиджей. Он был характерен для многих советских руководителей. Каждый человек мог вписать в этот имидж те черты, которые сам считал для себя убедительными – как «черная дыра» он готов был принять все. И чем меньше информации будет иметь аудитория, тем серьезнее и значительнее начинает выглядеть фигура такого руководителя (недавний пример загадочный Ким Чен Ир, молчаливо и невидимо проследовавший на бронепоезде через всю Россию для встречи с президентом В.В. Путиным).

В зависимости от сфер деятельности, от различного социального контекста, в котором формируется имидж, можно выделить имидж в политике (и политиков), имидж бизнеса, имидж масс-медиа (имидж поп-звезд), имидж организации, имидж страны. Эти имиджи различаются и по содержанию, и по механизмам их формирования, и по формам проявления.

Таким образом, формирование имиджа может и должно быть включено в систему рационального социального управления, так как здесь скрывается широкий пласт еще неиспользованных управленческих резервов. Не все практические работники, руководители осознали значение имиджа в деле презентации себя, своих фирм и организаций контрагентам и общественности, многие продолжают действовать по известному рекламному слогану: «Имидж – ничто, жажда – все!». И проигрывают в конкурентной борьбе.

В качестве резюме следует отметить в имиджелогии понятие имиджа – центральная гносеологическая проблема, от решения которой зависят все другие ее теоретико-прикладные и технологические проблемы.

Вопросы для самопроверки

  1. Что такое процесс формирования имиджа?
  2. Назовите основные типы имиджа.
  3. Какое толкование понятия имиджа для вас наиболее приемлемо?

Рекомендуемая литература

  1. Снежницкий Л.Д. На репетициях у мастеров культуры. М., 1972.
  2. Спиллейн М. Создайте свой имидж. М., 1996.
  3. Лорен С. Женщина и красота. М., 1996.

Теоретические аспекты самопрезентации

Имиджирование как форма самопрезентации

Создание имиджа – длительный и сложный процесс, успешность которого зависит от условий и технологий формирования имиджа. По мнению В.М. Шепеля, имиджирование – ряд преднамеренно выстроенных моделей поведения.

Понятие самопрезентация происходит от английского слова «самоподача», то есть представление себя другим людям. В английском энциклопедическом словаре оно дословно обозначает «управление впечатлением о себе у других людей с помощью бесчисленных стратегий поведения, заключающихся в предъявлении своего внешнего образа другим людям».

В.М. Шепель определяет самопрезентацию как «умение подавать себя, привлекая к себе внимание, актуализируя интерес людей к каким-то своим видео-, аудиокачествам».

В американской традиции самопрезентация рассматривается как проявление демонстративного поведения в межличностном общении, а само демонстративное поведение – как одна из форм социального поведения.

Большинство исследователей, работающих в этом направлении, придерживаются определения самопрезентации, данного Ж. Тедеши и М. Риесом. По мнению этих авторов, самопрезентация – это намеренное и осознаваемое поведение, направленное к тому, чтобы создать определённое впечатление у окружающих. В литературе часто встречаются следующие синонимы самопрезентации: управление впечатлением, самоподача и самопредъявление.

Впервые анализ проблемы управления впечатлением о себе встречается в работах Э. Гоффмана, выдвинувшего концепцию «социальной драматургии». Суть её заключается в проведении полной аналогии между реальными жизненными ситуациями и театральным представлением. Автор исходит из того, что человек в процессе социального взаимодействия способен не только смотреть на себя глазами партнёра, но и корректировать собственное поведение в соответствии с ожиданиями другого, чтобы создать наиболее благоприятное впечатление о себе и достичь наибольшей выгоды от этого взаимодействия.

По мнению Э. Гоффмана, независимо от конкретного намерения, индивид заинтересован в том, чтобы контролировать поведение других. Такой контроль возможен преимущественно путём воздействия на «определение» ими ситуации. Индивид может воздействовать на это «определение ситуации», подавая себя таким образом, чтобы окружающие добровольно действовали в соответствии с его собственными планами.

Э. Гоффман также предполагает, что в процессе взаимодействия могут произойти события, которые будут дискредитировать или ставить под сомнения это «определение ситуации». Чтобы предотвратить эти замешательства, постоянно предпринимаются превентивные корректирующие действия. Защитные и охранительные действия включают методы, используемые для гарантии сохранности впечатления, созданного индивидом в течение его пребывания перед другими.

Исследования, представленные Д. Майерсом в книге «Социальная психология», показывают, что в большинстве случаев самооценка у людей завышена (благосклонное и оптимистическое отношение к себе). Такое позитивное отношение к себе приводит к ожиданию такого же позитивного отношения к себе со стороны окружающих, что вызывает «подыгрывающее» поведение, которое может привести к позитивному отношению окружающих к себе (подыгрывающее поведение – самопрезентация). Желание показать себя с лучшей стороны, чтобы быть позитивно воспринятым окружающими, влияет в свою очередь на самооценку и самоуважение.

Самопрезентация относится к стремлению человека представить желаемый образ как для аудитории вне (другие люди), так и для аудитории внутри (он сам). Намеренно или ненамеренно люди извиняют, оправдывают или защищают себя, когда это необходимо, чтобы поддержать свою самооценку и подтвердить свой «Я-образ». В знакомых ситуациях это происходит без сознательных усилий, в незнакомых ситуациях – осознанно.

Теория когнитивного диссонанса рассматривает самопрезентацию как один из приёмов устранения диссонанса. Эта теория исходит из того, что различные представления и установки личности, как правило, согласуются друг с другом; человеческое сознание не терпит противоречий между отдельными когнитивными элементами и стремится устранить возникающий диссонанс. Чтобы обеспечить согласованность, личность может использовать такие приёмы: например, искажает мнения других о себе, приближая их к собственной самооценке, или ориентируется на людей, отношения которых помогает поддерживать привычный «образ Я». Намеренно или ненамеренно, индивид может вести себя таким образом, чтобы вызвать у окружающих отклик, соответствующий его представлению о себе и т.д. Эти большей частью неосознаваемые способы позволяют индивиду поддерживать определённый уровень самоуважения и сохранить единство «образа Я».

Е.Л. Доценко в книге «Психология манипуляции: феномены, механизмы и защита» рассматривает управление образами как один из видов манипуляции.

Манипуляция в данном случае рассматривается как вид психологического воздействия, искусное исполнение которого ведёт к скрытому возбуждению у другого человека намерений, не совпадающих с его актуально существующими желаниями.

Другая группа исследователей рассматривает самоподачу как управление вниманием. Управление восприятием партнёра происходит с помощью привлечения внимания к тем особенностям своего внешнего облика, своего поведения или представления о ситуации, которые «запускают» соответствующие механизмы социального восприятия.

Ю.М. Жуков в книге «Эффективность делового общения» рассматривает самопрезентацию в контексте системы правил эффективного общения. Под понятием «правила общения» скрывается ряд весьма различных средств регуляции коммуникативного поведения, содержание и функции которых не однотипны. Выделяют правила коммуникативного взаимодействия и правила самоподачи.

Некоторые правила самоподачи относятся к технике общения, но большинство из них имеет отношение к тактике общения. Правила самоподачи необязательны в том смысле, что их выполнение не санкционируется ожиданиями окружающих, они не обязательны, а факультативны.

Факториальные теории самопрезентации

Чтобы прояснить эту проблему, были предложены теории, придающие решающее значение внутренним факторам (мотивационные теории), теории, объясняющие всё внешними факторами (ситуационные теории), и теории, учитывающие как те, так и другие факторы.

Теории третьего типа обычно ограничиваются перечислением множества внутренних и внешних факторов, влияющих на самопрезентацию.

Авторы мотивационных теорий показывают, какие побуждения могут лежать за самопрезентацией (демонстративным поведением): потребность одобрения или стремление избежать неодобрения, мотив власти, стремление к превосходству, стремление чувствовать свою эффективность, потребность формировать у окружающих уважительное к себе отношение и т.д. Некоторые авторы постулируют существование специфического мотива – мотива привлечения внимания к себе, потребность проявления индивидуальности.

Работы, посвящённые ситуационным факторам, в основном экспериментальные. В них основное значение придаётся параметрам ситуаций – степени знакомства с окружением, зависимости от окружения, длительности общения, значению этой ситуации для индивида с точки зрения его «жизненного пути» и прочие. Чаще всего в подобных работах исследуются искусственно изолированные, локальные закономерности, которые в свою очередь нуждаются в систематизации.

Один из важнейших и определяющих факторов самопрезентации – социальный контекст, в котором она реализуется, то есть социальные нормы и ценности задают допустимые границы проявлений самопрезентации (демонстративного поведения).

Другое направление исследований – индивидуальные различия в склонности к самопредъявлению. Первая работа в этом направлении была сделана Р.А. Викландом, который утверждал, что становление сознания самого себя как объекта оценки другими продуцирует особое психологическое состояние – состояние «объективного самосознания» ( objective self - awareness ). Состояние сфокусированного внимания на самого себя проявляется время от времени в каждодневной жизни, часто как результат внимания к человеку со стороны других людей. Таким образом, «объективное самосознание» – это способ осознания соответствия реальной жизни нашим представлениям о морали, этике и эстетике. Теория Р.А. Викланда вызвала ряд исследований, направленных к тому, чтобы проверить связь между «объективным самосознанием» и действием согласно нормам поведения.

Одна из таких интерпретаций состоит в том, что сфокусированное внимание повышает мотивацию субъекта или, как это иногда называют, драйв (побуждение). «Объективное самосознание» может вызывать внимание к внутренним нормам личности и вести его к действию согласно своим убеждениям. Другой результат «объективного самосознания» – повышение мотивации. Повышенная мотивация может иметь улучшающий или разрушающий эффект, зависящий от того, насколько для человека привычно это поведение и насколько высок конечный уровень мотивации. Критике также подверглись средства, которые используются в исследовании – зеркало, камера и т.д., – вызывающие непосредственное внимание к наиболее поверхностным аспектам «Я», например, внешности, и лишь косвенно к другим аспектам «Я». Таким образом, какие бы разнообразные нормы ни были вызваны такими средствами, трудно сказать, какие нормы будут превалировать.

Другое направление исследований – рассмотрение «самосознания» как источника личностной черты. Предположение о том, что некоторые люди осознают себя постоянно, в то время как другие осознают себя непостоянно, легло в основу следующих исследований.

А. Фенигстейн, М. Шериф и А. Басс создали опросник для диагностики «самосознания» как личностной черты и назвали его Шкалой Самосознания. На основании факторного анализа они выделили следующие аспекты самосознания:

  • личное самосознание – включает пункты, которые обращают внимание на собственные реальные чувства;
  • публичное самосознание – связано с интересом к себе как к социальному объекту (то, что Р.А. Викланд обозначил «объективным самосознанием»);
  • социальная тревога – отражает свойство человека теряться вследствие социального внимания.

Факторный анализ также обнаружил, что эти аспекты самосознания, хотя и отличаются друг от друга, тем не менее, тесно связаны между собой. Есть три аспекта самосознания и люди отличаются друг от друга в той степени, в которой они осознают себя каждым из этих способов. Однако есть другие исследования, показывающие, что такая структура не возникает абсолютно у всех испытуемых.

Несмотря на то, что личное и публичное самосознание заключается в некотором чувстве внимания к самому себе, эти различные способы осознания себя ведут к различным видам поведения.

Марк Снайдер, развивая основные положения гоффманского подхода, предположил, что некоторые люди управляют впечатлением о себе, в то время как другие не делают этого. Некоторые люди управляют своим поведением, обращая внимание на своё внутреннее (реальное) «Я», другие обращают внимание на то впечатление, которое они создают у окружающих. М. Снайдер называл людей, обращающих большое внимание на впечатление, которое они производят на других, склонными к самомониторингу ( self - monitors ).

Чтобы доказать, что самомониторинг – важное качество, отличающее людей друг от друга, М. Снайдер придумал сорок одно самоописательное утверждение, связанное с пятью способами, которыми, по его мнению, отличаются люди с высоким показателем по самомониторингу от людей с низким показателем (см. табл. 1).

Таблица 1
Пять отличий людей с высоким показателем по самомониторингу относительно людей с низким показателем

Высокий уровень самомониторинга

Низкий уровень самомониторинга

1. Интересуются социальным соответствием своей самопрезентации

1. Не интересуются соответствием своего поведения тому, что думают другие люди

2. Внимательны к тому, что делают другие люди, как к руководству для собственного самовыражения

2. Внимательны к своему внутреннему «Я»; не интересуются тем, что делают другие

3. Способны контролировать своё самовыражение

3. Не интересуются управлением своим самовыражением

4. Готовы управлять своим самовыражением в социальных ситуациях

4. Не готовы контролировать своё самовыражение в социальных ситуациях

5. Не согласуются в своей самопрезентации от ситуации к ситуации

5. Согласуются в своей самопрезентации от ситуации к ситуации

На основании этих утверждений М. Снайдер создал Шкалу Самомониторинга, состоящую из двадцати пяти пунктов. Анализ этой шкалы показал, что она весьма надёжна и валидна. Люди с высоким показателем по самомониторингу похожи на тех, которых описал в своих работах Э. Гоффман; с низким показателем – похожи на тех, которые не подходят под описанные Э. Гоффманом типажи.

Последующие исследования подтвердили, что люди с высоким показателем по самомониторингу по сравнению с людьми, обладающими низким показателем по самомониторингу:

  • •больше подходят для социологических целей;
  • лучше приспосабливаются к взглядам аудитории;
  • меньше интересуются своими истинными установками в принятии решений;
  • имеют множество знакомых и приятелей для разного рода деятельности;
  • больше интересуются физической привлекательностью (внешним видом).

Как бы ни были успешны исследования самомониторинга, они подвергаются критике. Возможно, реальное отличие между людьми с низким и высоким уровнем самомониторинга в том, что чем выше уровень, тем лучше люди представляют себе, какое поведение ведёт к тому, чтобы быть обаятельным и нравиться другим людям. Как показывает практика, Шкала Самомониторинга коррелирует с другими измерениями социальных навыков, то есть самомониторинг может быть предметом социального умения. Многие исследования, опираясь на факторный анализ, выявляют присутствие дополнительных факторов за пределами шкалы, что указывает на скрытые в ней черты. Это позволяет предположить, что Шкала Самомониторинга – несовершенный инструмент. На наш взгляд, она требует доработки.

Принципы имиджирования

Самостоятельность имиджа открывает возможность воздействовать на него путём тех или иных влияний. С их помощью могут быть созданы более или менее искусственные конструкции, вбирающие сознательно выделяемые качества.

С психологической точки зрения этот процесс должен опираться на ряд механизмов. Фасцинация (от англ, fascination – очарование, обаяние) связана с речевым, словесным воздействием, при котором минимизируются потери информации, возбуждаются внимание и интерес. Аттракция (от англ, attraction – привлечение, притяжение) – визуально фиксированное эмоциональное отношение человека к кому-либо в виде проявления к нему симпатии и готовности к общению. Как считает В.М. Шепель, фасцинация и аттракция – неотъемлемые элементы имиджирования и имеют множество способов обеспечения их наилучшего эффекта.

В целом задачи имиджирования весьма специфичны. С одной стороны, процесс имиджирования есть некая технология, основанная на строгих правилах, разработках пакета процедур, критериях и методах замера результатов. С другой – он имеет вполне творческий характер, близкий задачам искусства.

Успешное применение имиджа предполагает знание исходных психолого-педагогических принципов, обусловливающих его. В качестве таковых выступают: принцип самовоспитания, принцип гармонии визуального образа, принцип коммуникативности – многообразия форм и способов информационного взаимодействия, принцип саморегуляции и ортобиоза, принцип речевого воздействия.

Эти принципы – обязательные требования к организации имиджирования. Они выступают в роли постоянных факторов, искусно воплощённых в разнообразных формах и методах совершенствования профессионального мастерства работников социологической деятельности.

•  1.            Принцип самовоспитания и самосовершенствования

Самовоспитание – путь формирования профессионального мастерства имиджмейкера. Основу этого принципа составляет самооценка профессиональных качеств и анализ существующего имиджа, как следствие этого составляется программа самовоспитания, основанная на индивидуальном подходе. Усовершенствовать свой образ (профессиональный, визуальный), представляемый окружающим, можно только через понимание самого себя.

•  2.            Принцип гармонии визуального образа

Нельзя недооценивать значение такого социально-психологического явления, как межличностная перцепция. Наряду с умением воздействовать на людей действиями и словом, весьма существенна визуальная привлекательность имиджмейкера – гармония его внешнего облика.

С.И. Ожегов определяет понятие гармонии как «согласованность, стройность в сочетании чего-нибудь». Гармония визуального образа – это прежде всего согласованность, стройность в сочетании пропорций (соотношение частей тела), формы лица и тела, цветовой тип личности и тип силуэта. Основной фактор в построении гармоничного визуального образа – принцип коррекции. Выявление и использование эффективных приёмов коррекции позволяет визуально приблизиться к законам пропорций, канонам красоты, обоснованным ещё Марком Витрувием Поллионом и Леонардо да Винчи.

•  3.            Принцип коммуникативного и речевого воздействия

Коммуникативность как многообразие форм и способов информационного взаимодействия – важнейшее условие результативности социологической деятельности. В процессе коммуникативного общения благодаря установившимся контактам происходит восприятие людьми информации, эмоционального настроя. Эффективность этого принципа состоит в профессиональном использовании таких приёмов, как убеждение, внушение и подражание.

Профессиональная культура имиджмейкера включает в себя культуру речевого воздействия. Его речь должна соответствовать современным нормативным требованиям. Нормативная речь имиджмейкера позволяет ему сохранять коммуникативное лидерство в таких активных формах профессиональной речи, как диалог, монолог, полилог. К профессиональным качествам речи имиджмейкера следует отнести такие свойства голоса, как чистота и ясность тембра, благозвучность, гибкость, полётность. Особое внимание следует уделить суггестивности (способности голоса внушать эмоции и влиять на поведение слушателя). Хорошая дикция даёт возможность профессиональной речи стать действенной, то есть побуждать людей к изменениям – внешним и внутренним. Гуманистическое речевое воздействие предполагает исходную доброжелательность, желание понять личность и пойти ей навстречу, отсутствие попыток оттолкнуть и навредить. По мнению одного из ведущих деятелей современной американской риторики Р. Нельсона, основным регулятором речи, лежащим вне её, является этика.

•  4.            Принцип саморегуляции

Основу его составляет ортобиотика – наука о технологии самосбережения тела и души, об ортобиозе как разумном образе человеческого бытия. Основателем ортобиотики считается наш соотечественник, лауреат Нобелевской премии И.И. Мечников. Основы ортобиотики, её теория и методология нашли отражение в его трудах «Этюды о природе человека» и «Этюды оптимизма», где рассматриваются подходы по «уходу за собственной персоной и отмечается, что следование правилам ортобиоза в огромной степени облегчает проявления высших способностей человеческой души.

Каждая профессия требует набора способностей, проявления чувств и мыслей. Чем продолжительнее занимаются человек каким-либо видом деятельности, тем больше проявляется на нём профессиональный отпечаток. Специфика деятельности имиджмейкера – в активной умственной деятельности и постоянном напряжении нервной системы. Основная нагрузка приходится на головной мозг, который, находясь в напряжении, подчиняет себе все ресурсы организма. Напряжение испытывает высшая нервная деятельность, так как она постоянно подвергается воздействию таких факторов, как большой объём аналитико-синтетической деятельности мозга, хронический дефицит времени и высокий уровень личной мотивации.

Оптимизация режима личной жизни, трудового ритма и условий среды – основа ортобиоза. Чем объективнее наше знание о состоянии своего организма, чем надёжнее информация о происходящих в нём процессах и индивидуальных особенностях их протекания, тем продуманнее могут быть усилия в обращении с ним. В ортобиозе познание себя – это объективное знание о положительных и отрицательных моментах своего физического, психологического и нравственного здоровья. Его необходимо беречь и постоянно укреплять.

Вопросы для самопроверки

  1. В чём практический смысл самопрезентации?
  2. Каковы теоретические основы имиджирования?
  3. Раскройте содержание принципов организации имиджирования.

Рекомендуемая литература

  1. Доценко Е.П. Психология манипуляции: феномены, механизмы и защита. М., 1997.
  2. Крижанская Ю.С., Третьякова В.П. Грамматика общения. М., 1999.
  3. Зинченко В.П. Образ и деятельность. М; В., 1997.
СодержаниеДальше

наверх страницынаверх страницы на верх страницы









Заказать работу



© Библиотека учебной и научной литературы, 2012-2016 Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования