В библиотеке

Книги2 383
Статьи2 537
Новые поступления0
Весь каталог4 920

Рекомендуем прочитать

Фихте И.Г.Основа общего наукоучения
В работе "Основа общего наукоучения" Фихте, один из виднейших представителей немецкой трансцендентально-критической философии, составивший эпоху последовательным проведением трансцендентального субъективного идеализма, представил идеалистическое развитие критической философии Канта.

Полезный совет

На странице "Библиография" Вы можете сформировать библиографический список. Очень удобная вещь!

Алфавитный каталог
по названию произведения
по фамилии автора
 

АвторЩепаньский Ян
НазваниеЭлементарные понятия социологии
Год издания1969
РазделКниги
Рейтинг1.24 из 10.00
Zip архивскачать (778 Кб)
  Поиск по произведению

V . Социологическая концепция человека и личности 

Основания, в силу которых социология должна заниматься проблемами человеческой личности, весьма просты; общественная жизнь — совокупность явлений и процессов, происходящих между людьми, поэтому особенности людей, воздействующих друг на друга, не могут быть безразличны для исследователя этих процессов. Но речь идет не только об особенностях. Они, как известно, могут изменяться. Речь идет об установлении того, существуют ли (какие-то основные элементы, составляющие неизменную «природу человека», постоянным образом определяющую поведение людей, познание которой могло бы стать основой предвидения человеческого поведения в различных ситуациях. Многие философы и социологи считали, что существование такой человеческой природы — необходимое условие закономерного возникновения общественных явлений и поэтому познание ее — непременное условие создания социологии. Так рассуждали прежде всего те, кто социологию понимал как науку о поведении индивидов и групп в социальных ситуациях. Социологи же, которые полагали, что задачей социологии является изучение массовых явлений и процессов, происходящих в социальных макроструктурах, изучение природы человека считали излишним. По их мнению, природу человека можно считать постоянной величиной, действующей всегда одинаково, и поэтому при изучении социальных структур и их изменений ее роль для социологии не представляет интереса.

При настоящем положении социологии интерес к лич­ности вновь оживает. Он возникает а связи с исследованиями микроструктур, и процессов, происходящих в малых группах. Ибо предполагается, что эти процессы взаимодействий, происходящие в малых группах, имеют большое значение также для процессов, происходящих в макроструктурах. Об этих вопросах позднее мы будем говорить особо, а сейчас возвратимся к проблемам теории человеческой личности.

Различные теории человека 

На простой с виду вопрос, что такое человек, отвечали теология, философия, антропология, как физическая, так и культурная и философская, психология и социология. Теологические взгляды, выступающие в различных религиях, связывают существование человека, его особенности, цель и смысл его жизни с божественными силами, которые его сотворили, с их волей, которая определяет ход человеческих дел и придает им смысл. Человек — единственный среди творений — наделяется бессмертной душой, и это обеспечивает ему исключительное место в мире и одновременно определяет цель его жизни — заботу о опасении души и возвращении ее к творцу.

Философских взглядов на сущность и предназначение человека существует очень много. Начало им положили концепции греческих философов, понимавших человека как существо разумное, сопричастное более, чем другие существа, божественному разуму, проникающему весь мир и поэтому обладающему способностью понимания приро­ды мира. Исключительность положения человека в мире особо подчеркнул Протагор в известном изречении: «Человек—мера всех вещей». Другие философские теории пошли либо теологическими путями, либо путями раннего греческого гуманизма, придавая доктрине разумности человека различные интерпретации, либо также, после XIX века, путями натурализма и эволюционизма [1].

Естественные науки, развившиеся главным образом под влиянием эволюционизма и дарвинизма, понимали человека как зоологический вид. «Человек является особым видом, а точнее, зоологическим видом, и все его анатомические признаки, так же как и физиологические, химические или психические, возникли путем эволюционного развития из зачатков, имеющихся уже у животных... Однако человеку присуще нечто чуждое животным, и ввиду этого данный вопрос встает в принципиально ином свете. Человек — существо общественное, его психологическое развитие протекает под преобладающим воздействием общественных факторов» [2]. Но естественные науки интересуются прежде всего организмом, его свойствами и процессами. Антропология, медицинские науки, физиология, биохимия и другие науки совместными усилиями постепенно открывают физиологические основы механизмов человеческих реакций на социальные ситуации, человеческих действий, стремлений и взглядов. Говоря о природных основах общественной жизни, мы отмечаем важность этих исследований для познания всех аспектов и механизмов человеческой жизни. Они важны также для познания так называемых биогенных элементов личности, о которых будем говорить ниже. Вообще говоря, природные теории человека, несмотря на различные периоды господства натуралистических тенденций и несмотря на попытки сведения и объяснения всей деятельности и культурного творчества процессами, происходящими в организме, недостаточны для полного описания и объяснения общественной жизни, поэтому на современном этапе развития науки они должны быть дополнены психологическими и социологическими исследованиями относительно участия человека в жизни общества и в культуре [3].

Понятие человеческой природы

Понятие человеческой природы сформулировано философами и психологами самых ранних времен, которые считали, что каждый человек обладает одинаковой в принципе психической или же психофизической структурой, общей всему виду и отличающей человека от других животных. Некоторые имплицитно принятые теории человеческой природы можно, собственно, встретить во всей мировой литературе от ее древнейших начал, от первых записанных или переданных традицией пословиц и житейских максим. Нет недостатка и в очень давних попытках обобщений на тему о человеческой природе. «Характеры» Теофраста (362—287 до н. э.), «Размышления» Марка Аврелия (121—180), такие произведения, как «Размышления, или Сентенции и Максимы о морали» (1655) Ларошфуко, «Трактат о фальшивости человеческих добродетелей» (« Traite de la fauss ' ete des vertus humaines ») (1678) Ж. Эспри или же известные «Характеры или нравы этого века» (1688) Лабрюйера — вот несколько примеров философских и литературных размышлений о человеческой природе. Можно сказать, значительно упрощая, что для данных философов это совокупность постоянных стремлений и мотивов, целей и ценностей, определяющих поведение человека. Но если проанализировать мировую художественную литературу, повести, драмы, комедии, то можно утверждать, что они также принимают своеобразную концепцию постоянной человеческой природы, что произведения эти вечно живы и вызывают отзвук во все эпохи, между прочим, также и потому, что говорят о человеческих стремлениях, мотивах, взглядах, целях и конфликтах, вечно живых ,в индивидах и общностях. На их основе можно было бы выявить, какие общие положения, определяющие сущность человека, признавали их авторы; но оставим эту задачу историкам литературы.

В результате выражение «человеческая природа» употребляется во многих значениях. Это множество значений Дж. Дьюи сводит к четырем: 1) человеческая природа — то же самое, что определенная врожденная и первичная биопсихическая конституция, общая всему виду; 2) человеческая природа — это совокупность устойчивых психологических сил и свойств, управляемых специфическими законами, из которых вытекают основные неизменные стремления человека; 3) человеческая природа характеризуется восприимчивостью и способностью отбора впечатлений и она лишена каких-либо активных компонентов, врожденных мотиваций и стремлений; 4) человеческая природа не является ни биологической конституцией, ни структурой психики. Она проявляется в создании культурных ценностей, общественных институтов, моральных идеалов и т. п. В этих творениях, свойственных только человеческому виду, следует искать основные черты человеческой природы [4]. Как видим, эти четыре основные концепции человеческой природы достаточно противоречивы. Чаще всего, однако, встречается определение человеческой природы как комплекса основных способностей и движущих сил, действующих в человеческом организме, обеспечивающих удовлетворение биологических потребностей, активное приспособление к среде и сохранение жизни. Этот комплекс в основном постоянен и неизменен, хотя в ходе приспособления к различного рода средам может подвергнуться определенным модификациям. Такое определение человеческой природы подразумевает натуралистическая точка зрения, то есть утверждение, что этот комплекс основных свойств человека обусловлен биологически и передается путем биологического наследования.

Такая концепция постоянной человеческой природы повлекла за собой важные теоретические и практическо-политические последствия. Прежде всего остановимся на вытекающих из нее практических выводах. Дж. Дьюи выразил их в следующих вопросах: «I) Являются ли современные политические и экономические институты необходимыми созданиями человеческой природы? Или, в более общей форме, следует ли из истинной конституции человеческой природы, что определенные социальные учреждения имеют шансы на успех, а другие обречены на неудачу? Является ли, например, неизбежной война, по­скольку она — факт человеческой природы? Коренится ли стремление к личной выгоде так глубоко в человеческой природе, что любая попытка построить экономику на иной основе, чем конкурентная борьба за частную прибыль, должна неизбежно потерпеть крах? 2) Насколько глубоко поддается изменениям человеческая природа путем созна­тельных усилий? Или, другими словами, что важнее — природа или среда? Что самое важное в определении человеческого поведения — наследственность или среда? 3) Как велик и насколько твердо установлен диапазон изменений человеческой природы среди индивидов и групп? Являются ли разные расовые и социальные группы безусловно низшими в силу причин, которые не могут быть изменены? Относится ли то же самое к индивидам?» [5] Ответы на эти вопросы должны определять политическую, общественную и экономическую деятельность. Если определенные свойства человека действительно неизменны, и эти свойства важны для совместной жизни, то воспитательное воздействие и попытки общественных реформ либо обречены на неудачу, либо могут быть успешными лишь в ограниченном объеме. Появившаяся обширная литература на эту тему, подрывающая теорию человеческой природы, но прежде всего общественная и политическая практика поставляют аргументы против этой косной теории. Дискуссия завязалась главным образом вокруг концепции инстинктов и по вопросу о том, обусловлено ли и в каком объеме поведение человека неизменными инстинктами, составляющими существенную часть человеческой природы.

Проблема инстинктов

Эта проблема волновала общественные науки на протяжении многих лет. Примерно в 1860—1925 годах велись дискуссии по вопросу о роли инстинктов в поведении человека. Эти дискуссии были в значительной мере осложнены многозначностью термина «инстинкт», а также трудностью однозначного эмпирического разрешения проблемы. Проблема принимала также более общий вид спора о важности влияния наследственности или среды. Многие психологи формулировали инстинктивистские теории социального поведения человека, нередко сводя всю общественную жизнь к игре инстинктов [6]. С другой стороны, марксизм и многие другие социологические школы остро критиковали всякие теории наследственности, невзирая на то, выступали ли они в виде теории инстинктов или теории неизменной человеческой природы, ф. Знанецкий подчеркивал методологическую бессодержательность понятия инстинкта: «Рассмотрим для примера методологическую ценность таких двух понятий, как половой инстинкт и социальный инстинкт, которые входят в определение человеческой природы в ее обыденном понимании. Роль их в теории культуры Должна заключаться В облегчении реальной классификации культурных функций... К культурным явлениям, вытекающим из «полового инстинкта», отнесено прежде всего большинство данных, касающихся института брака во всех его формах — моногамной, полигамной и полиандричной, групповой, включая сюда самого различного рода умыкания, покупки, приобретения в рабство или такие обычаи, как пробная ночь, ius primae nioctis , предложение жены гостю и т. д. Класс явлений, которые считаются детерминированным социальным инстинктом, еще обширней. Во всяком случае к нему следует отнести все функции, в которых выражается стремление к социальному взаимодействию, начиная с тех, на которых основывается жизнь дикой орды, и кончая теми, которые выражаются в новейшем государственном устройстве. Что же ценного для науки в понятии, которое связывает в одно целое все эти виды явлений?..» [7]

Критика понятия инстинкта в общественных науках была доведена до конца после точного определения его содержания и объема. Если под .инстинктом понимать определенные врожденные и неизменные способы реагирования на определенные внутренние или внешние раздражители, общие всему виду, вызывающие у всего вида одинаковые и неизменные способы поведения,— тогда можно утверждать, что у людей мы не встречаем таких способов поведения. Все экземпляры какого-либо вида птиц постоянно строят свои гнезда идентичным способом и т. д., каждый взрослый экземпляр какого-либо вида животных ведет себя одинаковым образом в определенных ситуациях. Такого рода постоянные и неизменные видовые способы поведения среди людей не наблюдаются. Правда, некоторые психологи подсчитали, что человек имеет около 250 инстинктов, но специальные этнологические исследования ( F . Boas , The Mind of Primitive Man , 1911), проведенные специально под углом зрения поисков инстинктивных механизмов поведения людей различных культур, показали, что не существует никаких общих и неизменных способов поведения, которые можно было бы приписать инстинктам. Наконец , Л . Бернард (L. L. Bernard, Instinct. A Study of Social Psychology, 1924) суммировал все результаты исследований человеческих инстинктов, подчеркнув, что в социальном поведении невозможно вскрыть инстинктивные механизмы в том виде, в каком они выступают у животных.

Под влиянием этой критики теории инстинктов и человеческой природы подверглись принципиальной модификации. Прежде всего начали искать зависимости между условиями среды и принадлежностью к определенным общественным группам и на этом пути выявлять определенную однородность в человеческом поведении. Положение Маркса, сформулированное в «Тезисах о Фейербахе», о том, что «сущность человека не есть абстракт, присущий отдельному индивиду. В своей действительности она есть совокупность всех общественных отношений», указывало совершенно иные пути исследования человека. Некоторые американские социологи, и прежде всего Р. Парк, также выступили с утверждением, что человек не рождается человеком, что организм новорожденного и его врожденные свойства не детерминируют поведение индивида, а только участие в общностях и процесс социализации формируют человеческие свойства [8]. Ссылаются при этом на примеры детей, воспитанных в строгой изоляции от контактов с людьми или же воспитанных животными, показывающие, что такие дети не проявляли человеческих свойств, то есть не обладали теми особенностями, которые приписываются врожденному механизму человеческой природы [9].

Поиски этой социальной человеческой природы пошли совершенно иными путями. Исследования малых групп и процессов воспитания в этих группах натолкнули на вы­вод, что источники однородности человеческих свойств и. поведения необходимо искать не во врожденной психофизической структуре, а в структуре тех групп, которые ока­зывают сильнейшее формирующее влияние на человека: в семье, в группах ровесников, соседей и т. п. Кули писал: «Человеческая природа развивается и находит свое выражение в простых непосредственных группах, похожих друг на друга во всех обществах; группах, которые создаются семейными связями, совместными развлечениями и соседством. Опыт показывает, что в принципиальном сходстве этих групп можно найти основу сходных мыслей и чувств в человеческом сознания. В них-то повсюду и вырабатывается человеческая природа. Человек не обладает человеческой природой при рождении; он приобретает ее только благодаря совместной социальной жизни, а в изоляции она обречена на исчезновение» [10]. Эти рассуждения направили исследования на путь экспериментальных и иных эмпирических исследований личности человека как фактора общественной жизни.

Социальная личность и ее составные элементы

Ныне мы отдаем себе отчет в сложности проблемы. С одной стороны, прогресс исследований биологических и физиологических механизмов поведения человека, затем экспериментальные психологические исследования и социологически-этнологические исследования социальных и культурных механизмов поступков индивидов и поведения групп, с другой стороны, позволяют вполне оценить сложность проблемы личности. Поэтому мы считаем, что личность человека является интегральной целостностью биогенных, психогенных и социогенных элементов.

Говоря о биологических основах общественной жизни, мы упоминали о том, что анатомические и физиологические свойства организма составляют одну из основных «рамок» поведения человека. Эти биогенные элементы личности (некоторые авторы используют термин «биогенная личность» — например, А. М. Rose , Sociology , 1956) складываются из врожденных рефлексов, которые могут становиться условными, врожденных анатомических черт, физиологических процессов, происходящих в организме, прежде всего деятельности желез и т. д. Многие социологи, занимающиеся проблемами личности, полагают, что эти биогенные элементы не интересуют социолога, поскольку они составляют постоянную и однородную основу поведения во всех обществах и культурах, а поэтому не влияют на различия в поведении. Так, например, Флориан Знанецкий, конструируя социологическую теорию социальной личности, писал: «...Нормальный и здоровый организм является, очевидно, условием sine qua поп культурной жизни человека... Но организм только создает возможность культурной жизни, ничем не определяя ее сущности. Люди с биологически сходными организмами могут как культурные личности крайне отличаться друг от друга в зависимости от цивилизаций, в которых выросли, от способов, какими они были приобщены к этим цивилизациям, и от социальных ролей, которые выполняют» [11]. Многие современные социологи разделяют это мнение. Однако с точки зрения общей теории поведения индивида и поведения общности биологические, а особенно биопсихические, движущие элементы личности и их психологические механизмы важны, и социолог не может пренебрегать знанием их. Особенно необходимо помнить, что в основе любого поведения индивида лежат определенные более или менее фундаментальные биологические потребности, определенные побуждения или импульсы, вызывающие определенное поведение для их удовлетворения. Эти потребности, побуждения могут быть .сопряжены с психогенными импульсами, и поэтому некоторые авторы говорят о биопсихических импульсах. Таким образом, эти биологические основы и факторы личности охватывают нервную систему, систему желез, процессы обмена веществ, побуждения (голод, жажду, половой импульс), половые различия, анатомические особенности, процессы созревания и развития организма. .Спорным является вопрос, насколько эти факторы определяют поведение индивида, но важность их не подлежит сомнению и социолог не может их обходить.

Несколько слов необходимо также сказать о психогенных элементах личности, одновременно отсылая читателя к учебникам психологии для ознакомления с подробностями [12]. К ним относятся такие элементы, как память, характер, чувства, воля, воображение, наблюдательность, интеллект. «Личность в психологическом значении этого слова представляет единство темперамента, даровании, склонностей, характера» [13]. Психологические теории личности столь же дифференцированы, как и теории биологические и социологические. Попытку построения последовательной теории личности предприняли и представители психоанализа. Эта теория, в настоящее время широко распространенная, исходит из того, что личность человека складывается из трех первичных сфер или же систем сил. Это комплекс бессознательных инстинктивных побуждений, названный Фрейдом id («оно»), образующий движущие силы личности. Другим элементом является ego («я»). Это организованная составная часть личности, охватывающая такие психические функции, как восприятие, обучение, память, мышление. Это центральная часть личности, контролирующая слепые силы id и удовлетворяющая их в соответствии с требованиями внешнего мира. Наконец, третья сфера личности — это superego («сверх-я»), складывающаяся из комплекса моральных черт и норм поведения, благодаря которым «сверх-я» устанавливает моральные образцы для «я», а также из совести, которая контролирует, действует ли «я» в соответствии с этими образцами. Развитая психоаналитическая теория стремилась гармонически соединить в одной теоретической конструкции биогенные элементы как силы, действующие в id , и социогенные элементы, действующие в «сверх-я» [14].

Другая теория личности — теория марксистской психологии, которая опирается на учение Павлова о двух сигнальных системах и на теорию исторического материализма [15]. В ней также осуществляется синтез био-психо- и социогенных элементов, но с опорой на материалистическую и историческую концепцию человека.

Кроме этих широко задуманных теорий, в любом учебнике психологии можно найти конструкции личности [16].

Знакомство с ними для социолога так же необходимо, как и определенное знание физиологических процессов, особенно для социолога, занимающегося теорией поведения индивидов и групп.

Теория социальной личности родилась из наблюдения различий в поведении, возникающих на основе одинаковых биопсихических импульсов и регулярности поведения в одних и тех же общностях и культурах. Отсюда напрашивался вывод, что идентичность биологических и психических факторов недостаточна для объяснения однородности поведения и действий индивидов и групп. С другой стороны, потребность в общей социологической теории личности вытекала из осознания необходимости найти постоянное соотношение или, иначе говоря, постоянную величину, определяющую процессы, происходящие в социальных макроструктурах. Объясняя эти процессы, в процессе взаимодействия индивида и общности мы всегда находим организованную целостность свойств индивида, которая «преломляет» влияния и стимулы, исходящие от общности, и устойчивым образом определяет реакции индивида. Поскольку биопсихологические теории недостаточны для объяснения того, как возникает эта целостность и как она связана с обществом и его культурой, социологи старались ее проанализировать, описать и объяснить по-своему.

Последовательная и полная социологическая теория социальной личности еще не создана. Ниже мы представим одну из многих попыток, давая ее в схематичном и упрощенном виде [17]. В польской литературе имеется теория Знанецкого, изложенная в книге «Современные люди и цивилизация будущего» [18]. Однако в нашем изложении мы будем опираться в основном на другие работы.

Социальная личность, или комплекс устойчивых свойств индивида, влияющих на его поведение, вырастающих на основе биологических и психических свойств и вытекающих из влияния культуры и структуры общностей, в которых индивид был воспитан и в которых он участвует, охватывает следующие элементы, развитые в процессе социализации. Говоря о влиянии культуры на общественную жизнь, на первое место мы выдвинули процесс социализации, то есть процесс превращения биологического организма новорожденного ребенка в активного участника общественной и культурной жизни. В этом процессе воспитывающие группы (семья, школа, группы ровесников) передают человеку ряд ценностей и систем ценностей. Среди них находится также культурный идеал личности. Другим социогенным слагаемым личности являются социальные роли, выполняемые в различных коллективах; далее, выделим здесь субъективное «я», то есть созданное под влиянием воздействий других представление о собственной особе, а также отраженное «я», то есть комплекс представлений о себе, созданных из представлений других людей о нас самих. Интегрированный комплекс этих элементов создает социальную личность индивида. Рассмотрим теперь ее более подробно.

В каждой культуре созданы определенные представления о том, каким должен быть идеал человека. Древняя Греция знала такой идеал всесторонне развитого человека, с гармоничным развитием физических, умственных и моральных черт. В некоторых культурах таким идеалом являлся комплекс черт, создающих совершенного воина (некоторые индейские племена, Пруссия, Спарта). В китайской культуре существовал идеал скромного, пренебрежительно говорящего о себе человека, тогда как Соединенные Штаты Америки создали идеал человека, полного предприимчивости, пионера и бизнесмена, склонного к бахвальству.

Идеал личности может изменяться в зависимости от общественных классов, возрастных и даже профессиональных категорий. Однако в некоторых обществах определенные черты личности, например обычай гостеприимства, могут быть присущи всем общественным классам и социальным слоям. Культурный идеал личности необходимо отличать от так называемой базисной лично­сти ( basic personality ), теорию которой развивал

А. Кардинер и др [19]. Под базисной личностью любого общества понимается не идеал личности, а тип репрезентативной личности, то есть комплекс черт, относительно чаще проявляющихся у членов данного общества независимо от того, считаются ли они в этом обществе особо желательными. Причем под репрезентативной личностью можно понимать: 1) личность, проявляющуюся статистически наиболее часто; 2) комплекс общих типичных черт, присущих большому количеству индивидов, несмотря па различия во внешнем поведении; 3) личность, которая более всего выражает существенные ценности данной культуры, даже если проявляется среди значительного меньшинства данного общества, то есть тот тип личности, которая легче всего интегрируется в основные институты данного типа общества, например личность английского джентльмена. Базисная личность иногда понималась как «национальный характер», то есть комплекс черт и склонностей, определяющих характерные для данной нации и часто встречающиеся среди ее членов способы реагирования на ситуации [20]. Теория базисной личности и национального характера не достигла еще полного развития и не подтверждена детальными эмпирическими исследованиями.

Подчеркнем еще раз различие между базисной личностью и культурным идеалом личности. Первая формируется прежде всего в детстве, второй — после периода созревания в контакте со всей культурой и социальными институтами. Этот идеал не обязательно должен быть идентичен идеалу этическому. В некоторых группах идеал личности идентифицирован с этическим или религиозным идеалом, например в монашеских орденах, но в других группах основной чертой идеала человека может быть успешность его действий независимо от того, какими средствами достигаются цели. Следовательно, культурный идеал личности является как бы комплексом предписаний, каким должен быть член данной группы. чтобы снискать признание и положительную оценку. В общей форме он внушается индивидам в ходе воспитания, в ходе контроля за поведением индивида со стороны окружения, путем оценки, одобрения, вынесения порицаний и т. д. Это в общих чертах набросанная модель, которую индивиды реализуют различным, индивидуализированным способом, в зависимости от того, какое положение в обществе они занимают и какие в нем выполняют функции, подлежащие оценке со стороны окружения, иначе говоря, в зависимости от того, какую социальную роль они выполняют.

Основная концепция социальной роли проста. Каждый человек в различных кругах, группах и коллективах занимает какое-то положение, с которым связаны образцы поведения, и круг или группа ожидает от своих членов, что, занимая данное положение, они будут действовать (вести себя) в соответствии с этим образцом, определяющим поведение, признанное идеальным. Однако при более четком формулировании этой концепции социальной роли возникает ряд трудностей. Роль — это относительно постоянная и внутренне связанная система поступков (действий), являющихся реакциями на поведение других лиц, протекающими в соответствии с более или менее четко установленным образцом, которых группа ожидает от своих членов [21]. С любым социальным положением связаны определенные права и обязанности. Права основываются на ожидании индивидом того, что другие будут вести себя по отношению к нему так, как это принято в группе; обязанности состоят в том, что другие ожидают от индивида поведения, соответствующего его положению. Говоря в более общей форме, выполнение социальной роли заключается в проявлении определенных личных черт. Например, социальная роль лидера ( przywodcy ) требует не только соответствующих . дел, но эти дела должны также доказывать, что лидер — человек решительный, верный себе, последовательный и т. п. Существуют, таким образом, роли ребенка, ученика, общественного деятеля, служащего, учителя политического лидера, офицера и т. п., то есть позиции в группах, с которыми связан определенный объем институционализированных функций, выполняемых по поручению и от имени группы или круга как целого, или же функций, подлежащих контролю (понятие контроля мы объясним ниже), и, подобно актеру на сцене, каждый индивид «играет» роль ребенка, ученика, учителя и т. д. Индивид, не оправдывающий ожиданий группы, сталкивается с различного рода санкциями — от свободного воздействия мнений, отрицательного отношения до репрессий, цель которых — пресечь нежелательные действия; в то же время индивид, оправдывающий ожидания, может рассчитывать на награды — от молчаливого признания до формальных поощрений.

Процесс реализации роли зависит от довольно сложной системы факторов: 1) от био- и психогенных элементов индивида. Анатомическое строение, способности, интеллект и т. п. могут делать возможным, облегчать или затруднять выполнение определенных ролей; 2) от личностного образца ( wzoru osobowego ), определяющего комплекс идеальных черт, какие индивид, выполняющий данную роль, должен проявлять, а также комплекс идеальных способов поведения; 3) от определения роли, принятого в социальной группе или круге, которые «следят» за ее выполнением; 4) от структуры группы (или круга), ее внутренней сплоченности и системы наград или санкций, которыми она располагает по отношению к своим членам; 5) от степени идентификации индивида с группой [22].

Влияние биологических и психологических черт на выполнение роли было предметом многих эмпирических исследований, и — говоря кратко — не подлежит сомнению, что они отражаются на выполнении ролей, так же как и на выполнении роли актером на сцене. Одна роль, например Гамлета, может иметь множество индивидуальных «интерпретаций» в зависимости от био- и психогенных черт личности актера. Так же обстоит дело и со всеми социальными ролями. Личностный образец, определяющий идеальные черты и идеальные способы поведения, может быть почерпнут из четких предписаний устава или другой совокупности предписаний (монашеский устав) или же только свободных и не всегда последовательных поучений, с помощью которых мать поучает ребенка, что ему делать, чтобы быть вежливым. Личностный образец определяет такие черты, как, например, достоинство, честь, моральные и гражданские принципы, инициативность, трудолюбие и т. п., зависящие от положения, которое индивид, реализующий данную роль, занимает в группе. Определение социальной роди — это способ приспосабливания личностного образца к роли. Например, в соответствии с правилами, установленными администрацией, роль студента заключается в аккуратном посещении занятий, систематическом учений и т. д. По отношению к студенческому кругу студент должен быть прежде всего хорошим коллегой, готовым к совместным развлечениям, товариществу и т. д. Это пример двух различных определений одной и той же социальной роли. В принятии индивидом соответствующего личностного образца и соответствующего его определения решающее значение имеет прежде всего структура группы, которая этот образец и определение навязывает, а также идентификация личности с группой [23]. Группы со строгой формальной организацией, большой степенью контроля над членами предъявляют к ним весьма высокие требования. Например, армия, монашеские ордена, некоторые политические партии, предъявляющие своим членам очень большие требования, имеющие строгую внутреннюю дисциплину и располагающие совокупностью суровых санкций, навязывают роли безусловным образом. Однако аналогичного результата можно достичь и путем добровольной идентификации индивида с группой, если индивид признает, что цели, реализуемые группой,— наивысшие цели, к которым может стремиться человек, если он считает их своими личными целями, если он признает, что подчинение требованиям группы придает смысл его личной жизни и является путем к достижению личного счастья. Тогда такая группа становится для индивида «референтной группой», ее образцы и требования, ее идеалы становятся идеалами индивида, и роли, навязываемые группой, выполняются преданно, с глубоким убеждением [24].

Некоторые роли, особенно институционализированые, имеющие большую важность для всей группы, очерчены весьма четко; другие, менее важные, не задевающие интересов группы как целого, определены менее четко. Некоторые роли требуют от индивидов, чтобы основные черты культурного идеала личности проявлялись во всех ситуациях (например, в некоторых орденах монах обязан быть всегда покорным).

Опытом установлено, что роль, выполняемая по убеждению в течение длительного периода, великолепно формирует также психогенные черты, так что некоторые социальные ситуации, наследуемые поколениями, формируют определенные психические типы (например, так называемая барская психика, крепостная душа — как эти типы называются в обыденной жизни).

Культурный идеал личности и социальные роли — это некие внешние «схемы», которые общество накладывает на био- и психогенные элементы личности [25]. В процессе социализации, то есть введения новорожденного в общественную жизнь путем целенаправленного воспитания и комплексного воздействия общественной и культурной среды на ребенка, у индивида вырабатывается сознание своего «частного», личного «я». Каждый из нас чувствует, что сумма этих социальных ролей, выполняемых в семье, в профессиональной жизни, в кругу товарищей, соседей и т. д., концентрируется вокруг чего-то, что становится нашей внутренней сущностью, нашим подлинным «я». Каждый из нас часто рассуждает сам с собой, обращается к себе как к кому-то, кто не является той самой личностью, которая в данный момент выполняет какие-то функции «наперекор себе». И другие люди также обращаются к нам таким образом, который предполагает существование такого подлинного «я». Это субъективное представление о нашей внутренней подлинной сущности мы называем субъективным «я». Оно составляет существенный элемент личности человека. Это «я»— социального происхождения и развивается под влиянием родителей, родственников, знакомых, соседей и ровесников, особенно в том возрасте, когда ребенок начинает забавляться и играть роли «солдата», «купца», «героя из сказки» и т. п. Одновременно он уясняет себе, что на самом деле он является кем-то иным, что эти «роли» не составляют его подлинной личности. Таким образом, всякое играние ролей способствует в то же время развитию чувства обладания субъективным «я». Каково содержание этих представлений о себе, во многом зависит от влияния родителей, которые либо обожествляют ребенка и вырабатывают в нем чувство собственной значительности и превосходства над другими, либо вырабатывают в нем чувство собственной неполноценности. Процесс этот сложен, и мы не намерены его здесь подробно анализировать. Субъективное «я», или комплекс представлений о том, каков человек «на самом, деле», часто может быть комплексом выдумок, фантазий, воображения, компенсирующих неудачи в выполнении различных социальных ролей и т. п. Субъективное «я» определяет поведение в тех ситуациях, когда индивид сталкивается с конфликтом нескольких ролей, оказывается перед фактом противоречивости требований нескольких групп, к которым он принадлежит, и тогда приспособлением к такой ситуации обычно руководит субъективное «я». Субъективное «я», созданное под влиянием воздействий социального окружения, становится независимым от этого влияния, когда оно упрочивается в убеждениях индивида, в особенности когда оно преобразуется в комплекс болезненных представлений.

Но существует еще один составной элемент социальной личности человека, посредством которого общество формирует индивидов, а именно отраженное «я» ( jazn . odzwierciedlona ) [26]. Это комплекс представлений, какие каждый из нас имеет о себе на основании того, что, по его мнению, думают о нем другие люди. Как мы представляем себе наше лицо и внешний вид на основании отражения, видимого в зеркале, так и черты нашей личности, характера, наши способности, нашу манеру поведения и выполнения социальных ролей мы представ­ляем на основе того, что мы «видим» и «отбираем» в оценках и реакциях других людей на нашу личность. Об-

Умственный контроль за нашим выполнением различных ролей осуществляется посредством отраженного «я», Отраженное «я» складывается из трех элементов: 1) представления о том, как видят пас другие люди; 2) представления о том, как они оценивают наш внешний вид, широко понимаемый, охватывающий наше поведение и деятельность; 3) реакции на эти представляемые оценки в виде раздумья, удовлетворения, стыда и т. д.

Отраженное «я» не совпадает с субъективным «я». Субъективное «я»—это обычно комплекс положительных представлений о себе, часто противопоставляемый невыгодным оценкам окружения. Однако оценки окружения являются решающими для поведения, для карьеры и т. д.; отсюда вытекает важность отраженного «я», которое становится мощным фактором конформизма. 

Интеграция элементов личности 

Биогенные, психогенные и социогенные элементы личности, которые представлены выше отдельно, как бы в препарированном виде, взаимно приспособлены друг к другу, сопряжены и составляют интегральное единство структуры и функционирования. В акт действия вовлекаются все три «уровня» личности — био-, психо- и социогенный, действующие сопряженно.

Однако эта внутренняя интеграция личности не оз­ачает, что между отдельными ее элементами невозможны противоречия или конфликты. Они не сцепляются друг с другом так совершенно, как шестеренки в механизме часов. Следовательно, интеграция личности означает прежде всего отсутствие конфликтов между составными элементами.

Нормальной личностью мы обычно называем: а) среднюю в статистическом смысле личность; б) личность, приспособившуюся и действующую в рамках установленных социальных критериев; в) целостную (интегрированную) личность, то есть такую, все остальные элементы которой функционируют в координации с другими. Очевидно, мы говорим здесь о нормальной личности не с медицинской точки зрения, но медицинское определение также может иметь место и среди приведенных выше. |в каких условиях личность подвержена дезинтеграции? Это может произойти вследствие противоречий между био-, психо- и социогениыми элементами, например когда культурный идеал личности требует подавления сильных биологических побуждений и т. п. Это может произойти вследствие заболевания нервной системы, системы желез или же нарушения других основных функций организма. Нас здесь, однако, интересуют прежде всего социальные причины дезорганизации личности. К ним относятся: а) участие в нескольких социальных группах, навязывающих индивиду противоречивые системы ценностей и противоречивые образцы поведения; б) участие в дезорганизованных группах, в которых нет четко очерченных социальных ролей, нет системы общественного контроля и нет установленных критериев оценок; в) противоречие между био- и психогенными элементами и требованиями социальных ролей (например, когда несмелый и робкий человек вынужден взять на себя роль, требующую большой ответственности, инициа­тивы и смелых решений; тогда невозможность приспособиться к роли кончается дезорганизацией всей личности) ; г) наконец, необходимо назвать распад психических элементов личности, который также может произойти на социальной или биологической почве.

* * *

Трудно указать, когда и в какой степени данная личность является вполне нормальной и целостной (интегрированной). Не входя в вопросы психиатрии (элементарное знакомство с которыми для социолога весьма полезно), мы должны подчеркнуть, что взаимодействия между нормальными личностями — это основной процесс, в ходе которого между индивидами возникает социальная связь.

Библиографический указатель

  1. Н . Н . Gerth and С . W. Mills, Charakter and Social Structure, New York , 1953.
  2. N. Gross, W. S. Mason and A. W. M с E ас hern, Explorations in Role Analysis, New York , 1958.
  3. R. Linton, The Cultural Background of Personality, New York , 1945.
  4. С . К lu с kh о hn. H. A. Murray and D. M. S с hneider, eds., Personality in Nature, Society and Culture, New York , 1953.
  5. G. H. Mead, Mind, Self and Society, Chicago , 1934.
  6. R. В endix, The Image of Man in the Social Sciences, в : Lipset and Sme1ser, Sociology, 1961, p. 30—37.
  7. S. В a1e у , Osobowosc, Lwow, 1939.
  8. G. S. Hall and G. Lindzey, Theories of Personality, New York , 1957.
  9. J. L. McCar у ed.. Psychology of Personality, New York , 1956.
  10. A. Inke1es, Personality and Social Structure, в ; Sociology today, p. 249—276.
  11. J. J. H о nigmann, Culture and Personality, New York , 1954.
  12. Т . W. Ad о rnoi in., The Authoritarian Personality, New York , 1950.
  13. Whiting J. W. and I. L. Child, Child Training and Personality, Yale University Press, 1953.
  14. A. Malewski, O zastosowaniach teorii zachowania, Warszawa, 1964.

[1] См.: Bogdan Such о dolski , Narodziny nowozytnej filozofii czlowieka , Warszawa , 1963.

[2] Ян Дембовский, Психология обезьян, стр. 41 и 12.

[3] См.: J . Sz сер anski , Socjologiczny poglad па czlowieka , « Wiedza i . Zycie .», 1947, t . XVI , z . 5.

[4] John Dewey, Human Nature, Encyclopaedia of the Social Science.

[5]Там же .

[6]См .: W. McDougall, Psychologia grupy, Warszawa, 1930. О проблеме инстинктов дискутируют Шуман и Сковрон : S. Szu-man i S. Skowron, Organizm a zycie psychiczne, Warszawa, 1934, rozdz. V, «Instynkty u czlowieka». См . также : S. Ossowski, Wiez spoleczna i dziedzictwo krwi, op. cit., rozdz. I.

[7] F. Znaniecki, Wstep do socjologii, op. cit., s. 78—85. 63

[8] R.E.Parki E. W. Burgess, Wprowadzenie do nauki socjologii, op. cit, s. 79.

[9]См .: A. Ktoskowska,, Czlowiek poza spoleczenstwem, «Wiedza i Zycie», !l949, z. 2; К ings1e у Davies, Final Note on a Case of Extreme Isolation, «American Journal of Sociology», 1947, t. III, № 5.

[10]С harie & Н . Cooley, Social Organization, I, ed.» p, 28—30. См . также : Stelan, Ва 1e у , Wprowadzenie do psychologii spolecznej, Warszawa, 1959, s. 184 и далее (II изд ., 1964).

[11] F. Znaniecki, Ludzie terazniejsi a cywilizacja przyszlosci, 1934, s. 103-104.

[12]Введение в эту литературу дает Станислав Ковальские Stanislaw Kowalski, Zagadnienie osobowosci w swietle ps1 chologii marksistowskiej, Wroclaw, 1956.

[13]N. L е wit о w, Zagadnienia psycholpgu , osobowosci, «Przeglad Psychologiczny», 1952, № I, s: 148.

[14]Концепцию личности , созданную Фрейдом , рассмотрел Януш Рейковский в сборнике «Filozofia i socjologia XX wioku», Warszawa» 1962, s. 61—80; Z. Freud, Wstep do psychoanaUzy, Warszaw.a, 1957. См . также : «Handbook of Social Psychology», op. cit, t. I.

[15]Ее широко представил Ковальский : S. Ко walski, Zagadnienie osobowosci w swietle psychologii marksistowskiej, op. cit.

[16]См ., например : Paul Guillaume, Podrecznik psychologti, Warszawa, 1958, s. 266—279 и далее .

[17] Мы приводим ее по учебнику: А. М. Rose , Sociology od cit , p . 86—123.

[18]F 1о rian Znaftie с ki , Ludzie terazniejsi a cywilizacia przyszlosci , s . 99—138.

Сборник выдержек из современной литературы, занимающейся исследованиями личности, издал А. Малевский: Andrzel Matewski , Zagadnienia psychologii spolecznej , Warszawa 1962 См также: A . Ktoskowska . Koncepcje typu osobowosci we wspoczesnej antrologii kulturalnej, «Archiwum Historii Filozofii i Mysli Spolecznej», 1959, t. V.

[19]А . Ка rdner, The Psychological Frontiers of Society, New York. 1945.

[20] Примером исследования национального характера может быть труд Рут Бенедикт ( Ruth Ве nedi с t , The Chrysanthemum and Sword , Boston , 1946) о японском национальном характере.

[21] Теории социальных ролей широко излагает Сарбин: R . S а rbir . Handbook of Social Psychology, op. cit., t. I, См . также : Jean Stoetzel, La psychologie sociale, Paris , 1963.

[22]См .: R Sarbin, ор . cit, р . 248.

[23] Примеры, иллюстрирующие идентификацию с группой и социальной ролью, приводит, в частности, Ян Халасиньский ( J . Chalasinski в: Miodym pokoieniu chlopow , t . I , cz . II, par. 2 «Chlopi i panowie», cz. IV, par, 3 i 4, t. IV, cz. I, par. 4 «Pastuch i uczen»).

[24]Проблемы теории « референтной группы » («reference groups) Обсуждает Мертон : R. К . М ert о n, Social Theory and Social Structure, op. cit., р 225—386. См . также : J. S о wa, Teoria grup odniesienia, «Studia Socjologiczne», 1962, № 4.

[25]См ., например : S. Ва 1 еу , Wprowadzenie do psychologii spo-j:ecznej, op. cit, s. 172—202.

[26] Этот термин ввел Кули: С. Н. Соо1еу. Human Nature the Social Order. I ed.. o. 152 и далее . and the Social Order, I ed., p. 152 и далее .

СодержаниеДальше

наверх страницынаверх страницы на верх страницы









Заказать работу

© Библиотека учебной и научной литературы, 2012-2016 Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования