В библиотеке

Книги2 383
Статьи2 537
Новые поступления0
Весь каталог4 920

Рекомендуем прочитать

Сперанский М.Введение к уложению государственных законов
"Введение к уложению государственных законов" – высшее достижение реформаторского периода (первого десятилетия) правления Александра I.

Жалобы и предложения

Напишите нам свои впечатления о библиотеке Университета и свои предложения по ее улучшению [email protected].
Алфавитный каталог
по названию произведения
по фамилии автора
 

АвторСедов В.В.
НазваниеСлавяне
Год издания2002
РазделКниги
Рейтинг1.57 из 10.00
Zip архивскачать (13 549 Кб)
  Поиск по произведению

Распад праславянской общности и образование раннесредневековых славянских народностей

Расселение славян на широких пространствах Европы прервало их од- нонаправленное этническое и языковое развитие. Во вновь освоенных землях славяне встретились с различными как индоевропейскими, так и неиндоевропейскими этносами, вступили с ними в контакты, в результа- те начались неодинаковые в разных местностях процессы физического смешения славян с ранее проживавшим населением. Началась этноязы- ковая дифференциация славянского этноса, итогом которой стало обра- зование отдельных славянских народностей.

При рассмотрении этих явлений было целесообразным распределить их по географическим регионам, соответствующим современному члене- нию славянства на западную, южную и восточную группы.

Славяне западные Поляки

Польская раннесредневековая народность, подобно древнерусской, сформировалась в результате интеграции нескольких племенных образо- ваний, принадлежащих в основном к двум праславянским этнографиче- ским группам. В самом начале средневековья территория становления древнепольского этноса была заселена славянами, представленными су- ковско-дзедзицкой (Великопольша со смежными областями Силезии и Польское Поморье) и пражско-корчакской культурами (Малопольша и верхнее течение Одера). При этом в территориальном и численном отно- шении, безусловно, доминировали славяне суковско-дзедзицкой группы. В западной части ареала последней имелись еще славянские группы торновской культурной группы, расселившиеся здесь в VIII—IX вв. (рис. 89).

Этнографические различия между этими группами славян проявляют- ся и позднее. В Верхневисленском регионе и в верховьях Одера, где в пражско-корчакский период на смену грунтовым могильникам пришли курганные захоронения, эта обрядность получает большее распростране- ние. Обряд погребения остается прежним. Тела умерших сжигали на по- гребальных кострах, а собранные после кремации остатки помещались в разных местах курганных насыпей. Курганный ритуал бытовал в Мало- польше и на верхнем Одере до начала XI в. В долинах Карпатских гор он задержался до рубежа XI и XII вв. В бассейне р. Сан известны и еди- ничные курганы с захоронениями по обряду трупоположения 1 . Позднее в связи с активным распространением христианства население стало хо- ронить умерших на прицерковных кладбищах.

К числу наиболее изученных курганных могильников рассматривае- мого ареала принадлежат два некрополя при с. Карнатка недалеко от Мышленице . Первый могильник состоял из 20 полусферических насы- пей высотой до 1,2 м и диаметром 5—7,5 м. Во втором насчитывалось 8 таких же курганов. При раскопках в некоторых курганах зафиксированы обугленные остатки прямоугольных сооружений из тонких бревен, со- ставляющих каркас насыпей. Остатки трупосожжений были обнаружены на склонах курганных насыпей, у их подножий или в ровиках, окольцо- вывавших курганы. Исследователь этих памятников X. Цолль-Адамикова полагает, что собранные с погребальных костров остатки кремации в глиняных урнах ставились на вершинах курганов, а может быть, на ка- ких-то деревянных конструкциях, поскольку находки горшков обычно сопровождались более или менее крупными кусками обугленного дерева.

  • Zoll-Adamikowa Н . Wczesnosredniowieczne cmentarzyska cialopalne slowian na terenie Polski. Cz. I. Wroclaw; Warszawa; Krakow; Gdansk, 1975; Cz. II. 1979.
  • 2 Zoll-Adamikowa H. Cialopalne kurhany wczesnosredniowieczne w Kornatce, pow. Myslenice, w swiede badan lat 1963—1965 // Sprawozdania Archeologiczne. Т . XIX. Krakow, 1968. S. 305—335; Idem. Czworoka^tne konstrukcje drewniane w kurhanach cialopalnych z Kornatki, pow. Myslenice // Acta Archaeologica Carpathica. Т . X. Krak6w, 1968. S. 141—155; Idem. Wczesnosredniowieczne cmentarzyska... Cz. I. S. 120—140.
  • Zoll-Adamikowa H. Wczesnosredniowieczne cmentarzyska... Cz. I.

Курганы с остатками кремации умерших исследовались также в Биа- логуже, Гуциуве, Избиско, Пиотровице, Рацибуж-Оборе, Розумице и Трепче. В Дахнуве и Липско остатки трупосожжений и керамические фрагменты найдены были в поверхностных отложениях, свидетельствуя о том, что погребения совершались на поверхности курганов 3 . В отдель- ных курганах могильников Гуциув и Избиско кальцинированные кости находились около столбовых ям, оставшихся от кольцевых оградок, окру- жавших насыпи. Есть все основания полагать, что поверхностные захоронения были весьма распространенным ритуалом славянского населения Малополыпи и верховьев Одера.

Севернее, на обширной территории распространения суковско-дзед- зицких древностей, курганный обряд не был известен. Здесь погребаль- ные памятники второй половины I тыс. н. э. остаются почти неизвестны- ми. Нужно полагать, что в этом регионе до распространения христианст- ва бытовали поверхностные захоронения по обряду кремации, от кото- рых не осталось или почти не осталось следов. Единственный могильник, содержащий захоронения по обряду трупосожжения второй половины I тыс. н. э., исследовался в Конине близ Познани 4 . Этот бескурганный некрополь находился на месте могильника пшеворской культуры. Остат- ки кремации умерших помещались в неглубоких ямках, в заполнениях которых присутствовали камни. Одно из исследованных захоронений было урновым, остальные — безурновыми и безынвентарными. Собран- ный керамический материал датирует памятник от VII—VIII до XI в. включительно. К первым векам II тыс. н. э. в могильнике относятся захо- ронения по обряду трупоположения.

  • 4 Pieczynski Z . Cmentarzysko z okresu w $ dr 6 wek lud 6 w i z wczesnego sYedniowiecza z Konina // Fontes Archaeologici Posnanienses . Т. XVIII . Poznan , 1967. S . 54—67.
  • 5 Nadoiski A ., Abramowicz A ., Poklewski T . Cmentarzysko z XI wieku w Lutomiersku pod Lodziq // Acta Archaeologica Lodziensia . Nr . 7. L 6 dz , 1959.

В Великопольше исследовано еще несколько биритуальных бескур- ганных могильников с захоронениями от X до XII в. включительно. Сре- ди них наибольший интерес представляет некрополь Лутомерск в Лод- зинском воеводстве 5 . Раскопками его исследовано 77 трупоположений и 12 трупосожжений. Последние не образовывали компактной группы, а встречались разбросанно среди могил с ингумациями. Остатки кремации умерших собирались с погребального костра и помещались в неглубоких ямках, в заполнениях которых имелось множество некрупных камней. Кроме кальцинированных костей в могильных ямках встречены вещи: железные ножи, наконечники стрел и копий, стремена, удила, деревян- ные ведерки с железными обручами и др. Датируются захоронения по обряду сожжения концом X—XI в. В могилах с трупоположениями встречено значительно больше вещевых находок. Среди них имеются предметы вооружения (мечи, копья, стрелы), снаряжение всадника и верхового коня, бытовые предметы и металлические принадлежности одежды. Эти погребения относятся к XI—XII вв. В этот период основ- ные массы славян Великопольши хоронили умерших на христианских кладбищах. Лутомерский могильник, очевидно, является реликтовым языческим некрополем, оставленным уже крещеным населением. Впро- чем, некоторые археологи полагают, что этот памятник принадлежит не местному населению. Так, Л. Раухут относил его к могильникам мазов- шан, полагая, что могилы этого кладбища на поверхности имели выклад- ки из камней, которые были разобраны и использованы во время строи- тельных работ 6 .

В Польском Поморье, как говорилось выше, также первоначально гос- подствовали поверхностные погребения по обряду трупосожжения, а на- чиная с VIII в. под воздействием обрядности населения прибрежных торговых факторий получают распространение курганные захоронения.

Различие между двумя этнографическими группами славянского насе- ления Польши проявляется и в височных украшениях. Как уже отмеча- лось, славянскому населению, вышедшему из пражско-корчакского ареа- ла, были свойственны проволочные или дротовые височные кольца с за- вершением на одном из концов в виде латинской буквы S . Славяне же суковско-дзедзицкого происхождения носили височные кольца помор- ского типа. Это различие наблюдается вплоть до XII в.

До середины X в. существовали несколько племенных княжений. Уже в IX в. оформилось княжество вислян. В Паннонском житии Мефодия о нем сообщается: «Поганьскъ кънязь сильнъ вельми, седя въ Вислех, руга- шеся християном и пакости деяше» . Около 875—876 гг. великоморав- ский князь Святоплук подчинил себе это княжество, но в конце IX в. оно, по всей вероятности, снова стало самостоятельным очагом зарожде- ния государственности. Английский король Альфред Великий писал: «...к востоку от Моравии находится страна Вислян...» Во второй полови- не X в. княжество вислян оказалось в зависимости от Чешского государ- ства. Славяне, заселявшие верхневисленские земли, Моравию и Чехию, принадлежали к единой пражско-корчакской культурной группе, что, безусловно, способствовало объединительным тенденциям этих земель.

  • Rauchut L . Wczesnosredniowieczne cmentarzyska w obudowie kamiennej na Mazow - szu i Podlasiu // Materialy starozytne i wczesnosredniowieczne . Т . I. Wroclaw, 1971. S. 584—589.
  • Monumenta Poloniae Historica. Т . I. Krakow, 1946. P. 107.
  • Monumenta Poloniae Historica... P. 13.

В ареале суковско-дзедзицкой группы славян известное политическое значение некоторое время имели гопляне. С середины X в. ведущая роль в политической жизни лехитских славян принадлежала полянам с центром в Гнезно. В «Хронике» Галла Анонима, написанной в начале XII в. , но содержащей ранние княжеские родовые предания о династии Пясто- вичей, рассказывается, что после гибели в Крушвице Попела князем в Гнезно стал Земовит, сын крестьянина Пяста. Его сыном был Лестько (Лешко), внуком Земомысл, а правнуком Мешко I (960—992 гг.) — пер- вый польский князь, достоверно зафиксированный письменными памят- никами. Земовит — основатель династии Пястов — княжил в последней трети IX в. 10 , и, следовательно, княжество полян восходит к этому столе- тию и существовало параллельно с политическим образованием вислян. Во времена Мешко княжество полян было уже раннегосударственным образованием. Сам Мешко считался «другом императора» Священной Римской империи Отгона II и был женат на дочери чешского князя Бо- леслава I. Князь стал способствовать распространению христианства в Польше, что, в свою очередь, способствовало превращению княжества в раннефеодальную монархию 11 .

В X в. наблюдается общий экономический прогресс, отмечается рост польских городов и активизация городской жизни. Ко времени правле- ния Мешко относится возведение фортификационных сооружений в го- родах, имевших стратегическое значение.

Археологические изыскания показали, что центр большого княжества полян — Гнезно — с середины IX в. был сильно укрепленным градом . Основан он был на так называемой горе Леха еще в конце VIII в. В сле- дующем столетии поселение имело уже трехчастную структуру: укреп- ленный «грод» (детинец), защищенный валом, пред град ье и открытое се- ление (подградье — подол). Раскопками зафиксированы следы ремеслен- ной деятельности. В середине X в. вал «грода» реконструируется и стано- вится более мощным, ограждается валом и подградье. Вокруг разраста- ются открытые неаграрные селения, многие из которых имели торговый характер. Очевидно, что это был уже сформировавшийся раннесредневе- ковый город (рис. 90).

  • Галл Аноним. Хроника и деяния князей или правителей польских. М ., 1961.
  • 10 Zoxvmianski Н . Poczqtki Polski. Т . 5. Warszawa, 1973. S. 462.
  • 11 LowmianskiH. Pocza.tki Polski... S. 310—504; Labuda G. Studia nad pocz^tkami panstwa polskiego. T. 2. Poznan, 1988. S. 176—209.
  • 12 Hensel W. Najdawniejsze stolice Polski. Gniezno, Kruszwica. Poznan . Warszawa , 1960. S . 7—62.

Несомненный интерес представляет конструкция гнезненских валов X в. Их основу составляли многоярусные накаты бревен. Внизу они клались накатом вдоль вала, выше — поперек вала. Накаты крепились брев- нами с мощными суками-крюками (хаковое крепление). Жилищами Гнез- но, как и других поселений Великопольши, были наземные постройки срубной, реже столбовой конструкции, продолжавшие традиции местно- го домостроительства.

Кроме Гнезно, в земле полян имелись еще два крупных центра — Крушвица и Познань . Одним из интереснейших поселений является Ополе, основанное в VIII в. на островке между двумя руслами Одера. В X в. это было уже сильно укрепленное селение, окруженное высоким валом. Пло- щадка внутри укреплений была плотно застроена домами того же типа, что и в Гнезно. Постройки находились и за пределами валов. Начиная с X в. улицы Ополе имели деревянное замощение. Здесь жили и работали преимущественно ремесленники разных специальностей 14 .

  • Hensel W. Najdawniejsze stolice... S . 63—194

Устанавливаемая на основе данных археологии концентрация круп- ных и малых «гродов» в Великопольше — важный показатель крепнущей государственной администрации и сильной военной огранизации. В правление Мешко I в состав Великопольского княжества вошли Куя- вия, Ленчицкая и Серадзская области — началось политическое и куль- турное объединение славянских племен территории Польши.

В 966 г. Мешко принял христианство по латинскому обряду. В относи- тельно быстром распространении новой религии в Великопольше важ- ную роль сыграло сближение с Чехией. При великопольском дворе поя- вились чешские священники и миссионеры. Около 968 г. в Великополь- шу прибыл и первый епископ Иордан, местом пребывания которого ста- ла Познань.

В Польском Поморье имелось два племенных княжения — одно с цент- ром в Щецине, другое — в Гданьске. Раннесредневековое селение в Ще- цине было основано в VIII в. В первой половине IX в. это был укреплен- ный «грод» с подгородьем, где концентрировалось торгово-ремесленное население и рыбаки. В XI—XII вв. предградье активно разрослось и, как считают исследователи, население города достигало 10 тысяч человек 15 .

В 967 г. Мешко победил волинян-язычников. В результате к Древне- польскому государству были присоединены западные земли Польского Поморья — правивший в Гданьске племенной князь признал свою зави- симость от Мешко.

Сын Мешко Болеслав Храбрый присоединил к Великопольскому госу- дарству и земли вислян. Таким образом, около 1000 г. создалось Поль- ское государство, поглотившее прежние племенные княжения (рис. 91). В 1000 г. Болеслав основал в Гнезно архиепископство с епископскими ка- федрами в Познани, Вроцлаве, Колобжеге и Кракове 16 .

  • 14 NaszA. Opole. Wroclaw, 1948; Holubomcz Wl. Opole w wiekach X—XII. Katowice, 1956. Cnotli-wy ?., Leciejewicz L., Losinski W. Szczecin we wczesnym Sredniowieczu. Wzg6rze Zamkowe. Wroclaw; Warszawa; Krakow; Gdansk; Lodz, 1983; Rogosz R. Besiedlungsbe- dingungen in der Umgebung von fruhmittelalteriichen Szczecin // Труды V Международ - ного Конгресса славянской археологии . Т. 1. Вып. 26. М., 1987. С. 43—55.
  • 16 Labuda G . Studia ... S . 426—526.

Объединение племенных земель в единую государственную террито- рию стало одним из существенных факторов, ведших к консолидации славянского населения. Княжество Болеслава Храброго было уже сложившимся государством, в рамках которого и начался процесс интегра- ции разноплеменного населения в единую народность. Несомненную роль при этом играло и христианство. Образовавшаяся сеть епархий, как и складывающаяся административная структура, не совпадала с прежни- ми племенными ареалами.

Мощной движущей силой в интеграционном процессе славян Поль- ской державы стали города, население которых формировалось в той или иной степени из разноплеменной среды, в том числе переселенцев из Моравии и Чехии. Бурное развитие городского ремесла стало базой фор- мирования общепольской культуры. Изделия городских мастеров рас- пространялись по всей территории Польского государства. Развитие тор- говой деятельности связывало в единое целое бывшие племенные регио- ны.

Период становления польского этноса был временем значительных перемещений славянского населения. Это было связано не только с необ- ходимостью пополнения формирующихся городов. Распространение в XI—XII вв. эсоконечных проволочно-дротовых височных колец на быв- шей суковско-дзедзицкой территории — отчетливое свидетельство про- движения сельского населения из южнопольских областей в северном на- правлении вплоть до поморских земель. В результате на основной части польской территории формировалось метисное славянское население, ко- торое способствовало этническому единению и становлению польской народности.

Формирование народности, очевидно, продолжалось несколько столе- тий. В XI—XII вв. этот этногенетический процесс, можно полагать, пол- ностью охватил славянское население Великопольши, Силезии и Мало- полыыи. В какое-то время к этому процессу присоединились и славяне Польского Поморья.

Этноним поляне, ранее обозначавший население одного из племен- ных регионов в Великопольше, стал в XI—XII вв. постепенно распро- страняться на всех жителей Польского государства (поляне/поляки), что фиксируется несколькими достаточно хорошо информированными ино- странными источниками 17 . Во второй половине XIII — XIV в. на первый план выступает языковой критерий: поляки — население, говорившие на польском языке. В научной литературе высказана мысль об определе- нии этим временем завершения процесса формирования польской народности со сложившимся самосознанием .

  • 17 Развитие этнического самосознания славянских народов в эпоху раннего сред- невековья. М ., 1982. С . 153.
  • 18 GrodeckiR. Powstanie polskiej swiadomosci narodowej na przelomie XIII i XIV w. // Przeglad wspdlczesny. Т. II . Warszawa , 1925.

Первый этап становления польского этноса, по-видимому, в той или иной степени совпадает с началом становления польского языка при доминировании диалектной речи. Изучение этого процесса усложняется тем, что в польском средневековье господствовал в качестве литературно- го и письменного языка латинский язык. Этот язык полностью удовле- творял все государственные, религиозные и культурные потребности сла- вянского населения Польши. Складывавшийся же польский язык оста- вался средством общения на бытовом уровне. Эта ситуация несколько сдерживала окончательное оформление последнего. Первый самостоя- тельный памятник польской письменности — «Свентокшишские пропо- веди» — относится к середине XIV в.

Латинские тексты, написанные в Польше или для Польши, содержат материалы, позволяющие охарактеризовать отдельные (преимуществен- но фонетические) элементы древнепольского языка начиная с середины XII в. (в латинском тексте Гнезненской буллы содержится свыше 400 глосс древнепольского языка). Исследователи польского языка обычно членят его на три этапа: древнепольский язык — до 1500 г., среднеполь- ский — XVI—XVIII вв., современный польский — со второй половины XVIII в. 19

Согласно изысканиям польского лингвиста С. Урбанчика, начало польского языка как отдельного славянского языка восходит к рубежу IX и X вв., в XII в. осуществляется окончательное формирование системы консонантизма, XV—XVI вв.— время утраты количественных различий, и середина XVIII в.— начало действия новой литературной нормы .

Формирование польского этноса в результате интеграции двух основ- ных этнографических групп славянства отражено в некоторых диалект- ных различиях польского языка XII—XIV вв. Еще в прошлом столетии И. А. Бодуэн де Куртенэ в результате изучения памятников письменно- сти выделял в польском языке XII—XIII вв. три диалектные зоны: великопольско-куявскую, малопольско-силезскую и мазовецкую . Ныне на основании координации данных лингвистики и археологии с той или иной долей вероятности можно утверждать, что первая диалектная об- ласть своими корнями восходит к суковско-дзедзицкой этнографической группе раннесредневекового славянства и отражает специфику ее гово- ров. Территориально эта диалектная зона соответствует расселению потомков суковско-дзедзицких племен. Основой малопольско-силезской диалектной зоны могла быть пражско-корчакская этнографическая груп- па славянских племен. Мазовецкие говоры связаны с племенным образо- ванием мазовшане, которые занимают особое место в генезисе древне- польской народности.

  • 19 Аер-Сплавиньский Т. Польский язык. М ., 1954; Klemensiewicz Z. Historia j^zyka pols- kiego. Warszawa, 1980
  • 20 Urbanczyk S. Szkice z dziejow j^zyka polskiego. Warszawa, 1968. S . 129.
  • 21 Бодуэн де Куртенэ И. О древнепольском языке до XIV столетия. Лейпциг, 1870. С. 97.

В настоящее время некоторые диалектные различия внутри польского языка XII—XIV вв. являются достаточно надежно установленными^. Они свидетельствуют о диалектном членении языка в тот период прежде всего на две зоны: северную (изменения га —» re , ja -» je , 'а —> 'е, переход tart —» tert , невокализованные варианты уменьшительных суффиксов -к, -с), соотвествующую расселению славян суковско-дзедзицкого начала, и юж- ную, население которой формировалось на пражско-корчакской этногра- фической основе.

В современном польском языке выделяется пять диалектных групп: великопольская, малопольская, силезская, мазовецкая и кашубская, осно- вы которых, как можно полагать, были заложены в раннем средневеко- вье. Великопольская диалектная зона, несомненно, восходит к славянам суковско-дзедзицкого ареала. В основе малопольского диалекта находят- ся говоры вислян — одного из племен пражско-корчакской группы сла- вян. Кашубы являются потомками суковско-дзедзицких племен, рассе- лившихся в Польском Поморье, в генезис которых включились пришлые фельдбергские (голанчские) племена. В результате поморский регион Польши длительное время в культурном отношении (в частности, это весьма отчетливо проявляется в керамических материалах раннего сред- невековья) заметно отличался от коренных областей суковско-дзедзиц- ких племен. Формирование силезской диалектной группы обусловлено взаимодействием суковско-дзедзицкого населения с торновским. Мазо- вецкая диалектная группа, несомненно, восходит к говорам средневеко- вых мазовшан.

  • DejnaK . Dialekty polskie . Wroclaw , 1973; Толстая СМ. Языковая ситуация в Польше в XII—XIV вв. // Развитие этнического самосознания в эпоху зрелого феода- лизма. М., 1989. С. 289.

Последние занимают особое место среди племен, принявших участие в генезисе польской народности. Впервые мазовшане упоминаются в По- вести временных лет как одно из ляшских племен. Знает это племя ( Masovitae , Masouiensos ) и польский хронист Галл Аноним. Он называет однажды мазовшан даже особым народом, на основании чего некоторые исследователи полагают, что этому автору были известны какие-то этноязыковые особенности, выделяющие это племя. X. Ловмяньский считал мазовшан вместе с дулебами, хорватами и велетами древнейшим славян- ским племенем.

Археологические материалы позволяют восстановить раннюю исто- рию мазовшан, локализация которых в северо-восточной Польше, назы- ваемой Мазовией, не подлежит сомнению. Эти земли, как отмечалось вы- ше, в эпоху великого переселения народов из-за крайне неблагоприят- ных условий были покинуты славянами. Какое-то время они оставались незаселенными или крайне слабо заселенными.

К VI—VII вв. относятся два памятника: небольшие могильники Менд- зиборув на левобережье Вислы и Непорент в низовьях Буга. Оба содер- жали бескурганные ямные трупоположения с глиняными урнами праж- ско-корчакского облика 23 . По всей вероятности, эти захоронения остав- лены небольшими группами славянских переселенцев, оторвавшимися от основного массива пражско-корчакских племен. На следующем этапе в Среднем Повисленье погребальных памятников снова нет 24 — террито- рия оставалась незаселенной.

  • 23 Bernat W . Wczesnosredniowieczne cmentarzysko cialopalne w miejsc . Mi^dzyborow, pow. Grodzisk Mazowiecki // Wiadomosci archeologiczne. Т . XXII. Warszawa, 1955. S. 81—88; Rauchut L. Wczesnosredniowieczny grab cialopalny ze wsi Niepor^t, pow. Wolomin // Wiadomosci archeologiczne. Т . XXIV. Warszawa, 1957. S. 382.
  • 24 Zoll-Adamikowa H. Wczesnosredniowieczne cmentarzyska... Cz . I . Rys . 57.
  • 25 Дубинский С. А. Отчет о раскопках курганов Вельского уезда Гродненской губ., произведенных летом 1910 года//Архив Института истории материальной культуры. Дело 1911/89. С. 115—120; Jakirrunvicz R . Sprawozdanie z dzialalnosci Panstwowego Muzeum Archeologicznego za 1928 rok // Wiadomosci archeologiczne . Warszawa , 1935. S . 262—263.

Ситуация резко изменилась в последних веках I тыс. н. э., когда в Ма- зовии и смежных землях появляются курганы, при сооружении которых широко использовался камень. Такие курганы исследовались С. А. Ду- бинским и Р. Якимовичем в Цецели в междуречье Буга и Нарева" . Одни из них имели каменный покров, уложенный в несколько ярусов, другие дополнительно — вымостки из камней в основаниях насыпей, в треть- их — кладки из камней в середине их высоты. Все курганы содержали за- хоронения по обряду трупосожжения (в единичных насыпях открыты более поздние впускные трупоположения). Кремация умерших соверша- лась на стороне. Собранные с костра кальцинированные кости рассыпа- лись на материке или помещались в насыпях. Все захоронения безын- вентарные, в некоторых насыпях встречены фрагменты лепной, а в од- ной и гончарной керамики. В одном кургане рядом с сожженными костями обнаружен целый глиняный сосуд. В кургане 1 найден череп лошади. Датировка курганов затруднительна, на основании лепной посуды их от- носят обычно к последним векам I тыс. н. э. 26 Подобные курганы раскапывались в том же регионе в Бациках Ближних .

Каменные курганы могли быть привнесены в Мазовию и Подляшье лишь с севера, из коренных земель ятвягов. Использование камня при устройстве погребальных сооружений в течение длительного времени было свойственно западнобалтоким племенам и обусловлено какими-то языческими представлениями. Каменные курганы получили распростра- нение в западнобалтском мире еще в I тыс. до н. э. 28 В землях пруссов и галиндов они в I тыс. н э. трансформировались в грунтовые захоронения с поверхностными обозначениями из камней. Кладки или вымостки из камней устраивались пруссами над могилами до XIII—XIV вв. включи- тельно. Ятвяжские племена в течение всего I тыс. н. э. продолжали со- оружать каменные или каменно-земляные курганы (в некоторых местно- стях до конца XIII в.). На южной окраине ятвяжского ареала, там, где ят- вяги контактировали со славянами, хоронившими умерших на грунто- вых могильниках, каменные курганы эволюционно сменяются каменны- ми могилами. Применение камня для обозначения могил в ятвяжском крае было широко распространено в XI—XII вв., а в некоторых местах сохранилось до XVII в. 29

Подобная трансформация каменных курганов в каменные могилы имела место и в Мазовии. Обряд трупосожжения в каменных могилах в первых веках II тыс. н. э. постепенно вытесняется ингумациями, в которых встре- чено немало вещевых находок. На их основе Л. Раухут выделил три ста- дии эволюции каменных могильников, отчасти налегающих друг на друга: 1) XI — начало XII в.; 2) конец XI—XII в.; 3) вторая половина XII—XIII в. 30

  • 26Zoll - Adamikowa Н. Wczesnosredniowieczne cmentarzyska ... Cz . I . S . 60—66.
  • 27 Дубинский С. А. Отчет о раскопках... С . 123—124.
  • 28 Engel С , La Байте W. Kulturen und Volken der Frtihzeit im Preussenlande. Konigs- berg, 1937. S. 84—86; OkuliczJ. Pradzieje ziem pruskich od p6znego paleolitu do VII w. n. e. Wroclaw; Warszawa; Krak6w; Gdansk, 1973. S. 247-—334.
  • 29 Talko-HryncewiczJ. Przyczynek do paleoetnologii Litwy. Cmentarzysko na Arianskiej g6- rce w majetoosci Unji pod Wierzbolowem, pow. Wolkowyszii, gub. Suwalska // Prace i materi- al antropologiczno-archeologiczne i etnograficzne. Т. I . Cz . 1—2. Krak 6 w , 1920. S . 48—51.
  • 30 RauchutL . Wczesnosredniowieczne cmentarzyska ... S . 472—474.

О том, что каменные могильники были привнесены в Мазовию и Под- ляшье ятвягами, говорят особенности погребальной обрядности. Свыше 90% мужских погребений первой хронологической стадии имели восточную ориентировку, и, наоборот, свыше 90% синхронных женских были похоронены головами на запад. Положение умерших головой к восто- ку — обрядность, не свойственная славянскому этносу, и на территории его расселения встречается только там, где славяне встретились и контак- тировали с иноэтничными племенами. В Мазовецко-Подляшском регио- не восточная ориентация погребенных, безусловно, восходит к ритуалу западнобалтского мира. В пользу этого свидетельствуют и вещевые мате- риалы, сопровождающие такие захоронения. Так, в мужских погребени- ях с восточной ориентировкой встречены шпоры, кресала с кремнями, топоры, наконечники копий и стрел. Это явно неславянская особенность ритуала. В мужских трупоположениях с западной ориентировкой первой хронологической стадии таких вещей не встречено. Исключением явля- ется одно из погребений, обращенных головами на запад, в могильнике Блихово под Плоцком, где был найден топор. Однако, в отличие от обыч- ных топоров, встречаемых в каменных могилах с восточной ориентиров- кой, это был боевой топор скандинавского происхождения. Очевидно, эта находка не племенной маркер, а показатель социального статуса по- гребенного — захоронен был не рядовой земледелец, а воин-дружинник.

Погребения в каменных могилах второй и третьей стадий не дают от- четливой картины подобной дифференциации. Находки шпор и кресал обнаружены как в погребениях с восточной ориентацией, так и в немно- гих мужских захоронениях, обращенных головами к западу, что является показателем начавшегося процесса ятвяжско-славянской метисации.

В женских погребениях каменных могильников Мазовии и Подляшья обычными становятся эсоконечные височные кольца, ожерелья из бус, серьги, перстни, железные ножи и глиняные пряслица. Это типично сла- вянский набор погребальных инвентарей. В Мазовии и Подляшье эти находки в основном характерны для захоронений с западной ориентаци- ей. Причем обычно в таких погребениях присутствует по четыре—шесть височных колец и ожерелья из одной—двух нитей разноцветных бус. В женских трупоположениях с восточной ориентировкой если подобные украшения и встречаются, то они состоят из единичных височных колец и бус.

В Мазовии параллельно с каменными могильниками функционирова- ли грунтовые некрополи без каменных кладок, которые доминировали в южных районах. Вещевые инвентари и детали обрядности их не оставля- ют сомнений в славянской атрибуции этих памятников.

Рассмотренная ситуация дает все основания полагать, что племенное образование мазовшан формировалось в условиях славяно-ятвяжского взаимодействия. В XII в. в условиях активизации военных набегов на за- паднобалтские земли со стороны Польши и Древней Руси (источниками документированы походы польских войск против ятвягов, сасов и галин- дов под 1108, 1110, 1115, 1166 и 1192 годами и вторжения войск киев- ских и волынских князей в регионы ятвягов и галиндов под 1112 и 1113 годами) часть ятвягов мигрировала в северо-восточном направлении, достигнув Новгородской земли .

Помимо данных археологии, об участии балтского населения в генези- се мазовшан говорят материалы гидронимики. В Мазовецко-Подляш- ском регионе известно несколько десятков водных названий достоверно балтского происхождения. Регион балтских гидронимов простирается от р. Кшны до бассейна Бзуры, его центром, как утверждают лингвисты, была зона, примыкающая к месту слияния Нарева с Бугом и последнего с Вислой 32 . Весьма вероятно, что этноним мазовшане производен от антро- понима Мазо, известного у средневековых прусов и в Литве.

По всей вероятности, на начальной стадии становления польской на- родности мазовшане не были включены в этот этногенетический про- цесс. В XI в. Мазовия была отдельным полугосударственным образовани- ем со своей княжеской династией. В следующем столетии она стала од- ной из провинций Польского государства, но в XIII—XIV вв. Мазовия вновь существует отдельно от остальной части Польши. Только в 1526 г., после прекращения княжеской линии Пястов, Мазовия окончательно во- шла в состав Польши и мазовецкий диалект влился в польскую языковую общность.

Чехи

Освоение славянами Чешской долины началось в VI—VII вв. Это бы- ли племена, представленные пражско-корчакской культурой. С появле- нием в Среднедунайском регионе аваров славянское население пополни- лось переселенцами из антской среды.

  • 31Седов В. В. Жальники // Российская археология. 2000. № 1. С. 7
  • Орел В. Э. Балтийская гидронимия и проблемы балтийского и славянского этно- генеза// Советское славяноведение. 1991. № 2. С. 83—86.

По данным Баварского географа, Козьмы Пражского — чешского хро- ниста начала XII в. и различных средневековых грамот, восстанавливает- ся картина расселения славянских племен в Чешской долине накануне образования государственности (рис. 92). Верховья р. Влтавы занимали дулебы. Это была оторвавшаяся группа крупного праславянского пле- менного образования, представленного на заре средневековья частью пражско-корчакской культуры. Ниже, по обоим берегам Влтавы рассели- лись чехи. В Хронике Козьмы Пражского содержится рассказ о расселе- нии на Влтаве « pater Bohemus » со своим родом, который и назва\ эту землю своим именем. Исследователи видят в этом предание о происхож- дении племени чехов, идентифицируя « pater Bohemus » с легендарным Чехом . Северо-западными соседями чехов были лучане. Западные ок- раинные области нынешней Чехии заселяли три небольших племени — седличане, гбаны и тугошть. Севернее земли чехов размещались также весьма небольшие племена — лемузы (по р. Огрже), литомержичи и де- чане (на правобережье Эльбы-Лабы). На северо-востоке от чехов прожи- вало небольшое племя пшован, восточными соседями чехов были злича- не, а за ними выше по Лабе и далее на восток до Моравии на значитель- ной территории расселились хорваты — племя, несомненно, антского происхождения 34 .

По материалам археологии названные племенные регионы никак не выделяются. Судя по названиям (седличане — от топонима Седлице, ли- томержичи — от Литомержице, дечане — от Дечин), некоторые из пле- мен были территориальными новообразованиями. Несомненный инте- рес представляет соответствие области распространения курганной об- рядности на юго-востоке Чехии с ареалом дулебов. Это вполне объясни- мо, поскольку это племенное образование вышло из славянской этногра- фической группы, где рано получил распространение обычай хоронить умерших в курганах. Второй регион концентрации этой обрядности ло- кализуется на Лабе, преимущественно в области проживания зличан, третий — в ареале мораван. Нужно полагать, что эти племена по проис- хождению связаны с пражско-корчакской группой славян.

  • 33 Novotny V. ?esky dejiny. Dil I. С . 1. Praha, 1912. S. 228—235.
  • 34 Turek R. Cechy v ranem stfedoveku. Praha, 1982; Idem. Die fruhmittelalterliche Stammegebiete in Bohmen. Praha , 1957.

В области расселения чехов и племен, соседних с ними с севера и запа- да, курганный обряд не получил распространения. Думается, что гово- рить на этом основании об антском происхождении этих племен можно лишь весьма осторожно, поскольку в Среднем Подунавье и в смежных землях имело место значительное смешение населения разных групп. Погребальными памятниками VIII—X вв. в регионе этих племен явля- ются грунтовые могильники с трупоположениями.

Один их таковых исследовался около городища Либице-над-Цидли- ноу. Открыто 160 захоронений с западной ориентировкой. Две трети по- гребенных сопровождались вещевыми находками — железными ножами, глиняными сосудами и украшениями. Среди последних имеются прово- лочные височные кольца с эсовидными и кольцевыми завершениями, гроздевидные серьги с корзиночковидными и спиральными привесками, ожерелья из стеклянных и янтарных бус, проволочные и дротовые пер- стни. В трех захоронениях встречено оружие, в самом богатом — меч и шпоры .

  • HrdliZka L. Kanin, pkr. Nymburk // Bulletin zachranneho oddeleni. Dil 6. Praha,
  • •  S. 55—56; Justovd J. Kanin, k. o. Opolany, o. Nymburk // Vyzkumy v fiechach. Praha!
  • •  S. 47.

Подобный грунтовой могильник раскапывался в с. Башть в районе Праги, где открыто около сотни трупоположений. Некоторые могилы на поверхности обозначались отдельными камнями по их контурам, иногда отдельные камни клались над изголовьем или в ногах. Есть могилы с ка- менными плитами-стелами, на которых выбиты кресты. Погребенные по сторонам обкладывались досками. Наиболее частой находкой в могилах являются глиняные сосуды. Кроме того, найдены бронзовые и серебряные височные кольца и серьги, разнотипные бусы из стекла, янтаря и цвет- ных металлов, железные ножи и бронзовый крестик. Это было еще языческое кладбище, но некоторые из погребенных были уже крещеными .

К такому типу принадлежит могильник, исследованный около городи- ща Будеч. Здесь также зафиксированы поверхностные обозначения мо- гил. Коллекция украшений из этого памятника включает простые и эсо- конечные височные кольца малых диаметров, серьги с привесками в ви- де виноградных гроздей, серьги с корзиночками и бубенчиками, прово- лочные перстни, пуговицы и бусы. В нескольких захоронениях встрече- ны деревянные ведерки 37 .

IX—X вв. датируются погребения в подобном некрополе, располо- женном на территории Пражского града (в саду Лумбе на южной стороне Йиздарны), где раскопано свыше сотни погребений. Найдено большое количество золотых украшений (серьги, височные кольца, «жемчужины» в составе ожерелий, пуговицы). Среди более распространенных украше- ний из серебра имеются гроздевидные серьги, височные кольца, в том числе эсоконечные, ожерелья из стеклянных, металлических, янтарных, хрустальных и аметистовых бус. Нередкой находкой являются железные ножи. Оружия в погребениях нет, только в одной могиле встречены шпоры .

  • 37 Solle M. Slovanska pohfebiSte pod Budd // PA. T. LXXII. Praha, 1981. S. 386—408.
  • Smetdnka Z., Hrdlicka L. 3 Blajerovd M. Vyskum slovanskeho pohfebiSte za Jizdarnou na Prazskem hrade // Archeologicke rozhledy. XXV. Praha, 1973. S. 265—270, 369; Idem. Vyskum slovanskeho pohfebiSte za Jizdarnou Prazskeho hradu v r. 1973 // Archeologicke rozhledy. XXVI . 1974. S . 386—405, 433—438.

Такие могильники исследовались во многих других местностях Чеш- ской долины. Безраздельно господствовал обряд трупоположения. Дос- таточно очевидно, что эта обрядность не связана с христианской религией. Одни исследователи обуславливают раннее распространение ингума- ции местными условиями — восприятием славянским населением позд- неантичных традиций, которые сохранялись в этом регионе, несмотря на смену этносов. Другие археологи связывают ранний переход к трупопо- ложениям с проникновением в славянскую среду представлений, прямо или косвенно вызванных христианством .

Аналогичные грунтовые могильники в большом числе известны и в земле мораван. Они получили обстоятельное освещение в монографии Б. Достала .

Курганные некрополи в Чешской долине, как уже было сказано, кон- центрируются в двух регионах — в ареалах дулебов и зличан. Ранние курганы содержат погребения по обряду кремации умерших. В первой половине IX в. получают распространение трупоположения 41 . Курган- ных могильников с ингумациями в Чехии немного, и они не образуют компактных регионов — в IX—X вв. славянское население Чехии пере- ходит к грунтовым захоронениям. В этот период курганный ритуал был уже реликтовым.

Одним из изученных является курганный могильник Дражички в Та- борском районе. Первоначально он состоял из более 100 полусфериче- ских насыпей. Среди раскопанных имеются курганы с захоронениями ос- татков трупосожжений нескольких индивидуумов, датируемых по кера- мическому материалу VIII — первой третью IX в. Курганы с трупополо- жениями выделяются своими малыми размерами. Умерших хоронили в них в грунтовых ямах с широтной ориентацией. В целом захоронения безынвентарные или малоинвентарные. Только при одном детском тру- поположений найдены большие эсоконечные височные кольца 42 .

  • 39 YS v
  • Krumphanzlovd Z. Pocatky kfest'anstvi v Cechach ve svetle archeologickych pramenu // PA LXII. 1971. S. 406—456,
  • 40 Dostdl B. Siovanska pohfebiste ze stredni doby hradiStni na Morave. Praha, 1966.
  • 41 TurekR. Slawische Hugelgraber in Sudbohmen // Fontes Archaeologici Pragenses. I. Pragae, 1958; Idem. Problemy slovanskych mohyl v Cechach // Slavia Antiqua. Т . XII. Poznan, 1965. S. 57—81; Lutovsky M. Hroby pfedku. Praha, 1996.
  • " Benes A. Zachranne vyzkumy slovanskych mohyl v Jiznich Cechach // V^ber praci clenu Historickeho klubu pfi Jihoceskem muzeu v Ceskych Budejovicich T. 15 1978 S. 234—235.

Основная часть земледельческого населения Чешской долины прожи- вала на селищах, которые остаются археологически почти не изученны- ми. Раскопками нескольких поселений открыты лишь отдельные объек- ты, в основном остатки жилищ, и собран керамический материал. Так, на селище Држетовице исследованы две полуземляночные постройки и шесть зерновых ям . При раскопках поселения Енушев Уезд в районе Теплице зафиксированы следы литейного и кузнечного ремесел. Иссле- дованиями селища Коунице выявлены следы укреплений, позволяющие говорить о том, что некоторые аграрные селения VIII—IX вв. в Чехии были защищены деревянно-глиняными стенами 44 .

Сравнительно хорошо изученными являются городища, которые на- чиная с VIII в. строились в большом количестве (рис. 93). Кратко охарак- теризую некоторые из них.

Одним из укрепленных пунктов в земле чехов было городище Будеч, расположенное в 20 км западнее Праги . Оно устроено на холме, зани- мает площадь в 22 га и членится на две части — округлый в плане град (б га) и предградье. Раскопками выяснено, что укрепления града были пер- воначально сооружены на рубеже VIII и IX вв., при этом для устройства крепостной стены шириной 7 м был использован каменный вал эпохи бронзы. Последний составил внешние контуры стены, а ее внутренняя сторона выстроена из дерева. На рубеже IX и X вв. на руинах первона- чальной стены строится новая шириной до 10 м. Ее лицевая сторона бы- ла выложена из песчаника, внутренняя — из бревен. Одновременно сте- ной, выложенной из камня с внешней стороны, укрепляется и предгра- дье. С внутренней стороны стена была сложена из бревенчатых решетча- тых конструкций, заполненных глиной. Позднее эти фортификации не- сколько раз обновлялись.

Городище было плотно застроено. Жилищами IX—X вв. служили под- квадратные в плане полуземлянки и наземные дома срубной и столбовой конструкции. В XI—XII вв. уже безраздельно господствовали срубные строения, некоторые из которых имели фундаменты или цоколи из кам- ней. Около многих жилищ открыты ямы-зернохранилища. В одной из них, относящейся к IX в., найдено много зерна (три четверти его состав- ляла пшеница, четверть — рожь). Зафиксированы остатки кузнечного и костерезного ремесел.

  • Knor A . Nova hradiStni sidiiSts na Kladensku a Slansku // PA . T . XLVIII . 1957. S. 58—96.
  • 44 KudrnadJ. Slovanske vysmne sidleSte v Kounicich ve vztahu k osidleni v Posembefi // Archeologicke rozhledy. XXXVI. 1984. S. 279—287.
  • Solle M., Vdna Z. Budee — pamatnik ceskeho davnoveku. Kladno , 1983.

В легендах о святом Вацлаве говорится, что около 900 г. чешский князь Спитигнев (891—916 гг.) построил в Будече храм святого Петра. Его остатки открыты раскопками в граде. Это была ротонда с внутренними опорами и апсидой. Древнейшие погребения при ней датируются между 900 и 950 гг.

На южном краю городища исследована усадьба со срубными построй- ками на каменных цоколях и дорогой, вымощенной камнем. Она ограждена была частоколом. Возникла усадьба в X в., но наиболее активная жизнь в ней приходится на два последующих столетия. Исследователи памятника полагают, что это — резиденция управляющего поселением.

Крупные раскопки велись на городище Либице, расположенном на р. Цидлине недалеко от ее впадения во Влтаву . Это укрепленное посе- ление зличан. Предполагается, что во второй половине X в. оно было од- ной из резиденций княжеского рода Славниковичей. В 995 г. поселение перешло во владения Пржемысловичей и стало кастелянским градом.

Центр поселения занимал террасный остров площадью около 10 га. Славяне освоили его уже в VI в. Раскопками изучены полуземляночные постройки с печами-каменками и очагами. Первые фортификации были возведены в конце VIII в. Это была стена, основу которой составляли бревенчатые клети, заполненные глиной и камнями. С внутренней и внешней сторон к стене примыкали рвы. Городище имело воротный проезд, ведший в посадскую часть поселения. Первоначально ворота бы- ли деревянными, а во второй половине X в. были выстроены из камня и завершались башней.

До присоединения городища к владениям Пржемысловичей оно было застроено наземными домами столбовой и срубной конструкции. Кроме жилищ, открыты остатки хозяйственных и производственных строений (дубильня, крытый ток, рубленые садки для рыбы), а также зерновые ямы.

С конца VIII в. функционировало предградье. В зличанский период в нем имелись строения трех типов: полуземлянки, наземные срубные до- ма и столбовые постройки. В северной части предградья работали желе- зоделательные и кузнечные мастерские. В южной части исследован боль- шой срубный дом на каменном цоколе с несколькими комнатами. Под деревянным полом выявлен водоотводный канал. Среди находок из это- го строения имеется сосуд для обрядового литья воды во время богослу- жений и железное писало.

На городище исследовано кладбище, насчитывавшее около 300 могил. При погребенных найдены оружие, предметы снаряжения всадников и верховых коней и украшения, датируемые от последней трети IX до середины XI в. Эти захоронения принадлежат дружинному сословию. Ана- лиз вещевых материалов показывает заметное влияние великоморавско- го ремесла. С начала X в. в ювелирном деле фиксируется становление собственно чешского ремесла, впитавшего в себя художественно-произ- водственные традиции Великой Моравии.

  • Turek R. Libice, knizeci hradi§ko X. veku. Praha, 1966—1968; Idem. Libice. Hroby na libickem vnitfnim hradisku// Sbornik Narodniho muzea. A— Historic T. 32. Praha, 1978. S. 1—150; Idem. Libice nad Cidlinou, monumentalni stavby vnitfniho hradiska // Sbornik Narodniho muzea... T. 35. 1981. S. 1—72; Idem. Slavnikovci a jejich panstvi. Hradec Kralove, 1982; Justovd J. Archeologicky vyzkum na libickem pfedhradi v letach 1974—1979 //Archeologicke rozhledy. XXII . 1980. S . 241—264, 351—357.

В середине X в. в восточной части городища был выстроен одноне- фный каменный костел и двухэтажный срубный дворец, соединенные мостовым переходом. К югу от дворца размещался монетный двор, при раскопках которого открыты остатки трех литейных горнов и инвентарь ремесленника-литейщика со следами серебра и меди.

При захвате Либице Пржемысловичами поселение в сильной степени было разрушено и выгорело. Его жители переселились в окрестные села.

Много внимания чешские археологи уделяют истории Праги, где на- ходился один из старейших градов. На территории Праги выявлено и исследовано несколько поселений пражско-корчакской культуры. Ядром развития пражской агломерации стало укрепленное поселение, возник- шее в 870—890 гг. на месте будущего Пражского града. К XI в. его пло- щадь составляла 5—6 га. В начале XII в. были возведены каменно-дере- вянные крепостные стены, до этого фортификационные сооружения бы- ли деревянными 47 .

  • Borkovsky I. Prazsky hrad v dobe pfemysiovskych knizat. Praha, 1969.
  • Solle M. Stara Koufim a projevy velkomoravske hmotne kultury v Cechach. Praha, 1966; Idem. Koufim v mladSi a pozdni dobe hradistni // PA. T. LX. 1969. S. 1—124; Idem. Koufim v prubehu veku. Praha, 1981.
  • 49 Borkovsky I. Levy Hradec. Praha, 1965.
  • 50 Vdna Z., Kabdt J. Libusm (Vysledky vyzkumu casne stfedovekeho hradiSte v letech 1949—1952, 1956 a 1966) // PA T. LXH. 1971. S. 179—313; Vdna Z. Pfemyslovsty Libusm. Historie a povest ve svede archeologickebo vyzkumu // Pamatniky nasi minulosti. T. 7. Praha, 1973; Idem. Vyzkum Libusina v letech 1970 i 1971. Doplfiujici poznamky k postaveni hra- diste ve stredoceske oblasti//Archeologicky rozhledy. XXVII. 1985. S. 52—71.
  • 51 Vdna Z. Slovanske hradike v Levousich (k. o. Kfesin, okr. Litomefice) a otazka rozsa- hu luckeho uzemi//Archeologicke rozhledy. XXV. 1973. S. 271—288.
  • KovdnJ. Slovanske hradiste Hradec nad Jizerou a nektere problemy jeho datovani // PA T. LVIII. 1967. S . 143—168.

Важные результаты для характеристики культуры и быта населения периода становления чешской народности и государства получены рас- копками городищ Стара Коуржим, датируемого от середины VIII до се- редины IX в. 48 , Левы Градец 49 , Либушин 50 в ареале чехов; Левоусы в районе Литомержице 51 , Градец над Йизероу в районе Млада-Болеслава 52 и ряда других. Характеристика славянских городищ Чешской долины дана в книге М. Шолле , а их обзор в связи с проблемой становления го- сударства Пржемысловичей сделан Й. Сламой 54 .

В письменных памятниках IX в. имеется информация о двух полити- ческих (предгосударственных) образованиях в Чешской долине — Боге- мии и Хорватии. Согласно «Франкским анналам», Богемия в это время была племенным образованием, охватывавшим области Центральной и Северо-Западной Чехии 55 , то есть земли чехов, лучан, седличан, гбанов, лемузов, зличан и литомержичей. Главная роль в нем принадлежала че- хам. Некоторые из племен были включены в состав Богемского союза с помощью военной силы. Одним из таких эпизодов является война чехов с лучанами, о которой сообщается в Хронике Козьмы Пражского. Соглас- но записанному в ней преданию, во главе войска чехов стоял Честимир, лучанское войско вел их князь Влатислав. Происшедшее на Туровском поле сражение было ожесточенным. Победителями оказались чехи, кото- рые, захватив земли лучан, разрушили их грады.

Богемия, очевидно, была довольно устойчивым племенным образова- нием, оказывавшим сопротивление сначала Франкской империи, неодно- кратно пытавшейся подчинить чешские земли своей власти, а позднее выступившим против экспансии Великоморавской державы. В условиях политического объединения и борьбы за независимость славянских пле- мен Чешской долины началась этноязыковая консолидация их. У них, как полагают исследователи, вырабатывалось сознание общих интересов, что стало основой последующей трансформации этой общности в чеш-скую народность . В начале 70-х гг. IX в. Богемия вошла в состав Вели- кой Моравии, но после смерти Святоплука в условиях междоусобицы ме- жду его сыновьями выделилась из нее. В 845 г. 14 старейшин племен Бо- гемии в Регенсбурге приняли христианство.

  • Solle М . Staroslovanske hradisko. Praha, 1984.
  • Sldma J. Stfedni Cechy v ranem stredoveku: II. HradiSte, pfispevky k jejich dejinam a vyznamu (Praehistorica. XI). Praha, 1986; III. Archeologie о pocatcich pfemyslovskeho statu. (Praehistorica. XIV). Praha, 1988.
  • 55 Dobids* J. Seit wann bilden die naturlichen Grenzen von Bohmen auch seine politische Landesgrenze // Historica. Т. VII . Praha , 1963; ФлоряБ.Н. Формирование чешской раннефеодальной государственности и судьбы самосознания славянских племен Чешской долины // Формирование раннефеодальных славянских народностей. М ., 1981. С . 98.
  • 56 Wenskus R. Die slawischen Stamme in Bohmen, als ethnische Einheiten // Siedlung und Verfassung Bohmens in der Fruhzeit. Wiesbaden , 1967. S . 34.

В IX в. особое политическое образование составляла и Хорватия. Со- гласно Хронике Козьмы Пражского, Хорватское княжество занимало об- ширные области между Чехией и Моравией. В X в. хорватские земли уже находились в политической зависимости от пражского князя Чехии, но управлялись своими князьями из рода Славниковцев. К рубежу X—XI вв. земли стали частью территории Древнечешского государства.

Предком чешского княжеского рода, согласно легенде, был Прже- мысл. Пржемысловичи были уже не племенными предводителями, а князьями всей совокупности племен, составляющих население Чехии. На рубеже IX и X вв. Пржемысловичи и дружинное сословие приняли хри- стианскую религию, которая вскоре распространилась по всей террито- рии, подвластной им.

Процесс становления Древнечешской государственности по данным археологии прослежен И. Сламой . На основе анализа материалов горо- дищ он выделил коренной домен Пржемысловичей с восьмью градами во главе с Пражским, который соответствовал в общих чертах племенно- му ареалу чехов, и продемонстрировал распространение власти Пржемы- словичей в конце IX — первой трети X в. на территориях других чеш- ских племен (рис. 94). Крупные грады становятся административными центрами Древнечешского государства. Все земли объединяются под центральным управлением чешского князя с главной резиденцией в Пра- ге. Активизировался процесс стирания племенных традиций, и постепен- но прежняя племенная структура окончательно сходит со сцены. К нача- лу XI в. держава Пржемысловичей превратилась в более или менее одно- родный социальный и этноязыковой организм.

В этих условиях начался процесс формирования древнечешской на- родности. Наряду с понятием чехи — одно из славянских племен — по- является понятие о чехах как славянской общности всей Чешской доли- ны. Постепенно первое понятие сходит со сцены, и чехами стало имено- ваться все население Древнечешского государства. Существенную роль в этом процессе играли грады, население которых формировалось теперь из разных регионов Чехии. Развитие ремесленной деятельности вело к формированию единого культурного пространства. Немалое значение в стирании племенных традиций имели и внутренние миграции. Населе- нием осваиваются новые земли, все подходящие для земледелия области. В конце IX—X в. наблюдается заметный рост сельских поселений и про- цесс уплотнения поселенческой структуры.

  • 57 Sldma J. Stfedni Cechy v ranem stredoveku: III. Archeologie о pocatcich ... S . 71—84. Развитие этнического самосознания славянских народов в эпоху раннего сред- невековья. М., 1982. С. 140.
  • 59 Флоря Б. Н. Этническое самосознание чешской феодальной народности в XII — начале XIV в. // Развитие этнического самосознания славянских народов в эпоху зре- лого феодализма. М., 1989. С. 182—216.

Начальный этап становления чешского этноса определяется концом X в., то есть моментом полного объединения земель Чешской долины под властью Пржемысловичей. Процесс интеграции населения в единый этнос, как показывают исторические данные, в это время еще находился в зачаточном состоянии 58 . Этническое самосознание чехов как особой общности впервые фиксируется в хрониках XII в. 59 , но восходит, по-ви- димому, к предшествующему столетию.

Первые свидетельства о становлении древнечешского языка содержат- ся в памятниках старославянского языка моравского извода X—XII вв. и в латинских грамотах и сочинениях XI—XIII вв. Первые фонетические явления, характерные для чешского языка, относятся к X в., а основные фонетические процессы были завершены к началу XV в. 60

наверх страницынаверх страницы на верх страницы









Заказать работу

© Библиотека учебной и научной литературы, 2012-2016 Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования