В библиотеке

Книги2 383
Статьи2 537
Новые поступления0
Весь каталог4 920

Рекомендуем прочитать

Фихте И.Г.Основа общего наукоучения
В работе "Основа общего наукоучения" Фихте, один из виднейших представителей немецкой трансцендентально-критической философии, составивший эпоху последовательным проведением трансцендентального субъективного идеализма, представил идеалистическое развитие критической философии Канта.

Полезный совет

Если Вы заметили ошибку в тексте книги или статьи, пожалуйста, сообщите нам: [email protected].

Алфавитный каталог
по названию произведения
по фамилии автора
 

АвторПигулевская И.В., Якубовский А.Ю., Петрушевский И.П., Строева Л.В., Беленицкий А.М.
НазваниеИстория Ирана с древнейших времен до конца XVIII века
Год издания1958
РазделКниги
Рейтинг0.52 из 10.00
Zip архивскачать (2 403 Кб)
  Поиск по произведению

Глава V
Иран под владычеством монгольских ханов (1220—1336)

§ 1. Общая характеристика периода

Образование Монгольской империи в центрально-азиатских степях имело' всемирно-историческое значение. Монгольские завоевания распро­ странились на обширнейшие территории Азии — Китай, Тибет, Восточ­ ный Туркестан (ныне Синьцзян). страны Средней Азии, Иран, страны Закавказья и Передней Азии, также на Дешт-и Кыпчак (Половецкая степь) 1 и на страны Восточной Европы и Русь. 2 Как и для всех этих стран, для Ирана монгольское завоевание было настоящей катастрофой. Не только разрушения, вызванные завоеванием, но и хищническая эксплуа­ тация страны верхушкой завоевателей вызвала резкий упадок произво­ дительных сил. К этому периоду относится также рост военно-ленной си­ стемы и усиление влияния военной кочевой знати (в данный период ве­ дущей группы класса феодалов) в стране, усиление феодальной эксплуа­ тации непосредственных производителей — крестьян и ремесленников, бесправное положение и жестокое угнетение которых было доведено до крайних пределов. Но угнетенные народные массы Ирана вели героиче­ скую освободительную войну, которая в конечном итоге расшатала гос­ подство завоевателей-кочевников.

§ 2. Основные источники по истории периода

Хотя монгольское завоевание оказало неблагоприятное влияние на развитие культуры Ирана XIII — XIV вв., оно все же не привело к полно­ му ее упадку. Некоторые отрасли культуры после трех-четырех десяти­ летий упадка снова пережили подъем.

В частности, высокого подъема в XIII — XIV вв. достигла персидская историография. Подъем ее был подготовлен веками предшествовавшего развития. Теперь в исторической литературе господствовал персидский язык, арабский язык был почти вытеснен из нее. Персидские историки XIII — XIV в., в отличие от своих предшественников, в ряде случаев вво­ дили в свои труды документы и официальные материалы.

Монгольские ханы, правившие в Иране, были заинтересованы в про­славлении своих побед и деяний и поэтому покровительствовали истори­ кам. Обычно историограф-перс, писавший свой труд по заказу хана, совмещал эту работу с занятием придворной или административной должности: благодаря этому он бывал хорошо осведомлен о внешних и внутренних делах государства и имел доступ к государственным архи­ вам. Вместе с тем, положение придворного историографа, щедро оплачи­ ваемого ханом за свои сочинения, обращало ученого в льстивого царе­ дворца, который, прославляя Чиигис-хана и его потомков, нередко терял чувство меры.

  • 1 Под этим именем в источниках подразумевались степи Северного Причерноморья, низовья Дона и Волги и большая часть нынешнего Казахстана.
  • 2 См. карту на стр. 159.

Подъем историографии в XIII — XIV вв. отчасти объясняется тем, что в связи с крестовыми походами, созданием Монгольской империи, ростом средиземноморско-азиатской караванной и «морской торговли росли политические, экономические и культурные связи Ирана. Это рас­ ширило кругозор ряда персидских историков и позволило им использо­ вать новые материалы, в частности по истории монгольских и тюркских народов. По своему отношению к завоевателям историки XIII — XIV вв. делятся на две гоуппы — врагов завоевателей и их панегиристов. К пер­ вой группе относятся следующие авторы.

Ибн ал-Асир (1160—1234 гг.) 1 в XII томе своего огромного истори­ ческого свода, написанного по-арабски, дал рассказ о нашествии мон­ гольских войск, в значительной части на основании рассказов очевид­ цев. Каково было общее впечатление от нашествия войск Чингис-хана, можно судить по следующей выдержке ив Ибн-ал-Асира: «Если бы ска­ зали, что с тех пор, как бог сотворил Адама, до настоящего времени мир не видел такого испытания, то это было бы справедливо, ибо история не сообщает ничего подобного и близкого. Самое большое бедствие, кото­ рое описывает история — поступок Навуходоносора с израильтянами, как он избил их и разрушил Иерусалим. Но что значит Иерусалим в сравнении с теми странами, которые опустошили эти проклятые? И что такое сыны Израиля в сравнении с теми, которых они 2 перебили? Ибо жители даже одного ив разрушенных ими городов были многочисленнее всех израильтян. Может быть, люди и не увидят подобного события до* скончания мира, исключая разве Гога и Магога. 3 Даже антихрист (ад-даджжаль) пощадит тех, кто ему подчинится, и погубит [только] тех, кто' будет ему сопротивляться. 4 А эти 5 не щадили никого, убивали жен­ щин, мужей и младенцев, распарывали животы у беременных женщин и убивали зачатых детей!»

Рассказ Ибн-ал-Асира о монгольском завоевании отличается живым ярким изложением, полным драматизма.

Мухаммед ибн Ахмед Несеви {Нисави), перс, мелкий феодал из Хорасана (владетель замка Хорендиз), был секретарем последнего хо~ резмшаха Джелал-ад-дина и участником борьбы с монгольскими завое­ вателями. В 1241/2 г., через десять лет после гибели хорезмшаха, Не­ севи составил на аоабском языке «Сират ас-султан Джелал-ад-дин Меп- губерти» («Жизнеописание султана Джелал-ад-дина Мешгуберти»), в котором подробно описал события 1218—1231 гг. н. э., связанные со вторжением войск Чиигис-хана. Труд содержит богатый материал о со­ стоянии областей Ирана этого времени. Труд этот издан по единствен­ ной известной рукописи в Париже в 1891 —1895 гг. ученым О. Уда в двух томах (арабский текст и французский перевод).

В 1930 г. в Иране было издано еще одно, ранее неизвестное сочине­ ние Несеви на персидском языке — «Нафсат ал-масдур» («Раздавшийся снист ветра»). 1 Сочинение это было подготовлено к печати задолго до 1930 г. по единственной, после утраченной, рукописи известным персид­ским филологом Риза-кули-ханом Хидайатом (1800—1871 огг.). 2 «Нафсат ал-масдур» — мемуары автора, содержит рассказ о злоключениях и ски­ таниях автора после гибели Джелал-ад-дина; рассказ изобилует карти­ нами ужасов и страданий жителей в областях, разоренных монгольскими войсками. Этот труд был написан еще в 1234/5 г. н. э.

  • •  Подробнее о нем см. в § 2 главы IV .
  • •  Т. е. монгольские ханы.
  • •  Согласно библейской легенде, принятой и Кораном, Гог и Магог — свирепые варварские племена севера; в данную эпоху их отождествляли с кочевыми племенами Центральной Азии.
  • •  Легенда о пришествии антихриста в конце мира перешла к мусульманам от христиан.
  • •  Т. е. полководцы Чингис-хана.

Оба труда Несеви проникнуты враждой к завоевателям и не сво­ бодны от идеализации Джелал-ад-дина, но эта идеализация — искрен­ няя: оба труда написаны после гибели Джелал-ад-дина и его сторонни­ков, и Несеви не мог оассчитывать получить награду за свой труд. Оба труда написаны в тяжелом, вычурном, условно риторическом стиле, пе­ ресыпаны арабскими стихами.

Минхадж-адгдтп Осман ибн Сирадж-ац-тн. Джузджани родился около 1193 г., 'Служил султанам ив династии Гуридов; спасаясь от на­ шествия войск Чингис-хана. Джузджани бежал в Индию, где и прожил до конца жизни. Около 1260 г. он закончил свой труд, типа краткой все­ общей истории, на персидском языке, посвященный султану Индостана Насир-ад-дину Махмуд-шаху I , почему и самый труд был озаглавлен «Табакат-и Насири» («Насировы разряды»). 3 В этом труде дано описа­ ние вторжения войск Чингис-хана в Хорасан со многими подробностями. Джузджани использовал не дошедшие до нас первоисточники. К Мон­ гольской империи он относится резко враждебно, осыпая завоевателей проклятиями и не скрывая своего отвращения к ним. Полностью труд Джузджани до сих пор не издан. В Индии издана часть персидского текста «Табакат-и Насири» — части («разряды») XI и XVII — XXIII (Калькутта, 1863—1864, изд. Nassau Lees ). Опубликован также непол­ ный английский перевод Раверти, «разряды» VII — XXIII , два тома, Лон­ дон, 1881.

Абдуллах ибн Омар Байдави, родом из Фарса, знаменитый арабо- язычный комментатор Корана, XIII в., 4 наряду с прочими сочинениями по суннитскому богословию и метафизике, составил также по-персидски краткую всеобщую историю «Низам-ат-таварих» («Порядок историче­ ских сочинений»), 5 в большей своей части компилятивную. В ней инте­ ресны известия об атабеках Фарса, о монгольском же владычестве в Иране сказано мало. «Низам-ат-таварих» издан.

К числу историков, состоявших на службе у монгольских ханов и писавших по прямому их заказу или лойяльных по отношению к завое­вателям, относятся нижеследующие авторы, писавшие все на персидском языке.

Ала-ад-дин Ата Малик ибн Мухаммед Джувейни (1226—1283 гг.) происходил из фамилии старинной персидской чиновной знати, из округа Джувейн в Хорасане, служившей хорезмшахам, а потом перешедшей на службу к монгольским ханам. Баха-ад-дия Джувейни при монгольских ханах был везиром Хорасана, сын его Шамс-ад-дин Мухаммед Джувейни сахиб-диван был главным везиром трех первых монгольских ханов в Иране в течение более двадцати лет (1262—1284 гг.), а брат последнего историк Ата Малик Джувейни :в те же годы был наместником монголь­ ских ханов в Багдаде и его области, где провел восстановительные ра­ боты после разрушений времени завоевания. Ата Малик Джувейни умер внезапно, от паралича сердца (март 1283 г.), когда узнал, что семья Джувейниев попала в опалу, имения ее конфискованы, а членам семьи грозит тюрьма и казнь.

  • •  Под этим заглавием известно несколько сочинений разных авторов, посвя­ щенных описанию массовых бедствий. В .переносном смысле «Нафсат ал-масдур» означает также «Вздох души».
  • •  Риза-кули-хан ошибочно прочел в рукописи имя автора, как «Мухаммед Зей- дери». Известный персидский историк и филолог проф. Мирза Мухаммед-хан Казви- ни в статье, вышедшей в том же 1930 г., доказал, что вместо «Зейдери» следует читать «[Хо]рендизи» (Хорендиз — замок Несеви). Авторство Несеви, указывает Мирза Мухаммед-хан Казвини, ясно вытекает из того, что оба труда — персидский и арабский — в отдельных частях текстуально или по содержанию совпадают и что в обоих трудах автор сообщает о себе и о своей деятельности одно и то же.
  • •  Этот труд известен также под заглавием «Тарих-и Минхадж-и Сирадж».
  • •  Годы рождения и смерти точно неизвестны; разные авторы дают разные даты смерти Байдави: 1286, 1292. 1316 гг. н. э.
  • •  В смысле систематизации их известий.

Большой исторический труд Ата Малика Джувейн.» «Тарих-и дже- хангушай» («История миропокорителя») 1 закончен был около 1260 г. Первый том этого труда содержит историю Монгольской империи, на­ чиная от первых походов Чингис-хаеа до смерти Гуюк-каана; второй — историю государства хорезмшахов, а также историю монгольских на­ местников в Иране до 1258 г. н. э.; третий — историю похода Хулагу- хана в Иран (1256—1258 гг.), а также историю исмаилитов Аламута и их государства (1090—1258 гг.); последняя написана на основании не дошедшего до нас первоисточника — «Сергузешт-и сейидна» («Повест­ вование о .господине нашем»). 2

Труд Джувейни содержит много ценного исторического материала. Несмотря на то, что общая направленность труда промонгольокая, в нем не замалчиваются темные стороны владычества монгольских ханов— -опустошения городов и областей, безудержный грабеж и хищническая налоговая политика монгольских наместников. Синтаксис труда Джу­ вейни, вою жизнь вращавшегося в среде монголов, очень своеобразен.

Персидский текст «Тарих-и джехангушай» издан в трех томах в се­ рии памяти Гибба (Лейден—Лондон, 1912—1937) с историческим вве­ дением и примечаниями проф. Мирзы Мухаммед-хана Казвини. В неко­торых рукописях содержится также дополнительная глава о завоевании монголами Багдада, составленная современником Джувейни, знамени­ тым астрономом и математиком Насир-ад-дином Туей. В двух парижских рукописях содержатся также рисалэ (приложение) с биографией Джу­ вейни, с массой социально-бытового материала.

Упомянутому уже Насир-ад-дину Туей (умер в 1277 г.), строителю обсерватории в Мараге, состоявшему на службе у Хулагу-хана мон­ гольского, в числе прочих сочинений, .приписывают авторство весьма краткого трактата о государственных финансах (без заглавия); в трак­ тате отмечены изменения в системе налогового обложения, введенные монгольскими ханами. Трактат недавно издан персидским ученым Ми- нови и кембриджским профессором В. Ф. Минорским (персидский текст, английский перевод и примечания).

Величайшим средневековым персидским историком является Рашид- ад-дин Фазлуллах ибн Абу-л-Хейр Али Хамадани (1247—1318), ученый медик и суннитский богослов, вместе с тем и политический деятель, быв­ ший везиром монгольских государей Газан-хана и Ольджайту-хана между 1298 и 1317 гг. Благодаря покровительству этих ханов, Рашид-ад- дин стал крупным феодальным землевладельцем. Он имел свыше 80 тыс. га орошенной пахотной земли в разных областях государства, а также множество садов, финиковых рощ, оросительных каналов и больших стад (250 тыс. баранов, 30 тыс. лошадей, 10 тыс. верблюдов и т. д.). Он скопил также громадное состояние — 35 млн. динаров, боль­ шая часть которого была вложена в виде доль в товарищества крупных оптовых торговцев. При хане Абу Са'иде, в результате интриг придвор­ных клик, Рашид-ад-дин был вынужден уйти в отставку. Вслед за тем он был ложно обвинен в отравлении Ольджайту-хана и в июле 1318 г. казнен. Имущество его было частью конфисковано, частью расхищено, причем погибла его богатая библиотека в Тебризе (60 тыс. томов) и часть рукописей его сочинений. Через девять лет его память была реа­билитирована.

  • 1 Т. е. Чингис-хана.
  • 2 Исмаилитская биография Хасан ибн Саббаха, основателя Аламутского исмаилитского государства. Эта же биография в большей степени использована в историческом труде Рашид-ад-дина (см. о нем ниже).

Написанный Рашид-ад-дином, по поручению Газан-хана, обширный исторический труд «Джами'-ат-таварих» («Сборник летописей») зани­ мает исключительное положение среди средневековых персидских исто­ рических сочинений. Рашид-ад-дин отказался от давней традиции араб­ских и персидских историографов — рассматривать «всеобщую исто­рию», как историю одних только мусульманских стран. Рашид-ад-дин считал, что всеобщая история должна быть действительно 1 всеобщей историей всех известных тогда народов, от «франков» на западе до ки­тайцев на востоке. В частности, перед Рашид-ад-дином стояла задача —• впервые создать историю монголов с древнейших времен. Выполнить труд, столь грандиозный по плану, было не под силу одному чело­веку. Поэтому Рашид-ад-дин -привлек в качестве сотрудников знатоков языков и истории отдельных народов; среди них были два перса, два китайца, индус из Кашмира и, по-видимому, французский католический монах. В составлении истории монгольских и тюркских племен Рашид- ад-дину помогали монголы — знатоки монгольской старины и преданий; среди этих знатоков был и сам Газан-хан.

Работа над «Джами'-ат-таварих» была начата при Газан-хане в 1300 г. и закончена при Ольджайту-хане в 1310/11 г. Труд делился на три тома. Первый том, названный в честь Газан-хана «Тарих-и Газани» («Газанова история»), заключает в себе обзор истории монгольских и тюркских племен; историю правления Чингис-хана и его ближайших преемников и историю улусов, выделившихся из Монгольской империи; историю монгольских ханов в Иране (улус Хулагуидов) до смерти Газан-хана (1304 г.). Во второй том вошла история немусульманских народов и государств — Китая, древних евреев, «франков» (западно­ европейских государств), римских пап, «римских» (византийских и свя­ щенно-римских, т. е. германских) императоров, государств Индии. Тре-тий том должен был заключать географическое описание «семи клима­тов» 1 мира. Предполагают, что этот том или никогда не был написан, или погиб при расхищении библиотеки Рашид-ад-дина после его казни.

Наибольшую ценность имеет первый том — «Тарих-и Газани». В части, посвященной истории тюркских и монгольских кочевых племен их социальный строй, быт, обычное право и предания изложены с такой полнотой и точностью, какой нет ни в одном другом источнике, не исключая монгольских и китайских. Особенно важен этот том, как источник по истории Ирана и Азербайджана, отчасти и других стран XIII в. С наибольшей полнотой изложена история правления Газан-хана. В нее включены — в копиях или в сокращенном изложении — яр­лыки (указы) Газан-хана. Том изобилует данными о социально-эконо­мической истории Ирана и Азербайджана в XIII в.

В течение более столетия в России и за рубежом публиковались отдельные части «Тарих-и Газани» (персидский текст, переводы и ком­ ментарии) — французами Катрмером и Э. Блоше, русским И. Н. Бере-зиным, Карлом Яном (в 40-х годах XX в.). Издание полного русского перевода «Тарих-и Газани», а также сводного (на основании научно- критического сличения семи старейших рукописей) персидского текста проводится Институтом востоковедения АН СССР.

  • 1 О значении термина «климат» см. в § 2 главы III .

Том второй, имеющий гораздо меньшую ценность, до> сих пор не издан, кроме немногих отрывков.

Весьма важным историческим источником является также перепис­ка Рашид-ад-дина («Муншаат-и Рашиди» или «Мукатебат-и Рашиди»), собранная его секретарем Мухаммедом Аберкухи. Она содержит 53 письма (одно без начала), в их числе 4 письма к Рашид-ад-дину от разных лиц, остальные — письма самого Рашид-ад-дина к своим сы­новьям, бывшим наместниками разных областей Ирана, а также к са­новникам, высшим представителям мусульманского духовенства и раз­ ным знатным людям. В переписке приведено много данных о налоговой •политике, о тяжелом положении крестьянства, о торговле, о строитель­стве оросительных каналов и т. д. Особенно интересно приведенное в одном из писем (№ 36) завещание Рашид-ад-дина, с перечислением его имений и имущества. Из переписки можно составить .представление о хо­ зяйстве такого .крупного феодала, каким был Рашид-ад-дин.

Переписка Рашид-ад-дина («Мукатебат-и Рашиди») издана в Па­кистане проф. Хае Бахадуром Мухаммедом Шафи (Лахор, 1947, пер сидский текст и примечания).

Язык Рашид-ад-дина, сравнительно простой, является лучшим об разцом 'классического языка новоперсидской прозы.

Социальное лицо Рашид-ад-дина выявляется и в «Джами'-ат-тава-рих», и в его переписке. Он — представитель одной из групп класса фео­далов — гражданской бюрократии, тесно связанной с мусульманским духовенством, поэтому враждебен к тенденциям феодальной раздроб­ленности и к ее наиболее упорному носителю — монгольской кочевой знати. Рашид-ад-дин старался поддерживать сильную центральную власть в лице монгольских ханов, в которых, однако, он хотел видеть наследников и продолжателей «хосроев Ирана», носителей сасанидской государственной традиции с ее цеятралистской политикой. К сторонни­кам и восхвалителям монгольских ханов Рашид-ад-дина можно при­числить лишь условно. Восхваляя Чингис-хана и его потомков, Рашид-ад-дин лишь выполнял данный ему заказ, но души в эти панегирики не вкладывал. Он не скрывал ни зверств войск Чингис-хана, ни темных сторон созданной завоевателями государственности. И только идеали­зация Газан-хана у Рашид-ад-дина видимо искренна, что объясняется позицией Газан-хана: он опирался на ту группу феодалов, интересы ко­торой выражал Рашид-ад-дин.

Абу Сулейман ибн Давуд Бенакети, родом из Бенакета в Средней Азии (умер около 1329 г.), в 1317 г. составил сокращенное изложение «Джами'-ат-таварих» Рашид-ад-дина, включив сюда и отрывки по истории немусульманских стран. Труд этот известен под именем «Та-рих-и Бенакети», не издан. 1

Абдуллах Кашани, один из сотрудников Рашид-ад-дина при состав­лении «Джами'-ат-таеарих», после осуждения и казни последнего пы­тавшийся обвинить его в плагиате и присвоить авторство всего труда себе, составил «Тарих-и Ольджайту-хан» — труд по истории правления Ольджайту-хана. Труд не издан. 2

Шихаб-ад-дин 'Абдуллах ибн Фазлуллах Ширази, известный под прозванием «Вассаф ал-хазрет» («Панегирист его величества»), или попросту Вассаф, родом из Шираза, состоял при дворе ильханов, выдви­нулся благодаря покровительству Рашид-ад-дина, под начальством которого служил по финансовому ведомству. Других биографических све­ дений о нем нет. Он написал большой исторический труд по-персидски, с арабским заглавием — «Таджзийат ал-амсар ва тазджийат ал-а'сар» («Разделение областей и распределение веков»), более известный под именем «Тарих-и Вассаф» («История Вассафа»). Первые четыре части этого труда были закончены и поднесены Ольджайту-хану при посред­ стве Рашид-ад-дина в 1312 г., пятая же часть была закончена в 1328 г. Труд задуман был как продолжение труда Джувейни и охватывает 'время с 1257 до 1323 г. Источниками Вассафа были труды Джувейни, Рашид-ад-дина и др., официальные документы, в частности документы финансового ведомства, собственные воспоминания и рассказы оче­ видцев.

  • •  Хорошая рукопись (список XVI в.) есть в коллекции Института востоковеде­ ния АН УзССР (Ташкент).
  • •  Ценная рукопись есть в Национальной библиотеке в Париже.

Первая часть труда Вассафа охватывает историю правления вели­ ких ханов Хубилай-каана и Тимур-каана и историю государства Хула- гуидов до 1284 г. н. э.; вторая часть — историю Фарса от завоевания его сельджуками до восстания л у ров в 1291 г.; третья часть — продолже­ ние истории государства Хулагуидов до смерти Газаи-хана; четвертая — историю правления Ольджайту-хана; пятая — окончание правления Ольджайту-хана и правление Абу Са'ида Бахадур-хана, а также экскурс о налоговых притеснениях в Фарсе и о тяжелом состоянии этой области в правление этого хана.

«Тарих-и Вассаф» содержит много очень интересного материала как по политической, так и по социально-экономической истории Ира­ на XIII —начала XIV в., много сведений, каких нет в других источни­ ках. Ценность данного источника поэтому очень велика. Но пользование им затруднено из-за напыщенной манеры изложения и цветистого и вы­чурного языка, со множеством метафор и других поэтических образов, аллегорий, хронограмм, каламбуров, стихотворных загадок и т. д.; при этом содержание всецело подчинено литературной форме. О стиле Вас­ сафа можно судить, например, по следующему отрывку: «Когда юве­ лир предопределения 1 претворил реку Дербендскую 2 в некий слиток серебра, 3 когда закройщик зимней шубы скроил горностаевую мантию, 4 соразмерно длине и ширине, покатости холмов и долин, и когда гладь речной поверхности на один дротик «глубь затвердела подобно камню, тогда войско монгольское, которое было 1 отвратительнее злых духов и многочисленнее дождевых капель, по повелению Берке-огула, подобно огню и ветру прошло по сей замерзшей реке».

Известный исследователь Рьё, автор описания персидских рукопи­сей Британского Музея, говорит об «Истории» Вассафа, что она «со­ держит достоверный, современный событиям, обзор значительного пе­ риода, но ее несомненная ценность в сильной степени уменьшается бла­ годаря недостаткам метода его изложения и еще более благодаря вы­ соко искусственному характеру и утомительному многословию его стиля. К несчастью, он был взят за образец и оказал гибельное влияние на •позднейшие исторические сочинения в Персии». 5

Политическая направленность труда Вассафа такая же, как у Ра­ шид-ад-дина. Как и Рашид-ад-дин, Вассаф, вместе с льстивыми и цве­ тистыми панегириками монгольским ханам, показывал их зверства, на­ силия и гибельные последствия их налоговой политики для земледелия и городской жизни областей Ирана, особенно Фарса, о состоянии кото­ рого Вассаф писал по личным впечатлениям.

  • 1 Т. е. мороз.
  • 2 Терек.
  • 3 Т. е. сковал реку льдом.
  • 4 Т. е. зима покрыла снегом.
  • 5 Ch. Rieu. Catalogue of Pers. MSS in Brit. Museum . I, p. 162.

Полное литографированное издание персидского текста труда Вас- сафа вышло в Бомбее в 1269 г. х. = 1853 г. н. э.; это издание содер­ жит также ферхенг, т. е. толковый словарь малоупотребительных, архаи­ ческих и специфических выражений и терминов, встречающихся во мно­ жестве у Вассафа. Часть труда Вассафа (только первый том) издал вместе с немецким переводом Хам-мер—Пургшталь (Вена, 1856).

Хамдуллах ибн Абу Бекр Мустоуфи Казвини (родился около 1281 г., год смерти неизвестен) происходил из старинной знатной фамилии Мустоуфиев, с XI в. занимавшей наследственно пост начальника казна­ чейства (мустоуфи) Казвинокого вилайета. Хамдуллах Мустоуфи Каз­ вини пользовался покровительством Рашид-ад-дина и занимал видные должности по финансовому ведомству и одно время управлял финан­ сами Казвина и ряда соседних вилайетов.

Исторический труд Хамдуллаха Казвини «Та1рих-и гузидэ» («Из­ бранная история») был закончен в 1330 г. и посвящен сыну Рашид-ад- дина, везиру Гийас-ад-дину Мухаммеду Рашиди. В этом труде, типа «всеобщей истории», XII раздел IV главы содержит сжатую историю монгольских ханов в Иране; VI глава дает подробное описание родного города автора — Казвина. Изложение доведено до 1329 г. н. э.

«Тарих-и и гузидэ» издана Эдуардом Г. Броуном В' серии памяти Гибба в двух томах — перс, текст (факсимиле описка половины XV в.) и сокращенный английский перевод (Лейден—Лондон, 1910—1913 гг.). В рукописи, изданной Броуном, имеется добавление — история дина­ стии Музаффаридов, составленная около 1420 г. Махмудом Кутуби.

В некоторых рукописях «Тарих-и гузидэ» содержатся продолжения: а) составленное самим Хамдуллахом Казвини и доведенное до 1344 г. к. э.; б) написанное его сыном Зейн-ад-дином Мустоуфи Казвини и из­ лагающее события в Иране до 1392 г. н. э.

Около 1335 г. Хамдуллах Казвини закончил огромную (75000 бей­ тов) стихотворную летопись-поэму «Зафар-намэ» («Книга победы»), за­думанную как продолжение «Шах-намэ» Фирдоуси. Изложение событий в «Зафар-намэ» доведено до 1331/2 г. н. э. Здесь сообщены некоторые факты и датировки, которых нет в других источниках. Особенно ценен драматический рассказ о взятии монгольскими войсками города Каз­ вина и о произведенной ими там всеобщей резне в 1220 г., написанный на основании рассказа прадеда автора.

Третье сочинение Хамдуллаха Казвини—законченный около 1340 г. н. э. труд по космографии и географии — «Нузхат ал-кулуб» («Услада сердец»). Наибольшую ценность представляет третья часть этого труда, содержащая подробное географическое описание Ирана и государства Хулагуидов. Автор использовал большое число первоисточников; правда, данными более ранних географов он пользовался довольно скупо и кри­ тически; благодаря этому анахронизмы встречаются у него сравнитель­ но редко. Только описание Фарса составлено почти целиком на основа­ нии «Фарс-намэ» Ибн-ал-Балхи ( XII в.), однако, не без критического подхода к фактическому материалу последнего. В большей же своей части сведения по экономической географии Ирана современны автору; автор использовал как источник податные списки (дафтары) государ­ ства Хулагуидов, к которым он, как сановник финансового ведомства, имел доступ. Описание каждого вилайета построено по единому плану: приводятся координаты широты и долготы, сведения о природных усло­ виях, о видах орошения, о земледелии и растительных культурах, о го­ родах, о религиозной принадлежности населения; почти по всем вилайе­ там приведены цифры налоговых поступлений и по многим вилайетам — цифры селений. Напротив, сведения о ремесле, торговле и городской жизни крайне скудны. Отдельно описаны реки с оросительными каналамп, рудники и маршруты караванных путей, пролегавших через Иран.

Хамдуллах Казвини, как и Рашид-ад-дин и Вассаф, выражал поли­ тические идеи чиновной знати, тесно сросшейся с центральным государ­ ственным аппаратом и поддерживавшей централисте-кие традиции старо­ иранской государственности против феодальной раздробленности.

Полное литографское издание текста «Нуехат-ал-кулуб» (Бомбей, 1311 г. х. = 1894 г. н. э.) крайне неудовлетворительно. Научно-критиче­ское издание географической (третьей) части «Нузхат-ал-кулуб» выпу­ щено Ле Стренджом в серии памяти Гибба (Лейден—Лондон, 1915, 2 тт. — персидский текст и английский перевод).

Мухаммед ибн Али Шебангарэи, 1 поэт и историк, составил по-пер­ сидски краткую и сухую «всеобщую историю» — «Маджма'-ал-ансаб» («Собрание генеалогий»). Вторая, улучшенная версия этого труда закон­чена автором в 1342/3 г. н. э.; до этого времени доведено и изложение. Источник этот представляет интерес преимущественно при описании событий 20—начала 40-х годов XIV в.

Труд Шебангарэи не издан. В коллекции Института востоковедения АН СССР (Ленинград) имеется рукопись Шебангарэи — автограф.

Произведений региональной историографии в описываемый период создано несколько. Из них наиболее ценным является «Тарих намэ-и Херат» 2 («Книга истории Херата») Сейфа ибн Мухаммеда Хереви, бо­ лее известного под нисбой Сейфи. Автор родился в Херате в 1282 г., год смерти неизвестен. Сейфи был высокообразованным человеком, на­ходился в числе придворных поэтов хератских медиков ив династии Кур­ тов 3 (1245—1389 гг.), вассалов монгольских ханов. В числе многих про­изведений, поэтических и прозаических, Сейфи составил, по поручению* хератекого мелика Гий ас-ад-дин а I Курта, обширный труд по истории города Херата и его области, под указанным выше заглавием.

Труд Сейфи охватывает период от первого вторжения войск Чингис­ хана в Хорасан (1220 г.) до 1321 г. н. э., — даты окончания труда. Сейфи использовал в качестве первоисточников труды Джузджани, Джу- вейни и Рашид-ад-дина, а также не дошедшие до нас труды по истории Херата, дипломатические документы, наконец многие рассказы стари­ ков и очевидцев. Труд обильно пересыпан стихами. Главное внимание в труде Сейфи уделено политической истории Хератекого княжества и местной династии Куртов, однако в труде приведено и много деталей относительно внутренней жизни города Херата и его сельской округи. Сейфи выражал интересы местной, провинциальной феодальной знати, враждебно относился к монгольскому владычеству и многие события екзвещал иначе, нежели они освещены в трудах Рашид-ад-дина, Вассафа и других представителей придворной историографии монгольских ханов. Труд Сейфи Хереви сохранился в немногих рукописях. 4 Он издан не­ давно профессором Калькуттского университета Мухаммед-Зубейром Сиддики — персидский текст с введением (Калькутта, 1944).

Из монгольских источников важнейшими является «Юань-чао-би-ши» («Сокровенное сказание о поколении монгол»), составленное в Монголии около 1240 г. До нас дошел монгольский текст, транскрибированный ки­ тайскими иероглифами, и два китайских .перевода. По содержанию оно представляет цепь эпических сказаний типа «'богатырского эпоса», относящихся ко времени Чингис-хана, переработанных в духе идеологии монгольских кочевых феодалов. Эта переработка была проведена с целью создать официальную хронику первых Чингисидов — Чингис-хана и его сыновей. «Сокровенное сказание», помимо рассказа, эпическим стилем, по годам, о политических событиях в Монголии конца XII — начала XIII вв., рисует широкую картину социальных отношений и кочевого быта монголов.

  • 1 Родом из Шебангарэ, в юго-восточной части Фарса.
  • 2 В некоторых рукописях заглавие — «Тарих-и Херат» и «Тарих-и Курт».
  • 3 Династийное имя Куртов, или Куртидов, разными исследователями читается различно: Курт, Карт и Керт. В нашем издании принято чтение В. В. Бартольда и Э. Г. Броуна — Курт.
  • 4 Есть рукопись (дефектная) в ИВ АН СССР; имеется рукопись и в коллекции ироф. Б. Н. Заходера (Москва).

«Сокровенное сказание» было открыто' в середине XIX в. одним из крупнейших русских китаистов—Кафаровым (архимандрит Палладий). Им же был подготовлен к изданию текст памятника, который, однако, ему не удалось опубликовать. Но Палладий Кафаров издал прекрасный русский перевод «Сокровенного сказания», 1 сделанный с дошедшего до лас построчного китайского перевода.

Советским монголистом С. А. Козиным подготовлен и издан новый русский .перевод «Сокровенного сказания», вместе с монгольским текстом в транскрипции, глоссариями и введением в изучение памятника (М.—Л., 1941).

В Китае вышли два научных издания 'китайской транскрипции тек­ста «Сокровенного сказания»: издание Е-Де-Хой (Пекин, 1908) и изда­ние Общества «Коммершел пресс» (Шанхай). 2 В Западной Европе вы­ шли издания того же памятника, подготовленные двумя крупнейшими специалистами по Дальнему Востоку, — издание Эриха Хёниша (ч. I , текст, Лейпциг, 1937; ч. II , немецкий перевод, Лейпциг, 1941) 3 и издание П. Пеллио (монгольский текст полностью и французский перевод первых шести глав, Париж, 1949). «Сокровенное сказание» переведено на ряд языков. 4

Помимо «Сокровенного сказания», существовала другая официальная монгольская летопись — «Алтая дебтер» («Золотая книга»). Ею пользо­вался Рашид-ад-дин при составлении своего большого исторического свода. Эта летопись до нас не дошла.

Так называемая Великая Яса (или Ясак) Чингис-хана, представ­лявшая кодификацию монгольского обычного права, переработанного f 3 духе интересов и идеологии феодализованной монгольской кочевой знати, полностью до нас не дошла. Частично содержание ее передано персидским историком XIII в. Джувейни, 5 арабо-египетским историком XV в. Макризи и другими авторами.

Немаловажное значение для истории монгольского завоевания и мон^ гольского государства Хулагуидов имеют армянские источники. Особен­но ценны труды авторов XIII — начала XIV вв. Среди них надо отметить Киракоса Гандзакского (Гандзакеци, т. е. родом из Гянджи), автора «Истории армян», очевидца монгольского завоевания, побывавшего в плену у монголов; 6 Григория Акнерци (умер в 1335 г.), автора весьма содержательной «Истории народа стрелков» (монголов), 7 в которой при­ведено много ценных сведений о быте и языке монголов, а также о системе управления и податей монгольских завоевателей; Вардана Вели­ кого (или Бардзрбердского), автора «всеобщей истории», 1 Степанноса Орбеляна (1258—1304 гг.), митрополита сюнийского, 2 происходившего из рода сюнийских князей Орбелянов, 3 автора весьма ценной «История княжества Сисакан» (Скжии), доведенной до 1299 г. и содержащей мно­ го материала по социально-экономической истории времени. 4 Все назван­ ные авторы сообщают богатый материал о разрушениях времени мон­гольского завоевания. Тем не менее политическая направленность трудов Вардана Великого и Степанноса Орбеляна—промошгольская, что в зна­ чительной степени объясняется тем покровительством, какое первые мон­ гольские ильханы Хулагуиды-язычники, отчасти даже и мусульманин Газан-хан, оказывали христианскому духовенству и армянским и .грузин­ ским феодалам-христианам.

  • 1 В «Трудах членов Российской духовной миссии в Пекине», т. IV , СПб., 1866.
  • 2 Новое издание (год издания не указан).
  • •  В числе работ Хёниша, посвященных «Сокровенному сказанию», отметим его словарь к данному памятнику (Лейпциг, 1941).
  • •  Важное значение для научной критики разных изданий текста и переводов «Сокровенного сказания» (в частности, перевода С. А. Козина) имеет новейшая ра­ бота: A . Mostaert . Sur quelques passages de l'Histoire Secrete des Mongols. Harvard Journal of Asiatic studies, тт . 13, 14, 15, 1950—1952.
  • 5 В I томе «Тарих-и джехангушай».
  • 6 Имеется издание армянского текста (Тифлис, 1909) и французский перевод М. Броссе (СПб., 1870).
  • 7 Автором этого труда до последнего времени считался инок Магакия; под его именем изданы армянский текст (СПб., 1870) и русский перевод К. Патканова (СПб., 1870). Перевод К. Патканова устарел и далек от точности.

Ряд сведений о монгольском завоевании и управлении содержится в грузинском своде летописных сочинений по истории Грузии «Картлис цховреба» («Жизнь Картлии»), изданном акад. М. Броссе («грузинский текст и французский перевод).

Из сирийских авторов важное значение имеет Григорий Абу-л- Фарадж, по прозванию Бар Эбрайя 5 (1226—1286 гг.), деятель монофи- витской церкви (мафриан, т. е. заместитель патриарха) и историк, автор большой «Всеобщей истории» на сирийском языке, в трех частях; 6 из них собственно политическая история дана в первой части. 7 По просьбе своих арабских друзей, Абу-л-Фарадж составил на арабском языке вариант первой части своего труда, под заглавием «Мухтасар тарих ад-дуваль» («Сокращенная история династий»), где обильно использованы арабские и персидские источники. 8 Труд содержит много сведений о монголах и,. в частности, сокращенное изложение «Великой ясы» Чингис-хана.

Интересным произведением XIV в. является также анонимная сирий­ ская биография жар Ябалаха Ш, патриарха-католикоса несторианской церкви, по происхождению тюрка (уйгура) из северного Китая (умер в 1317 г.). 9 Источник этот содержит много подробностей относительно политической истории государства Хулагуидов и быта монголов, а также характеристики ильхана Аргун-хана и его преемников. В данное сочине­ние включен также дневник путешествия в Европу раббана Саумы, ши­ роко образованною несторианского монаха, уйгура, родом из Пекина, посланного Аргун-ханом в 1287—1288 от. в качестве посла к римскому папе, в Генуэзскую республику и к королям французскому и англий­ скому.

Разные сведения о социально-экономическом состоянии Ирана и со­ предельных стран под властью монголов, а также о самих моноголах со­ держатся в записках европейских путешественников: католических монахов францисканского ордена Плано Карпини (путешествовал .в 1246— 1247 гг.) и Вильгельма Рубрука (путешествовал в 1253—1255 гг.), вене­ цианца Марко Поло (путешествовал в Азии в 1271—1295 гг., умер в 1323 г.), францисканского монаха Одорика из Порденоне (путешество­ вал с 1321 г.). Все эти записки изданы. Записки первых трех авторов. имеются в русских переводах.

  • •  Имеется издание армянского текста (1861) и русский перевод (М., 1861).
  • •  Сюник, Сюния, иначе Сисакан — область на юго-востоке нынешней Армян- ской ССР.
  • •  Фамилия эта грузинского происхождения (Орбели); одна ветвь ее, полу­ чившая от Сельджукидов в XII в. в ленное владение Сюнию, арменизовалась (Орбе- ляны).
  • •  Имеется издание армянского текста (М., 1861) и французский перевод М. Броссе (СПб., 1864).
  • •  Т. е. «Сын еврея» (по-арабски Ибн-ал-Ибри, по-латыни Bar Hebraeus ; по- русски иногда: Бар-Эбрей); он был сыном врача-еврея, принявшего христианство монофизитского толка.
  • •  Так называемая Chronicon Syriacum . Лучшее издание текста — П. Беджана (Париж, 1890); есть английский перевод.
  • •  Вторая и третья части содержат историю сирийской церкви.
  • •  Издания текста Э. Пококка, с латинским переводом (1663); новое научное издание Антуана Сальхани (Бейрут, 1890).
  • •  Текст издан П. Беджаном в Париже дважды: в 1888 г. и 1895 г. (исправлен­ное изд.); французский перевод издан Ж. Б. Шабо в Париже в 1895 г.

Ценные сведения о монголах, их социальном строе и 'быте, их завое­ ваниях оставили китайские историки и путешественники. Но непосред­ ственно к восточному Ирану и Средней Азии относятся лишь путевые записки даосского монаха Чан- Чуня (1223— 1224). 1

§ 3. Образование монгольской державы и начало монгольских завоеваний

В начале XIII в. кочевые племена, вышедшие из глубин Централь­ ной Азии, завоевали огнем и мечом большую часть культурного мира: своего времени и установили свою власть над огромной территорией, про­ стиравшейся от Тихого океана до Черного и Средиземного морей. Это движение кочевников, получившее название монгольского, или татарского,. завоевания, имело всемирно-историческое значение.

Для понимания международной обстановки, сложившейся в Азии в первой четверти XIII в., а также причин завоеваний вновь созданной Монгольской империи, распространившихся и на Иран, необходимо оста­ новиться на состоянии и развитии монгольского общества к началу XIII в.

В XI — XII вв. обширную территорию от верховьев р. Иртыша на западе до .верховьев р. Амура и хребта Большой Хинган занимали пле­ мена, говорившие на равных наречиях одного общего языка, позднее на­ званного монгольским; они еще не имели общего наименования. Круп­нейшими улусами, т. е. племенными объединениями, были: найманы,, кочевавшие в верховьях р. Иртыша и в Алтайских горах, кераиты — по pp . Орхон и Тола, меркиты— в лесистых районах между р. Селенгой и озером Байкал, тайчиуты — по pp . Онон и Керулен, татары — к юго- востоку от пустыни Гоби, на границе с Китаем, онгуты — вдоль Великой Китайской стены.

По имени самого могущественного племени татар соседи называли также и остальные монгольские племена татарами или «черными татара­ ми», в отличие от собственно татар, иначе «белых татар». Наименование «монголы» тогда еще не было известно. Вот почему арабские и персид­ские, равно как и армянские, грузинские и русские, источники первой половины XIII в. (говорили только о татарах. Происхождение имени «мон­ голы» не вполне ясно. По мнению акад. В. П. Васильева, оно—искус­ ственного, книжного происхождения, из китайской 'формы «мэн-гу». Это- имя было введено официально только после образования державы Чин- гис-хана, когда понадобилось общее имя для всех монголоязычных племен.

Монгольские племена делились на лесных, занимавшихся зверолов­ ством и рыболовством, и степных, занимавшихся кочевым скотоводством. Последние кочевали со своими стадами зимою по степям, летом по гоп- ным пастбищам. Они разводили крупный рогатый скот, овец, коз, коней. В больших круглых войлочных юртах, поставленных на колеса и запря­ женных быками, люди передвигались с места на место, по несколько раз в год меняя пастбища. Все необходимое для жизни им давали скотовод­ ство и охота.

  • 1 Имеется русский перевод Палладия Кафарова в «Трудах членов Российской духовной миссии в Пекине», т. IV , СПб., 1866.

В прошлом монгольские (племена находились на стадии первобытно­ общинного строя. Род, еще не дифференцированный, кочевал вместе, и на стойбище юрты устанавливались крутом, наподобие кольца, а юрта главы рода уподоблялась точке в средине круга. Этот способ кочевания назывался куренным, ибо слово «курень» означало «кольцо».

Постепенно, между XI и XII вв., .из рода -начали выделяться отдель­ ные знатные и богатые семьи, 'владевшие обширными стадами и состав­ лявшие большесемейные общины (аилы). Куренный способ кочеванья сменился теперь аильным. Процесс дифференциации рода все усиливался и вел к тому, что 'бедные члены рода попадали в зависимость от знатных и богатых. К началу XIII в. в монгольской степи уже сложилось классо­ вое раннефеодальное общество. Оболочка родового строя со всеми его признаками — экзогамией, агнатным родом, кровной местью, родовым культом и родовыми обычаями — сохранялись, но под этой патриархаль­ ной оболочкой теперь создавались новые общественные отношения — феодальные.

Большая часть кочевников имела в своем владении скот, вела аиль­ное хозяйство, но .распорядителем основного средства производства— : пастбищ — сделался кочевой феодал — нойон, в пользу которого простой монгол-кочевник должен был нести феодальные повинности под патриар­ хальной оболочкой родовой помощи. Основной феодальной повинностью рядовых кочевников-аратов была обязанность пасти стада феодалов (отработочная рента). Кроме того, араты предоставляли господам мелкий скот на убой, отправляли в ставки феодалоз на срок извест­ ное число дойных кобылиц и служили загонщиками зверя в облавных охотах.

Между монгольскими родами и племенами шла непрерывная борьба в целях захвата пастбищ, скота, пленников-рабов и прочей военной до­бычи. Побежденные род или племя становились феодально-зависимыми от племени и ,рода победителя.

Были у монголов и рабы-пленники, но рабство не составляло основы производства.

Всю сложную структуру монгольского общества /рисует ценный мон­ гольский источник — анонимная хроника «Сокровенное оказание».

Вокруг удачливого кочевого феодала-хана, нойона, 'баатура (группи­ ровались нукеры, первоначально дружинники, позже превратившиеся в вассалов, которые несли военную службу своему хану и вместе с тем эксплуатировали зависимых от них аратов. Нукеры вместе со своим ха­ ном ходили на охоту, бились в набегах, участвовали в дележе военной добычи, служили для него охраной, участвовали в его пирах, присматри­ вали в мирное время за его скотоводческим хозяйством, давали хану советы при важных .решениях.

Сложившиеся ранее племенные объединения (улусы) в этот период превратились в государственные образования. Кроме больших племенных объединений — «белых» татар, кераитов, тайчиутов, меркитов, кайманов, было довольно много небольших улусов. Стоявшие во .главе этих улусов ханы были орудиями 'классового господства кочевой знати над аратами. Между улусами происходили постоянные войны.

Таким образом, к XIII в. феодальные отношения в Монголии нахо­дились в начальной стадии. Полная победа феодализма и превращение зависимых аратов в крепостных произошли позже, уже после образова­ ния Монгольской 'империи.

Монгольские племена находились на неодинаковом уровне культур­ ного развития. Самыми отсталыми были лесные племена. Своей письмен­ности у монголов еще не бьш>. Наиболее культурное племя — найманы приняли уйгурскую письменность. Соседи найманов — тюркоязычные уйгуры, жившие в Восточном Туркестане (ныне Синьцзян), в то время обладали сравнительно высокой культурой; у них была 'письменность II алфавит сирийского (арамейского) происхождения.

Религией основной массы монголов был шаманизм. Главным боже­ ством признавалось «вечное синее небо», поклонялись также божеству земли, разным духам. Монголы верили, что колдуны-шаманы могут вхо­ дить в общение с духами, заклинать их и получать от них помощь и за­ щиту в опасности. Но часть найманов приняла буддизм или христианство несторианского толка от уйгуров, среди которых были 'распространены •обе эти религии. Знатная верхушка племени кераитов приняла христиан­ство несторианского толка, опять-таки при посредстве уйгуров, еще в на­ чале XI в.

В начале XIII в. междоусобная борьба в Монголии закончилась победой разноплеменной группировки феодализованной кочевой знати во главе со степным вождем Темучином, которая разгромила старые пле­ менные улусы один за другим.

Темучин родился около 1155 г., в семье кочевого феодала Есугей- •баатура, из знатного рода Борджигин, племени тайчиутов. Осиротев десяти лет, он со своими братьями попал в бедственное положение, так как нукеры Есугея покинули вдову и малолетних детей. Став юношей, Темучин, благодаря покровительству Ван-хана кераитского и личным дарованиям, усилился и начал собирать вокруг себя нукеров, которые составляли главную силу кочевого феодала. Созданный им улус посте­ пенно стал крупной политической силой. Разгромив сперва, в союзе ¦с Ван-ханом кераитским, улусы «белых» татар и меркитов, Темучин затем напал на своего прежнего союзника Ван-хана кераитского и раз­ громил его улус. После того Темучин разгромил улус найманов. Остатки разгромленных улусов влились в улус Темучина. Последний из старых соперников Темучина, степной вождь Джамуха, сплотивший вокруг себя мелкие племена, был разбит, взят в плен и казнен.

В 1206 г. на реке Ононе в Монголии, на курултае (съезде кочевых феодалов) пятидесятилетний Темучин был провозглашен великим ханом всей Монголии и принял почетный титул Чингис-хана; значение этого титула до сих пор не выяснено.

Так сложилось Монгольское государство. Благодаря этому усили­ лось развитие феодальных отношений. Образование единого государства способствовало и процессу формирования монгольской народности.

Монгольское государство имело следующую структуру. Во главе государства стоял великий хан. Его называли также кааи. 1 Им был Чингис-хан, а после него его потомки—Чингисиды. Отдельные улусы еще при жизни Чингис-хана распределялись между членами ханского рода, которые становились вассалами самого великого хана, а их васса­лами были, в свою очередь, все кочующие на данной территории нойоны со своими нукерами и крепостными аратами. Чингис-хан правил с 1206 «о 1227 г.

Все это феодально-иерархическое общество являлось одновременно и военной организацией, так как, согласно старинному обычаю тюрков и монголов, было разбито на тумены, тысячи, сотни и десятки, т. е. на военно-административные единицы, поставлявшие в войско соответствен­ но до 10 тысяч, тысячу, сто и десять воинов каждая. Под именем туме- нов, тысяч и т. д. продолжали существовать старые племена, колена я роды, наследственные вожди которых были в то же время начальни­ ками туменов, тысяч и т. Д.

  • 1 Раньше кааном (монг., у тюрков — хаган, каган) монголы и тюрки называли китайского императора.

Сознательно поддерживая кочевую знать и аристократические тра­ диции в монгольском обществе, Чингис-хан возвел в незыблемый закон-нерасторжимость связи между рядовым кочевником и его господином*. являвшимся для него одновременно и феодалом, и военачальником.

Чингис-хан дал очень четкую организацию тем феодальным элемен­ там, которые уже существовали до него в монгольском обществе. Рядом- с феодальным ополчением стояла знаменитая десятитысячная гвардия. (кешик) Чингис-хана, укомплектованная юношами из знатных семейств» Эта феодально-аристократическая гвардия занимала привилегированное положение; из нее черпались кадры высшего командного состава для^ армии и, позднее, администраторов для покоренных областей. Основным законом государства была Великая Яса — обычное право, переработан­ ное в духе интересов знати, которое под патриархальной оболочкой освя­ щало крепостнические отношения и суровую военную дисциплину.

Политическое объединение Монголии создало могучую военную- силу, которая была использована Чингис-ханом для обширных завоева­ ний. Завоевательная политика Чингис-хана определялась интересами феодализованной кочевой знати. Исстари доходы этой знати составля­ лись не только от эксплуатации аратов, но и в неменыпей степени от грабительских войн между соседними улусами. Так как с объединением^ Монголии внутренние войны в еей прекратились, кочевая знать, не же­ лая лишиться военной добычи, стремилась к внешним завоеваниям. По­ скольку для успеха этих войн нужна была сильная ханская власть и; крепкая воинская дисциплина, монгольская знать верно служила Чингис­ хану. Из среды этой знати вышли способные полководцы: Джебэ, Субу- тай, Мухули, Шики-Хутуху и другие.

Успех монгольских завоеваний объяснялся отчасти крепкой и чет­ кой организацией и дисциплиной и исключительной подвижностью конных. кочевых ополчений, что давало монголам преимущества перед недисцип­линированными и малоподвижными ополчениями оседлых феодалов со­ седних земледельческих стран. Но решающее значение имело то, что ш- •государствах, ставших объектом завоевания, господствовали феодальная. раздробленность, не было внутреннего единства. Зачастую правители: этих государств боялись вооружить и двинуть против завоевателей свой' народные массы, не доверяя им.

В 1209—1210 >гг. Чингис-хан подчинил и обложил данью таягутское- <государство Си-Ся (в нынешней китайской провинции Ганьсу) и госу­ дарство уйгуров. Между 1211 и 1215 гг. монгольскими войсками была страшно опустошена и покорена большая часть Северного Китая (Цзинь- ская империя). Завоевание Северного Китая, а вслед за тем и Южного* Китая (Оунская империя) было завершено уже при преемниках Чингис­ хана. Одержав решительный успех в Китае, Чингис-хан двинул главные свои военные силы на запад. Захватив в 1218 г. Восточный Туркестан и Семиречье, он -в 1219 г. обрушился на государство хорезмшахов, в со­ став которого входили Средняя Азия и почти весь Иран. Завоевание культурных областей передало в распоряжение монголов большие мате­ риальные ресурсы и самую передовую военную технику.

В состав монгольского войска вошли китайские катапультщики, ору­жейники, строители стенобитных машин. С давних времен Монголию-посещали китайские и мусульманские купцы; вместе с торговыми кара­ ванами приходили и разнообразные ремесленники, которые оставались при ставках крупных монгольских феодалов и прививали верхушке ко­ чевого общества культурные достижения Китая и среднеазиатских госу­ дарств.

Таково было состояние монгольского государства перед вторжениемг. монголов на Запад.

§ 4. Вторжение войск Чингис-хана в Среднюю Азию и Иран

Чимгис-хан тщательно готовился к походу на Запад. Военным дей­ ствиям предшествовала глубокая разведка сил врага, 'проведенная с по­ мощью состоявших на службе у Чингис-хана мусульманских купцов из Средней Азии, ведших караванную торговлю с Китаем; они же явля­ лись проводниками монгольских армий. Осенью 1219 г. с берегов Иртыша Чингис-хан двинул свое войско в поход против государства хо­ резмшаха Мухаммеда.

Для одновременного нанесения ударов по важнейшим центрам госу­дарства хорезмшаха. Чингис-хан разделил свое войско на части. Оставив часть своих войск осаждать Отрар, он послал отряды вверх и вниз по течению р. Сыр-Дарьи, а сам с главными силами устремился к Бухаре.

Монгольские войска, посланные в города, лежавшие по Сыр-Дарье, встретили упорное сопротивление в Ходженде. Неравной борьбой с мон­ голами руководил Тимур-Мелик, который с горстью храбрецов укрылся на острове близ города и мужественно отбивался от полчищ завоева­ телей.

Бухара была взята Чингис-ханом после двенадцатидневной осады в феврале 1220 г. Город был разгромлен, население частью перебито, частью обращено в рабство. В марте 1220 г. Чингис-хан подошел к Са­марканду, защите которого хорезмшах придавал большое значение и по­ этому сосредоточил там сильный гарнизон. Но и Самарканд подвергся участи Бухары. После монгольского (разгрома в нем не осталось и чет­ верти его жителей. И Бухара и Самарканд пали из-за предательства части феодальной знати. К маю 1220 г. весь Мавераннахр был завоеван.

Хорезмшах Мухаммед не сумел оказать сопротивления завоевате­ лям, хотя его силы намного превышали монгольские. Он не доверял ни своим полководцам, ни своим вассалам и феодальному ополчению и, боясь сосредоточить его в одном месте для решающего боя, распылил на мелкие отряды, которые были уничтожены войсками Чингис-хана порознь. Сам Мухаммед и его старший сын Джелал-ад-дин бежали в Иран. В по­гоню за хорезмшахом был послан монгольский отряд под начальством Джебэ и Субута'я. Спасаясь от преследования, Мухаммед переправился на пустынный остров на Каспии и умер там в одиночестве в декабре 1220 г. Печальная участь постигла и мать его Туркан-хатун. Она, вместе со всем гаремом хорезмшаха, попала в плен к Чингис-хану, была увезена в Мон­ голию, где и умерла.

Всадники Джебэ и Субутая, преследовавшие Мухаммеда, были пер­ выми монгольскими отрядами, появившимися в Хорасане. Пройдя через Северный Иран и сильно разорив его, этот отряд вступил в пределы Кавказа, опустошил Ширван и часть Грузии, разгромил кыпчаков (по­ ловцев) и вторгся в южно-русские степи, где в 1223 г. на Калке разбил полки русских князей. Обойдя Каспийское море с запада, отряд присое­ динился к главным силам Чингис-хана, возвращавшимся в Монголию. В Казвине, Хамадане и других городах жители оказали завоевателям героическое сопротивление.

После смерти хорезмшаха Мухаммеда Джелал-ад-дин приехал в Хо­ резм, но, встреченный враждебно местной знатью, был вынужден уйти в свой удел — город Газну.

По взятии Самарканда Чингис-хан вновь разделил свои войска на несколько отрядов и послал их на завоевание крупнейших городов Сред­ ней Азии и Хорасана. Три старшие царевича — Джучи, Чагатай и Угэ- дэй — были направлены к Ургенчу. После 6 месяцев осады и ожесточен­ных уличных боев город был взят (апрель 1221 г.), его население истреб­ лено или уведено в рабство. Монгольские войска разрушили плотину на Аму-Дарье, и вода затопила весь город; кто случайно спасся от всеоб­ щей резни, тот утонул & воде или погиб под развалинами.

В Хорасан был послан младший сын Чингис-хана — Тулуй. Аван­ гард его войска взял Несу и Себзевар. Первой операцией Тулуя был штурм Мерва, который пал, несмотря на оказанное жителями сопротив­ ление. Затем страшному разрушению подвергся Нишапур; территория этого города была вспахана .и засеяна ячменем. В обоих -городах была произведена всеобщая резня населения. Этим же отрядом был разрушен Туе и занят Херат, Тулуй взял и разрушил Таликан.

Сам Чингис-хан в конце 1220 г. направился в Термезу, в котором после сдачи население было вырезано. Жители Балха не оказали ника­кого сопротивления и сдались на милость монголов. Но Чингис-хан все же велел разрушить Балх и вырезать все население, не желая иметь у себя в тылу укрепленный город. Бамиан был стерт с лица земли. Всю­ ду, где появлялись войска Чингис-хана, они разрушали цветущие города и селения, уничтожали сотни тысяч людей, уводили <в полон и рабство женщин и детей, а также ремесленников. В результате этого нашествия Хорасан был страшно опустошен.

Феодалы боялись вооружить народные массы на борьбу с завоева­ телями. Знать в большинстве стремилась к капитуляции и соглашению с монголами. Крестьянство было распылено и безоружно. Зато жители городов, в первую очередь ремесленники, оказывали героическое сопро­ тивление врагу.

Нашествия кочевников, будь то арабы-бедуины, тюрки-огузы и дру­ гие, на оседлые земледельческие области вообще были опустошительны, но при этом опустошения обычно носили стихийный характер. Но Чингис­ хан и его полководцы ввели в практику приемы организованного опусто­ шения земледельческих областей и городов и массовой резни населения. Эта система, автором которой был сам Чингис-хан, вызвана была тем, что монгольских войск, общая численность которых, по вычислению акад. В. В. Бартольда, не превышала 200 тыс. человек, было слишком недо­статочно, чтобы удержать в повиновении огромные захваченные терри­ тории. Массовым уничтожением способных к сопротивлению людей. и си­ стемой террора Чингис-хан хотел запугать и ослабить покоренные народ­ности и предотвратить восстания на местах против завоевателей. Не все близкие к Чингис-хану люди одобряли эту систему. Как сообщают источ­ ники, ее противниками были даже два сына Чингис-хана — Джучи и Угэдэй. Но большинство монгольских кочевых феодалов одобряло чин- гисову систему, ибо она облегчала им грабежи в небывалых до того масштабах.

§ 5. Борьба народов Ирана с монгольскими завоевателями

Народные массы Ирана в ряде случаев оказали завоевателям герои­ ческое сопротивление. Но оно не имело единого руководства, и разрознен­ ные очаги сопротивления гасли под ударами завоевателей один за дру­ гим. Попытку объединить и возглавить борьбу с завоевателями предпри­ нял последний хорезмшах Джелал-ад-дин (1220—1231). Вскоре под его знаменами было уже около семидесяти тысяч человек, во главе которых он вышел навстречу (Врагу. Бой произошел в Перванекой степи, недалеко от Кабула. После двухдневной кровопролитной битвы большое монголь­ ское войско во главе с полководцем Шики-Хутуху было разбито и обра­ щено в бегство. Это было первое поражение монгольских войск со вре­ мени их вторжения в Среднюю Азию и Иран. При вести об этой победе Херат, Мерв и другие города восстали и перебили гарнизоны завоевате­ лей. Но Джелал-ад-дин недооценил значение участия народных масс в борьбе и все свои надежды возложил на феодальное ополчение, со­ стоявшее в большинстве из тюркских кочевников (огузов и халаджей). Вскоре его военачальники из тюркской кочевой знати, поссорившиеся •между собой из-за раздела добычи, покинули его. После поражения при Перване все монгольские силы под предводительством самого Чингис­ хана были направлены против Джелал-ад-ди.на. Решающая битва про­ изошла на берегу реки Инда в ноябре 1221 г.; войска Джелал-ад-дина были разбиты, а он сам с трудом спасся, бросившись вместе с конем в воды Инда. Вместе с Джелал-ад-дином спасли свою жизнь и нашли убежище в Индии лишь около четырех тысяч воинов; среди них был и славный герой ходжендской обороны Тимур-Мелик.

В погоню за Джелал-ад-дином был послан двадцатитысячный мон­ гольский отряд, который вторгся в Индию, разграбил города Мультан и Дели, но вернулся обратно, не выполнив своей задачи.

Вскоре Чингис-хан возвратился в Самарканд. Завоевание Средней Азии и Хорасана было закончено. Хорезмской империи больше не суще­ ствовало, сопротивление, оказанное Джелал-ад-дином, было сломлено. Огромная территория от Тихого океана до берегов Каспийского моря была включена в состав Монгольской империи.

Главные военные силы Чингис-хана вернулись на родину. В поко­ренных областях Восточного Ирана остались небольшие отряды завое­ вателей со своими семьями и скотом. Цветущие недавно оазисы были превращены в пастбища. Монгольское нашествие, сопровождавшееся чу­ довищным истреблением людей и разорением городов и деревень, по­ вергло в ужас весь мусульманский Восток. Казалось бы, для борьбы с завоевателями должны были сплотиться все разрозненные, беспрерыв­ но враждовавшие между собой феодальные владетели. Но этого не про­ изошло.

После ухода Чингис-хана в Монголию Джелал-ад-дин возвратился из Индии в Иран. Его власть была признана в Фарсе, Кермане и Ираке Персидском. Человек огромной личной храбрости, энергичный и неприми­ римый боец, Джелал-ад-дин не обладал талантом политического деятеля. Вместо того, чтобы попытаться создать союз государств Закавказья и Передней Азии для общей борьбы с империей Чингисидов, он, желая увеличить территориальную базу для этой борьбы, сам выступил в роли завоевателя. В течение шести лет (1225—1231) он вел непрерывные войны: завладел Азербайджаном, взял Ахлат, вступил в войну с багдад­ ским халифом, стремился подчинить Грузию и Армению. Его пребывание на Кавказе ознаменовалось ограблением городов и селений. Тбилиси, взятый штурмом, подвергся ужасающему разгрому. Джелал-ад-дин не встретил поддержки со стороны господствующего класса, а в силу своей классовой ограниченности не захотел опереться на народные массы, среди которых (особенно среди городских низов) воля к борьбе с монголь­ скими завоевателями была несравненно сильнее, нежели среди феодалов и крупного 'купечества. Христианские народности — армян и грузин — Джелал-ад-дин оттолкнул своим 'мусульманским фанатизмом, а среди мусульман-азербайджанцев был непопулярен из-за грабительской деятель­ ности своих наместников. Джелал-ад-дин не видел иного пути к усиле­нию своей военной мощи, кроме раздачи своим военным чинам городов и селений в ленные владения (икта). Новые владельцы, чувствуя в ус­ ловиях монгольского нашествия непрочность своей власти, стремились как можно быстрее и полнее обобрать подвластное население. В результате насилий и грабежей в областях, занятых хорезмийцами, вспыхивали на­ родные восстания и создавались заговоры знати.

Особенно мощным было народное восстание в Гяндже (1231), дви­ жущей силой которого были ремесленники и городская беднота. Подавление этого восстания ослабило силы Джелал-ад-дина. В то же время против него создалась коалиция, в состав которой вошли Грузия, сельд­ жукский султанат Рум и Ахлатский эмират.

В 1228 г. войско Джелал-ад-дина яри содействии городского ополче­ ния одержало победу над монголами под Исфаханом, но при этом по­ несло большие потери и не смогло преследовать врага. Между тем, в 1229 г. в Иран вступило новое монгольское войско под'командованием нойона Чормагуна и начало борьбу с Джелал-ад-дином. В 1231 г. вко­ нец обессиленный Джелал-ад-дин отступил с остатками своих войск в Южный Курдистан. Вскоре он погиб одиноким .беглецом в горах близ г. Амида (ныне Диярбекир).

§ 6. Монгольская империя после смерти Чингис-хана

Так как, согласно Великой Ясе Чингис-хана, все покоренные земли и народы считались собственностью ханского рода, Чингис-хан завоеван­ ные при нем территории разделил на уделы между своими сыновьями. Старшему сыну — Джучи достались Дешт-и-Кыпчак (Половецкая степь) и Хорезм. В его удел должны были быть включены также все земли на западе, которые еще предстояло завоевать. Второй сын — Чагатай полу­ чил Машраинахр, Семиречье и южную часть Восточного Туркестана. Уделом третьего сына — Угэдэя стала северная часть Восточного Турке­ стана. К младшему сыну Тулую по монгольскому обычаю переходил ко­ ренной юрт отца — Центральная Монголия, а также Северный Китай. Главой всей империи — великим ханом (кааном) Чингис-хан наметил Угэдэя, отличавшегося выдержкой, мягкостью и тактом. Угэдэй проводил политику возрождения земледелия и городов и сближения с оседлой знатью покоренных народов.

Чингис-хан умер в 1227 г., в возрасте семидесяти двух лет.'В 1229 г. i - ia курултае на берегах Керулена Угэдэй 'был провозглашен великим ханом.

В правление Угэдэй-каана (1229—1241) продолжались завоевания. В 1231—1234 гг. было закончено завоевание Цзиньской империи (Север­ ный Китай) и началась длительная борьба, продолжавшаяся до 1279 г., с южно-китайской империей Сунов. В 1241 г. была подчинена Корея. Самыми крупными военными мероприятиями при Угэдэе был поход на Русь и в Европу (1236—1242) под предводительством Батыя, сына Джучи, и Субутая.

В 1246 г. на курултае монгольской знати на престол великого хана был возведен сын Угэдэя — Гуюк-каан (1246—1248).

Несмотря на огромные разрушения, вызванные монгольским завое­ ванием в странах Азии и Европы, торговые связи между этими странами не прекратились. Завоеватели в военно-стратегических целях заботи­ лись о постройке удобных дорог с целой сетью почтовых станций (ямов). По этим дорогам ходили и караваны, в частности из Ирана в Китай. В своих выгодах монгольские великие ханы покровительствовали круп­ ной оптовой караванной торговле, находившейся в руках мощных му­ сульманских (среднеазиатских и иранских) торговых компаний, члены которых именовались уртаками (старотюркс: «товарищ в доле», «ком­паньон»). Великие ханы, особенно Угэдэй-каан, охотно' вкладывали сред­ ства в компании уртаков и покровительствовали им. Это была оптовая международная торговля дорогими тканями и предметами роскоши, об­ служивавшая преимущественно знать.

Монгольские завоевания привели к расширению и дипломатических сношений стран Азии и Европы. Особенно старались установить связи с монгольскими ханами римские папы. Они стремились собрать сведения т монголах, внушавших ужас государствам Западной Европы, постарать- <я использовать монголов в качестве союзников в борьбе крестоносцев в Сирии и Палестине против мусульманских государств, особенно Егип­ та; наконец, римские папы не теряли надежды склонить монгольских ханов к принятию христианства по католическому обряду. Поэтому в 1246 г. в ставку каана в Каракоруме в Монголии папой был послан монах Иоанн де Плано Карпини. В 1253 г. туда же был послан монах Вильгельм Рубрук. Путевые записки этих авторов служат ценным источ­ ником по истории монголов.

Монгольские ханы—шаманисты, которые .приписывали сверхъесте­ ственную власть духовенству .всех 'религий, отнеслись доброжелательно к посланникам папы. При отъезде из Каракорума Плано Карпини была вручена ответная грамота для папы Иннокентия IV , в которой Гуюк-каан требовал, чтобы папа и короли Европы признали себя вассалами мон­ гольского великого хана. Грамота эта была написана по-персидски и скреплена монгольской печатью, которую изготовил для Гуюка русский пленный мастер Кузьма.

После смерти Гуюка среди монгольской знати началась острая борь­ ба за кандидатуру на престол великого хана. Лишь в 1251 г. с помощью золотоордынсшго улусного хана Батыя на престол был возведен сын Тулуя —Мункэ-каан (1251—1259) .1

Китайские летописцы дают высокую оценку правлению Мункэ-каана. Он старался возродить земледелие и ремесло, покровительствовал круп­ ной оптовой торговле. В этих целях Мункэ-каан издал указ, имевший в виду упорядочить систему налогообложения ,и несколько облегчить по­ ложение крестьян и горожан. В Иране, однако, указ этот остался мерт­ вой буквой. Завоевательные походы в Китай и на Запад продолжались и при нем.

Созданная завоеваниями монгольская империя-конгломерат объеди­ нила под своей властью многие племена и народности, страны и государ­ства с совершенно различной экономикой и культурой. Как единое целое она долго просуществовать не могла. После смерти Мункэ-каана (1259) она окончательно распалась на несколько монгольских государств (улу­ сов), во главе которых стояли улусные ханы — потомки Чингис-хана. Этими государствами были: Золотая Орда, которая включала Северный Кавказ, Крым, Южно-Русские степи, Нижнее Поволжье и находилась под властью потомков Джучи; Чагатайское государство, охватившее Сред­ нюю Азию и Семиречье и получившее свое имя от сына Чингис-хана — Чагатая; государство Хулагуидов, созданное в Иране братом Мункэ- каана Хулагу-ханом; государство в Монголии и Китае (удел великого хана), в котором правил брат Мункэ — Хубилай-каан, — это государство получило китайское официальное имя империи Юань. Развитие этих го­ сударств пошло разными путями.

§ 7. Состояние Ирана в 30—50-х годах XIII в.

После смерти Джелал-ад-дина монголы истребили остатки его отря­ дов и завоевали Азербайджан, Арран, Ширван, Грузию .и Армению (между 1231 и 1239 гг.). В то же время продолжались монгольские за­ воевания в Иране. В 1237 г. был взят и опустошен Исфахан. Тогда же была завоевана Джезира (Верхняя Месопотамия). Монгольские войска грабили и опустошали соседние области и государства и на Западе; в 1231—1236 гг. монгольскому разгрому подверглись города Мосул, Ни- «сибин, Мардин, Дийарбекр, Бидлис. В начале 40-х годов XIII в. удар монголов направился на Сельджукский Румский султанат, расположен­ ный в Малой Азии (1077—1307). В 1243 г. в битве у Кёсе-дага бьи$ разбит сельджукский султан Рума — Гийас-ад-дин Кейкубад II . Султан заключил с монголами мир с условием вносить в виде дани ежегодно 1000 динаров, коня, невольника, невольницу и охотничью собаку. Изъ­ явил .покорность великому хану и Хетум, царь Киликийской Армении— государства (1080—1375), основанного у юго-восточного побережья Средиземного моря армянами, которые эмигрировали из Армении под натиском сельджуков.

  • 1 Или Менгу, по другому чтению.

К 50-м годам XIII в. в руках монгольских завоевателей были Хора­ сан, Систан, Мазендеран, Ирак Персидский и Азербайджан. Юг и юго- запад Ирана не подверглись столь опустошительным монгольским втор­ жениям. На этой территории находилось несколько владений, различных как по своему происхождению, так и по своему отношению к монголь­ ским ханам.

Керманом владела династия из кара-китаев. Ее основатель Бурак хаджиб после гибели государства кара-китаев в Семиречье присоединился к Мухаммеду хорезмшаху, а во времена монгольского вторжения 'завла­ дел Керманом и всей его областью. От монгольского хана он получил ярлык на свое владение и титул «кутлуг-хан», который сохранился и за его потомками.

Фарс находился во власти атабека Абу Бекра (правил в 1230— 1260 гг.) из династии Салгуридов. Салгуриды способствовали росту и украшению своей столицы — Шираза, воспетой ее уроженцем, великим поэтом Са'ди (1184—1291).

Луристан с начала X в. делился на две части: юго-восточную, или Большой Лур (атабекская династия Хазараспидов), и северо-западную, или Малый Лур. Малым Луром правила самостоятельная династия- атабеков.

К западу от Луристана находились владения багдадского Аббасид- ского халифата," занимавшие сравнительно небольшую территорию* в междуречье Тигра и Евфрата.

Монгольское нашествие не коснулось исмаилитского Аламутского государства (1090—1256). По-прежнему в Иране, Малой Азии, Сирии» Мавераннахре и даже в далеком Каракоруме правители и их везиры боялись посланных «горным старцем» из Аламута убийц, и многие из правителей платили ему дань. Грабежи исмаилитов на больших дорогах не только затрудняли торговые сношения, но угрожали коммуникациям' между Хорасаном и западными областями, подчиненными или вассаль­ ными Монгольской империи.

В эти десятилетия в особом положении окаеался Хорасан. Перед первым монгольским наместником — Чинтимуром были поставлены зада­ чи: извлечь у местного населения возможно больше денег, ценностей, про­ дуктов и наладить систематическое взимание податей и налогов. Чинти- мур жестокими пытками заставлял жителей сознаваться, где находятся спрятанные ими богатства. Для налаживания административного и в первую очередь налогового аппарата он стал привлекать к себе на служ­ бу местных иранских чиновников. Чинтимур, а позднее его преемники, были ответственны перед монгольским ханом за бесперебойное поступле­ ние в ханскую казну налогов и податей. А это было возможно только при обложении населения налогами высокими, но не разоряющими окон­чательно, т. е. дающими возможность хотя бы простого воспроизводства' сельского хозяйства.

Наместники Хорасана стали принимать меры к восстановлению раз­рушенных в период завоевания городов и деревень. Так, преемник Чин- тимура — Куркуз восстановил и сделал своей постоянной резиденцией г. Туе. Был восстановлен Херат. Наместники Хорасана и окружающие их монгольские феодалы стали сближаться с местными уцелевшими от раз­ грома оседлыми феодалами, воспринимать иранскую культуру.

Эта политическая линия, направленная к сближению завоевателей -с верхушкой покоренных, столкнулась с другой линией, проводимой боль­шей частью монгольской знати. Это 'были поклонники кочевых традиций* враждебно относившиеся к оседлому населению и не желавшие слышать ни о каком сближении с ним.

Кроме насилий, пленения жителей, монгольские военачальники стали захватывать земли. Армянский историк Вардан передает, что монголы «вторглись в пределы Грузинского царства и разделили по жребию все известные местности и области и все неприступные крепости между глав­ нейшими своими начальниками, которых называли нойонами. Они не­ медленно вступили во владение местечками, доставшимися по жребию на долю каждого из них». То же было и .в Иране.

В захваченных таким путем владениях эти монгольские феодалы стали держать себя, как самостоятельные правители; собранные с насе­ ления налоги они употребляли на собственные нужды. Они стремились к неограниченной эксплуатации местного трудового населения, к обло­ жению его в произвольных размерах и нисколько' не заботились о воз­ рождении земледелия, ремесла и торговли. Никаких связей с местным населением и даже с местными феодалами они не устанавливали.

Эти две противоположные политические линии, возникшие в среде монгольских феодалов в 30—40-х годах XIII в., проходят красной нитью в истории монгольского владычества в Иране. Между представи­ телями этих двух линий шла острая борьба. И Куркуз, и сменивший его в 1244 г. Аргун-ака, делали неоднократно попытки установить точные размеры обложения народа, ограничить произвол монгольских феодалов, заставить их вносить в казну собранные с населения налоговые суммы.

Существование в Иране двух непокоренных владений — Багдадского' халифата и исмашштокого государства,— с которыми не могли справиться находившиеся в Иране монгольские войска, необходимость лучшего освоения уже завоеванных территорий и стремление к дальнейшему рас­ ширению границ империи, — поставили перед Монгольской империей во­ прос о посылке на запад новых военных сил.

Хотя первоначально Иран должен был войти в состав улуса Джучи-дов (Золотая Орда), в действительности до 50-х годов XIII в. Ираном' управляли наместники великого хана.

§ 8. Поход Хулагу-хана в Иран

На курултае 1251 .г. в Монголии, на котором на престол великого хана был возведен Мункэ-каан (1251—1259), было решено ускорить за­ воевание всех остававшихся еще не завоеванными монголами земель на-. Ближнем и Дальнем Востоке. Для этой цели были посланы два больших ополчения: в Китай под руководством Хубилай-хана и в Иран под гла­ венством Хулагу-хана, братьев Мункэ-каана. Для Хулагу-хана был на­ мечен определенный план действий: уничтожить мощь исмаилитов, при­ вести к покорности багдадского халифа и завершить покорение стран Ближнего Востока.

В 1252 т. началась подготовка к походу, который являлся общеим­перским предприятием. Из войск всех монгольских улусов было выделено по два человека из каждого десятка, иначе говоря, пятая часть всех мон­ голов (ведь у кочевников каждый взрослый мужчина был воином) вме­ сте с семьями, и было передано в распоряжение Хулагу-хана. Из Китая вызвали до тысячи мастеров-камнеметчиков, огнеметчиков и арбалетчиков. Общее количество' войск, которыми располагал Хулагу, по свиде­ тельству армянского историка XIII в. инока Магакии, доходило до 70 тыс.

Территория, по которой должно было двигаться войско Хулагу, за­ благовременно очищалось от кочевых орд; для переходов через реки строились мосты, исправлялись дороги, попути населением заготовлялись продовольствие и фураж. В 1253 г. Хулагу выступил из Каракорума в поход на Иран, но двигался крайне медленно, и лишь в 1256 .г., пройдя •через Семиречье в Среднюю Азию, перешел р. Аму-Дарью.

В 1256 г. монгольские войска осадили ряд исмаилитских замков. .Хулагу потребовал от «торного старца» .полной капитуляции и разруше­ ния всех исмаилитских 'Крепостей. В это время среди правящих кругов исмаилитов происходила внутренняя борьба, которая изменила соотно­ шение сил в пользу монголов. «Горный старец», ярый враг монголов, был убит. Заговор против него возглавил его сын Рукн-ад-дин Хуршах, которого поддерживала группировка, проводившая промонгольскую по­ литику. Под давлением этой группировки, среди .которой был ученый астроном Насир-ад-дин Туей и другие, втайне враждебные исмаилитам, Хуршах согласился на подчинение монголам при условии сохранения за ним исмаилитских владений. На попытку Хуршаха затянуть переговоры и отсрочить капитуляцию монгольское войско ответило штурмом. После недолгой осады монголами крепости Меймундие Хуршах вышел из нее и явился к Хулагу-хану. Несмотря на обещание Хулагу-хана сохранить жизнь Хуршаху, он был послан в Каракорум к Мункэ-каану и в пути убит.

Вскоре монголами была взята и разрушена твердыня исмаилитов неприступная крепость Аламут (в конце 1256 г.), а затем еще около 40 крепостей. Крепость Гирдкух около Дамгана сопротивлялась 3 года.

Историку Ата Малику Джувейни, который сопровождал Хулагу- хана в этом походе, было поручено лично ознакомиться с богатым книго­ хранилищем Аламута. Рукопись «Сергузашт-и сейидна», посвященная жизни основателя Аламутского государства Хасана ибн Саббаха, была использована Джувейни в его истории.

На следующий год Хулагу-хан новел свои войска на Багдад. Баг­ дадский халифат был в то время сравнительно небольшим феодальным владением, но религиозный авторитет халифа, как главы всех суннитов, сохранялся в полной мере. Халиф Муста'сим (правил в 1242—1258 гг.) управление своими владениями передоверил придворным, среди которых велись упорная борьба за власть и постоянные интриги.

Перед угрозой монгольского наступления борьба между окружаю­ щими халифа лицами не прекратилась, и каждый из них предлагал раз­ личную тактику по отношению к Монгольской империи. Халиф, прояв­ лявший крайнюю нерешительность, приказал собирать войско, но когда это было выполнено, пожалел денег для выплаты жалованья войску и велел его распустить. Предложенная Хулагу капитуляция была хали­ фом отвергнута.

В декабре 1257 г. монгольские войска со всех сторон устремились к Багдаду. После короткого штурма монголы ворвались в город. В тече­ние двадцати дней продолжался погром Багдада, население было выре­ зано без различия пола и возраста. Пощажены были, «прочем, христиане и евреи, на которых Хулагу-хан смотрел как на своих сторонников, по­ скольку в прежних мусульманских государствах они были бесправны и угнетаемы. Библиотеки, произведения искусства и культуры были уни­ чтожены. 10 февраля 1258 г. сдался халиф Муста'сим. Через несколько дней Хулагу-хан въехал в Багдад и приказал халифу указать скрытые в тайных казнохранилищах сокровища Аббасидов. Дрожавший от страха халиф едва нашел ключи от хранилищ; он был принужден признаться ¦в существовании тайных складов, полных золотом и (ценностями.

Все, что в течение нескольких столетий было собрано Аббасидами, горами нагромоздили вокруг ханской ставки. По приказу Хулагу халиф •был казнен (его затоптали конями). Вместе с ним были умерщвлены все члены мужского пола фамилии Аббасидов, женщины же обращены в ра­бынь. Так, Аббасидский халифат, просуществовавший свыше пяти столе­ тий, был уничтожен монголами.

Дальнейший удар монгольские войска направили на Сирию. Они захватили и разбили Алеппо, Дамаск и другие города (1260). Но за­ тем движение монгольских войск приостановилось, так как были полу­ чены вести о смерти Мункэ-каана. Сам Хулагу-хан поторопился возвра­ титься в Азербайджан. Временная остановка монгольского наступления была использована Египтом для организации сопротивления. Вскоре монгольские войска были разбиты египтянами и ушли из Сирии. В 1260 г. в Каире в торжественной обстановке был восстановлен Аббасидский ха­ лифат. 1 Беглец ие Багдада, выдававший себя за одного из членов фами­ лии Аббасидов, уцелевшего от монгольской [резни, был провозглашен халифом.

Разгром Багдада и казнь халифа вызвали печаль и гнев во всем мусульманском мире. Этим воспользовался золотоордынский хан, при­нявший ислам, Берке (правил в 1256—1265 гг.), который под предлогом защиты ислама выслал против Хулагу на Кавказ тридцатитысячное вой­ ско. Истинной же причиной посылки войска было стремление Золотой Орды расширить свои границы к югу и включить в свои владения по крайней мере Азербайджан и Грузию, поскольку золотоордынские ханы считали, что эти страны, по завещанию Чингис-хана, должны были войти в их улус. В 1262 г. войска Хулагу и Берке встретились у Дербента. После ряда сражений, хотя войска Хулагу были разбиты на Тереке, зо-лотоордынцы отошли за Кавказский хребет. Поход 1262 г. явился первым в длительной серии войн между Золотой Ордой и Хулагуидами, которые цепко удерживали Азербайджан как Южный (Иранский), так и Северный (Арран и Ширван) ,в своих руках.

§ 9. Государство Хулагуидов и его соседи

Хулагу-хан со всеми своими войсками остался в Иране. Хулагу-хан самовольно создал здесь для себя и своих потомков особый монгольский улус. В 1261 г. великий хан Хубилай-каан прислал ему инвеституру на все вновь завоеванные территории и старые владения монголов в Иране и титул ильхана. 2

Государство Хулагуидов, началом существования которого можно считать 1258 г., занимало огромную территорию. На севере Кавказский хребет являлся стабильной границей с Золотой Ордой. В Закавказье Гру­ зия и государство ширваншахов были вассалами Хулагу-хана. На Чер­номорском побережье государству Хулагу платила дань Трапезунтская империя — небольшое греко-грузинское владение, образовавшееся в 1204 г. На западе, в Малой Азии, Румский султанат Сельджукидов также находился в вассальной зависимости. Вассальную зависимость от Хулагуидов признало Киликийское Армянское царство (1080— 1375) на юго-востоке Малой Азии. Оно в дальнейшем стало опорою Хулагуидов в борьбе с Египетским султанатом. Река Евфрат была гра­ ницей с Сирией. Персидский залив являлся естественной .границей на юге. На юго-востоке сухопутная граница с индийскими княжествами шла от моря 'К Аму-Дарье, несколько восточнее Термеза. В нынешнем Афгани­ стане, с центром в Херате, находилось вассальное Хулагу, владение Кур­ тов. На востоке Аму-Дарья была границей с монгольским государством Чагатаидов. На севере, южнее Ургенча, до восточного берега Каспия шла граница с Золотой Ордой. Каспийское море омывало государство Хулагу с севера, только небольшая, труднодоступная .прибрежная область Гилян долго сохраняла свою независимость.

  •   Как чисто духовное учреждение, без светской (политической) власти.
  • •  Букв, «хан племени», в значении улусного хана.

Золотая Орда, государство Чагатаидов и так называемый мамлюк- ский султанат Египта и Сирии были враждебны государству Хулагуидов. Египет, находившийся под властью султанов, выдвигавшихся из верхов гвардии мамлюков, представлял экономически самое развитое на Ближ­ нем Востоке и относительно централизованное феодальное государство.

В 1261 г. мамлюки подчинили Сирию; в 1291 г. ими были завоеваны. последние владения крестоносцев в Палестине, после чего Каир и Алек­ сандрия стали посредниками в торговле между Западом и Востоком, что явилось для Египта одним из источников благосостояния, не иссякав­ шим около двух веков.

В поисках союзника в борьбе против Хулагуидского государства, стремившегося захватить Сирию, Египетский султанат завязал сношения с Золотой Ордой. Мамлюкские султаны умело использовали принятую ими на себя роль «защитников ислама» против «неверных» (монголов и крестоносцев).

Борьба с Египтом вызывала длительные сношения Хулагуидов с кре­ стоносцами Сирии и с христианскими государствами Европы, особенно с Францией и Генуей. Уже при первых ильханах между ними, с одной стороны, и Францией, Англией и римским лапой — с другой, происхо­ дил обмен посольствами, который имел целью заключение общего союза против мамлюков для «освобождения гроба господня», т. е. совместного- завоевания Сирии и Палестины, которые Хулагуиды обещали передать своим христианским вассалам-крестоносцам.

Такова была международная обстановка, в которой создавалось. и жило Хулаиуидюкое государство. Непрерывные и дорого стоившие вой­ ны, /проводимые почти на всех границах, оказали значительное влияние на внутреннюю политику Хулагуидского государства.

§10. Организация Хулагуидского государства

Государство Хулагуидов было организовано по тому же образцу,. что и Монгольская империя. Высшая власть в государстве принадлежала ильхану. Монгольские царевичи, нойоны, эмиры являлись вассалами* хана. В силу своей принадлежности к господствующему классу они по­ лучали от хана в уделы большие территории или отдельные города,. доходы с которых поступали в их пользу. Все владетели этих уделов не жили в своих владениях и не ведали их управлением. Оно находилось. б руках государственных чиновников. Тюркские и монгольские кочевые феодалы являлись военачальниками монгольских войск, сохранявших. родовое и племенное деление, и обязаны были по призыву хана являться со своими воинами для несения военной службы.

Ильхан и вся монгольская знать продолжали вести кочевую жизнь,. в которой облавные и соколиные охоты и пышные пиры чередовались- с военными походами. Ильхан не жил в определенном месте: часть года он проводил в Багдаде и в Тебризе, остальное время на кочевках — ле­ том в горах, зимою в степи. Азербайджан с его прекрасными пастбища­ ми особенно полюбился монгольским завоевателям.

Старые местные династии в Грузии, Руме, Луристане, Фарсе, Кер-мане, Йезде, Херате, Афганистане и др., которые при вступлении Хулагу в Иран выразили свою (покощость, оставались его вассалами, но могли управлять своими владениями только под контролем представителей ильхана (монг. баскак, перс, шихна). Большей самостоятельностью пользовалось Киликийское армянское государство.

Для управления огромной территорией с оседлым населением, кото­ рое по своей экономике, языку, религии и культуре было совершенно чуждым кочевникам-завоевателям, монгольскому господствующему клас­ су нужно было создать административный и, в первую очередь, налого­ вый аппарат. Не имея для этого собственных культурных сил, монголы были вынуждены привлечь к управлению государством местные иран­ ские силы.

Нужные монголам кадры имелись среди иранской служилой знати, жившей в городах. Во многих городах Ирана сохранялись старинные иранские семьи, которые принадлежали к гражданской бюрократии и духовенству и одновременно являлись крупными землевладельцами — феодалами округи, получавшими со своих земель денежную и продукто­ вую ренту. Эта служилая знать, бывшая ранее на службе и у Сельджу- кидов и у хорезмшахов, охотно пошла на службу к монгольским ильха- нам. Одной из таких старинных иранских семей, привлеченных Хулагу к управлению государством, была фамилия Джувейниев. Служба иль- »хану в административно-финансовом аппарате управления стала давать гражданской бюрократии колоссальные доходы. Так, ежедневный доход всесильного везира Шамс-ад-дина Мухаммеда Джувейни, брата истори­ ка, равнялся одному туману (десяти тысячам серебряных динаров), что составляло 360 туманов в год и превышало 20% всех доходов госу­ дарства Хулагу.

Мусульманское духовенство — сейиды, улемы, шейхи дервишеских орденов — сумело при монголах сохранить свое положение и свою эконо­ мическую мощь. Монголы-шаманисты, вообще отличавшиеся веротерпи­ мостью, быстро учли тот огромный морально-религиозный авторитет, которым у народных масс страны пользовалось мусульманское духовен­ ство. Часть вакфных имуществ была за ним сохранена. Как и в преж­ нюю эпоху, вакфные владения включали большие земельные тер­ ритории, а также ремесленные мастерские, лавки, базары, караван-са­раи, доходами с которых распоряжались духовные феодалы. Духовная и чиновная знать была тесно связана с торговлей, как с местной, так ч с транзитной, караванной. Члены мощных купеческих компаний — урта- ки — часто действовали как контрагенты ханов, царевичей, ханш и круп­ ных владетельных феодалов. Ссуженные им денежные суммы уртаки, возвращали вывозимыми ими из арабских стран, Индии, Китая и стран Запада товарами. Шелковые и парчовые одежды, доспехи, оружие, сук­ на, фарфор, драгоценные камни, золотые и серебряные изделия высоко ценились при феодальных дворах.

Иранская служилая знать была нужна завоевателям, так как являлась основным помощником и агентом в эксплуатации покоренного населения города и деревни. Таким образом, в государстве Хулагуидов господствующий класс феодалов составился из четырех социальных групп, отличных друг от друга по своему этническому происхождению, языку, религии и образу жизни: 1) из военной кочевой знати — монголь­ ской, тюркской, курдской; 2) гражданской бюрократии, преимуществен­ но из персов; 3) высшего духовенства — мусульманского, а в странах Закавказья, Малой Азии и Ираке Арабском также и христианского; А) местной иранской провинциальной знати, не связанной с центральным государственным аппаратом. Политически ведущая роль принадлежала монгольской и тюркской кочевой знати. Из местной иранской знати уце­ лела только часть, другая часть была уничтожена, и земли ее перешли либо к государству, либо к монгольской кочевой знати. Последняя не •оставляла кочевого образа жизни, но, завладев обширным фондом обра­ ботанных земель, превратилась в феодальных эксплуататоров массьЕ крестьян, сидевших на этих землях. Между этими группами господствую­ щего класса, внутри его, существовали порой резкие противоречия.

Все государственное управление было направлено на получение максимального количества доходов с населения. Главою гражданского- управления был везир великого дивана (или сахиб-диван), ведавший всей казной, сбором налогов, государственными доходами и расходами,. всем делопроизводством и кадрами низовой администрации. В ведение везира входили также ремесленные мастерские (перс, карханэ, мн. ч. карханат), обычно принадлежавшие лично хану или его родне; в этих мастерских работали ремесленники, при завоевании обращенные в раб­ ство, или их потомки. В отдельных областях и крупных городах сидели финансовые чиновники, ответственные перед центральной властью за своевременное я бесперебойное поступление собранных налоговых сумм в казну. Обычно сбор налогов отдавался на откуп, и откупщик мог со­ вершенно бесконтрольно обирать податное население. Сбор налогов с города или области проводился чрезвычайно жестокими мерами и напо­ минал собой военный поход в миниатюре. Суммы, выколачиваемые с населения, составляли колоссальные средства. По словам Хамдалла- ха Казвини, ежегодный доход государства около 1295 г. составлял 1700 туманов, 1 сверх того, не малые суммы оседали в руках чиновников, от­ купщиков и феодальных владетелей, так как налоги с областей, являв­ шихся уделами феодалов, хотя и собирались государственными чиновни­ ками, но поступали не в государственную казну, а в распоряжение феодалов.

Кроме «высочайшего дивана» — центрального ведомства были еш.;?- другие диваны, среди них диван инджу ведал личным имуществом — движимым и недвижимым — самот о хана и его родни. Огромные сред­ ства, стекавшиеся в ханскую казну, шли на содержание ставок хана и: его родни, на расходы царевичей и ханш, пышные пиры и охоты, а так­ же на содержание войска.

Войско Хулагу-хаиа включало ополчения монгольских и тюркских кочевников, пришедшие вместе с ним, а также ополчения, находившиеся: в Иране еще с 30-х годов XIII в. По старой традиции кочевников опол­ чения строились по племенам. Организационное деление войска на де­ сятки, сотни, тысячи и туманы (тумены) совпадало с подразделе­ ниями родов, с коленами и ветвями племен. Главы кочевых племен и их: колен — монгольских и тюркских — занимали в войске высшие команд­ ные должности эмиров тысяч и туманов. 2 Одновременно эти нойоньь, эмиры или беки являлись крупными феодалами, которые, на основе лен-'ного держания (икта 4 ), владели землямя и крестьянами и были обязаны вместе с кочевниками своих племен нести военную службу. Военачаль­ ники и их воины вели кочевую жизнь, летом кочевали на отведенных им «юртах», большей частью пограничных, в Азербайджане, Закавказье, Дорасане, а на зиму съезжались в ставку яльхана или царевичей. Вместе с войсками перекочевывали их семьи, стада и рабы. Рядовые воины ополчений первоначально не получали ленов (икта'), а получали только содержание — «обмундирование» (джамэги), «кормовые» (улу- фэ) и фураж (алафэ).

Монголо-тюркская кочевая знать крепко стояла за сохранение Ве­ ликой Ясы Чингис-хана и кочевой традиции, не переходила к оседлости я не смешивалась с иранской оседлой знатью. Более того, к оседлой му­ сульманской культуре и исламу военно-кочевая знать долгое время была настроена враждебно. Для нее чистота отстаиваемой ею монголь­ ской традиции связывалась с язычеством, буддизмом или христианством несторианского толка. Две последние религии получили распространение среди монгольских племен еще до объединения их Чкнгис-ханом — через 'уйгуров. Вокруг Хулагу-хана и его первых шести преемников шла Ъстрая борьба между представителями разных религий, упорно стре­ мившихся обратить ханов в свою веру и занять руководящее положение при дворе. Борющиеся группы не стеснялись в средствах для борьбы со своими противниками.

  • •  Вассаф сообщает близкую цифру—1800 туманов.
  • •  В государстве Хулагуидов все военачальники именовались эмирами, иначе бекамн; титул нойона был присвоен эмирам туманов.

Борьба внутри правящего класса, между тюркско-монгольской воен­ но-кочевой знатью, с одной стороны, и оседлыми иранскими феодала­ ми— с другой, не исчерпывалась религиозным вопросом. Она особенно остро проявлялась в отношении к ханской власти, к централизации го­ сударства, к управлению оседлым населением и приемам феодальной эксплуатации, мусульманской культуре и исламу.

Иранская гражданская бюрократия, стоявшая во главе аппарата управления, стремилась к созданию сильного централизованного госу­дарства, образцом которого ей представлялись халифат и государство Газневидов, в свою очередь бравшие пример с Сасанидского государства. Она добивалась укрепления власти хана, принятия им ислама, упорядо­ чения налоговой системы, точной фиксации размеров ренты и налогов, укрепления государственной казны, боролась против преобладающего влияния монголо-тюркской кочевой знати, против ее центробежных стремлений, против расточительности ханской родни. В отношении райя- тов (крестьян) и горожан гражданская бюрократия вела курс на экс­ плуатацию, хотя и жестокую, но не доводящую до полного разорения крестьян и, истощения производительных сил.

Тюрко-монгольской кочевой знати все эти стремления были совер- .шенно чужды. Имея опору военную в своих племенах и экономическую з своих земельных владениях, кочевые феодалы являлись крупной поли­ тической силой, стремившейся к децентрализации государства.

Борьба этих двух диаметрально противоположных линий продолжа­ лась на протяжении всей истории государства Хулагуидов.

Своеобразной фигурой был первый ильхан Хулагу-хан. Он родился в 1216/17 г. в Монголии и был одним из любимых внуков Чингис-хана. Его молодость прошла в военных походах. Став повелителем Ирана, Хулагу не изменил своего образа жизни и привычек кочевого феодала. Вместе со своей ставкой (орду) он продолжал по несколько раз в гол перекочевывать с места на место. Соколиные и облавные охоты и пыш­ ные пиры были его любимыми развлечениями. Монгольские кочевые традиции и Великая Яса являлись для него основным руководством в государственной и личной жизни. Как и Чингис-хан, Хулагу-хан умел использовать в своих интересах противоречия и борьбу в стане врага.

Сам Хулагу был шаманистом, но отлич'ался большой веротерпимостью. Особым его покровительством пользовались христиане. Это объясняется не только тем, что и его мать, и его главная жена и советчица Докуз-ха- тун, происходившие из племени кераитов, были христианками, но и тем, что'в борьбе против султана Египта, выступавшего в роли защитника ислама, Хулагу-хан стремился использовать христианских феодалов — грузинских и армянских—и с их помощью, а также с помощью кресто­ носцев, покорить Сирию. Хулагу-хан брал к себе на службу нужных ему людей, независимо от их религиозной принадлежности. Главою граждан­ ского управления он сделал мусульманина, перса Шамс-ад-дина Мухам­ меда Джувейни; придворным врачом его был китаец.

Оставаясь кочевником, Хулагу занимался строительством. На Ала- даге им был построен дворец, в Хойе — буддийский храм, в Хабушане — жарханэ. Самым замечательным его сооружением была обсерватория, выстроенная в 1259 г. в Мараге под руководством великого персидского .математика и астронома Насир-ад-дина Туей. При ней была большая „библиотека и работали астрономы не только персидские и арабские, но и китайские и индийские. В практических целях Хулагу-хан поощрял ученых-математиков, медиков и т. д., назначал им содержание и из •тщеславия украшал свой двор их присутствием. В то же время он, как и все почти ильханы, был крайне суеверен. Гадатели, прорицатели, астрологи и духовные лица всех религий пользовались его благосклон­ ностью и сопровождали каждое его действие. Он собрал при своем дворе астрологов, а также алхимиков, которые выманивали у него деньги, обещая открыть «философский камень» и с его помощью искусственно приготовлять золото. По словам Рашид-ад-дина, алхимики сожгли мно­ жество снадобий в котлах, но пользы от их стряпни не было. Награблея- .лые во время войн сокровища Хулагу-хан поместил в казнохранилище в построенном им замке на горе Шахи на озере Урмия. Там он и был по­ гребен. Впоследствии во время землетрясения гора обрушилась, и сокро­ вища погибли в озере.

§ 11. Хулагуидское государство при первых преемниках Хулагу-хана (1265—1295)

При ближайших преемниках Хулагу-хана политическое руководство ло-прежнему находилось в руках монголо-тюркской военно-кочевой знати.

После смерти Хулагу-хана на курултае на престол был возведен его •сын Абака-хан (1265—1282). При Абака-хане внешняя политика иль- ханов велась в тех же направлениях, что и при Хулагу. Продолжались военные действия с Золотой Ордой на территории Кавказа. Враждебны ,были отношения и с Чагатайским улусом в Средней Азии. В 1270 г. чагатайский царевич Борак вторгся в Хорасан. Но около Херата Чага­ тайское войско попало в ловушку и было разгромлено. В 1273 г. Абака, желая отомстить Бораку за его вторжение, поспал войско в Бухару. Бухара подверглась ужасающему опустошению, большему, чем при взятии ее Чингис-ханом. В течение семи лет она была совершенно не­ обитаема.

Враждебные отношения Хулагуидов с мамлюкскими султанами Египта продолжались. Монгольские войска неоднократно вторгались в Сирию, но закрепить за собой эту область ильханам не удалось. Хула­ гуидское войско дважды было разгромлено египтянами (з 1260 и 1277 гг.). Египтяне опустошили Киликийскую Армению — государство, находившееся в вассальной зависимости от Хулагуидов, и постепенно за- роевали владения их союзников-крестоносцев Сирии (к, 1291 г.).

При Абака-хане завязались сношения римских пап и государств Западной Европы с ильханами. В Западной Европе, где энтузиазм к крестовым походам давно погас, были крайне обрадованы образованием у границ Сирии нового государства, враждебного мамлюкам Египта. ^Короли Франции и папы были заинтересованы не столько в обращении ильханов в христианство, сколько в их участии в борьбе с Египтом за обладание Сирией и Палестиной С этой целью и были отправлены к Абака-хану послания от папы Климента IV , от английского короля Эду­ арда Т. В городах Ирана появились католические монахи-миссионеры.

После смерти Абака-хана различными группировками монгольской кочевой знати были одновременно выдвинуты два кандидата на ханский престол: брат Абака-хана — Токудар и сын Абака-хана — Аргун. На время одержал верх Токудар (1282—1284).

Токудар первым из ильханов принял ислам и мусульманское имя Ахмед. Им был взят курс на исламизацию государства и установление дружеских отношений с мамлюками. В одном из первых своих указов Ахмед обратился к жителям Багдада — былого центра Аббасидского 'халифата — с извещением о принятии им ислама и обещанием покрови­ тельства мусульманам.

Токудар-Ахмед-хан направил в Египет два посольства с предложе­нием дружбы и установления торговых связей. Политика исламизации, «роводимая Ахмедом, вызвала сильное недовольство той части монголь­ских кочевых феодалов, которые придерживались старинных монголь­ ских традиций и были враждебны исламу. Все большее количество мон­ гольских феодалов и войск стало переходить на сторону Аргуна. Потер­пев поражение в междоусобной войне, Ахмед обратился в бегство, но был пойман казнен; ему сломали спинной хребет, ибо, по монголь­скому обыч'аю, потомков Чкнгис-хана и знатных людей принято было казнить без пролития крови.

В правление Аргун-хана (1284—1291) происходили мятежи и эосстания монгольских кочевых феодалов, которые, опираясь на подчи­ненные им племенные ополчения и базируясь на принадлежавшие им земельные владения, перестали подчиняться центральной власти и от­крыто противопоставляли себя ей.

Происходила и борьба феодальных клик за влияние и власть в го­сударстве, временами прикрытая религиозной оболочкой. При Хулагу-хане и Абаке-хане в гражданской администрации огромным влиянием пользовалась фамилия Джувейниев: глава ее, Шамс-ад-дин Мухаммед, был сахиб-диваном, сын его Беха-ад-дин — правителем Исфахана, брат его, историк Ата Малик, — правителем Багдада, прочие члены фамилии занимали другие посты. Богатства, этой фамилии были огромны: сахиб- г .и:ван Шамс-ад-дин, более 20 лет управляя финансами государства, за­ ботился и о личном обогащении; он скупил на 40 млн. динаров мулько-вых имений, его движимое имущество, стада и конские табуны оценива­лись в 20 млн. динаров. Фамилия Джувейниев стояла во главе мусуль­манской группировки при дворе. Джувейниев ненавидела монгольская кочевая знать. К концу правления Абака-хана фамилия Джувейниев с трудом избежала падения и осуждения, но при Ахмед-хане, покрови­теле мусульман, она снова вошла в силу. Вступление на престол Аргун-хана, язычника и врага мусульман, покровителя буддистов, христиан и иудеев, вызвало немедленную отставку и казнь сахиб-дивана Шамс-ад--дина Джувейни, имения его и его семьи были конфискованы.

После этого огромной власти в государстве достиг монгольский змир Букай из племени джелаиров, который сосредоточил в своих руках управление военными делами и казной. Власть его была настолько ве­лика, что и в провинции, и в Тебризе приказы Аргун-хана выполнялись только в том случае, если они были скреплены печатью Букая. Боль­шинство административных должностей занимали его родичи и став­ленники.

Могущество эмира Букая создало ему много врагов и соперников при дворе. Когда при дворе положение Букая поколебалось, он, дабы удержать в своих руках власть, составил заговор; он желал низложить Аргун-хана и посадить на его место его троюродного брата, но последний выдал Букая Аргун-хану. Букай был казнен. ....',,

Аргун-хан, желая сломить влияние иранской мусульманской бюро­кратии, которой он не доверял, задумал заменить персов в государствен­ном аппарате иудеями и христианами. В 1289 г. Аргун-хан* назначил везиром еврейского купца Са'д-ад-доулэ, который раньше служил по финансовому ведомству. Са'д-ад-доулэ, с согласия Аргун-хана, назначил на гражданские и финансовые должности своих родичей и ставленников евреев. Са'д-ад-доулэ сделал попытку укрепить финансы государства и ослабить ограбление населения. Он, под страхом наказания палками,. еапретил монгольским феодалам бесконтрольно требовать от населения продовольствие и фураж. Во все области государства он послал вер­ ных ему людей для борьбы с злоупотреблениями чиновников, упорядо­ чения сбора налогов и пополнения казны. Благодаря его деятельности уже через год в пустующую казну было собрано 1000 туманов.

Мероприятия Са'д-ад-доулэ вызвали ненависть и вражду со сторо­ ны монгольской военно-кочевой знати. Мусульманское чиновничество, боясь потерять прежнее положение и влияние, вело агитацию среди му­ сульманского населения городов против Са'д-ад-доулэ и евреев. Са'д-ад- доулэ ложно приписывали замысел открыть гонение на мусульман в Иране и план организации похода на Мекку с целью обратить глав­ ный мусульманский храм Ка'бу в «капище идолопоклонников». Во вре­мя предсмертной болезни Аргун-хана против Са'д-ад-доулэ был состав­ лен заговор знати, и в 1291 г. он был казнен, его имущество разграб­лено, его родичи и ставленники перебиты либо проданы в рабство! Падение Са'д-ад-доулэ явилось поводом к погромам и избиению евреев по всей стране и вызвало радость мусульманской бюрократии.

Гораздо серьезнее для судеб государства, чем заговор Букая, было восстание монгольского эмира Ноуруза из племени ойратов в Хорасане в 1289 г. Сын Аргуна-аки, бывшего в 30—50-х годах монгольским ыа : местником Хорасана, эмир Ноуруз являлся представителем той части монгольских феодалов, которые приняли ислам и были сторонниками сближения с верхами оседлого мусульманского населения. Антимусуль­ манская политика Аргуна-хана вызвала недовольство этих феодалов. :

Сношения ильханов с Западной Европой продолжались и при Аргу­ не. В 1287—1288 гг. в Рим, Геную, Францию и Англию было отправлено? посольство Аргуна, во главе которого стоял несторианский монах раб- бан ' Саума, по происхождению уйгур из Китая. В ответ последовал ряд посланий римского папы к Аргун-хану с призывом обратиться в хри : стианство и принять участие в крестовом походе против мамлюков. В 1289 г. генуэзец Бюскарель де Гисульф привез письма Аргун-хана папе Николаю IV , английскому королю Эдуарду I и французскому ко­ ролю Филиппу IV Красивому. Это письмо, написанное на монгольском языке уйгурскими буквами и снабженное печатью с китайскими иерог­ лифами, сохранилось во французских архивах. Аргун-хан сообщал о своей готовности идти в поход в «Святую землю», а также заготовить в Малой Азии для западно-европейского крестоносного войска 20—30 тыс. коней и необходимые запасы продовольствия и фуража. Папа отве­ чал Аргуну, что он уже возвестил свой призыв к крестовому походу. Но все эти переговоры не привели ни к каким результатам. В 1291 г., как сказано, египетский султан Ашраф завершил завоевание всех владе­ ний крестоносцев в Сирии и Палестине.

Неудача попыток создания военного союза Хулагуидского государ­ ства с западно-европейскими государствами объясняется тем, что после первых четырех крестовых походов военно-колонизационное движение рыцарства и городов Запада в Сирию и Палестину ослабело. В конце XIII в. в Западной Европе уже почти не находилось желающих отпра­ виться в новый крестовый поход, казавшийся опасным и бесплодным предприятием.

  • 1 Сирийск. «учитель». i 94

Больше сделано было в области расширения торговых связей. Доб-1§ые отношения с Хулагуидами установила Генуя, тогда как ее торго­вая соперница Венеция большей частью находилась в дружеских отно­шениях с Египтом. Около 1288 г. генуэзский сенат ори посредстве Вильгельма Адама, впоследствии католического архиепископа в Сул-танийэ, предложил Аргун-хану следующий проект: монгольский военный флот должен перехватывать все торговые корабли, шедшие из Индии, не допуская их двигаться по пути Красное море — Египет, а заставляя идти в порт Ормуз в Персидском заливе. Таким образом, вся индийско-средиземноморская торговля направлялась бы по пути: Индия — Ормуз-Исфахан—Султанийэ—Эрзерум—Константинополь, иначе говоря, че­рез Иран. При этом все выгоды от этой торговли перешли бы к Хула-гуидской державе и к генуэзским купцам, а транзиту через Египет н Венецию был бы нанесен решающий удар. Но Хулагуиды не смогли осуществить этот проект, не располагая достаточно сильным флотом.

Несколько позднее, <в начале XIV в., в Тебризе, Султании и неко­торых других городах Ирана появились небольшие общины генуэзских и венецианских купцов во главе с консулами. Появились также католи­ ческие миссионеры. В Султанийэ — новом городе, строительство которого было начато Аргун-ханом и который позднее стал столицей Хулагуидов, было даже учреждено католическое архиепископство, просуществовав­шее до начала XV в.

В 1291 -г. Аргуна разбил паралич. Уже во время его болезни между различными группировками эмиров началась борьба за власть. В Лури-стане произошло восстание против монгольского владычества. Восстав­шие заняли Исфахан, перебив в нем ильханских чиновников и гарнизон. Восстание было подавлено.

После долгой борьбы в среде монгольской знати на престол в 1291 г. был возведен сын Абака-хана — Кейхату-хан (1291—1295). Кей- хату-хан прежде всего постарался установить мир между религиозными группировками.

Кейхату-хан старался укрепить свой авторитет путем щедрых по­дарков ханшам, царевичам, эмирам. Скоро новый везир, мусульманин Садр-ад-дин Ахмед Халиди, оказался перед фактом полного опустоше­ния казны. Так как вводить новые чрезвычайные налоги на вконец разо­ренное население было совершенно невозможно, то было решено при­бегнуть к выпуску бумажных денег — чао. За образец были взяты день­ ги, выпущенные великим ханом Хубилай-кааном, и распространенные по всему Китаю. Садр-ад-дин рассчитывал, что вся внутренняя торговля будет вестись на бумажные деньги, а золото скопится в казне. В 1294 г. в Тебризе были выпущены бумажные деньги, и население под страхом смерти должно было их принимать. Но уже через неделю после выпу­ска чао в Тебризе закрылись все базары, невозможно было купить ни­чего съестного, нарушилась караванная торговля, с городов перестали поступать налоги. Чао пришлось отменить, казна оставалась пустой. Ильхан дал Садр-ад-дину титул «Садр-и джехан», т. е. «Садр (опора) мира», народ же прозвал его «бумажным садром».

Вскоре против Кейхату-хана поднял восстание его двоюродный брат Байду, прежний наместник Малой Азии, бывший втайне врагом мусуль­ман и сторонником христиан. На сторону его перешла часть монголь­ской знати. Лишившись своих сторонников, Кейхату-хан бежал, но был пойман и задушен арканом.

На престол вступил Байду-хан, царствование которого продолжа­лось полгода (апрель — октябрь 1295 г.). Он погиб в борьбе с сыном Аргун-хана Газаном, наместником Хорасана.

§ 12. Социально-экономическая жизнь Ирана при первых шести ильханах (1256—1295)

Еще до похода Хулагу-хана в Иран монгольские военачальники, как сказано, стали захватывать в завоеванных ими, областях земли, принадлежавшие местным феодалам. После образования Хулагуидского государства монгольская правящая верхушка проводила ту же политику захватов земель у местных феодалов и передачи доходов с них либо в казну (если земли стали государственными), либо монгольским фео­далам (если земли стали собственностью последних). Земли, принадле­жавшие ранее хорезмшахам и их родственникам, и отчасти вакфные земли, стали собственностью Монгольского государства и ильханской фамилии. Земли в Хулагуидском государстве официально делились на следующие категории: 1) государственные земли — дивани; 2) земли инджу, или хасс инджу, принадлежавшие хану и его родственникам; 3) земли частновладельческие (мульк), принадлежащие как монголь­ским, так и местным феодалам; 4) вакфные земли. Доходы с земель дивани шли на покрытие государственных расходов, доходы с земель кнджу покрывали расходы по содержанию хана, его родственников и, возможно, войско. Доходами с вэ.кфов распоряжалось мусульманское духовенство. Сбор налогов с райятов, живших на землях дивани и инджу, либо проводился непосредственно через финансовый аппарат «высочайшего» дивана или дивана инджу, либо отдавался на откуп (муката'а) феодалам и крупным купцам, что было особенно тяжело для податного населения. Значительная часть земель дивани находилась в условном владении монгольской знати на ленном праве (икта'). Вся политика ильханов была направлена на извлечение максимального ко­личества доходов с местного населения. Поэтому за время монгольского господства резко усилилась феодальная эксплуатация крестьян. Кре­стьяне обязаны были выплачивать и выполнять от пятнадцати до трид­цати видов различных податей и повинностей.

Одним из основных налогов был маль, или харадж, поземельная по­дать, взимавшаяся в виде доли урожая натурой или, в пригородных районах, в деньгах. Размер хараджа был неодинаков в разных районах, иногда к нему начислялась надбавка — фар' в размере 10% хараджного сбора. Завоевателями введена была подать купчур, первоначально взи­мавшаяся только с кочевников в размере 1 % с поголовья стад, а позднее распространенная в денежной форме на крестьян и горожан как лодуш-ная подать. Размеры ее были в разное время неодинаковы. Подушная подать, которая вопреки шариату взималась теперь не только с хри­стиан, зороастрийцев и иудеев, но и с мусульман, казалась для послед­них особенно оскорбительной. Помимо перечисленных податей, с кре­стьян и взималась еще целая группа разных сборов деньгами и натурой, называвшихся ихраджат (арабск. издержки, расходы), шедших на содер­жание эмиров, войска, сановников, казенных гонцов (ильчи) и др. Крестьянство должно было также поставлять фураж для лошадей и про­довольствие для войска (эти поставки носили название алафэ и улуфэ), выполнять особые сборы зерном и напитками (так называемый тагар) и др.

Тяжесть феодальной эксплуатации, усиленная завоевателями, усугуб­лялась еще более самой системой взимания податей. Размеры податей и хараджной доли урожая обычно были произвольны. Чиновники, или откупщики налогов, действовали совершенно бесконтрольно, они при­сваивали или растрачивали уже собранные ими податные суммы, а когда казна требовала с них внесения этих сумм, они принимались во второй и третий раз собирать те же подати с райятов. Сбор податей обычно сопровождался истязаниями и пытками крестьян. На крестьянские хо­зяйства ложились неоплатные, все возрастающие недоимки. В 50—60-х годах XIII в. неоплатных недоимщиков и их семьи продавали в рабство.

Помимо многочисленных поборов, взимавшихся -в казну, при мон­голах широко практиковалась раздача царевичами, ханшами, эмирами и чиновниками бератов — ассигновок, которые давали право на получе­ние жалованья или пенсии из сумм налогов с той или иной области или селения. Рашид-ад-дин рассказывает о том, какими методами взыски­ вались с крестьян эти суммы. Один человек, явившись в деревню за по­ лучением известной суммы по берату, нашел деревню совершенно пус­той — все крестьяне разбежались, и только на площади он встретил группу воинов, которые нещадно били палками трех подвешенных вни-* головой крестьян, стараясь вырвать у них признание, куда девалось население деревни, с которой надлежало получить средства по бератам. Эту экзекуцию проводил человек, также имевший берат на эту деревню.

Не менее тяжелы для крестьян были многочисленные натуральные повинности в пользу государства, как, например, почтовая повинность (улаг), связанная с поставкой лошадей и ослов для почтовых стан­ ций — ямов, для казенных гонцов (ильчи) и военных чинов; бигар — принудительная работа по восстановлению и очистке каналов, по по­стройке крепостей, дворцов, прокладке дорог. При выполнении этих ра­бот тысячами гибли и люди и животные, труд был непроизводителен. Поэтому все попытки первых шести ильхаиов строить города и дворцы до конца не доводились.

Настоящим бедствием для крестьян была постойная повинность (нузуль). Любой знатный монгольский эмир или санозиик, останавли­ваясь на постой в каком-либо городе или в селении, занимал для себя .и своей свиты и челяди до сотни домов. Нукеры этого эмира тащили у хозяина все, что попадалось под руку; женщин насиловали, над хозяе­вами издевались. Чтобы избежать постоя, крестьяне и горожане старались нарочно держать свои дома в полуразрушенном виде. Но и это плохо помогало, обычно после ухода одних постояльцев их немедленно сме­няли другие. Положение крестьян при монголах было самым тяжелым и бесправ­ным за всю многовековую историю Ирана. С временем монгольского владычества связан вопрос о прикреплении крестьян к земле. Мусуль­ манское право не признавало крепостного состояния и крепостной зави­ симости. Податное сословие — крестьяне и горожане юридически счита­лись людьми лично свободными. Зависимость райятов от феодалов су­ществовала фактически в силу земельного держания, с правом для зем­левладельца взимать в свою пользу целиком или частью харадж. При этом налог превращался в ренту Таким образом, в мусульманских госу­дарствах Передней и Средней Азии домонгольского времени феодальная зависимость не принимала формы крепостного состояния.

Новые нормы были принесены монголами. При Чингис-хане, еще в Монголии, рядовой воин-кочевник, харачу (не раб), считался крепо­стным и был прикреплен к своему наследственному господину — коче­вому аристократу, к его кочевьям и к его тысяче, сотне или десятку. Связь между господином и крепостным считалась нерасторжимой, и Ве­ликою Ясою Чингис-хана эта связь была возведена в незыблемый закон. Яса же со всеми ее постановлениями была обязательна не только для монголов, но и для всех без исключения завоеванных ими народов. Ре­жим прикрепления был распространен и на оседлое население деревень. Но крепостнические мероприятия ильханов не были только механиче­ским перенесением правовых норм Монголии на почву Ирана. Закрепощение было закономерным следствием процесса общего развития фео­ дального общества.

Положение крестьян было неодинаковым на землях разных катего­ рий. По показанию источников, на частновладельческих землях оно был© несколько лучшим, чем на землях диванских или инджу, так как фео­ дал был более заинтересован в сохранении способности своих райятов хотя бы к простому воспроизводству, чем чиновник или откупщик на государственных землях, назначенный на краткое время и торопившийся обогатиться за счет крестьянина, обирая его до нитки. К концу XIII -зе­ ка, в результате хищнической эксплуатации монголов, целые области пришли в полное запустение, население их разбежалось. По словам Рашид-ад-дина, в ряде областей только десятая часть земель обраба­ тывалась, остальные запустели.

Города, разрушенные при завоевании, восстанавливались крайне медленно. Попытки монгольских наместников, а позднее первых ильха- нов, частично восстанавливать города или строить новью давали незна­ чительные результаты. Вследствие общего разорения и упадка сель­ского хозяйства, все усиливавшегося к концу XIII в. благодаря нало­ говой политике ильханов, город лишался того рынка, каким была для него область. Монгольскими властями .городское население, так же, как и сельское, облагалось огромными налогами. Основным налогом с го­ родов, который являлся одним из главных доходов казны, была тамга.

Тамга (монг.) взималась с ремесленных мастерских, с торговли,— как крупной оптовой, так и с мелкой розничной вплоть до торговли предметами продовольствия и дровами, привозимыми на городские ба­ зары окрестными крестьянами, — а также со всех видов городских про­ мыслов. Тамга была впервые введена монгольскими ханами, раньше ее не было. Размеры тамги в разное время были различны, но в общем они были высокими, и взимание тамги пагубно отражалось на ремесле й торговле. Тяжелым был так называемый тарх, по которому как кре­ стьяне, так и ремесленники обязаны были поставлять для казны товары и продукты по цене ниже рыночной; под этим же термином понималась и принудительная покупка купцами и ремесленниками по ценам, в че- тыре-пять раз превышавшим рыночные, различных предметов продо­ вольствия, которые ранее были собраны с райятов в виде подати. За провоз товаров взималась пошлина — бадж. Вся тяжесть налогов па­ дала на ремесленников. Крупные оптовые купцы — уртаки, торговавшие под покровительством ильхана, пользовались податными льготами. Кроме того, ремесленники поставляли часть своей продукции казне или феодалам и выполняли разные принудительные работы: участвовали в строительстве общественных зданий, в украшении, города к приезду ильхана, царевичей и др.

Еще хуже было положение ремесленников, обращенных в рабство и помещенных в казенных мастерских, где изготовлялось оружие, одеж­ ды, снаряжение для войска. Карханэ появились в Иране еще в 30-х го­ дах XIII в. Они являлись собственностью казны ильхана, или разных ца­ ревичей, а работавшие в них ремесленники оставались из поколения в поколение на положении рабов.

Монгольское завоевание привело к временному возрождению рабо­ владельческого уклада. Труд рабов снова применялся довольно широко в кочевом скотоводстве, в ремесле и сельском хозяйстве. И при Хулагу, и в начале XIV в. пленных, в качестве рабов, сажали на землю, за­ ставляя заниматься земледелием. Так, в двух садах Рашид-ад-дина близ Тебриза работало 1200 рабов обоего пола; среди них были греки, грузины, абиссинцы, негры. Кадры рабов пополнялись, главным образом; из военнопленных, но также покупались у работорговцев, привозивших рабов из Крыма, Руси, Кыпчакской степи, Индии, Африки, Египта, Рума.. Неоплатный должник и недоимщик также мог быть обращен в рабство.

Тяжесть эксплуатации населения усиливалась благодаря широкому распространению ростовщичества, центром которого являлись ставки монгольских ханш и царевичей. Они охотно вступали в компанию с куп­ цами и с ростовщиками, ссужали их деньгами и становились соучастни­ ками торговых и ростовщических операций. Покровительствуемые мон­ гольской знатью, привилегированные купцы-уртаки в разъездах по своим торговым делам требовали от населения продовольствие, фураж, предо­ ставления перевозочных средств наравне с государственными послами и гонцами. Податное население, которое не было в состоянии выплатить все причитающиеся с него налоги, поборы, недоимки, было прину­ ждено обращаться к ростовщикам и легко попадало в долговую кабалу к ним.

Завоеватели своей хищнической эксплуатацией истощали произво­дительные силы страны. К концу XIII в. Хулагуидское государство пере­ живало тяжелый экономический упадок. Вконец разооениое крестьян­ ское население массами разбегалось, бросая свои хозяйства. Большая часть земель оставалась необработанной и заброшенной. Государствен­ ная казна была совершенно опустошена, так как собирать подати и залоги было почти не с кого, а с трудом собранные суммы не вносились в казну и растрачивались на местах феодалами, откупщиками и чи­ новниками. Местная торговля сильно сократилась. Ощущалась острая нехватка денег (серебра), вызванная хищнической эксплуатацией руд- ликов.

§ 13. Правление и реформы Газан-хана

Тяжелое состояние экономики и финансов государства, центробеж­ ные стремления и мятежи монголо-тюркской кочевой знати, а также пре­ кращение внешних завоеваний, приносивших раньше богатую военную добычу, — все это вместе побуждало центральную власть в лице иль- хана искать выхода. Новый ильхан — Газан-хан (правил в 1295— 1304 гг.), сын Аргун-хана, счел необходимым принять ислам, дабы сбли­ зиться с иранской мусульманской чиновной и духовной знатью, и затем провел ряд реформ, в общем соответствовавших политической линии этих групп класса феодалов, заинтересованных в существовании и укре­ плении сильной центральной власти и в реформе податной системы.

Первоначально Газан-хан, чтобы одержать победу над Байду-ха- ном, вынужден был использовать поддержку части монгольской коче­ вой знати, к тому времени уже принявшей ислам. На сторону Газан- хана стал эмир Иоуруз из племени ойратов, еще в 1289 г. поднявший мятеж против Аргун-хана в Хорасане. Ноуруз согласился поддержать Газан-хана под условием принятия последним ислама. Газан-хан, ранее бывший буддистом, теперь принял ислам и мусульманское имя Махмуда.

Таким образом, ислам снова стал государственной религией. Под давлением эмира Ноуруза был опубликован указ о разрушении тех церквей и синагог, которые были построены в Тебризе, Хамадане, Мара­те и других городах во время правления ильханов-языч'ников. 1 В ряде городов имели место погромы христиан и евреев. Очень скоро Газан-хан,. учтя жалобы армянских и грузинских христианских феодалов, в под­ держке которых он очень нуждался в связи с войной против мамлюков Египта, отменил меры против христиан и иудеев, установив для них ре­ жим веротерпимости. Газан-хан даже отменил восстановленную было подать для иемусульман — джизью. Но «идолопоклонники» — буддисты были поставлены вне закона, их обязали либо принять ислам, либо по­ кинуть государство; все их храмы были разрушены.

  • 1 Мусульманское право не допускало постройки новых церквей и синагог, можно было лишь сохранять и исправлять старые, существовавшие еще до ислама.

Принятие ислама обеспечивало поддержку Газана как со стороны всех групп оседлых мусульманских феодалов, так и со стороны той части монгольской кочевой знати, которая, подобно Ноурузу, обратилась в ислам, а также тюркской кочевой знати. В октябре 1295 г., на курул­ тае монгольской знати, Газан был провозглашен ильханом. В качестве мусульманского султана Газан-хан перестал даже номинально призна­ вать над собой власть сидевшего в Китае монгольского великого хана- язычника.

Молодой монгольский хан (Газан-хан вступил на престол в воз­ расте двадцати четырех лет) был выдающейся личностью. Оставаясь монгольским патриотом и одним из лучших знатоков преданий своего народа, Газан в то же время был знаком с культурой Ирана, которую высоко ценил. Он интересовался медициной к естественными науками; во время охоты собирал растения, установил факт существования i * Иране многих целебных трав, которые раньше привозились из Китая. Индии и Туркестана. Из языков, он, по-видимому, хорошо знал только- свой родной, монгольский, отч'асти персидский и тюркский, несколько знаком .был с арабским, хинди, кашмирским, китайским и франкским (французским). Он входил сам во все мелочи государственного управле­ ния, много времени проводил за документами о государственных дохо­ дах и расходах, внося в них свои заметки и поправки.

В первые годы своего царствования Газану пришлось подавить ряд заговоров царевичей, стремившихся лишить его престола и занять его место. Значительно более трудной была для Газан-хана борьба с прави­ телями отдельных областей, которые поднимали восстания и мятежи в разных концах государства с целью освобождения от центральной власти.

В поисках поддержки своих сепаратистских тенденций мятежники часто обращались к соседним, враждебным Хулагуидам, государствам или к их крупнейшим вассалам. Внутренняя борьба с феодалами шла одновременно с почти непрерывными внешними войнами и требовала большого напряжения всех сил государства. В 1295 г. на территорию Хорасана и Мазендерана вторглись войска Дува-хана чагатайского* которые хотя и были вскоре изгнаны, успели сильно разграбить обе эти области и увели оттуда до двухсот тысяч жителей в рабство.

Труднее была борьба с эмиром Ноурузом, который сначала активно помог Газан-хану в его борьбе за престол, но обманулся в своих надеж­ дах стать всесильным временщиком. В 1298 г. эмир Ноуруз поднял восстание в Хорасане, стремясь стать независимым правителем этой области. В бою с ханскими войсками, посланными для подавления мя­ тежа, войско эмира Ноуруза было разбито, и он сам бежал в Херат, Владетель Херата, мелик Фахр-ад-дин Курт, вассал ильхана, сперва оказал эмиру Ноурузу гостеприимство, а потом выдал его Газан-хану. Эмир Ноуруз был казнен. Произошло антимонгольское восстание и в Грузии (1297). В 1299 г. в западной части государства, в Руме, поднял восстание эмир Суламыш, которому удалось собрать пятидесятитысяч­ ную армию и заручиться поддержкой Египта. Мятеж был разгромлен ханскими войсками.

В своей борьбе с монгольскими кочевыми феодалами Газан-хан имел союзников в лице иранских, мусульманских оседлых, духовных и светских, феодалов, которые так же, как и монгольское правительство, были заинтересованы в централизации и укреплении государства и боя­ лись развязывания феодальной анархии.

Между 1299 и 1303 гг. Газан-хан провел три похода в Сирию. Войска его на время заняли Халеб, Дамаск и другие города Сирии, но в конечном счете потерпели неудачу и должны были удалиться. Фран­ция, Арагония и другие христианские государства Западной Европы обещали Газан-хану военную помощь против Египта, но обещаний не выполнили.

В разработке проводимых Газан-ханом внутренних реформ руково­дящую роль сыграл Рашид-ад-дин Фазлуллах Хамадани — врач, уч'е- ный-энциклопедист, богослов и опытный финансовый чиновник. Войдя в милость к Газан-хану, Рашид-ад-дин вызвал опалу и казнь прежнего везира, «бумажного садра» Садр-ад-дина Халиди, после чего стал бли­ жайшим советником и одним из двух везиров Газан-хана. Официально пост первого везира и хранителя государственной печати занимал Са'д- ад-дин Саведжи, фактически же в течение двадцати лет (1298—1318) всеми делами государства управлял Рашид-ад-дин. Помимо своей госу­ дарственной деятельности, Рашид-ад-дин, как сказано выше, 1 просла­вился как крупнейший персидский историк средних веков.

Из переписки Рашид-ад-дина видно, что в основу реформ Газан- хана были положены политические идеи везира-историка: необходимость для ильхана и монгольской верхушки сближения с иранской феодальной знатью и усвоения традиций иранской государственности, укрепления центральной власти, борьбы с центробежными стремлениями монголо- тюркской кочевой знати, обуздания ее мятежей и своеволия; необходи­ мость твердой фиксации размеров ренты-налога и оздоровления финан­ сового аппарата в целях облегчения положения крестьян и горожан и поднятия их податной платежеспособности; возрождение разрушенных ирригационной системы и сельского хозяйства, ремесла, торговли и го­ родской жизни.

При Газан-хане руководящая политическая роль от монголо-тюрк­ ской военной кочевой знати перешла к иранской чиновной и духовной знати, проводником политической линии которой и был Рашид-ад-дин. Кочевой знати Газан-хан не доверял и многих из ее представителей казнил. Но все же он вынужден был делать и ей значительные уступки (массовая раздача земель икта' и т. д.).

Так как одной из главных причин оскудения казны являлись хище­ ния чиновников и откупщиков и трата огромных средств на личные нужды ханской родни, то особым указом были установлены строго фик­ сированные размеры хараджа и купчура с каждой области в деньгах или в долях урожая. Все эти податные расписания, скрепленные пе­ чатью, подлежали хранению в Тебризе, а в каждой области и даже де­ ревне податная роспись, написанная на железных листах, каменных плитах или стенах мечетей, должна была быть выставлена на видном месте для всеобщего сведения. Строго запрещалось требовать с населе­ ния ч'его-либо сверх зафиксированного в списках.

Ханшам, царевичам и частным лицам было запрещено посылать по своим поручениям гонцов. Отныне гонцов отправляли лишь по государ­ ственным делам, и им давали необходимые на дорогу средства. Постой­ ная повинность была отменена.

Была запрещена раздача ассигновок — бератов. Уже не откупщик, а государственный чиновник, отчитывавшийся перед казной, производил с населения сбор налогов, размер которых был зафиксирован. Были от­ менены многочисленные поборы с населения в пользу хана и царевичей, войск, эмиров и т. д. и ограничены расходы по их содержанию. Сокра­щались средства, отпускаемые на царскую охоту. Все деньги и ценности, поступавшие в казну, тщательно записывались, запечатывались, храни­ лись несколькими доверенными лицами, ,и какие-либо суммы могли быть выданы из хранилища только на основании письменного указа самого Газан-хана.

  • 1 См. в § 2 настоящей главы. 202

Стремление монгольских военных чинов к приобретению земель с крестьянами вынудило Газан-хана провести массовую раздачу мон­гольским воинам земельных наделов (икта'). До этого, как было уже сказано, простые воины получали «обмундировочные» (джамэгийат) и на­ турой продукты питания (улуфэ), которые собирались с крестьян. При ог­ромных злоупотреблениях крестьяне страдали от этого налога, а собран­ ные средства и продукты частично разворовывались чиновниками, не дохо­ дя до воинов. Необеспеченность рядового состава монгольского войска была одной из причин поражения войск Газан-хана в войне с мамлюк-•ским султаном в Сирии в 1303 г. Чтобы удовлетворить требования мон­гольских военных людей, Газан-хан в 1303 г. издал указ о наделении землями на ленном праве (икта') всех без исключения монголов, вклю­ченных в списки феодального ополчения (черик). Целые округа отдава­лись в лен эмирам тысяч, т. е. вождям ветвей монгольских племен, поставлявших в ополчение до тысячи всадников. Эмир тысячи, получив тот или иной округ, делил его путем жеребьевки на десять долей между эмирами сотен. Таким же образом — жеребьевкой — эмиры сотен дели­ли свои территории между эмирами десятков, а те—между рядовыми воинами, каждый из которых получал в икта' небольшой надел — дерев­ню или часть ее с крестьянами.

Земли икта' формально причислялись к государственным, факти­чески же составляли особую категорию земель, поскольку они не эксплуатировались непосредственно государством через его аппарат.

Согласно указу, земли икта' не могли быть проданы; за плохую службу они могли быть отняты; икта' переходила от отца к сыну или другому родичу и таким образом юридически превратилась в наслед­ственный лен. Особенно много земель в икта' было роздано в Азербайд­жане, недалеко от удобных летних и зимних пастбищ, так как монголь­ские воины продолжали вести кочевое хозяйство. С крестьян, живших на землях икта', взимались все налоги и подати, которыми они облага­лись и ранее, но поступали они уже не в казну, а в пользу владель­ца икта'. Тот от себя выплачивал государству лишь очень небольшой сбор.

Газан-хан подтвердил прикрепление крестьян к земле, которое су­ществовало уже при первых ильханах. Крестьянам было запрещено по­кидать земли, к которым они были приписаны; землевладельцам запре­щалось давать у себя убежище беглым крестьянам. Устанавливался тридцатилетний срок, в течение которого можно было искать беглого крестьянина и в принудительном порядке возвращать на покинутую им землю.

Использование труда рабов в сельском хозяйстве также сохраня­лось. Рабы-плениики обрабатывали принадлежащие феодалам земли. В дошедших до нас письмах Рашид-ад-дин, который, как сказано, являлся крупнейшим землевладельцем, сообщал своим сыновьям, что на принадлежащих ему землях четыре деревни уже заселены рабами и просил прислать ему еще партию греческих рабов для заселения пятой деревни.

В целях поощрения к возделыванию заброшенных и запустевших земель Газан-хан обещал податные льготы тем землевладельцам, ко­торые взялись бы обработать и заселить эти земли. В результате раз­дачи икта' войску и отдачи в обработку пустующих земель, выделяемых из фондов земель дивани и инджу, значительно увеличился фонд частновладельческих земель, что в известной мере способствовало повышению- производительных сил в стране.

При Газане был значительно увеличен также фонд вакфных земель. Ревностный мусульманин, Газан-хан делал мусульманскому духовенству большие земельные и денежные пожертвования. Довольно скоро, впро­чем, распорядители вакфных земель сумели обратить их в свои наслед­ственные владения.

Реформы Газана внесли также существенные изменения и в город­скую жизнь. При предшественниках Газан-хана большой вес в государ­стве имели крупные купцы. Они занимались не только торговлей, но вели широкие ростовщические операции и одновременно почти повсе­местно держали на откупе все налоги государства, в том числе и город­скую подать (тамга). Крупные купцы пользовались особым покрови­тельством верхушки господствующего класса и налоговыми льготами. Ставки ханских жен и царевичей являлись как бы конторами торгов-> ростовщических операций. Но положение мелких и средних купцов было> тяжелым из-за налога тамги. В городе ростовщичество всей своей тя х жестью обрушилось на ремесленников и городскую бедноту. Невыпла^- чениый налог, на который набегали колоссальные проценты, приводил должника к пожизненной и наследственной кабале. Ростовщичество» приняло настолько угрожающие размеры, что Газан-хан, несмотря на сопротивление влиятельных слоев и придворных кругов, издал спе­ циальный ярлык, запрещающий ростовщические ссуды и освобождавший должников от уплаты как процентов, так и взятой суммы. В дальнейшем правительство было вынуждено пойти на уступки и установить предель­ный размер процентов, выше которого ростовщики требовать не имели права.

В целях облегчения положения ремесленников и торговцев Газан-хан в ряде городов отменил сбор тамги, в других же городах уменьшил размеры тамги наполовину. Газан-ханом была проведена также денеж­ная реформа. Вместо разнообразных денег, чеканившихся в различных областях, им была введена единая для всего государства серебряная мо­нетная система. Денежной единицей являлся дирхем, весивший 2,15 грамма серебра. 6 дирхемов составляли серебряный динар. 10 тыс. динаров составляли счетную единицу — туман. Эта единая монетная система оказалась настолько удобной, что вскоре была введена .и в го­сударстве Чагатаидов. Была установлена единая для всей страны систе­ма мер и весов.

Газан-ханом было изменено также положение ремесленников-рабов, работавших в карханэ. Злоупотребления чиновников, ведавших карханэ,. растраты ими отпускаемых на содержание ремесленников пайков при­вели к тому, что мастерские, занятые изготовлением оружия, седел,.. одежд и т. д., почти перестали давать продукцию. Ремесленники, рабо­тавшие в карханэ на положении пленников-рабов, не были заинтересо­ваны в своей работе. Рабский труд поэтому оказался нерентабельным. Газан-хан отменил выдачу пайков и перевел ремесленников-рабов в кар­ханэ на оброк.

Газан-хан много сделал для украшения и расширения столицы — Тебриза. В предместье Тебриза — Шам (иначе Шамб-и Газан) Газан при жизни построил себе мавзолей, купол которого своей высотой пре­вышал купол мавзолея султана Синджара в Мерве, считавшийся самым высоким зданием мусульманского мира. Своей богатой и нарядной от­ делкой, сделанной искусными персидскими строителями, мавзолей Газан- хана вызывал всеобщее восхищение. Около мавзолея было построено два медресэ, госпиталь, обсерватория, подобная той, что Хулагу-хан выстроил в Мараге, библиотека, архив, бани, водоем. Для содержания этих учреждений был создан специальный вакф, с доходом в 185 тыс. динаров. У каждых городских ворот были построены караван-сараи, базар и баня. Газан поощрял своих придворных строить дворцы и зда­ния в любимой им столице.

Рашид-ад-дин владел в Тебризе целым кварталом, вероятно чет­вертью города. Квартал этот, называвшийся Руб'-и Рашиди, был застроен им на собственные средства. В этом квартале, по описанию самого Ра­ шид-ад-дина, было будто до 30 тыс. домов (т. е. семейств жителей; цифра эта маловероятна), 24 караван-сарая, 1500 лавок, ткацкие, кра­сильные, бумажные мастерские, много садов, бань, складов, мельниц и монетный двор.

Среди ремесленников было много искусных мастеров, переселенных из разных городов и стран; была в Руб'-и Рашиди «улица улемов», заселенная богословами, муэззинами, чтецами корана. В тамошних медресэ обучалось от б до 7 тысяч студентов. Был замечательный госпиталь, в котором работали 50 медиков из Индии, Китая, Егип­та и Сирии, среди них находились лучшие окулисты, хирурги и косто­правы, обучавшие каждый по пяти юных рабов Рашид-ад-дина. Была з Рашидовом квартале библиотека из 60 тыс. книг по точным наукам, истории, поэзии и мусульманскому богословию. Среди них было 1000 списков Корана, выполненных наиболее прославленными каллиграфами эпохи. Для орошения квартала был проведен большой канал, называе­мый Рашиди. Богатства Рашид-ад-дина являлись исключительными да­же для его среды и эпохи. Этот квартал был конфискован после казни Рашид-ад-дина (1318 г.).

Положение Тебриза на узле караванных дорог, его значение хан­ской столицы способствовало увеличению его населения и территории. До Газан-хана городская стена имела всего б тыс. шагов в окружности; новая стена, построенная Газан-ханом, удлинилась до 25 тыс. шагов (около 24 км). Богатство и многолюдность города, разнообразие това­ров на его рынках вызывали восхищение современников,

В результате реформ Газан-хана значительно пополнилась государ­ственная казна. Хамдуллах Казвини, давший в своем географическом труде ценные сведения о состоянии финансов при ильханах, сообщает, что при предшествующих монгольских ханах вся сумма поступлений в хазну составляла 1700 туманов (по Вассафу—1800 туманов), а при Газане эта сумма увеличилась до 2100 туманов, т. е. почти на 25 %;.

Государственный аппарат был укреплен и значительно ограничен произвол чиновников, благодаря чему население в известной мере было избавлено от их злоупотреблений и незаконных поборов. Газан-ханом были подавлены ослаблявшие государство мятежи и восстания фео­далов.

В основу реформ Газан-хана, как сказано, был положен принцип точной фиксации, ренты и налогов и устранения произвола при их взи­мании. Реформы эти были проведены не в интересах податного населения, а в интересах феодального государства. Необходимо было наладить хотя бы простое воспроизводство в сельском хозяйстве и обеспечить феодалам •и феодальному государству бесперебойное поступление ренты и налогов. Однако, сравнительно с прежним террористическим режимом произ­вольных поборов и повального грабежа райятов, новый порядок принес известное облегчение для крестьян и горожан. Источниками, особен­но Рашид-ад-дином, Хамдуллахом Казвини и Хафиз-и Абру, засвиде­тельствован известный подъем в земледелии, которое, однако, не достиг­ало того уровня, на каком оно находилось до вторжения войск Чингис­хана.

§ 14. Правление Ольджайту-хана

Газан-хан умер в 1304 г., назначив преемником своего брата Олд-жайту-хана, носившего также мусульманское имя султана Мухаммеда Худабепдэ (1304—1316 гг.).

Правительство Ольджайту-хана не отказалось от старых планов за­воевания Сирии. В поисках союзников в борьбе с султаном Египта Ольджайту-хан в 1304 г. направил во Францию двух послов с письмом к французскому королю Филиппу IV Красивому. Это письмо, написан­ ное по-монгольски уйгурскими буквами, дошло до нашего времени. По­добные же письма были вручены английскому королю Эдуарду II и рим­ скому папе Клименту V . Оба короля и папа не скупились на обещания военной ^помощи, но практически ничем не помогли. Правительство Ольджайту-хана должно было прекратить, в конце концов,'попытки за­ воевать Сирию.

В течение всего правления Ольджайту-хана враждебные отношения с Чагатаидами и Золотой Ордой продолжались, но государственные границы между ними оставались неизменными.

В 1307 г. к государству ильхянов был прочно присоединен Гилян, находившийся под властью дюжины мелких полусамостоятельных вла­ детелей.

В области внутренней политики при Ольджайту-хане продолжался курс, начатый Газан-ханом; проведенные им реформы оставались в си­ле. Два монгольских военачальника — эмиры Кутлугшах и Чобан веда­ ли военными делами и являлись главами монгольского улуса. Во главе гражданского управления стоял номинально везир Са'д-ад-дин, а факти­ чески Рашид-ад-дин, который при Ольджайту-хане сохранил всю полно­ ту своей власти. Са'д-ад-дин пытался погубить Рашид-ад-дина ложными доносами, но Рашид-ад-дину удалось добиться казни самого Са'д-ад- дина, после чего Рашид-ад-дин взял к себе в товарищи по везирату купца-уртака Тадж-ад-дина Алишаха Гиляни, который позднее стал соперником и врагом Рашид-ад-дина.

В 1305 г. Ольджайту-хан возобновил постройку нового города Сул- танийэ, заложенного, но не доконченного Аргун-ханом. Местоположение на караванных путях и близость кочевок монголов способствовали расцвету г орода, ставшего вскоре летней столицей ильхана; зимней оставался Багдад. Придворные Ольджайту-хана соперничали между собой в укра­ шении новой столицы. Как и в Тебризе, в Султанийэ целый квартал, со­ державший более тысячи домов, был построен на личные средства Рашид-ад-дина. Выполнение заказов двора и торговля с близлежащими летними кочевьями монголов давали сборному пестрому торговому и ре­ месленному населению Султанийэ заработок и доход. Население Султан иийэ состояло из выходцев из разных областей, говоривших на разных языках, последователей разных религиозных толков. Строительство го­ рода было закончено в 1313 г.; окружавшая его стена имела в окруж­ ности 30 тыс. шагов. Ольджайту-хан, в детстве окрещенный своей ма­ терью-христианкой, потом принявший .ислам в суннитской форме, в конце концов склонился к шиизму. Но попытка этого ильхана сделать шиизм государственным исповеданием кончилась неудачей благодаря решительному сопротивлению иранской духовной я виновной знати,, твердо державшейся суннизма. При Ольджайту-хане вновь стали взи­ мать джизью с немусульман.

§ 15. Начало распада государства Хулагуидов

Абу-Са'ид Бахадур-хан, сын Ольджайту-хана, вступил на престол в двенадцатилетнем возрасте и, естественно, не мог управлять государством. Фактическим правителем государства стал эмир Чобан, из мои 1 гольского племени сулдуз, улусный эмир и главнокомандующий. Ряд областей был отдан в управление монгольским эмирам. Везир Тадж-ад-дин Алишах усилился благодаря поддержке эмира Чобана. Алишах ли 1 шил Рашид-ад-дина, уже семидесятилетнего старика, которому было трудно бороться с придворными интригами, всякого влияния на госу- дарственные дела. Не удовлетворившись отставкой Рашид-ад-дина, Али­шах ложно обвинил Рашид-ад-дииа в отравлении Ольджайту-хана, кото­ рого Рашид-ад-дин лечил, как врач. Кочевая знать, ненавидевшая Рашид-ад-дина за его участие в реформах Газан-хана, рада была слу­ чаю свести с ним счеты. Рашид-ад-дин был осужден и в июле 1318 V . казнен: его разрубили мечом пополам, как некогда загубленного им Садр-ад-дина. Огромное имущество Рашид-ад-дина было конфисковано в казну. Построенный им в Тебризе квартал был разгромлен, учрежден­ ные им вакфы и многочисленные благотворительные заведения были. уничтожены.

Усиление монгольской кочевой знати, которая захватила все важнейшие области государства и поставила на главные гражданские должности своих ставленников, оч'ень скоро привело к ликвидации мероприятий Газан-хана, направленных к устранению произвола чиновников и обузданию кочевых феодалов. '

Кочевые феодалы, почувствовав слабость центрального правитель­ства, стали поднимать мятежи и восстания. Борьба с ними затруднялась тем, что она проходила одновременно с войнами с соседними государ 1 - ствами. В 1317 г. в Хорасане поднял восстание чагатайский царевич Ясавур, изгнанный из Средней Азии и нашедший убежище в Хорасане. В то же время войска золотоордынского хана Узбека, продолжая дав­ нюю борьбу за Азербайджан, вторглись в район Дербенда. Пока эмир Чобан вел войны с золотоордынцами, эмир Ясавур опустошил Мазей 1 - деран, часть Хорасана и Систана. Только в 1320 г. было подавлено это восстание.

Огромная власть эмира Чобана вызвала зависть и соперничество многих монгольских кочевых феодалов, безуспешно пытавшихся оклеве 1 тать его перед ильханом Абу-Са'идом. Против него был составлен заго­ вор. Во главе недовольных стал эмир Иринчин из племени кераитов, и заговор против временщика разросся в мятеж против самого ильхана Абу-Са'ида. После упорной борьбы в Азербайджане мятеж был подав­ лен в 1319 г., эмир Иринчин казнен.

В 1320 г. египтяне совершили опустошительное вторжение в Килий-скую Армению, находившуюся в вассальной зависимости от ильханоз. Стремясь прекратить военные действия у своих западных границ, Абу- Са'ид начал переговоры с мамлюкским султаном Египта Насиром Мухам­ медом, и в 1323 г. между государством Хулагуидов и Египтом был за­ ключен мирный договор. Абу-Са'вд и Насир стали обмениваться дру­ жественными посольствами.

В 1332 г. в Малой Азии (Рум) поднял мятеж родной сын эмира Чобана — эмир Тимурташ. Эмир Чобан лично выступил на его подавле­ние, но позднее добился прощения сына. Военные действия против Зо­ лотой Орды на Кавказе продолжались.

Власть Чобанидов усиливалась все больше. В 1324 г. умер везир Алишах, единственный из всех везиров ильханов умерший своей смертью. Опека Чобанидов стала тяготить уже возмужавшего ильхана. Бесчинства в Тебризе и насилия над его жителями, которые чинил сыр Чобана Димишк-ходжа, вызывали общее недовольство. В 1327 г. Ди- мишк-ходжа был казнен. В ответ эмир Чобан поднял мятеж в Хорасане, но был разбит « бежал в Херат, владетель которого сперва дал ему убежище, а потом, в угоду Абу-Са'иду, велел его задушить.

Мятежи феодальных клик, частые битвы и переходы войск по тер­ритории оседлых районов, ограбление феодалами жителей в захвачен­ных ими районах, возросшие с новой силой злоупотребления чиновни­ков, стихийные бедствия (в 1318—1320 гг. была страшная засуха, налет саранчи и невиданный град) привели к голоду и вконец истощили осед­лое сельское население. Люди покидали свои жилища и разбегались. Кризис, несколько приостановленный реформами Газан-хана, опять уси­ лился.

Попытка в какой-то мере оградить население от произвола фео­далов связана с именем везира Гийас-ад-дина Мухаммеда Рашиди, сы­на Рашид-ад-дина, занявшего, эту должность в 1328 г., после падения эмира Чобана. Он старался вести внутреннюю политику в духе реформ Газан-хана. По его совету Абу-Са'идом были изданы указы для защиты населения от незаконных и разорительных поборов. До нас дошел один из таких указов, выбитый на стене мечети в городе Ани в Армении.

Ильхан Абу-Са'ид умер в конце 1335 г. во время похода против Золотой Орды.

Политическая линия везира Гийас-ад-дина Рашиди вызвала сильное противодействие со стороны монголо-тюркской кочевой знати. Эта знать усилилась в связи с расширением фонда земель икта'. Вообще в первой половине XIV в. происходил процесс роста земель икта', мульковых и вакфных за счет фонда государственных земель, находившихся в распо­ ряжении центральной власти и непосредственно эксплуатировавшихся ею через аппарат чиновников. Это вызвало ослабление центральной власти в лице ильхана. Поэтому попытки Гийас-ад-дина вести центра-листскую политику не могла иметь успеха. В то же время происходил процесс концентрации земель в руках крупных феодалов, отнимавших у мелких землевладельцев мульковые земли то путем прямого насилия и захвата, то путем судебных процессов, пользуясь тем, что во время войн и смут у многих землевладельцев погибли документы, удостоверяв­шие их право собственности на землю. Если к началу XIII в. кое-где в Иране еще сохранялись свободные крестьяне, то теперь все они пре­вратились в крепостных. Сельская община сохранилась не везде, но и там, где она оставалась, она была несвободной и зависимой от феодалов.

Рост земельных богатств крупных феодалов, особенно кочевой зна­ти, привел к усилению ее политического влияния и вызвал острую борь­бу за власть в государстве между феодальными кликами.

§ 16. Народно-освободительные движения в XIII —начале XIV вв.

Огромный рост феодальной ренты и налогов, крепостническая поли­тика и гнет завоевателей вызывали обострение классовой борьбы в стране. Одним из проявлений этой борьбы были массовые побеги кре­стьян, временами же эта борьба выливалась в форму восстаний. Восста­ния эти до сих пор еще слабо изучены исследователями.

В 1265 г. в Фарсе произошло грандиозное народное восстание во главе с сейидом Шереф-ад-дином, направленное против монгольского владычества. Оно было жестоко подавлено ильханскими войсками. В 1275 г. на ильхана Абака-хана, охотившегося со свитой в Арране (северный Азербайджан), открыто напала толпа местных жителей, во­оруженных саблями и дротиками, и едва не убила его. Нападение это так напугало Абака-хана, что он велел собрать феодальное ополчение со всей области, ожидая общего восстания. В 1291 г. вспыхнуло мощное восстание иранского кочевого племени луров, занявших на время даже Исфахан.

В 80—90-х годах XIII в., во время глубокого упадка экономики; Ирана, развернулось массовое крестьянское повстанческое движение, принявшее характер широкой партизанской войны. Движение это по­дробно описано Рашид-ад-дином. Правда, он, как феодальный историо­граф, называет участников этого движения разбойниками, но из его опи­сания ясно видно, что это была борьба крестьян и других эксплуатируе­ мых и угнетенных против чужеземного ига и жестокой крепостной экс­ плуатации. По словам Рашид-ад-дина, укрывавшиеся в горах и лесах партизанские отряды, которые он называет разбойничьими, состояли из беглых крестьян, беглых рабов, городских «подонков и черни» (рунуд ва оубаш), т. е. городской бедноты, и обедневших кочевников — курд­ских, лурских, арабских и даже монгольских. Примечательно, что бедные монголы выступали рука об руку с народными массами Ирана.

В каждом селении и кочевье у этих повстанцев были друзья, укрыва­тели и лазутчики. При помощи сельских старост в деревнях заготовляли для повстанцев продовольствие и все необходимое. В городах у них так­же были свои люди, у которых они могли находить пристанище. По­встанческие отряды нападали на усадьбы и ставки знатных эмиров и грабили их. Эти же повстанческие отряды нападали на караваны куп-цов-уртаков, расправлялись с богатыми и знатными, забирали их това­ ры и имущество как законную военную добычу, согласно понятиям того времени.

Повстанцы были окружены общим сочувствием народных масс. По­всюду их охотно принимали, укрывали и кормили, прославляли их под­виги. Никто не хотел доносить на них, а властям было чрезвычайно трудно бороться с ними. А когда кого-нибудь из них ловили и вели казнить, в народе все возмущались, говоря: «Как можно казнить такого бахадура (героя)!»

Повстанческое движение было подавлено войсками Газан-хана.

В 1303 г. какие-то сектанты во главе с пиром (шейхом) Я'кубом.. выдававшие себя за дервишеский орден, но которых Рашид-ад-дин на­зывал маздакитами, пытались поднять восстание, связав его с попыткой царевича Алафранга, сблизившегося с ними, захватить власть. Но их планы были раскрыты, главари арестованы и казнены. Пира Я'куба сбросили с вершины горы.

Рашид-ад-дии, называя этих сектантов маздакитами, без сомнения, хотел этим сказать, что их социальная программа была такая же, как у древних маздакитов — установление социального равенства и передача i ', cex земель сельским общинам. Наиболее крупные движения крестьян и ремесленников под лозунгами социального равенства развернулись в Иране позднее, между 30-ми и 80-ми годами XIV в.

§ 17. Итоги периода

Время монгольского владычества было одним из самых тяжелых в истории иранского народа. Оно принесло с собой гибель сотен тысяч людей, разорение сел и городов, усиление феодальной эксплуатации. Временный экономический подъем при Газан-хане, процветание двух-трех городов, являвшихся резиденциями ильханов, не меняет общей картины разорения страны. Караванная торговля, хотя и соединяла го­сударство ильханов со многими дальними и ближними странами, обслу­живала почти исключительно нужды господствующего .класса и не опособствовала появлению в Иране ни новых культурных влияний, ни новых идей.

После смерти ильхана Абу-Са'ида (1335 г.) центробежные стрем­ ления крупных феодалов, борьба за власть между феодальными кли­ ками и вновь развернувшиеся народно-освободительные движения при­ вели к тому, что созданное монгольскими завоевателями государства ильханов Хулагуидов распалось (между 1336 и 1353 гг.).

Монголы в Иране постепенно ассимилировались частью с жившими здесь тюрками, частью же и с иранцами.
СодержаниеДальше

наверх страницынаверх страницы на верх страницы









Заказать работу

© Библиотека учебной и научной литературы, 2012-2016 Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования