В библиотеке

Книги2 383
Статьи2 537
Новые поступления0
Весь каталог4 920

Рекомендуем прочитать

Уинч П.Идея социальной науки и ее отношение к философии
Впервые опубликованная в 1958 году книга английского философа Питера Уинча (Peter Winch, 1926) «Идея социальной науки» оказала значительное воздействие на последующие исследования в области общественных наук в западных странах, стала классическим пособием для нескольких поколений специалистов. Она явилась первой работой такого рода, в которой был осуществлен синтез лингвистического подхода англо-американской аналитической философии и подхода «континентальных» философов, занимающихся проблемами истолкования социальных явлений (немецкой «понимающей социологии» прежде всего).

Полезный совет

Если Вам трудно читать текст, вы можете увеличить размер шрифта: Вид - размер шрифта...

Алфавитный каталог
по названию произведения
по фамилии автора
 

АвторКутафин О.Е.
НазваниеПредмет конституционного права
Год издания2001
РазделКниги
Рейтинг1.09 из 10.00
Zip архивскачать (1 091 Кб)
  Поиск по произведению

Предисловие

Предлагаемая вниманию читателя книга посвящена широкому кругу проблем теории конституционного права России, так или иначе свя­занных с предметом этой отрасли российского права.

Вопрос о предмете любой отрасли права всегда вызывает большой интерес и порождает горячие споры, в процессе которых высказыва­ ются подчас противоречивые мнения. И это понятно, поскольку раз­ личные отрасли права, взаимодействуя в процессе регулирования об­щественных отношений, тесно связаны между собой. Следствием та­кого взаимодействия является одновременное воздействие их норм на одни и те же отношения, затрудняющее определение четких рамок этих правоотношений.

Особенно длительная и острая дискуссия велась о предмете консти­ туционного (государственного) права. Это объясняется, с одной сторо­ны, сложностью решения многих важных теоретических проблем дан­ ной отрасли права, с другой стороны, особенностью самой отрасли, занимающей ведущее положение среди отраслей российского права и регулирующей такие общественные отношения, которые являются ба­зовыми, основополагающими в каждой из областей жизни общества и государства и образуют фундамент сложной системы социальных свя­ зей, подлежащих правовому воздействию.

Автором сделана попытка, опираясь на достижения предшествен­ ников, работавших в дореволюционный, советский и постсоветский периоды, дать свое видение рассматриваемых проблем с учетом тех грандиозных изменений, которые произошли в жизни российского об­ щества и государства за последнее десятилетие. Однако при этом было бы ошибочно полагать, что читателю будет предложено их исчерпы­ вающее решение. Цель работы иная: обобщить уже существующие по­ ложения и на этой основе систематизировать основные данные, позво­ ляющие получить необходимое представление о конституционном праве России как отрасли российского права.

В теории конституционного права до сих пор осталось много во­ просов, которые никогда не решались однозначно в силу различных подходов, различных представлений о предмете исследования и т.п. Однако думается, что любая очередная попытка их решения позволяет приблизиться к истине.

Глава I . Конституционное право россии как отрасль российского права

§ 1. Круг общественных отношений, регулируемых конституционным правом

Как известно, для того, чтобы определить предмет любой отрасли права, нужно выделить круг общественных отношений, регулируемых данной отраслью. Именно этот круг, составляющий предмет правового регулирования, и дает необходимое представление о каждой отрасли права.

Применительно к конституционному праву России вопрос о пред­мете правового регулирования относится к числу наиболее дискусси­ онных. Его обсуждение в отечественной литературе началось еще в дореволюционный период.

Впервые в русской литературе особое внимание определению пред­ мета государственного права (так тогда эту отрасль права называло подавляющее большинство исследователей 1 ) уделил Н.М. Коркунов, который характеризовал государство как юридическое отношение самостоятельного принудительного властвования, где субъектом является все население государства, объектом — сама власть принуждения, а содержание составляет право участия во властвовании и обязанность повиновения. В соответствии с этим Н.М. Коркунов определял науку государственного права «как учение о юридическом отношении госу­ дарственного властвования» 1 .

  • 1 Говоря о термине «государственное право», Ф.Ф. Кокошкин отмечал: «Надо ска­ зать, что термин этот, заимствованный русской юриспруденцией у немецкой ( Staatsrechf ), не особенно удачен и не вполне определен. Во Франции и Англии этого термина нет; там есть лишь «конституционное право» ( droit consitutionuel , law of constitution ). И внемецкой, и в нашей литературе это слово имеет разнообразный смысл, то более узкий, то более широкий. Иногда под этим словом понимается только конституционное право, иногда название «государственное право» объединяет конституционное и административное вместе, иногда, наконец, под именем государственного права излагается конституцион­ное право и та и другая часть административного. Мы будем понимать под словом «государственное право» — «конституционное право», и оно будет служить главным предметом наших занятий...». См.: Кокошкин Ф.Ф. Русское государственное право. Вып. II . М., 190 S . С. 44.

К отношениям государственного властвования сводили содержа­ ние предмета государственного права и И. Андреевский 2 , и А.Д. Гра- довский 3 , и Н.И. Лазаревский 4 . Несколько иную позицию по этому вопросу занимал А.С. Алексеев, который считал, что предмет государ­ ственного права охватывает не только отношения властвования, но также и правовое положение граждан 5 .

Таким образом, отечественные дореволюционные государствоведы по вопросу о предмете государственного права высказывали в основ­ном одинаковые взгляды, различавшиеся лишь в деталях.

Наиболее активно вопрос о предмете государственного права (так эту отрасль права продолжали называть большинство исследователей и в советский период, хотя стали употребляться термины «государст­ венное (конституционное) право», «конституционное право») диску­ тировался в советский период.

Из определения предмета науки государственного права, содержа­щегося в первом учебнике по советскому государственному праву 6 и принадлежащего перу академика А.Я. Вышинского, можно было сде­лать вывод о том, что предмет государственного права составляют об­ щественные отношения, регулируемые правовыми нормами и инсти­ тутами, отражающими, закрепляющими и развивающими обществен­ный и государственный строй данного общества, систему обществен­ных и государственных учреждений, принципы их взаимоотношений, объем их обязанностей и прав, методы их деятельности, а также обще­ственные отношения, регулируемые различного рода публично-право­выми институтами, определяющими права и обязанности как в их вза­ имоотношениях с обществом и государством, так и в их взаимоотно­ шениях между собой.

Взгляды А.Я. Вышинского на предмет государственного права были в последующем подвергнуты критике за то, что данное им опре­деление «характеризует более предмет права в целом, нежели предмет государственного права» 1 . Справедливость критики подтверждалась и тем, что в упомянутом учебнике выдвигалось положение, согласно ко­ торому государственное право можно понимать в широком и узком смысле слова. При этом указывалось, что в узком смысле ему в основ­ ном соответствует содержание Советской Конституции, а в широком смысле государственное право охватывает уголовное, административ­ ное, судебное, гражданское и даже международное право 2 .

  • 1 Коркунов Н.М. Русское государственное право. СПб., 1909. Т. I . С. 48.
  • 2 Си.: Андреевский И. Русское государственное право. СПб.; М., 1866.
  • 3 См.: Градовский А.Д. Общее государственное право. СПб., 1885.
  • 4 См.: Лазаревский Н.И. Лекции по русскому государственному праву. 2-е изд. Т. I . СПб., 1910.
  • 5 См.: Алексеев А.С. Русское государственное право. М., 1897. С. 8.
  • 6 См.: Советское государственное право. М., 1938. С. 86.

И.П. Трайнин считал, что советское государственное право — это «совокупность юридических правил (норм), выражающих и закрепля­ ющих общественное и государственное устройство СССР, формы, функции и принципы деятельности советского государства, вытекаю­ щие из суверенных прав трудящихся, основные права и обязанности граждан СССР» 3 . Он также указывал, что «признаком отнесения того или иного вопроса к государственному праву является его принадлеж­ ность к принципиальным вопросам, нашедшим себе выражение в Ос­новном законе, т.е. в Конституции, а также в изданных на основе Кон­ституции законах Верховного Совета и указах его Президиума по во­ просам, относящимся к приведенному выше содержанию государст­ венного права» 4 .

Однако ни в этой, ни в последующих своих работах 5 И.П. Трайнин так и не определил содержание и специфику общественных отноше­ ний, регулируемых нормами государственного права. Поэтому на ос­ нове его высказываний по вопросам о предмете государственного права практически невозможно установить его содержание.

В отличие от А.Я. Вышинского и И.П. Трайнинаряд исследовате­ лей сводили предмет государственного права исключительно к области политической. Например, М.А. Аржанов писал: «Советское государст­ венное право может быть определено как отрасль права, имеющая своим предметом нормы, определяющие социально-политические ос­новы государства, построение, компетенцию и форму образования ор­ ганов государства, формы участия масс в управлении государством и т.п., т.е. регулирование тех отношений, которые на этой основе скла­ дываются» 6 .

  • 1 Коток В.Ф. О предмете советского государственного права // Вопросы советского государственного пр;ша. М., 1959. С. 6.
  • 2 См.: Советское i осударственное право. С. 88.
  • 3 Трайнин И.П. О содержании и системе государственного права// Сов. государство и право. 1939. №3. С. 36.
  • 4 Там же.
  • 5 См.: Система советского социалистического права (тезисы). М., 1941. С. 7; Совет­ ское государственное право. М., 1948. С. 5.
  • 6 Аржанов М.А. О принципах построения системы советского социалистического права//Сов. государство и право. 1939. № 3. С. 31.

Аналогичной точки зрения придерживались С.А. Голунский и М.С. Строгович, которые полагали, что «в советском государственном праве выражаются общественные отношения, связанные с организа­ цией советского государства и его органов власти, а также отношения этих органов с гражданами и права и обязанности последних» 1 .

В таком же ключе разрабатывал этот вопрос и И.Д. Левин, считая, что государственное право «регулирует общественные отношения, складывающиеся в процессе организации и функционирования госу­дарственной власти» 2 , а также А.И. Денисов, по мнению которого «предметом государственного права является политическая надстрой­ ка, точнее — Советская власть как власть трудящихся города и деревни и государственное устройство СССР. В центре государственного права стоят организация и основные принципы деятельности органов госу­ дарственной власти, органов государственного управления, суда и про­ куратуры» 3 .

Исследуя предмет государственного права, некоторые государство- веды утверждали, что этим понятием охватываются отношения, харак­ теризующие основы социально-экономической системы и политичес­ кой организации советского общества, сводя эти отношения лишь к тем из них, которые возникают в процессе формирования и функцио­ нирования органов государственной власти. Так, С.С. Студеникин считал, что государственное право — это отрасль права, «отражающая и закрепляющая основы социально-экономической системы и поли­ тической организации нашего социалистического государства и регу­ лирующая общественные отношения, которые складываются в про­цессе формирования и функционирования государственной власти и ее органов» 4 . С точки зрения Я.Н. Уманского, «особенности общест­ венных отношений, регулируемых нормами советского государствен­ного права, заключаются в том, что они составляют основу обществен­ного и государственного строя и возникают в процессе осуществления государственной власти» 5 .

Определяя советское государственное право как «совокупность юридических норм, закрепляющих в соответствии с интересами тру­ дящихся общественное и государственное устройство СССР, систему, принципы организации и деятельности советских государственных органов и основы правового положения граждан в Советском государст­ве», С.С. Кравчук полагал, что этими нормами «регулируются общест­ венные отношения, возникающие в процессе осуществления государ­ ственной власти...» 1 . При этом и социально-экономические стороны общественного устройства, по его мнению, также являются результа­том деятельности государственной власти, поскольку соответствую­щие отношения возникают в процессе осуществления государствен­ ной власти.

  • 1 Голунский С.А., Строгович М.С. Теория государства и права. М., 1940. С. 294.
  • 2 Левин И.Д. Предмет и система советского государственного права // Рефераты научно-исследовательских работ за 1945 г. Отделение экономики и права. М., 1946. С. 41.
  • 3 ДенисовА.И. Основы марксистско-ленинской теории государства и права. М., 1948. С. 359.
  • 4 Советское государственное право (учебное пособие). М., 1949. С. 4.
  • 5 Уманскш Я.Н. Советское государственное право (учебное пособие). М., 1955. С. 7.

Точку зрения С.С. Кравчука разделял М.Г. Кириченко, который видел специфику государственно-правовых отношений в том, что «они складываются в связи с осуществлением государственной власти» 2 .

Исключительно к отношениям государственного властвования сводил предмет государственного права и Г.С. Гурвич. «Даже отвлека­ ясь от государственно-правового отношения, — писал он, — мы в со­ стоянии эмпирически установить содержание государственного права: организация государства и государственного аппарата, структура орга­ нов — верховных, высших и низовых; их взаимоотношения, их права и обязанности, функции; место каждого из них в ансамбле государст­ венного строя; точное определение содержания законодательной функции, отграничение ее от функции управления, а последней — от функции администрации, что далеко не одно и то же, построение на этой основе одного из самых важных понятий государственного права; понятие двуединой власти — власти законодательства и власти управ­ ления, из которых одна — верховная, руководящая и контролирующая, а другая — ответственная и подотчетная, исполнительная, однако до­полняющая первую, имеющая собственную значительную область нормативного действия» 3 .

Дискуссия о предмете государственного права продолжалась и в последующие годы. При этом, как и прежде, одни ученые исходили из того, что отношения, составляющие предмет государственного права, охватывают организацию экономической системы государства, обще­ственно-политического и государственного строя. Другие считали, что эти отношения охватывают только сферу организации и осуществле­ния государственной власти в центре и на местах, взаимоотношения органов государственной власти с гражданами в связи с реализацией последними своих прав и обязанностей.

  • 1 Юридический словарь. М., 1953. С. 117; см. также: БСЭ. Т. 12. М., 1973. С. 300.
  • 2 Денисов А.И., Кириченко М.Г. Советское государственное право. М., 1957. С. 5.
  • 3 Гурвич Г.С. Некоторые вопросы советского государственного права // Сов. государ­ ство и право. 1957. № 12. С. 111.
Первая из названных концепций наиболее полно была выражена в работах В.Ф. Котока, СМ. Равина и ряда других ученых.

Определяя предмет советского государственного права, В.Ф. Коток исходил из того, что его составляют общественные отношения, опре­деляющие основные черты социально-экономической системы и по­ литической организации советского общества и выражающие сувере­ нитет советского народа и советских наций 1 . Очерчивая объем отно­ шений, составляющих предмет регулирования нормами государствен­ ного права, ученый полагал, что советское государственное право:

  • закрепляет основные, наиболее существенные черты политической организации общества;
  • устанавливает формы взаимоотношений между нациями в рамках советской федерации и советской автономии;
  • определяет порядок избрания народных представителей в органы государственной власти, компетенцию и формы деятельности Сове­ тов; порядок взаимоотношений представительных органов различных ступеней; порядок взаимоотношений Советов депутатов трудящихся с исполнительными и распорядительными и другими органами государ­ ства; формы контроля Советов над деятельностью подчиненного им аппарата; формы контроля народных масс над деятельностью предста­ вительных и иных государственных органов, а также формы непосред­ ственного участия трудящихся в государственном управлении через разнообразные массовые организации, путем референдума и т.д.;
  • устанавливает основные права и обязанности советских граждан и материальные гарантии их осуществления;
  • закрепляет социалистическую систему хозяйства и формы социа­листической собственности; объекты государственной и кооператив­ но-колхозной собственности, недопущение эксплуатации чужого труда, принцип планирования народно-хозяйственной жизни, прин­ цип распределения продуктов общественного труда и связанное с этим право личной собственности граждан;
  • регулирует отношения между классами, государством и классами, народом и государством, межнациональные отношения и отношения между государством и нациями 2 .

СМ. Равин предпринял попытку уточнить определение предмета советского государственного права, преложенное В.Ф. Котоком:

  • 1 См.: Вопросы советского государственного права. М., 1959. С. 51. Надо сказать, что ранее эта точка зрения на предмет советского государственного права была выражена сектором государственного права Института государства и права АН СССР. См.: Сов. государство и право. 1954. № 7. С. 4.
  • 2 См.: там же. С. 55—69.

«...В целом правильное определение предмета советского государст­ венного права, предлагаемое В.Ф. Котоком, нуждается в двух уточ­ нениях. Во-первых, следует уточнить, какого рода общественные отношения охватывают организацию социально-экономической системы и политическую организацию советского общества, так как очевидно, что речь может идти только об определенных отно­ шениях; во-вторых, понятие «основные черты» социально-эконо­ мической системы и политической организации советского общест­ ва, содержащееся в этом определении, ввиду его недостаточной точ­ ности следовало бы заменить другим, более точным понятием, на­ пример, «основы» 1 .

СМ. Равин считал, что предмет советского государственного права составляют общественные отношения, которыми охватывается орга­низация всего советского строя, основы советской государственной власти и вся ее система. Эти отношения охватывают:

  • область организации государственной власти;
  • сферу советской федеральной системы;
  • сферу основных прав и обязанностей советских граждан;
  • осуществление советского избирательного права.
  • СМ. Равин отмечал, что в области организации государственной власти рассматриваемые отношения существуют между:
  • органами государственной власти;
  • органами государственной власти и другими видами советских го­ сударственных органов;
  • органами государственной власти и советскими гражданами;
  • органами государственной власти и общественными организация­ ми, обществами трудящихся.

В сфере советской федеральной системы эти отношения содержат правовые связи между:

  • Союзом ССР и всеми видами национально-государственных обра­ зований;
  • союзными республиками и входящими в их состав национально- государственными образованиями;
  • равноправными национально-государственными образованиями;
  • национально-государственными и административно-территори­ альными образованиями (поскольку административно-территориаль­ ное устройство относится к сфере компетенции субъектов советского федерализма).

1 Равин СМ. Основные особенности советского государственного права// Правове­ дение. 1961. № I . C . 9-10.

Широкая сфера отношений в области основных прав и обязаннос­ тей советских граждан, по мнению СМ. Равина, могла быть сведена к правоотношениям:

  • связанным с основами советского гражданства;
  • по поводу осуществления гражданами их основных прав и свобод;
  • по поводу осуществления советскими гражданами их участия в го­ сударственной деятельности;
  • по поводу осуществления гражданами их основных обязанностей.

Наконец, отношения, связанные с реализацией избирательного права, осуществляются:

  • между государством и избирателями;
  • между избирателями и кандидатами в депутаты представительных органов;
  • между общественными организациями, обществами трудящихся и кандидатами в депутаты;
  • между избирателями и депутатами;
  • между избирателями и представительными органами;
  • между депутатами и представительными органами 1 .

К числу тех ученых, которые полагали, что отношения, составляю­ щие предмет советского государственного права, охватывают лишь сферу организации и осуществления государственной власти, принад­ лежал прежде всего А.И. Лепешкин. С его точки зрения, советское государственное право призвано регулировать ту область обществен­ ных отношений, которая связана с закреплением политической осно­ вы государственной власти в центре и на местах, взаимоотношениями этих органов с гражданами в связи с реализацией последними своих прав и обязанностей. «Нормы советского государственного права, — писал он, — прежде всего выражают и закрепляют государственный суверенитет и все важнейшие государственно-правовые формы его осуществления; они регулируют и закрепляют форму организации го­ сударственной власти, как в центре, так и на местах (в лице Советов депутатов трудящихся), структуру этих органов, принципы их органи­ зации и деятельности и основные вопросы полномочий» 2 .

Характеризуя нормы, содержащиеся в ст. 4, 5, 6 и последующих статьях гл. I Конституции СССР 1936 г., посвященных экономической основе СССР, формам собственности, планированию народного хо­ зяйства и т.п., А.И. Лепешкин указывал, что, несмотря на их огромное принципиальное значение, по содержанию регулируемых ими отношений они не могут быть отнесены к нормам государственного права как отрасли 1 . Таким образом, он исключал из содержания государст­ венного права любые отношения, связанные с экономикой.

  • 1 См.: Равин СМ. Указ. соч. С. 10,13-14.
  • 2 Лепешкин А.И. Курс советского государственного права. Т. 1. М, 1961. С. 18—19.

К предмету советского государственного права А.И. Лепешкин от­ носил многие нормы, определяющие правовое положение гражданина в советском государстве. Он полагал, что все правовые нормы, закреп­ ляющие и материально гарантирующие те субъективные права, кото­ рые по своему содержанию не относятся к предмету других отраслей социалистического права, составляют (наряду с другими государствен­ но-правовыми нормами) предмет советского государственного права как отрасли.

Касаясь правовых норм, закрепляющих право на труд, на отдых, материальное обеспечение при потере трудоспособности и т.п., А. И. Лепешкин предлагал давать в науке государственного права лишь общую оценку и характеристику этих норм как важного условия учас­ тия советских граждан в управлении государством, в осуществлении функций государственной власти. Раскрытие же правового содержа­ния этих норм он считал непосредственной задачей других отраслей права: трудового, гражданского и т.д. 2

К советскому государственному праву А.И. Лепешкин относил также нормы, регулирующие вопросы советского гражданства, опре­деляющие основные принципы взаимоотношений общественных ор­ганизаций и союзов трудящихся с органами государственной власти, место и роль общественных организаций трудящихся и их союзов в системе диктатуры рабочего класса, порядок и формы их участия в осуществлении функций государственной власти. Он исходил из того, что советское государственное право включает в себя все правовые нормы, закрепляющие принципы организации системы высших и местных государственных органов, основные вопросы их компетен­ ции и организационных форм деятельности. При этом к государст­венному праву ученый относил не все правовые нормы, которые ре­ гулируют отношения, возникающие в сфере организации и конкрет­ ных форм деятельности государственных органов, а лишь те из них, которые закрепляют основные принципы всей системы государствен­ных органов и определяют место представительных органов советско­ го государства, их исполнительных и распорядительных органов, а также органов правосудия и прокурорского надзора, в указанной сис­ теме.

  • 1 См.: Лепешкин ЛИ. Указ. соч. С. 19—20.
  • 2 См.: там же. С. 21.
  • 2 - 3975
Касаясь, например, органов правосудия и прокурорского надзора, А.И. Лепешкин утверждал, что советское государственное право за­ крепляет только принципы организации органов социалистического правосудия и прокурорского надзора, определяет их место в общей системе государственных органов и роль в осуществлении функций единой государственной власти. В этой связи он отмечал, что не все нормы Конституции СССР, посвященные организации и деятельности органов советского правосудия и прокурорского надзора, относятся к предмету советского государственного права 1 .

Постсоветский период также характеризуется отсутствием единства в понимании предмета конституционного права (так стала называться эта отрасль). Например, по мнению Е.И. Козловой, конституционное право регулирует отношения, складывающиеся во всех сферах жизне­ деятельности общества: политической, экономической, социальной, духовной и пр. При этом предметом конституционного права являются только те отношения, которые можно назвать базовыми, основопола­гающими в каждой из областей жизни. Они образуют как бы фунда­мент сложной системы социальных связей, подлежащих правовому воздействию. В их числе Е.И. Козлова называет прежде всего общест­ венные отношения, определяющие принципы, на которых основано устройство государства и общества, и выражающие качественную ха­рактеристику государства: суверенитет, форму правления, форму госу­дарственного устройства, субъекты государственной власти и способы ее реализации, т.е. общие основы функционирования всей политичес­ кой системы общества.

Еще одну группу общественных отношений, включаемых в предмет конституционного права, составляют общественные отношения, свя­ занные с установлением допускаемых и охраняемых государством форм собственности, гарантий защиты прав собственников, способов хозяйственной деятельности, охраны труда, провозглашения опреде­ ленной системы обеспечения социальных потребностей членов обще­ ства в области образования, культуры, науки, охраны природы, здо­ ровья и т.п.

К следующей группе общественных отношений, входящих в пред­ мет конституционного права, как считает Е.И. Козлова, относятся об­ щественные отношения, которые определяют основы взаимоотноше­ ний человека с государством, т.е. главные принципы, характеризую­ щие положение человека в обществе и государстве, гражданство, а также основные неотъемлемые права, свободы и обязанности человека и гражданина.

  • См.: Лепешкин А. И. Указ. соч. С. 22—23.
Наконец, в предмет конституционного права Е.И. Козлова вклю­ чает широкую сферу отношений между Федерацией и ее субъектами, регулирование отношений, связанных с основными принципами сис­ темы органов государственной власти и системы органов местного самоуправления, а также регулирование сферы отношений, связанных с законодательными (представительными) органами государственной власти и органами местного самоуправления 1 .

По мнению В.А. Рыжова, конституционное право регулирует обще­ ственные отношения, которые образуют основу всего устройства об­ щества и государства и непосредственно связаны с осуществлением публичной, главным образом государственной, власти. «Это отноше­ние, — указывает он, — между человеком, обществом и государством и основополагающие отношения, определяющие устройство государ­ ства и его функционирование» 2 .

М.И. Кукушкин для определения предмета конституционного права предлагает следующие критерии, которые позволили бы отно­ сить к нему определенные общественные отношения: а) анализируе­мые отношения складываются в политической, экономической, соци­альной сферах, но не относятся к какой-то отдельной стороне соци­ альных связей; б) регулируются только те из отношений, которые со­ставляют основу, являются базовыми для указанных сфер; в) регули­руемые отношения должны обеспечивать целостность общества, его единую организационную структуру; г) общественные отношения должны составлять такую систему, в которой прослеживались бы формы и механизм осуществления принадлежащей российскому наро­ ду власти. Основываясь на этих критериях, он относит к предмету ре­ гулирования конституционного права: закрепление главных устоев ор­ ганизации государства и общества; регламентацию прав и свобод че­ ловека и гражданина; регулирование организации государственной власти, территориального устройства государства; закрепление формы и механизма осуществления государственной власти, а также основы организации местного самоуправления.

Таким образом, с точки зрения М.И. Кукушкина, в предмет регули­ рования конституционного права входят: отношения, связанные с ус­ тановлением основ организации государства и гражданского общества, чем обеспечиваются единство общества и характер его государствен­ ной организации; основы правового статуса человека и гражданина в этом обществе; формы и механизм осуществления государственной власти 1 .

  • 1 См.: Козлова Е.И.,КутафинО.Е. Конституционное право России. М., 1998. С. 6—9.
  • 2 Конституционное (государственное) право зарубежных стран. Общая часть. М., 1999. С. 3-4.

А.Е. Козлов полагал, что предметом конституционного права явля­ется особый срез общественных отношений, имеющихся во всех сфе­ рах общества: политической, экономической, социальной и духовной. Это фактические отношения по поводу: а) устройства государства и организации государственной власти; б) гражданской свободы (отно­ шения между человеком и государством).

«В принципе, — указывал он, — в конституционном праве ни в какой форме не закрепляются руководство государства обществом. Об­ щество независимо от государства и стоит над ним. Взаимоотношения между обществом и государством должны строиться на признании сво­ боды человека и институтов гражданского общества» 2 .

Регулирование устройства государства и организации государст­ венной власти осуществляется путем установления основополагающих положений, принципов, выражающих качественную характеристику государства: народовластие, государственный суверенитет, разделение властей, форма правления, форма государственно-территориального устройства, определение субъектов государственной власти и способов ее реализации.

М.В. Баглай придерживается точки зрения, согласно которой пред­мет конституционного права охватывает две основные сферы общест­ венных отношений: а) охраны прав и свобод человека (отношения между человеком и государством); б) устройства государства и государ­ ственной власти (властеотношения) 3 .

Отношения, складывающиеся в сфере охраны прав и свобод чело­ века, регламентируются нормами основополагающего характера, из которых складывается правовой статус человека, его основные права и свободы. «Некоторые российские ученые полагают, что предметом конституционного права, — замечает М.В. Баглай, — являются «отно­ шения человека с обществом», «закрепление основ общественного строя», установление «принципов гражданского общества». Эти под­ходы являются скорее данью традиции со времен, когда в условиях тоталитаризма признавалось государственное руководство обществом. Но в подлинно гражданском обществе, которое сейчас складывается в России, это становится невозможным: гражданское общество незави­ симо от государства и стоит над ним, оно строится на признании свободы и инициативы человека и объединений людей как в политичес­ кой, так и в экономической областях. Право регулирует только неболь­шую часть общественных отношений, в то время как большая их часть является предметом саморегулирования на основе морали и общест­ венной самоорганизации» 1 .

  • 1 См.: Конституционное право Российской Федерации. Екатеринбург, 1995. С. 15—
  • 2 Конституционное право. М., 1996. С. 1—2.
  • 3 См.: Баглай М.В. Конституционное право Российской Федерации. М., 1999. С. 5.

Характеризуя вторую сферу общественных отношений, охватывае­ мых предметом конституционного права, М.В. Баглай отмечает, что устройство государственной власти предполагает не только учрежде­ ние органов государственной власти и управления, но и регламента­ цию широкого круга отношений между ними. «Конституционное право составляет исходную точку развития властно-правовых процес­ сов, оно призвано и может стать основой для сложного и целенаправ­ ленного взаимодействия всех государственных органов, но при отсут­ствии внутреннего единства способно породить разлад в их действиях, конституционные кризисы и хаос в государственной жизни. Эта сис­темообразующая функция конституционного права требует от него четкого закрепления объема полномочий, задач и статуса органов за­ конодательной, исполнительной и судебной власти, а также органов местного самоуправления, порядка их образования, компетенции, форм деятельности и т.д.» 2

По мнению В.Г. Стрекозова, предметом государственного (консти­ туционного) права являются общественные отношения, возникающие в связи с закреплением и регулированием:

  • •  основ конституционного строя Российской Федерации, сувере­ нитета народа и форм его осуществления, принципов государственно­ го устройства и разделения властей, социального и светского характера государства, идеологического многообразия, верховенства конститу­ ции в государстве;
  • •  взаимоотношений между государством и личностью, правовых основ статуса российских граждан, лиц без гражданства и иностранных граждан, находящихся на территории Российской Федерации, прав и свобод человека и гражданина и гарантий их реализации;
  • •  федеративного устройства России, состава и компетенции ее субъектов, исключительной компетенции Федерации и предмета со­вместного ведения Федерации и субъектов, верховенства федератив­ных законов над правовыми актами субъектов и т.д.;
  • •  организации и функционирования системы высших органов Российской Федерации: Президента, Федерального Собрания, Правительства, органов судебной власти, а также местного самоуправ­ ления 1 .

1 Баглай М.В. Указ. соч.. С. 6.

2 Там же. С. 8.

Е.И. Колюшин полагает, что предмет конституционного права состав­ ляют три основные группы общественных отношений, возникающие:

  • а) при установлении основ общественного строя;
  • б) при установлении и регулировании конституционно-правового статуса гражданина в России;
  • в) при установлении и регулировании организации и деятельности государства и государственной власти.

По его мнению, исключение из предмета конституционного права отношений, возникающих при установлении основ общественного строя, обедняет предмет конституционного права, не соответствует по­ зитивному конституционному праву России 2 .

Е.М. Ковешников указывает, что предмет конституционного права составляют общественные отношения, определяющие основы консти­туционного строя, форму государственного устройства, основы право­вого статуса личности, систему государственной власти, организацию местного самоуправления 3 .

Ю.А. Дмитриев и И.В. Мухачев характеризуют предмет конститу­ ционного права как совокупность общественных отношений:

  • определяющих основы конституционного строя (основы госу­ дарственного и общественного строя, закрепленные в качестве тако­ вых положениями Конституции РФ, конституциями (уставами) субъ­ ектов Российской Федерации) и политико-территориального устрой­ ства страны;
  • возникающих в процессе реализации многонациональным наро­дом России (населением субъектов Федерации) государственной влас­ ти (в формах представительной и непосредственной демократии), а также создания и функционирования образуемых в этих целях выбор­ ных органов государственной власти;
  • определяющих основы правового статуса человека и гражданина, а также содержание процесса реализации политических прав и свобод граждан 4 .

1 См.: СтрекозовВ.Г., КазанчевЮ.Д. Государственное (конституционное) право Рос­ сийской Федерации. М., 1995. С. 6—7.

2 См.: Колюшин Е.И. Конституционное (государственное) право России. М., 1999. С. 6-7.

3 См.: Ковешников Е.М. Конституционное право Российской Федерации. М., 1998. С. 1.

4 См.: Дмитриев Ю.А., Мухачев И. В. Понятие, предмет и метод конституционного права Российской Федерации — от исторических истоков к современности. М., 1998. С. 23-24.

Анализируя различные точки зрения, высказанные относительно предмета конституционного права, следует сказать, что все они в той или иной мере вносят позитивный вклад в исследование рассматриваемой проблемы. Однако ни с одной из них полностью согласиться нельзя.

Как неоднократно отмечалось в юридической литературе, особен­ность конституционно-правового регулирования общественных отно­ шений состоит в том, что в одних сферах жизни общества конституци­ онное право непосредственно и в полном объеме регулирует общест­венные отношения, а в других — лишь основополагающие, т.е. такие, которые предопределяют содержание остальных отношений в этих сферах 1 . В результате предмет конституционного права складывается из двух групп общественных отношений.

Преобладающая часть первой группы представлена общественны­ ми отношениями, складывающимися в областях, составляющих ос­ новные элементы государства, которыми, как известно, являются на­ селение, территория и власть.

Под населением государства понимается совокупность людей, жи­вущих на его территории. Все лица, находящиеся на государственной территории, подчиняются государственной власти и состоят с ней в юридических отношениях. Но из всех живущих в пределах государства выделяются лица, составляющие подавляющее большинство и состо­ ящие с государством в наиболее тесных отношениях. Эти лица назы­ ваются гражданами государства.

В Законе РФ «О гражданстве Российской Федерации» гражданство определяется как устойчивая правовая связь человека с государством, выражающаяся в совокупности их взаимных прав, обязанностей и от­ветственности, основанная на признании и уважении достоинства, ос­ новных прав и свобод человека. Таким образом, лицо является гражда­ нином государства вследствие существующих между ним и государст­ вом особых связей, составляющих содержание гражданства. Они осно­ ваны на юридическом оформлении отношений гражданства.

Государство устанавливает основания, по которым то или иное лицо признается его гражданином, основания приобретения и прекра­ щения гражданства, порядок решения этих вопросов. Гражданство каждого человека юридически оформляется документами, подтверж­ дающими его гражданство.

Обладание гражданством — предпосылка полного распростране­ ния на данное лицо всех прав и свобод, признаваемых законом. Поэтому гражданство выступает основой правового статуса личности. А поскольку отношения, связанные с гражданством, являются предме­ том правового регулирования исключительно конституционного права, в состав предмета этой отрасли права входят базовые, осново­полагающие в области правового статуса личности отношения.

  • 1 См.: Уманскии Я.Н. Советское государственное право. М., 1970. С. 5; Козлова ЕЖ, Кутафин О.Е. Указ. соч. С. 6.

В конституционном праве обычно употребляется понятие «терри­ тория» применительно к внутреннему устройству 1 . Территория каждо­го государства делится на части, определяющие его внутреннюю струк­туру, территориальное устройство. В рамках территориального устрой­ ства складываются система территориальных единиц, на которые де­ лится государство, система государственных связей между государст­вом и этими территориальными единицами, характер которых зависит от правового статуса как государства в целом, так и каждой из его территориальных единиц.

Подобного рода устройство территории государства принято назы­ вать государственным 2 .

Все общественные отношения, складывающиеся в сфере госу­ дарственного устройства, служат предметом правового регулирования исключительно конституционного права. Являясь системообразую­ щими, обеспечивающими целостность государства, его единство как организованной и функционирующей структуры, эти обществен­ ные отношения также имеют базовый, основополагающий характер и представляют неотъемлемую часть предмета конституционного права.

Как известно, основной признак государственной организации об­ щества — наличие государственной власти. Согласно Конституции РФ народ осуществляет свою власть как непосредственно, так и через ор­ ганы государственной власти и органы местного самоуправления.

  • 1 Подробнее о различных аспектах понятия «территория» см.: Бабурин С.Н. Террито­ рия государства. Правовые и геополитические проблемы. М., 1997.
  • 2 В отечественном конституционном праве институт, связанный с территориальной организацией государства, получил свое название «государственное устройство» только в советский период, после принятия Конституции СССР 1936 г., в которой содержалась специальная глава, посвященная этим вопросам. Например, известный дореволюцион­ ный российский государствовед Н.М. Коркунов в своем пособии к лекциям «Российское государственное право» вопросы территориального устройства России излагал в главе «Государственное единство», а в главе, носившей наименование «Государственное уст­ ройство», рассматривались вопросы самодержавия и законности (см.: Коркунов Н.М. Русское государственное право. Т. 1. СПб., 1892.). После принятия Конституции СССР 1977 г., в которой раздел о территориальной организации Союза ССР именовался «Наци­ онально-государственное устройство», аналогично был назван и соответствующий ин­ ститут конституционного права. В последнее время и в законодательстве, и в учебной литературе снова используется термин «государственное устройство».

Государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судеб­ ную. Ее реализуют Президент, Федеральное Собрание, Правительство, суды Российской Федерации, а также органы государственной власти, образуемые в субъектах РФ.

При этом к предмету конституционного права относятся только те общественные отношения, которые возникают в процессе осуществле­ ния государственной власти Президентом РФ, законодательными (представительными) органами государственной власти Федерации и ее субъектов, а также непосредственно народом при проведении рефе­ рендумов и свободных выборов. Именно эти отношения образуют фундамент отрасли государственной власти, являются базовыми, ос­ новополагающими для этой сложной системы.

Таким образом, важнейшей составной частью предмета конститу­ционного права выступает группа общественных отношений, склады­вающихся в процессе воплощения в жизнь основных признаков госу­ дарственной организации общества и лежащих в ее основе. Специфика этих отношений состоит в том, что они являются обязательным атри­ бутом предмета конституционного права.

Другую группу общественных отношений, составляющих предмет конституционного права, образуют отношения, имеющие основопола­ гающее значение для тех сфер, в которых они складываются. Их осо­бенность состоит в том, что они могут складываться во всех сферах жизни нашего общества и государства. Однако ими охватывается не весь комплекс общественных отношений в соответствующей сфере, а только те из них, которые являются базовыми для всех других отноше­ ний в этой сфере и предопределяют содержание всех остальных отно­ шений в этой сфере.

Данные отношения не являются обязательным атрибутом предмета конституционного права. Они становятся элементом предмета консти­туционного права только тогда, когда в этом заинтересовано государ­ство, что выражается в соответствующих нормах права, содержащихся в таких основополагающих актах, как конституция, или других актах, имеющих учредительный характер.

Это, разумеется, не означает, что среди подобного рода отношений нельзя выделить такие, которые наиболее характерны для предмета конституционного права. К их числу относятся, например, отноше­ ния, определяющие основы правового статуса человека и гражданина, систему государственной власти и т.д. Однако их принадлежность Ку предмету конституционного права может быть установлена только го­ сударством.

Иными словами, предмет конституционного права любого государ­ ства не может быть раз и навсегда данным. Он зависит от содержания конституции или других основополагающих документов, действующих в государстве на данном этапе его развития. Таким образом, ведущаяся уже много лет дискуссия об объеме отношений, образующих предмет конституционного права, лишена оснований, ибо их объем зависит не от выявления тех или иных особенностей отношений, составляющих предмет конституционного права, а, как уже говорилось, от воли госу­ дарства, придающего этим отношениям основополагающий характер.

Говоря о рассматриваемой части общественных отношений, явля­ющихся компонентом предмета конституционного права современной России, следует отметить, что в их число входят отношения, опреде­ ляющие основы конституционного строя России, основы правового статуса человека и гражданина, основные принципы системы органов исполнительной и судебной власти, а также органов местного самоуп­ равления.

Отношения, определяющие основы конституционного строя, вы­ ражают, в первую очередь, качественную характеристику государства: суверенитет, форма правления, форма государственного устройства, субъектов государственной власти и способы ее реализации, состав­ляющие основы функционирования политической системы общества, а также основы экономической системы, включающие установление государством допускаемых и охраняемых им форм собственности и гарантий ее защиты, способов хозяйственной деятельности, охраны труда, провозглашение определенной системы обеспечения социаль­ ных потребностей членов общества в различных областях жизни. Дан­ ные общественные отношения являются определяющими для всех дру­ гих общественных отношений, связанных с устройством общества и государства.

Отношения, определяющие основы правового статуса человека и гражданина, выражают главные принципы, характеризующие положе­ ние человека в обществе и государстве, а также основные права, сво­ боды и обязанности человека и гражданина. Именно эти отношения являются исходными для всех остальных общественных отношений, возникающих между людьми и определяющих положение человека в обществе и государстве.

Отношения, касающиеся основных принципов системы органов исполнительной и судебной власти, а также органов местного самоуп­равления, определяют виды органов исполнительной и судебной влас­ти, правовой статус этих органов, порядок их образования, компетен­ цию, формы деятельности, издаваемые ими акты, систему органов местного самоуправления. Эти отношения являются определяющими для обеспечения управления обществом, основанного на четкой согла­сованности всех организационных структур, участвующих в реализа­ ции властных функций по управлению обществом.

Рассматривая содержание предмета конституционного права, нель­зя не остановиться на той позиции, которую по этому вопросу занима­ ет М.В. Баглай. Вероятно, будучи убежденным сторонником «отмира­ния государства», только на этот раз в условиях построения не комму­ низма, а демократического общества, он полагает, что право должно регулировать только небольшую часть общественных отношений, «в то время как большая их часть является предметом саморегуляции на ос­ нове морали и общественной самоорганизации» 1 .

«Через права свободного человека, — пишет М.В. Баглай, — скла­ дывается определенный общественный порядок: формы собственнос­ ти, организация экономики, политическая система, социальные отно­ шения и т.д. Демократическое государство не может устанавливать со­ циалистический или капиталистический общественный строй, т.е. поддаваться тому или иному идеологическому давлению, поскольку в любом случае это будет навязыванием желания одной части населения другой» 2 .

Основываясь на этих суждениях при исследовании предмета кон­ституционного права, М.В. Баглай рассматривает отнесение некото­ рыми российскими учеными к предмету конституционного права «от­ ношений человека с обществом», «закрепление основ общественного строя», «установление принципов гражданского общества» как дань традиции со времен, «когда в условиях тоталитаризма признавалось государственное руководство обществом» 3 . В подкрепление своей по­зиции он ссылается на страны, где действуют старые конституционные акты (США, Великобритания и др.), в которых на «основы обществен­ ного строя» нет и намека.

Однако не имея возможности игнорировать тот факт, что в мире есть и другие страны, далеко не тоталитарные, в текстах основных за­ конов которых имеются разделы об «экономическом строе», «социаль­но-этических отношениях» и т.д., М.В. Баглай делает вывод о том, что такого рода положения сводятся только к определению экономических и социальных функций государства и, следовательно, являются не чем иным, как все той же сферой взаимоотношений человека и государства с безусловным приоритетом свободы человека и установлением преде­ лов обязанностей государства. При этом, понимая, что подобный «двойной стандарт» выглядит не очень убедительно, он сетует на то, что все эти неугодные ему положения конституций «принимались после Второй мировой войны и под сильным нажимом левых сил (Франция, Италия, Португалия и др.)» 1 .

  • 1 См.: Баглай М.В. Указ. соч. С. 6.
  • 2 Там же.
  • 3 Там же.

Не подтверждает позицию М.В. Баглая и анализ действующей Конституции РФ. В ней нет специального раздела об основах обще­ ственного строя России, однако имеются, например, многие статьи, позволяющие говорить о том, что она закрепляет экономические и социальные основы конституционного строя Российской Федерации. Объясняя этот факт, М.В. Баглай указывает: «В нынешний переход­ный период гражданское общество в России еще не утвердилось, и у населения нет навыков свободы в ее взаимосвязи с дисциплиной, поэтому необходима большая регулирующая роль государства в об­ ществе. Но со временем, когда негативные антиобщественные явле­ ния будут преодолены и общество трансформируется в подлинно гражданское, роль государства будет коренным образом меняться в сторону ее снижения, правовое регулирование в ряде сфер общест­венной жизни уступит место саморегулированию и инициативе сво­ бодных людей» 2 .

Трудно сказать, что последует в России после завершения переход­ ного периода, однако несомненно, что закрепление в Конституции экономических или социальных основ, и даже основ общественного строя, не является признаком тоталитаризма, а лишь свидетельствует о том значении, которое государство придает соответствующим вопро­сам, и складывающиеся в этой сфере отношения могут быть составной частью предмета конституционного права.

*

К числу проблемных относится вопрос не только о содержании предмета конституционного права, но и о наименовании рассматри­ ваемой отрасли права 3 .

Как уже отмечалось, в дореволюционной России она имела назва­ние «государственное право», заимствованное из Германии ( Staats - rechts ), хотя уже тогда некоторые исследователи использовали в своих

  • 1 Баглай М.В. Указ. соч. С. 7.
  • 2 Там же. С. 8.
  • См.: Белкин А.А. Наименование отрасли: государственное и конституционное право// Правоведение. 1997. № 4. С. 141—145.

В период становления советского права данная отрасль приобре­ тает устойчивое наименование «государственное право». Однако Е.Б. Пашуканис считал, что «государственное право вообще стано­ вится предметом юридической разработки как конституционное право...» 4

После принятия Конституции СССР 1936 г. И.П. Трайнин внес компромиссное предложение именовать государственное право «кон­ ституционным (государственным) правом». «Государственное право, по содержанию охватывающее круг вопросов, относящихся к принци­пиальным вопросам Конституции, должно быть названо конституци­онным правом. Чтобы не получилось представления о том, что снима­ ется вопрос о государственном праве (в его социалистическом пони­ мании), мы считали бы целесообразным назвать это право: конститу­ ционное (государственное) право» 5 .

Особую остроту дискуссия по вопросу о наименовании отрасли приобрела в 60-е гг. «Не случайно все советские учебники по государ­ ственному праву по содержанию соответствуют Конституции СССР, — указывал В.Ф. Коток. — В каждом из них мы находим главы, посвя­ щенные общественному устройству, государственному устройству, ор­ ганизации и принципам деятельности органов государства, основным правам и обязанностям граждан, избирательной системе. Поэтому в советской специальной литературе государственное право нередко именуется и конституционным правом» 6 . Развивая эту мысль, он ис­ ходил из того, что наименование «государственное право» не отражает специфики отрасли, потому что любая правовая норма, к какой бы отрасли права она ни относилась, устанавливается государством, и в этом смысле каждое нормативное предписание государственного ор­ гана может быть отнесено к государственному праву. Переименование государственного права в конституционное дало бы, по его мнению, возможность лучше выявить специфику предмета государственного права 1 .

  • 1 См., напр.: Ковалевский М.М. Общее конституционное право. СПб., 1908; Гес- сен В.М. Основы конституционного права. Пг., 1917.
  • 2 См.: Ковалевский М.М. Указ. соч. С. 3—6.
  • 3 См.: Лазаревский Н.И. Русское государственное право. 3-е изд. Т. 1. СПб., 1913.
  • 4 Пашуканис Е.Б. Избранные произведения по общей теории права и государства. М, 1980. С. 102.
  • 5 Трайнин И.П. Указ. соч. С. 44.
  • 6 Коток В.Ф. Указ. соч. С. 59.

Аналогичной позиции придерживался и СМ. Равин, считавший, что государственное право является конституционным как по предме­ ту регулируемых им общественных отношений, так и по присущему ему методу регулирования этих отношений. Он полагал, что название «конституционное право» значительно более точно отражает данное понятие, чем название «государственное право», которое равнозначно понятию «право государства» и, строго говоря, применимо к любой отрасли права. «Следует поэтому, на наш взгляд, придерживаться на­ звания «конституционное право» 2 .

Поддерживая позицию сторонников конституционного права, В.А. Рянжин утверждал, что термин «государственное право», несмот­ ря на его широкую распространенность, неприемлем по следующим причинам. Во-первых, широкие круги населения, не знакомые с проб­ лемой деления права на отрасли, отождествляют «государственное право» со всем внутригосударственным (в отличие от международно­ го) правом. Лишь специалисты знают, что «государственное право» — только одна из отраслей внутригосударственного права. Во-вторых, термин «государственное право» не раскрывает сущности и специфики рассматриваемой отрасли права даже в том понимании, которое свой­ ственно сторонникам этого термина. «Конечно, этот термин имел бы право на существование, если бы данная отрасль права монопольно, исчерпывающе и исключительно регулировала общественные отноше­ния, связанные с организацией государства. Но это не так. Отношения, связанные с организацией государства, регулируют и такие отрасли права, как административное и судоустройственное. Кроме того, функция «государственного права» далеко не сводится к регулирова­ нию общественных отношений, связанных только с организацией го­ сударства» 3 .

Сторонником конституционного права был и И.Е. Фарбер. Он по­ лагал, что по предмету регулирования, по своим основным принци­ пам, по характеру источников государственное право, несомненно, яв­ ляется конституционным правом. «Конечно, вопрос о наименовании отрасли права (и науки) есть вопрос в значительной мере терминоло­гический. Старое или новое название вообще ничего не решает, а для специалистов такая смена наименования вряд ли что изменит в пони­ мании специфики предмета регулирования или объема науки. Но, кроме специалистов-юристов, есть широкие слои населения, для ко­ торых название отрасли права и науки есть первый шаг к пониманию их сути. А знать эту суть должны, конечно, далеко не одни юристы. Исходя из этого, нам представляется, что наименование «конституци­ онное право» лучше отражает и предмет, и принципы, и источники государственного права, отмежевывая в массовом правосознании дан­ ную отрасль от административного, гражданского, уголовного, колхоз­ ного и других отраслей права... Думается, что распространение и про­ паганда нового наименования отрасли права — конституционное право — должны выполнить доброе дело: поднять еще выше в массо­ вом сознании авторитет советского конституционного законодатель­ ства, вызвать стремление к его глубокому изучению» 1 .

  • См.: Конституционное право социалистических стран. М., 1963. С. 51.
  • 2 Равин СМ. Указ. соч. С. 4-7.
  • 3 Советское конституционное право. Л., 1975. С. 4—5.

Предложение о замене государственного права конституционным вызвало возражения многих ученых-государствоведов 2 . Противники этой идеи полагали, что дискуссия носит не терминологический харак­ тер, а связана с концепцией, касающейся понятия, содержания и объе­ ма предмета государственного права и дающей неправильное представ­ ление о сущности предмета правового регулирования данной отрасли права, исторически сложившейся именно как государственное право и имеющей свои традиции в обществе.

«Каждое название отрасли права, — указывал А.И. Лепешкин, — отражает определенное ее содержание, специфику тех правовых норм, которые объединяются по предмету правового регулирования в от­расль права под определенным общим наименованием. Следователь­ но, само название той или иной отрасли права не есть случайное, без­ различное, второстепенное по отношению к ее содержанию, а является как бы формой выражения специфического содержания совокупности норм, объединяемых данной отраслью права, исторически сложив­ шейся в процессе становления и развития социалистической системы права. Именно поэтому, на наш взгляд, в советском обществе исторически сложилось не конституционное, а государственное право, кото­ рое, отражая специфику предмета правового регулирования опреде­ ленной области общественных отношений, вошло в систему социалис­ тического права как ее составная часть. Отсюда вытекает, что нельзя считать спор о замене названия отрасли права другим названием чисто терминологическим спором. По существу это есть спор о характере и содержании правового регулирования, осуществляемого нормами дан­ ной отрасли социалистического права» 1 .

  • 1 Фарбер И.Е., Ржевский В.А. Вопросы теории советского конституционного права. Саратов, 1967. С. 8; См.также: Фарбер И.Е. Проблемы предмета государственного права // Проблемы конституционного права. Саратов, 1986. С. 13—14.
  • 2 См.: Махненко А.Х. О предмете и понятии социалистического государственного права // Сов. государство и право. 1963. № 12. С. 55; Лепешкин А.И., Махненко А.Х, Щетинин Б.В. О понятии, предмете и источниках государственного права // Правоведе­ ние. 1965. № \; Лепешкин AM . Соотношение государственного права и норм Советской конституции // Сов. государство и.право. 1971. № 2.

Возражая сторонникам переименования государственного права в конституционное, считавшим, что любая правовая норма, к какой бы отрасли права она ни относилась, устанавливается государством, и в этом смысле каждое нормативное предписание государственных орга­ нов может быть отнесено к государственному праву, А.И. Лепешкин утверждал, что группировка правовых норм в отрасли права осущест­ вляется не по субъектам, их издающим, а главным образом по предмету правового регулирования и правовые нормы, независимо от того, кем и в какой форме они изданы, группируются по отдельным отраслям права, по особенностям характера той области общественных отноше­ ний, которую они призваны регулировать. Поэтому, по его мнению, отрасль социалистического права есть особая совокупность норм, ре­ гулирующих определенные, реально существующие в обществе специ­ фические отношения, независимо от того, кем и в какой правовой форме они изданы, и советское государственное право как отрасль социалистического права называется так не потому, что его нормы из­даны государством или его органами от имени государства, а потому, что они регулируют специфический круг общественных отношений, возникающих в сфере осуществления государственной власти в опре­ деленных правовых формах ее деятельности, а также в сфере государ­ ственного устройства, установления и закрепления основ правового статуса советских граждан.

А.И. Лепешкин не считал убедительным основанием для переиме­ нования государственного права в конституционное и довод о том, что государственное право обладает конституционным характером и по характеру источников является конституционным, поскольку предмет любой отрасли права, в том числе и государственного права, опреде­ ляется не источниками, а сферой правового регулирования, т.е. специ­фикой того круга общественных отношений, которые регулируются нормами данной отрасли права, и конституция является основным источником не только для государственного права, но и для всех других отраслей права. В силу этого, с точки зрения А.И. Лепешкина, поло­ жение о том, что государственное право обладает конституционным характером и оно по характеру источников является конституцион­ ным, с полным основанием можно отнести и к другим отраслям права.

  • 1 Лепешкин А.И. Соотношение государственного права и норм Советской конститу­ ции//Сов. государство и право. 1971. №2. С. 102—103.

Отмечая, что сторонники переименования государственного права в конституционное указывают на то, что для понимания широкими слоями населения сути науки государственного права необходимо переименовать его в конституционное, ибо конституционное право поднимает еще выше в массовом сознании авторитет конституционно­ го законодательства и вызывает стремление к его более глубокому изу­ чению, А.И. Лепешкин указывал, что для понимания широкими сло­ ями населения сути науки государственного права вовсе не обязатель­ но переименовывать его в конституционное, поскольку, напротив, из­ менение уже сложившегося научного наименования такого предмета, как государственное право, могло бы внести путаницу в понятие сути этой науки и ее отдельных принципов.

Наконец, А.И. Лепешкин выражал несогласие с отождествлением сторонниками переименования государственного права в конституци­онное государственно-правовых отношений с конституционными, по­ лагая, что они различаются по содержанию, по объему и по другим признакам 1 .

В процессе дискуссии о переименовании отрасли государственного права в конституционное ни одной из сторон не удалось доказать свою правоту, хотя многие из приведенных ими аргументов представляют интерес. И это неудивительно. Во-первых, речь практически не шла о разнице в объеме предмета этой отрасли или ее содержании, и в конеч­ ном счете спор получил терминологический характер. Во-вторых, он и не мог закончиться чьей-либо победой, поскольку предмет отрасли по своему содержанию действительно носит скорее конституционно-го­ сударственный характер, чем просто конституционный или просто го­ сударственный. Поэтому, видимо, правы были те участники дискус­ сии, которые предлагали назвать отрасль конституционным (государ­ ственным) правом.

Нельзя не упомянуть еще об одной точке зрения, высказанной уже в постсоветский период. В частности, Н.А. Богданова полагает, что современная тенденция расширения предмета государственно-право­вого регулирования за счет включения в него отношений, связанных с различными аспектами устройства и функционирования гражданского общества, направленных на ограждение его от вмешательства государ­ ства, является доводом в пользу наименования соответствующих науки и отрасли конституционным правом. При этом, по мнению НА. Бог­дановой, расширяются границы его регулирования и изучения, кото­ рые выходят за рамки традиционного предмета государственного права, смещаются акценты в понимании роли государства во взаимо­отношениях «государство — общество — человек», исходным и важ­нейшим ориентиром признается человек, его права и свободы, а обще­ство рассматривается как основное посредующее звено между челове­ ком и государством.

  • 1 См.: Лепешкин А.И. Соотношение государственного права и норм Советской кон­ституции. С. 103—104.

Важное значение, считает Н.А. Богданова, в выборе наименования отрасли и науки имеет качественная оценка основных черт устройства общества и государства, закрепленных в нормах Конституции. Кон­ституционное право, с ее точки зрения, складывается и укрепляется в государстве, для которого характерны широкий круг провозглашенных и гарантированных прав и свобод человека, реальное народное пред­ ставительство и прямое осуществление народовластия, проведение принципа разделения властей. «На наш взгляд, лишь оценочный под­ ход позволяет отразить в названии отрасли и науки не только формаль­ ную, но и содержательную стороны предмета регулирования и иссле­ дования. Развитое конституционное право возможно лишь в консти­ туционном государстве, являющемся реальным воплощением государ­ ства правового. Таким образом, качественные признаки демократичес­кого государства определяют название отрасли, занимающей ведущее место в его правовой системе, а конституционное право представляет собой особый качественный этап в развитии государственного права» 1 .

Еще одним аргументом в выборе названия рассматриваемой отрас­ ли Н.А. Богданова называет формальное и фактическое определение приоритета во взаимосвязи государства и права. «Если первенствую­ щая роль признается за государством, — утверждает она, — соответст­вующая отрасль не может быть ничем иным, как только государствен­ ным правом. Нормативное закрепление идеи правового государства, подчинение государства праву, верховенство конституции и закона, последовательное обеспечение этих юридических провозглашений от­ражается в наименовании отрасли — «конституционное право» 2 .

Соображения, высказанные Н.А. Богдановой по поводу спора о названии упомянутой отрасли, представляют определенный теоретический интерес, хотя они лишены всякого практического значения. В самом деле, если нормативное закрепление идеи правового государ­ ства, подчинение государства праву, верховенство конституции и зако­ на, последовательное обеспечение этих юридических провозглашений должно непременно отразиться в наименовании отрасли, которая при этих условиях должна именоваться «конституционное право», то поче­ му в Германии, которая отвечает таким условиям, соответствующая отрасль продолжает именоваться «государственное право»? Ведь нель­ зя же всерьез считать, как это делают некоторые авторы, будто это объясняется тем, что Германия не знает такого понятия, как «консти­туция», поскольку аналогичный нормативно-правовой акт ФРГ носит название Основного закона 1 .

  • 1 Богданова Н.А. К новой концепции преподавания конституционного права // Го­ сударство и право. 1994. № 7. С. 12—13.
  • 2 Там же. С. 13-14.

И наоборот, зачем затевать разговор о переименовании этой отрас­ ли в России, если, по словам самой же Н.А. Богдановой, сегодня на­звание ведущей правовой отрасли — «российское конституционное право» — является в определенной степени условным, что объясняется незавершенностью конституционной реформы, а именно: сложностью воплощения в государственную практику демократических начал, объ­ явленных на высшем правовом уровне — в Конституции РФ 2 ?

Думается, что Н.А. Богданова права в том, что в конечном счете «конкретное государство само определяет имя соответствующей отрас­ ли своего национального права, руководствуясь теоретическими и ис­ торическими, объективными и субъективными факторами» 3 . Видимо, именно этими факторами и руководствовался министр науки и техни­ ческой политики Российской Федерации, который своим приказом ввел в России новую научную специальность, заменив в ней «государ­ ственное право» на «конституционное право» 4 .

§ 2. Конституционно-правовые методы регулирования общественных отношений

Для выявления специфики конституционного права большое значение имеет не только определение его предмета, но и используемых методов правового регулирования общественных отношений, т.е. совокупности правовых приемов воздействия на общественные отношения, применяемых государственными органами при регулировании этих отно­ шений.

  • 1 См.: Дмитриев Ю.А., Мухачев И. В. Указ. соч. С. 25; Государственное право Герма­ нии. Т. 1.М., 1994.
  • 2 См.: Богданова Н.А. Указ. соч. С. 14.
  • 3 Там же.

В юридической литературе высказаны различные мнения относи­ тельно методов правового регулирования конституционно-правовых отношений. Так, М.Д. Шаргородский и О.С. Иоффе считали, что одной из особенностей метода государственно-правового регулирования яв­ ляется то, что «нормы государственного права большей частью не дета­ лизируют сформулированных в них положений, поскольку это должно быть сделано в других отраслях права, развивающихся на его основе» 1 .

По мнению СМ. Равина, с такой характеристикой метода государ­ственно-правового регулирования согласиться нельзя, независимо от того, имеются ли в виду государственно-правовые нормы, содержа­ щиеся в конституции, или иные нормы государственного права (по характеру аргументации М.Д. Шаргородский и О.С. Иоффе, очевид­ но, имели в виду только нормы конституции. — O . K .). СМ. Равин придерживался противоположной точки зрения — нормы государст­венного права в большинстве случаев содержат детальное изложение сформулированных в них положений, не более лаконично, чем нормы других отраслей права. Он полагал, что специфическим для государст­венного права является конституционный метод, или метод, имеющий конституционный характер, так как общественные отношения в сфере государственного права регулируются путем непосредственного при­ менения правил (норм) конституции и изданных в соответствии с ней конституционных актов, причем эти правила (нормы) опосредствуют все другие отрасли права, что выражает ведущую роль государственно­ го права в системе права 2 .

Б.В. Щетинин считал, что предложенный СМ. Равиным признак не раскрывает особенностей метода правового регулирования государ­ ственного права, поскольку конституционные нормы непосредствен­но применяются и в других отраслях права (например, в администра­ тивном и финансовом). Следовательно, данный признак нельзя счи­ тать специфической особенностью метода государственного права. Это, скорее, указание на его основной источник.

Сам же Б.В. Щетинин полагал, что в государственном праве ис­ пользуется главным образом нормоустановительный метод, который, однако, не является единственным. Здесь, по его мнению, могут при необходимости использоваться и некоторые другие методы (дозволения, предупредительного воздействия, регламентирования структуры и др.), применяемые в ряде других отраслей права.

  • 1 Шаргородский М.Д,., Иоффе О.С. О системе советского права // Сов. государство и право. 1957. №6. С. 107.
  • 2 См.: Равин СМ. Указ. соч. С. 5-6.

Б.В. Щетинин утверждал, что многие общественные отношения для их регулирования требуют реализации норм, относящихся к раз­личным отраслям права; в этом случае они являются комплексными и характеризуются различными методами правового регулирования. Специфика же метода правового регулирования состоит в том, что с его помощью регулируются не все отношения, возникающие в процес­ се осуществления народовластия, а только их основы 1 .

С точки зрения Я.Н. Уманского, для норм государственного права, регулирующих отношения, составляющие основу экономической и политической организации советского общества, характерен метод конституционного закрепления. Отличительной чертой этих норм яв­ляется то, что они не имеют юридических санкций. Вместе с тем он полагал, что по этому признаку не во всех случаях можно определить принадлежность данной нормы к отрасли государственного права, по­скольку нормы государственного права, направленные на регулирова­ ние других общественных отношений, складывающихся, например, в области организации и деятельности органов государственной власти, осуществления гражданами избирательных прав, а также прав и обя­ занностей депутатов и др., во многих случаях содержат соответствую­ щие санкции 2 .

Иную характеристику методу конституционного права дают Ю.А. Дмитриев и И.В. Мухачев. «Очевидно, — указывают они, — что в конституционном праве преобладает метод императивного регулиро­ вания, но с развитием отрасли в соответствии с общей тенденцией на демократизацию общественной жизни в ней все большую роль будет играть метод диспозитивный (координации). В советский период раз­ вития отечественной правовой науки сложилось представление о том, что конкретную отрасль права характеризуют специфический предмет и метод. По нашему мнению, в современных условиях это не совсем так. Что касается предмета, то его индивидуальная принадлежность конкретной отрасли права сомнения не вызывает, один и тот же метод характеризует несколько отраслей права. В частности, метод волевого воздействия в сочетании с отдельными элементами договора характерен для государственного (конституционного) права и иных отраслей публич­ ного права» 3 .

  • 1 См.: Щетинин Б.В. Проблемы теории советского государственного права. М., 1969. С. 11-12.
  • 2 См.: Уманский Я.Н. Советское государственное право. С. 6—7.
  • 3 Дмитриев Ю.А., Мухачев И.В. Указ. соч. С. 49.

На самом деле, думается, что любая отрасль права, включая консти­туционное право, на всех этапах развития права использовала следую­щие юридические возможности регулирующего воздействия на обще­ ственные отношения: предписание, запрет и дозволение.

Предписание, или, как его еще называют, позитивное обязыва- ние — это такой способ правового регулирования общественных отно­шений, который выражается в возложении соответствующей правовой нормой прямой юридической обязанности совершить определенное юридически значимое действие в условиях, предусмотренных данной нормой. Например, в ч. 2 ст. 92 Конституции РФ установлено, что Президент РФ прекращает исполнение полномочий досрочно в случае его отставки, стойкой неспособности по состоянию здоровья осущест­ влять принадлежащие ему полномочия или отстранения от должности. При этом выборы Президента РФ должны состояться не позднее трех месяцев с момента досрочного прекращения исполнения полномочий.

В предписаниях выражена преимущественно активно-действен­ ная, принудительно-обязывающая сторона правового регулирования, причем тем, кому адресовано предписание, вменяется в обязанность совершить то, что они, возможно, и не совершили или совершили бы в ином объеме.

Таким образом, юридическая характеристика предписаний выра­ жается в том, что они опосредуются правоотношениями, в которых на одну сторону возложена юридическая обязанность совершать актив­ ные действия, а другая сторона обладает правом требовать, а в случае неисполнения — возможностью обеспечить реальное исполнение юридической обязанности.

Предписание — средство правового регулирования, наиболее ха­ рактерное для административно-командного, авторитарного управле­ния. Однако это не означает, что предписания «при всей их несомнен­ной социальной значимости все же образуют тот слой правовой мате­ рии, который ближе, если можно так выразиться, к поверхности пра­ вовой системы, чем к ее глубинам, т.е. к тем ее участкам, где право не просто контактирует с государственной властью, а как бы перемешано с ней», что предписания «свойственны не столько праву, сколько дея­ тельности властвующих, т.е. государству...», могут «существовать неза­ висимо от юридического регулирования» и «в ряде случаев могут про­ являться помимо правовых норм», что даже когда они выступают в правовой форме, то «в силу своей природы должны быть по главным своим характеристикам отнесены «на счет» государства» 1 .

  • 1 Алексеев С.С. Теория права. М., 1995. С. 231-233.

§ 2. Конституционно-правовые методы регулирования общественных отношений 39

Отказ от административно-командного управления не означал и не может означать отказ от государства, его противопоставление праву, принятие государственной властью исключительно «глубинных» мето­ дов правового регулирования. Попытки некоторых авторов противо­ поставить государству человека, общество, право могут привести лишь к ослаблению государственной власти и ее деградации.

В конституционно-правовом регулировании общественных отно­шений метод предписания используется достаточно широко. Посред­ ством него провозглашается большинство норм конституционного права, относящихся прежде всего к организации и деятельности орга­ нов государственной власти. Речь идет о том, что на государственные органы и должностных лиц возлагаются обязанности действовать для достижения конкретных целей. Предписание может носить характер как общенормативной ориентации, когда утверждается положение об органах, устанавливаются или изменяются их задачи, полномочия и т.д., так и конкретных поручений совершить то или иное юридически значимое действие, например, выделить средства, принять решение, назначить или освободить от должности руководителя и др.

Другим видом правового предписания является запрет, имеющий, , однако, другое юридическое содержание. Смысл запрета состоит в том, что правовая норма возлагает на своих адресатов юридическую обязан­ ность воздержаться от совершения определенных юридически значи­ мых действий в условиях, которые предусмотрены соответствующей нормой. Например, в соответствии с Федеральным законом «Об ос­ новных гарантиях избирательных прав и права на участие в референ­ думе граждан Российской Федерации» (ст. 36) зарегистрированные кандидаты, замещающие согласно Федеральному закону «Об основах государственной службы Российской Федерации» государственные должности категории «А», не вправе использовать преимущества свое­ го должностного положения.

Юридические запреты являются важным и необходимым юриди­ческим средством охраны прав и законных интересов граждан, обще­ственных объединений, создания преград для социально вредного по­ ведения, обеспечения организованности в обществе. Значительная часть этих запретов связана с организационной деятельностью госу­дарства в различных сферах государственного управления и других сферах общественной жизни. Вместе с тем имеются и такие запреты, которые фактически являются нормами морали, переведенными на юридический язык и обеспеченными юридической санкцией. Они обычно затрагивают личные взаимоотношения граждан, неприкосно­ венность личности. Такой запрет содержит, например, ст. 21 Конституции РФ, согласно которой никто «не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоин­ ство обращению или наказанию».

Запрет в праве — это особого рода юридическая обязанность, вы­ ражающаяся в требовании воздержаться от совершения определенного рода действий, т.е. обязанность пассивного содержания. И как всякая юридическая обязанность, запрет характеризуется однозначностью, категоричностью, непререкаемостью. Вместе с тем специфика содер­ жания запретов, выражающаяся в пассивном характере поведения (бездействии), определяет особенности механизма их реализации, вы­ражающиеся в юридическом опосредовании в запрещающих нормах, их реализацию в форме соблюдения, их гарантирование (чаще всего посредством юридической ответственности). Причем введение юриди­ ческих санкций за то или иное поведение может быть способом уста­ новления юридического запрета.

Поскольку юридические запреты выражаются в обязанности воз­ держиваться от совершения определенных действий, они играют фик­ сирующую роль и призваны обеспечить незыблемость существующих порядков и отношений.

Излишнее использование юридических запретов в той или иной отрасли права или в праве в целом может придать ему запретительно- ограничительные черты, особенно характерные для правовых систем тоталитарных государств.

Запретительные нормы в конституционном праве встречаются до­ статочно часто. К их числу относятся многие нормы, содержащиеся в гл. 2 Конституции РФ, посвященной правам и свободам человека и гражданина (ст. 17, 21, 29, 30, 34, 35, 40, 47, 50, 51, 54). Запретительный смысл можно обнаружить и в ряде других конституционных норм (ст. 3, 6, 13-16, 74, 76, 79, 81, 90, 92, 97, 98, 109, 118, 122, 123, 133), а также во многих иных государственно-правовых нормах. Эти нормы очерчивают зону возможного неправомерного поведения, обеспечивая тем самым защиту публичных интересов, т.е. интересов людей, обще­ ства и государства.

Юридическое дозволение представляет собой юридическое разре­шение совершить те или иные юридически значимые действия в усло­виях, предусмотренных соответствующей нормой, либо воздержаться от их совершения по своему усмотрению. Дозволение является субъ­ ективным юридическим правом и как всякому субъективному юриди­ческому праву ему свойственны усмотрение и мера юридических воз­ можностей. При этом речь идет не просто о мере возможного поведе­ния, а о такой мере поведения, которая обеспечивает возможность выбрать вариант собственного поведения, проявить активность, реализо­ вать свой интерес.

Дозволения приобретают правовой характер и становятся юриди­ ческими дозволениями, когда они выражены в правовых нормах. Именно посредством правовых норм очерчивается их содержание, ус­танавливаются границы, отделяющие юридическое дозволение от про­ извольных действий. Однако и в этом случае дозволение является самой общей юридической формой, поскольку свидетельствует лишь о разрешенности, допустимости соответствующего поведения, диапа­ зон содержания которого достаточно широк: от допущения такого по­ведения (в смысле его ненаказуемости) до одобрения и даже поощре­ ния в силу признания его высокой социальной значимости.

Конституционному праву известен и метод дозволения, применяе­мый, например, при определении полномочий государственных орга­ нов. Строгая связанность субъектов конституционного права закона­ ми, очерчивающими сферу их деятельности, позволяет им действовать по своему усмотрению в пределах предоставленных им полномочий на выполнение возложенных на них функций. Это означает, что к субъ­ ектам конституционного права неприменим принцип «дозволено все, что не запрещено законом», используемый, например, субъектами гражданского права. Здесь используется иной правовой принцип — принцип четкого определения перечня полномочий, которые позволя­ ют субъектам конституционного права совершать юридически значи­ мые действия.

Метод дозволения в конституционном праве применяется также в случаях, когда речь идет о нормах, формулирующих права и свободы человека и гражданина. В подобных случаях указанный метод является ключевым элементом правового регулирования, призванным обеспе­чить социальную свободу и активность индивида, коллективов, обще­ственных объединений, осуществление реальных прав человека, дей­ствительную демократию, творчество и созидательную деятельность людей. Поэтому в современных условиях этому элементу правового регулирования в конституционном праве придается все большее зна­ чение.

Однако в целом конституционно-правовое регулирование общест­ венных отношений основывается на властно-императивных началах. Для него наиболее характерны предписания и запреты. Это объясня­ ется природой тех общественных отношений, которые регулируются нормами конституционного права. Дело в том, что содержание значи­тельной части, если не большинства этих норм определяют властеот- ношения. В регулируемых конституционным правом общественных отношениях очень часто в большей или меньшей степени проявляется известное подчинение воли управляемых единой управляющей воле, выразителем которой является тот или иной субъект государственной власти, наделенный юридически властными полномочиями. Данный субъект действует так в силу того, что он выступает от имени государ­ства и выражает публичный интерес. Отсюда и вытекает юридическое неравенство сторон в этих отношениях, а сами общественные отноше­ ния, регулируемые конституционным правом, часто характеризуются в качестве властеотношений.

В конституционном праве формирование и использование власте­отношений вовсе не означает, что у управляемой стороны полностью отсутствует возможность влиять на принятие решения управляющей стороной. Наоборот, часто с этой целью используются инициативные предложения, учитывается мнение будущего адресата, он привлекается к обсуждению проекта решения и т.д.

Надо сказать, что хотя немалая часть норм конституционного права устанавливает содержание и гарантии прав человека и гражданина, что, казалось бы, означает соответствующие ограничения для государ­ ственной власти, они также могут иметь императивный характер, на­ пример, в тех случаях, когда содержат обращенные к власти запреты. Так, в ч. 3 ст. 35 Конституции РФ установлено: «Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. Принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произ­ ведено только при условии предварительного и равноценного возме­ щения».

Вместе с тем односторонность и обязательность волеизъявления субъекта государственной власти характерны не только для прямых предписаний и запретов, устанавливаемых нормами конституционно­ го права, но и для дозволений, использование которых предписывается соответствующими конституционно-правовыми нормами. Эти нормы могут предоставить сторонам регулируемых общественных отношений возможность выбора одного из вариантов должного поведения. На­пример, согласно ч. 4 ст. 117 Конституции РФ Председатель Прави­ тельства РФ может поставить перед Государственной Думой вопрос о доверии Правительству РФ. Если Государственная Дума в доверии от­ казывает, Президент в течение семи дней принимает решение об от­ ставке Правительства или о роспуске Государственной Думы и назна­ чении новых выборов. Они также могут предоставить сторонам кон­ ституционно-правовых отношений возможность действовать или не действовать по своему усмотрению. Так, в соответствии с ч. 3 ст. 46 Конституции РФ каждый вправе «в соответствии с международным договором Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имею­ щиеся внутригосударственные средства правовой защиты».

Хотя конституционно-правовое регулирование общественных от­ношений основывается на властно-императивных началах, конститу­ ционное право предусматривает во многих случаях возможность воз­ никновения конституционно-правовых отношений, построенных на началах юридического равенства сторон. Именно такого рода отноше­ния складываются между Федерацией и ее субъектами, между субъек­ тами РФ и т.д.

§ 3. Место и роль конституционного права в системе права

В литературе считается общепризнанным, что конституционное право занимает ведущее место в правовой системе, является ведущей отрас­ лью российского права.

Место конституционного права в системе права Российской Феде­рации определяется прежде всего тем, что оно регулирует обществен­ ные отношения, которые, как уже отмечалось, являются основопола­ гающими во всех областях жизни и служат основой формирования всех других общественных отношений. Нормы конституционного права за­крепляют определяющие принципы, на которых основано устройство общества и государства, которые характеризуют положение человека в обществе и государстве, а также основные неотъемлемые права, свобо­ ды и обязанности человека и гражданина. Они регулируют широкую сферу отношений между Федерацией и ее субъектами и закрепляют основные принципы системы органов государственной власти и сис­ темы органов местного самоуправления.

Место конституционного права в системе российского права опре­ деляется и тем, что оно содержит нормы, являющиеся основополага­ ющими для всех других отраслей права, и закрепляет его ведущие принципы. Так, определяя систему органов исполнительной власти, их правовой статус, компетенцию, нормы конституционного права уста­навливают основные начала для административного права. Закрепляя различные формы собственности, права собственников, принципы хо­зяйствования, конституционное право служит базой для гражданского права. Регулируя основы бюджетной системы России, нормы консти­туционного права предопределяют основы финансового права. Уста­навливая систему органов судебной власти, конституционные принци­пы правосудия, права граждан в сфере судопроизводства, конституци­онное право содержит исходные начала для уголовного права, уголов­ ного процесса, ряда других отраслей.

Роль конституционного права как ведущей отрасли права обуслов­лена также тем, что именно его нормами регулируется процесс созда­ ния права. Они определяют виды правовых актов органов, их издаю­ щих, соотношение юридической силы таких актов.

Занимая ведущее место в правовой системе, конституционное право, однако, не является вершиной пирамиды, в виде которой груп­ пируются другие отрасли права. Поскольку Конституция служит ос­ новным источником именно конституционного права, так как содер­ жит его важнейшие институты и нормы, конституционное право явля­ется не «вершиной» системы российского права, а ее центром, вокруг которого располагаются другие отрасли права 1 . Конституционные нормы обладают наибольшей степенью обобщенности и выполняют учредительные, регулятивные и охранительные функции 2 . Нормы же других отраслей права конкретизируют и охраняют важнейшие прави­ ла поведения, выраженные в конституционных нормах. Поэтому они группируются вокруг этих норм, составляющих неотъемлемую часть конституционного права России.

Следует сказать, что при делении российской правовой системы на публичное и частное право обычно принято считать, что конституци­ онное право относится к публичному праву 3 . Однако, учитывая специ­ фику конституционного права, его место в системе права Российской Федерации, можно утверждать, что конституционное право сочетает в себе элементы как частного, так и публичного права, с преобладанием характерных черт последнего, поскольку оно в большей мере связано со спецификой общих, государственных интересов, чем со сферой частных, индивидуальных и групповых. В то же время нормы консти­ туционного права являются базовыми как для публичного, так и для частного права, и в этом смысле конституционное право является пуб­ лично-частным.

Публично-частный характер конституционного права дает допол­нительное основание для критической оценки встречающихся в лите­ратуре утверждений, что якобы лишь гражданское право как право частное способно гарантировать экономическую свободу личности, что именно частное право и только оно выражает правовой строй, ос­ нованный на свободе человека. На основе этого делаются выводы о необходимости отказа от таких, например, функциональных основ по­ строения правовой системы, как ведущая роль конституционного права, являющегося публичным правом, предпринимаются попытки придать Гражданскому кодексу функции своего рода конституции гражданского общества и т.п. 1

  • 1 Подробнее см.: Основин B . C . Место и роль советского государственного права в системе права // Правоведение. 1972. № 5. С. 7—14.
  • 2 См.: Еременко Ю./Т. Нормы советских конституций. Автореф. дисс.... канд. юрид. наук. Саратов, 1968. С. 9—10.
  • 3 См., напр.: Алексеев С.С. Указ. соч. С. 195; Тихомиров Ю.А. Публичное право. М., 1995. С. 35 и др.

Между тем в современных условиях, как подчеркивает Ю.А. Тихо­ миров, «предстоит по-новому осмыслить понятие публичности в об­ ществе, не сводя его к обеспечению государственных интересов. Это — общие интересы людей как разного рода сообществ, объединений (по­литических, профессиональных и др.), это — объективированные ус­ловия нормального существования и деятельности людей, их органи­заций, предприятий, общества в целом, это — коллективная самоорга­ низация и саморегулирование, самоуправление» 2 .

Поэтому думается, что фетишизация частноправовых начал в регу­ лировании общественных отношений с участием гражданина, ничем не оправданное противопоставление частного и публичного, попытка увязать само понятие публичности с государственным централизмом, авторитарными началами администрирования сегодня лишены всяких оснований 3 .

Конституционное право является составной частью единой систе­ мы российского права. В то же время оно имеет свои специфические особенности, свое назначение, свой предмет правового регулирова­ ния, а также отличающиеся определенной спецификой методы право­вого регулирования, что позволяет говорить о том, что конституцион­ ное право является самостоятельной отраслью российского права.

Вопрос о конституционном праве как о самостоятельной отрасли никогда не ставился под сомнение. Однако соотношение конституци­ онного права с другими отраслями права, возможности его отграниче­ ния давно уже вызывают острую дискуссию в юридической литературе.

«Мы иногда относимся к научным понятиям метафизически: или — или, — указывал Г.С. Гурвич. — Или государственно-правовое отношение, или административно-правовое и т.д. Грани вычерчива­ ются так резко, неподвижно, безусловно, какими они никогда не бы­вают, по всем известному замечанию В.И. Ленина, ни в природе, ни в обществе... Особо важное поэтому положение государственного права по отношению к другим отраслям права приводит к тому, что элементы государственно-правового отношения необходимо присутствуют во всяком правоотношении, в одном, как, например, в отношении граж­данского права, менее заметно, в другом, как в административно-пра­ вовом, настолько явно, что трудно бывает отличить это правоотноше­ ние от государственно-правового» 1 . Г.С. Гурвич полагал, что государст­ венное право вовсе не поглощает другие отрасли права, но сообщает им нужное направление, а государственно-правовое отношение вовсе не отстраняет другие правоотношения, но притягивает к ним в той или иной степени 2 .

  • 1 См.: Алексеев С.С. Указ. соч. С. 130-185, 194-198, 306-309.
  • 2 Тихомиров Ю.А. Указ. соч. С. 25.
  • 3 См.: Бондарь Н.С., Чернышев М.А. Муниципальное право и практика его реализации в городском самоуправлении. М., 1996. С. 31—32.

Соображения, высказанные Г.С. Гурвичем, поддержал и развил В.Ф. Коток. Он считал, что назначение государственного права состо­ ит в том, чтобы устанавливать важнейшие, отправные начала для всех отраслей права. По его мнению, специфика государственного права в том, что оно неизбежно является ядром любой другой отрасли, юриди­ ческой базой для развития всей правовой отрасли, а особенностью го­сударственного права по сравнению с любой другой отраслью права является не только то, что оно содержит основные положения для каж­ дой отрасли права, но также и то, что государственное право устанав­ ливает формы и порядок регулирования общественных отношений для всех отраслей права.

В.Ф. Коток подчеркивал, что именно государственное право опре­деляет, какие общественные отношения независимо от их отраслевой принадлежности регулируются теми или иными актами, устанавливает порядок издания, изменения и отмены этих актов, касающихся всех отраслей права, порядок толкования этих актов, к какой бы отрасли права они ни относились, формулирует начала приоритетов среди этих актов независимо от того, к какой отрасли права относится данный акт; утверждает принцип верховенства закона и субординации право­ вых норм безотносительно к тому, какие общественные отношения они регулируют и к какой именно отрасли права они относятся. Государ­ ственное право утверждает принцип социалистической законности, требующий неукоснительного соблюдения законов и основанных на них норм социалистического права независимо от того, к какой отрас­ли права относится данная норма. Всем этим подчеркивается значение государственного права для единства советской правовой системы. «Из этой особенности советского государственного права, — указывал В.Ф. Коток, — проистекает со всей очевидностью, что невозможна даже самая постановка вопроса об абсолютном отграничении данной отрасли права от других правовых отраслей. Наоборот, сказанное подтверждает вывод о существовании теснейшей связи между государст­венным правом и всеми другими отраслями права, которая исключает точные границы, отделяющие государственное право от других отрас­ лей права»'.

  • 1 Гурвич Г.С. Указ. соч. С. 109-110.
  • 2 См.: там же. С. ПО.

С точки зрения В.Ф. Котока, государственное право как бы вторга­ ется в определенных, диктуемых его ролью пределах в другие отрасли, поскольку оно устанавливает для их развития исходные начала. «Но это, конечно, не значит, — подчеркивал он, — что государственное право поглощает собой все другие отрасли права. Как Конституция не представляет собой свода законов, а является лишь основным законом государства, так и государственное право не претендует на исчерпы­вающее нормирование всех общественных отношений — оно выража­ ет только наиболее общие черты советской правовой системы» 2 .

В.Ф. Коток считал, что в отличие от других отраслей, которые ре­гулируют определенные, например имущественные, трудовые, семей­ные и тому подобные, общественные отношения, советское государст­ венное право охватывает своим регулированием не какую-либо одну сторону общественных отношений или какие-либо отдельные процес­сы общественного развития, а все главные стороны и процессы обще­ ственной и государственной жизни СССР, что находит выражение в закреплении основных черт политической организации советского об­ щества и его социально-экономической системы 3 .

Критикуя позицию В.Ф. Котока, И.Е. Фарбер отмечал, что «в связи с неопределенностью границ государственно-правовых отношений, регулируемых государственным правом, следует либо признать тезис общей теории права о предмете правового регулирования как едином и единственном материальном критерии деления норм права невер­ ным (чего В.Ф. Коток не делает), либо признать, что нет особой отрас­ли государственного права, поскольку у него нет своего «строго очер­ченного предмета» (и этого В.Ф. Коток не утверждает). Но логика, как говорят, обязывает» 4 .

Позиция В.Ф. Котока была подвергнута критике и многими други­ми государствоведами. Так, А.И. Лепешкин считал, что возводя госу­ дарственное право в некую «универсальную отрасль», имеющую якобы всеобщее значение, В.Ф. Коток и его единомышленники лишают эту отрасль своего четко очерченного предмета 5 . Возражая В.Ф. Котоку, B . C . Основин утверждал: «Во-первых, если названная отрасль права регулирует общественные отношения, которые нельзя отфаничить от отношений, урегулированных нормами других отраслей, то как увязать это с основополагающими положениями общей теории права: каждая отрасль права регулирует специфически определенные отношения, от­ личающиеся от всех иных отношений. Во-вторых, если указанная от­ расль права «охватывает все аспекты советской социалистической де­ мократии, закрепляет советский строй в целом», то как быть тогда с теми нормами советских конституций, которые устанавливают кон­ кретные права и обязанности высших органов государственной власти.

  • 1 Коток В.Ф. Указ. соч. С. 57-58.
  • Там же. С. 58.
  • 3 См.: там же.
  • 4 Фарбер И.Е. Конституционные отношения и их регулирование // Уч. записки. Вып. XIV . Саратов, 1966. С. 86.
  • 5 См.: Лепешкин А.И. Курс советского государственного права. Т. 1.С. 16.

Едва ли кто-либо станет отрицать, что нормы, определяющие компе­ тенцию Президиума Верховного Совета СССР и Президиумов Верхов­ных Советов союзных республик, Советов депутатов трудящихся, под­ отчетность депутатов избирателям, являются конкретными нормами, устанавливают конкретные права и обязанности соответствующих субъектов и порождают не какие-то «общие, а совершенно конкретные правоотношения»'.

Критикуя В.Ф. Котоказато, что специфику государственного права он видит в том, что оно «неизбежно является ядром любой другой отрас­ ли, юридической базой для развития, всей правовой системы», Б.В. Ще­ тинин отмечал, что ведущая роль государственного права указывает на его положение в системе других отраслей права, но еще не раскрывает его специфики. Если выяснять специфику отрасли права по ее положению в системе, то в качестве специфики других отраслей, полагал Б.В. Ще­ тинин, можно рассматривать их неведущее положение, но такой подход ничего не дает для раскрытия специфики любой отрасли права 2 .

Не дает ответа на вопрос о специфике государственного права, счи­ тал Б.В. Щетинин, и то, что оно, как утверждал В.Ф. Коток, служит «юридической базой для развития всей правовой системы». В данном случае, по мнению Б.В. Щетинина, вопрос о предмете и методе право­вого регулирования, как определенном критерии выяснения сущности и специфики государственно-правовых отношений, также подменяет­ ся вопросом о месте государственного права в системе права. «Если быть последовательным, — писал Б.В. Щетинин, — то надо признать, что подобная постановка вопроса В.Ф. Котоком по существу ведет... к отрицанию специфического предмета регулирования государственно­ го права» 3 .

  • 1 Основин B . C . Указ. соч. С. 8—9.
  • 2 См.: Щетинин Б.В. О понятии предмета государственного права // Правоведение. 1963. № 2. С. 142.
  • 3 Там же.

§ 3. Место и роль конституционного права в системе права 49

Б.В. Щетинин видел одну из наиболее важных задач государство-ведов в том, чтобы правильно сформулировать понятие государствен­ ного права и его системы, четко определить его границы и содержание, соотношение с другими отраслями права 1 .

Как уже говорилось, конституционное право тесно соприкасается с рядом других отраслей права, но это не означает, что их нельзя раз­ граничить.

Наиболее тесно связаны конституционное и административное право. Однако эта связь не мешает разграничить их по предмету пра­вового регулирования. Конституционное право включает правовые нормы, закрепляющие принципы организации всей системы органов государственной власти Российской Федерации и определяющие место исполнительных органов государственной власти в этой систе­ ме. Вместе с тем конституционное право определяет основы взаимоот­ношений между законодательными и исполнительными органами го­ сударственной власти, закрепляет основные права, свободы и обязан­ ности граждан, практическая реализация которых осуществляется ис­полнительными органами государственной власти в процессе органи­ зации ими государственного управления.

Следовательно, многие вопросы регулируются конституционным и административным правом одновременно, поскольку в сферу админи­ стративного права входит определенный круг вопросов, связанных с организацией аппарата исполнительной власти. При этом нормы кон­ституционного права закрепляют лишь общие, единые для всех госу­ дарственных органов, в том числе и для органов исполнительной влас­ ти, принципы организации и соответственно регулируют обществен­ные отношения в этой сфере, а нормы административного права, ру­ководствуясь этими принципами, детализируют их применительно к многообразной системе органов исполнительной власти, регулируют деятельность этих органов по осуществлению исполнительно-распо­ рядительных функций. Административное право регулирует отноше­ния, возникающие в процессе повседневной деятельности в различных областях хозяйственной, социально-культурной и административно-политической жизни общества, конкретизируя нормы конституцион­ ного права применительно к этим отношениям.

Иными словами, с помощью норм административного права прин­ ципы, определенные нормами конституционного права и имеющие отношение к сфере государственного управления, получают свою реа­ лизацию. Так, нормы конституционного права, содержащиеся в Конституции РФ, закрепляют основные права и свободы граждан, опреде­ ляют основы правового положения личности во всех областях жизни общества (гл. 2). Вместе с тем комплекс прав и обязанностей граждан в сфере государственного управления устанавливается и регулируется административным правом. Эти права и обязанности тесно связаны с конституционными.

  • 1 См.: Щетинин Б.В. О понятии предмета государственного права. С. 141. 4 - 3975

Тем самым определяется их производный от пос­ледних характер, а также то, что административное право, регулируя положение личности в сфере государственного управления, по суще­ ству гарантирует ее основные права, детализирует и развивает их. На­ пример, для реализации права граждан на социальное обеспечение (ст. 39 Конституции РФ) им необходимо обратиться к соответствую­ щим органам исполнительной власти, которые при наличии необхо­димых условий для получения пенсии назначают ее в предусмотрен­ ном законом порядке. Так в области государственного управления под воздействием норм административного права создаются необходимые условия для реализации принадлежащих гражданам прав и свобод, га­ рантированных Конституцией РФ. В равной степени это относится и к установленным Конституцией обязанностям граждан 1 .

Конституционное право тесно связано и с финансовым правом. Финансовое право базируется и развивается на основах, устанавлива­ емых конституционным правом. Так, федеративное устройство России обусловило наличие бюджетных прав у республик, краев, областей, автономных образований как субъектов Федерации, возможность их участия в решении финансовых вопросов, отнесенных к ведению фе­ деральных органов. Нормы финансового права, регулирующие состав и порядок образования государственных доходов, основаны на консти­ туционных положениях об экономической системе Российской Феде­ рации, о разнообразии форм собственности как ее основе.

Конституционное право содержит также нормы, непосредственно относящиеся к финансовой деятельности. Они закрепляют основы ор­ ганизации финансовой деятельности государства. К ним относятся нормы, устанавливающие компетенцию Государственной Думы по принятию законов о федеральном бюджете, налогах и сборах и подру­ гам вопросам финансовой деятельности государства, полномочия Правительства РФ по обеспечению единой финансовой, кредитной и денежной политики, права органов местного самоуправления по ут­ верждению местного бюджета и установлению местных налогов. Эти нормы конкретизируются в финансовом праве. На их основе разрабатываются подробные правила, касающиеся деятельности государст­венных органов и органов местного самоуправления в области финан­сов. Конституционное право закрепляет исходные начала как финан­ сового права в целом, так и каждого финансово-правового института 1 .

  • Полробнее см.: Козлов ЮМ. Предмет советского административного права. М., 1967. С. 41-44.

Конституционное право тесно связано и с муниципальным правом. Оно определяет начала, принципы организации местного самоуправ­ ления, гарантии и формы осуществления местного самоуправления, его место в системе народовластия. Тем самым нормы конституцион­ного права устанавливают основы муниципального права. Все другие правовые нормы, регулирующие общественные отношения, возни­кающие в процессе организации и деятельности местного самоуправ­ления, являются нормами муниципального права, которое в литерату­ ре порой именуется «правом самоуправления» 2 .

Существует определенная связь между конституционным и земель­ ным правом. Земля как территория регулируется земельным правом в качестве территориального базиса размещения производительных сил: отведение земли под пашню, выращивание лесополос и т.п. Нормы же конституционного права касаются вопросов, связанных с организа­ цией и определением границ территории как обязательного признака государства. Таким образом, в отличие от земельного права, предметом регулирования которого являются экономические земельные отноше­ ния, конституционное право регулирует политические отношения, связанные с государственным устройством России.

Что касается других отраслей права, то их соотношение с консти­туционным правом состоит в том, что нормы последнего регулируют основополагающие для других отраслей права отношения. Во всем же объеме их регулирование осуществляется соответствующими от­ раслями права. Однако это не означает, как полагали некоторые пра­ воведы, что указанные отрасли включают в себя и конституционные нормы, являющиеся для них исходными 3 . Эти нормы относятся ис­ ключительно к конституционному праву.

В определенном смысле конституционное право соприкасается и с международным правом. Их разграничение не представляет особых затруднений ни с теоретической, ни с практической точек зрения. Вза­имосвязь между этими отраслями права объясняется тем, что между­народное право оперирует понятиями государственного суверенитета, внутренняя сторона которого представляет собой один из важнейших объектов регулирования конституционно-правовыми нормами. При этом отнесение конкретной нормы к той или другой отрасли права не является самоцелью. Задача состоит в том, чтобы решить вопрос на основании норм международного и конституционного права 1

  • 1 Подробнее см., например: Финансовое право/ Под ред. Н.И.Химичевой. М., 1999. С. 44.
  • 2 См.: Тихомиров Ю.А. Публичное право. М., 1995. С. 39.
  • 3 См.: Ровинский Е.А. Основные вопросы теории советского финансового права. М., I960. С. 79-80. .

§ 4. Система конституционного права России

Являясь составной частью единой системы права Российской Федера­ ции, конституционное право само представляет сложную систему, складывающуюся в процессе дифференциации и интеграции входя­ щих в его состав правовых норм.

Система конституционного права зависит прежде всего от его со­держания. Будучи единой по содержанию отраслью права, конститу­ционное право характеризуется вместе с тем внутренней расчленен­ ностью, дифференциацией на относительно автономные, но связан­ ные между собой части — правовые нормы и правовые институты, которые могут образовывать в свою очередь другие объединения, со­ ставляющие вторичные структуры.

Надо сказать, что сложность системы конституционного права яв­ляется показателем высокой степени его совершенства, его регулиру­ ющих возможностей и социальной ценности.

Система конституционного права предопределяется объективными факторами, в качестве которых выступают реальные связи, существую­ щие в сфере регулируемых конституционно-правовыми нормами об­щественных отношений. На систему конституционного права опреде­ ляющее влияние оказывают также особенности экономического, со­ циально-политического и духовного развития страны. Свойственный российскому обществу тип экономических отношений, политический режим, а также характер самого права, зависящий от степени реализа­ции в стране принципов правового государства, проявляются и в сис­теме конституционного права. Однако определяющее влияние все эти факторы оказывают не непосредственно, а через конституцию как ос­ новной источник конституционного права.

В юридической литературе высказаны различные взгляды на соот­ ношение системы конституционного (государственного) права и системы конституции. Так, С. С. Кравчук полагал, что основой системы государственного права является система конституции, поскольку конституция является основным источником государственного права, и государственно-правовые нормы, содержащиеся в ней, научно сгруппированы и даны в строгой последовательности 1 .

  • 1 Подробнее см.: Абдулаев М.И. Согласование внутригосударственного права с меж­дународным правом (теоретические аспекты) // Правоведение. 1993. № 2. С. 45—53; Ти­хомиров Ю.А. Международное и внутреннее право: динамика соотношения // Правоведе­ние. 1995. № 3. С. 56—66; Онже. Право: национальное, международное, сравнительное// Государство и право. 1999. № 8. С. 5—12.

Иной позиции придерживался А.И. Лепешкин, полагая, что было бы неправильно полностью отождествлять систему государственного права с системой конституции, поскольку они не совпадают и не могут совпадать ввиду различного назначения этих правовых институтов. Он обосновывал свою позицию еще и тем, что не все нормы конституции по своему содержанию могут быть нормами государственного права, а множество других норм, не закрепленных в конституции, по своему содержанию относятся к государственному праву 2 .

Оценивая эти точки зрения, следует сказать, что полностью ото­ ждествлять систему конституционного права с системой конституции было бы, конечно, неправильно по следующим причинам. Во-первых, система конституционного права охватывает все конституционно-пра­ вовые нормы, тогда как система конституции — только часть из них. Поэтому система конституции не может, да и не должна обязательно включать все элементы системы конституционного права. Известно, например, что одним из элементов системы конституционного права обычно принято считать избирательное право. Однако в системе дей­ ствующей Конституции РФ оно отсутствует.

Во-вторых, известно, что система конституционного права, как и система конституции, создана посредством группировки правовых норм на основе единства их содержания и специфики регулируемых ими общественных отношений. Однако, как указывает Е.И. Козлова, для системы конституционного права характерен более высокий, чем для системы конституции, уровень обобществления правовых норм по их предметному содержанию 3 . Например, одним из элементов системы отрасли конституционного права является совокупность конституци­онно-правовых норм, определяющих систему органов государствен­ ной власти, принципы их организации, основы их взаимоотношений и компетенции. В системе Конституции РФ такой элемент представ­ лен значительно беднее, поскольку эти нормы рассредоточены по кон­ ституциям как Российской Федерации, так и республик в ее составе, по уставам субъектов Федерации, а также по другим правовым актам.

  • 1 См.: Советское государственное право. М, 1958. С. 9.
  • 2 См.: Лепешкин А.И. Курс советского государственного права. Т. 1. С. 73.
  • 3 См.: Козлова Е.И., Кутафин О.Е. Указ. соч. С. 29.

Наконец, как известно, система конституционного права может складываться и развиваться в условиях, когда писаная конституция отсутствует (например, в Великобритании).

Вместе с тем несомненно и другое. Система конституционного права, как и система конституции, выявляется и формируется путем теоретических исследований, следовательно, при их создании на стро­ го научной основе и с учетом объективных связей, существующих в сфере регулируемых конституционно-правовыми нормами общест­ венных отношений, главенствующую роль играет субъективный фак­ тор. Однако если система конституционного права является субъек­ тивной категорией постоянно, то система конституции, утвержденной в установленном порядке, приобретает нормативный характер на время ее действия.

Это, разумеется, не означает, что конституция устанавливает систе­му конституционного права, как полагают некоторые исследователи 1 . Однако она оказывает определяющее влияние на структуру системы конституционного права, является основой этой системы. В этом не­ трудно убедиться, сравнив предлагаемые в литературе варианты сис­ темы конституционного (государственного) права с системой действу­ющих в нашей стране в разное время конституций 2 .

Система конституционного права, как и система конституции, не остаются неизменными. Они развиваются, поскольку должны обеспе­ чивать необходимый уровень правового воздействия на общественные отношения в соответствии с потребностями социальной реальности. При этом система конституционного права является более подвижной, более подверженной изменениям с учетом этих потребностей.

Наиболее существенные изменения система конституционного права претерпевает в условиях, когда вносятся существенные, подчас коренные изменения в систему конституции. Например, после приня­тия в 1993 г. Конституции РФ, которая определила новые концепции общественного развития, заложила новые принципы конституцион­ но-правового регулирования, ввела новые правовые институты, суще­ ственные изменения претерпела и система конституционного права России.

Соотношение системы конституционного права с системой кон­ ституции является частью более общей проблемы — соотношения сис­ темы права и системы законодательства.

  • 1 См.: Ваглай М.В. Указ. соч. С. 30.
  • - См., напр.: УманскийЯ.Н. Советское государственное право. С. 25; Советское госу­дарственное право. М., 1975. С. 47; Курс советского государственного права. М, 1975. С. 42—43; Советское государственное право. М., 1971. С. 31.

От системы конституционного права нужно отличать систему его источников, в частности систему законодательства. Если система от­ расли — это объективно существующее деление внутри конституцион­ ного права, в рамках его содержания, то система источников консти­туционного права представляет собой состав, соотношение, постро­ ение источников, внешней формы конституционного права, предпо­ лагает наличие в них подразделений, обособленных в основном по предметному и целевому признаку.

В то же время и система конституционного права, и система его источников тесно связаны между собой, выражают органическое един­ ство формы и содержания в праве. Во-первых, в системе источников в определенной мере проявляется система конституционного права. Во- вторых, через систему источников правотворческие органы могут воз­ действовать на систему конституционного права. Однако это воздей­ ствие является результатом не автоматического обособления той или иной сферы правовых актов, а прежде всего основанной на объектив­ных факторах и предпосылках кодификационной работы правотвор­ ческих органов, в результате которой оказывается возможным форми­ ровать и развивать системные нормативные обобщения, что и может иметь своим следствием определенные структурные преобразования в содержании конституционного права, в составе и расстановке его под­ разделений.

Система конституционного права складывается из конституцион­ но-правовых институтов, под которыми обычно принято понимать со­ вокупность норм, ре гулирующихопределенныйкругоднородных и вза­ имосвязанных общественных отношений, образующих отдельную обо­ собленную группу. Одна правовая норма, какое бы важное правило она в себе ни заключала, не в состоянии всесторонне урегулировать об­ щественные отношения', не может эффективно действовать обособ­ ленно от других норм, совместно образующих правовой институт 2 .

Своеобразную позицию по этому вопросу занимает С.А. Авакьян. Он считает, что ограничиваться трактовкой правового института толь­ ко как совокупности норм права вряд ли целесообразно, поскольку степень урегулированное™ общественных отношений не является оп­ределяющей. Отправным пунктом в понимании сути правовых инсти­тутов, с его точки зрения, является предмет правового регулирования, поскольку при таком подходе всегда можно оценить, с одной стороны, любую разновидность общественных отношений с точки зрения ее «подверженности» воздействию права, а с другой — роль существую­ щих правовых норм в развитии общественных отношений (как право­отношений). Причем юридической категорией, позволяющей связать реальные сферы общественных отношений и право, и являются пра­ вовые институты.

  • ' См.: Якушев B . C . О понятии правового института // Правоведение. 1970. № 6. С. 63. 2 См.: Дембо Л.И. О принципах построения системы права // Сов. государство и право. 1956. № S . С. 94.

С.А. Авакьян полагает, что отсутствие или малое число правовых норм не означает абсолютной неурегулированности общественного от­ ношения, поскольку на положение участников отношения оказывают воздействие не только правовые, но и иные социальные нормы. Юри­ дической категорией, позволяющей, по его мнению, выявить связи права и иных социальных средств регламентации общественных отно­ шений, также являются правовые институты.

Рассматривая в качестве первейшего элемента правового института однородные правовые нормы, С.А. Авакьян придерживается точки зрения, согласно которой стержнем, вокруг которого объединяется оп­ ределенная совокупность общественных отношений, а следовательно, и совокупность норм, их реализующих, служат определенные полити­ ко-правовые идеи, принципы. Поэтому в содержании правового ин­ ститута всегда надо видеть воплощение руководящих политико-право­ вых принципов (идей), в соответствии с которыми происходит воздей­ ствие права на соответствующую область общественных отношений.

Всходя из того, что специфика государственно-правовых отноше­ний состоит в том, что они возникают по поводу осуществления поли­ тической (государственной) власти, и в связи с этим на поведение участников соответствующих отношений неизбежно влияют не только государственно-правовые нормы, но и иные виды социальных норм, С.А. Авакьян считает, что без учета такого фактора также трудно по­ нять всю глубину содержания государственно-правовых институтов. Отмечая, что далеко не все стороны общественной жизни подвержены воздействию права, он делает вывод о том, что только правовые и не­правовые социальные нормы, взятые вместе, помогают дать жизнь го­сударственно-правовому институту, определить его существо.

Важную роль в формировании содержания государственно-право­вых институтов, по мнению С.А. Авакьяна, играет практика. Он пола­ гает, что даже при отсутствии должного числа правовых предписаний практика все же обеспечивает существование государственно-право­ вого института, что практика неотделима от правовой части института и они должны представлять одно целое, что практика является верным средством обеспечения эффективности государственно-правового ин­ ститута.

§ 4. Система конституционного права России

Наконец, С.А. Авакьян утверждает, что существенную роль в выяв­ лении содержания государственно-правового института играет науч­ ное знание, которое обеспечивает возможность сформулировать поня­ тие и дать представление о содержании государственно-правового ин­ститута, позволяет увидеть его контуры, найти составные компоненты, выработать рекомендации относительно качества существующих и не­ достающих правовых норм 1 .

Надо сказать, что рамки такого понятия, как правовой институт, и в теории, и на практике очень подвижны. По замечанию Е.И. Козло­ вой, оно может обозначать и достаточно узкую группу однородных, близких по содержанию норм, и значительно более широкую их груп­ пу, вплоть до максимально крупных правовых образований, рассмат­риваемых как основные элементы системы отрасли конституционного права 2 .

К числу такого рода конституционно-правовых институтов можно отнести: основы конституционного строя; гражданство; основы право­ вого статуса человека и гражданина; федеративное устройство; изби­рательное право; систему государственной власти; систему местного самоуправления 3 .

  • 1 См.: Авакьян С.А. Государственно-правовые институты: понятие и формирова­ние // Сов. государство и право. 1977. № 2. С. 19—25.
  • 1 См.: Козлова Е.И., Кутафий О.Е. Указ. соч. С. 14.
  • 3 В литературе высказаны и другие мнения по составу институтов конституционного права. Так, Е.И. Козлова выделяет следующие институты: основы конституционного строя; основы правового статуса человека и гражданина; федеративное устройство госу­дарства; систему государственной власти и систему местного самоуправления (см.: Коз­лова Е.И., Кутафин О.Е. Указ. соч. С. 23—24). М.И. Кукушкин включает в число инсти­тутов конституционного права России: основы конституционного строя; конституцион­ный статус личности; государственное устройство; систему органов государства (см.: Конституционное право Российской Федерации. Екатеринбург, 1995. С. 29). М.В. Баглай называет следующие институты конституционного права: основы конституционного строя; основные права и свободы человека и гражданина; федеративное устройство; избирательная система (избирательное право); президентская власть; законодательная власть; исполнительная власть; государственная власть субъектов; судебная власть и прокуратура; местное самоуправление; порядок внесения поправок и пересмотр консти­туции (см.: Баглай М.В. Указ. соч. С. 30).

Своеобразный взгляд на структуру конституционного права как отрасли права имеет А.Н. Кокотов. Он считает, что внутри конституционного права с учетом функци­онально-предметной специализации обособляется прежде всего его общая часть — сово­купность конституционных принципов, распространяющих свое действие на все состав­ные части данной отрасли. К ним относятся положения гл. 1, 2, 9 Конституции РФ, закрепляющие основы конституционного строя, правового статуса индивидов, их объ­единений, народов Российской Федерации, государственных учреждений, устанавли­ вающие исходные начала Отношений этих субъектов между собой, определяющие назна­ чение конституционного законодательства, его иерархию и т.д. Наряду с Общей частью в конституционном праве, по его мнению, обособляется и Особенная часть, распадающаяся на две группы норм. Одна из них — государственное право в его единстве с муниципальным правом, другая — гражданско-публичное право.

Анализ системы конституционного права требует выявления не только ее главных составных частей, но и места каждой из них в данной системе, основанного на их соотношении, с учетом того, что нормы одного института создают предпосылки для действия норм другого, определяя их направленность и содержание.

В этом смысле первое место в системе конституционного права за­ нимают нормы института, закрепляющего основы конституционного строя, поскольку они содержат начала правового регулирования, кото­ рое осуществляется нормами других институтов конституционного права. Входящие в этот институт нормы регулируют общественные отношения, определяющие принципы, на которых основано устрой­ ство государства и общества (суверенитет государства, форма правле­ ния, форма государственного устройства, субъекты государственной власти и способы ее реализации).

Наряду с основами функционирования политической системы об­ щества нормы конституционного права, содержащиеся в рассматрива­ емом институте, закрепляют основы экономической системы посред­ ством установления допускаемых и охраняемых государством форм собственности, гарантий защиты прав собственников, способов хозяй­ственной деятельности, охраны труда, провозглашения системы обес­печения социальных потребностей членов общества в области образо­ вания, культуры, науки, охраны природы, здоровья и т.д.

Следующее место занимает институт гражданства, объединяющий правовые нормы, регулирующие отношения, связанные с гражданст­вом. Обладание гражданством является предпосылкой распростране­ ния на данное лицо всех прав и свобод, признаваемых законом, защиты лица государством как внутри страны, так и за ее пределами. Нормами конституционного права, входящими в институт гражданства, регули­ руются основания, по которым то или иное лицо признается гражда­ нином России, основания приобретения и прекращения гражданст­ ва, порядок решения этих вопросов, компетенция государственных органов, уполномоченных решать вопросы гражданства.

Государственное право включает: парламентское право, право верховного управ­ления (президентское право, дополненное конституционно-правовым институтом пра­вительства); .избирательное право и право референдумов; конституционно-судебное право, прокурорско-надзорное право; комплексный институт государственно-террито­риального устройства, объединяющий следующие пединституты: федеративно-террито­ риального устройства государства; административно-территориального устройства субъ­ ектов Федерации; ведомственно-территориального деления, режима Государственной границы Российской Федерации и внутригосударственных границ.

Гражданско-публичное право включает: институты гражданства, статуса ино­странных граждан и лиц без гражданства; право общественных объединений и полити­ческих партий, конфессионально-публичное право; право средств массовой информа­ции, дополняемое корпоративным правом последних; право социальных общностей (народов, этносов, меньшинств); ряд иных институтов.

  • См.: Кокотов Л.Н. Конституци­онное право в российском праве: понятие, назначение и структура //Правоведение. 1998. № 1.С. 21-22.

За институтом гражданства следует институт, определяющий осно­ вы правового статуса человека и гражданина. Его место обусловлено тем, что человек, его права и свободы признаются высшей ценностью в государстве и обществе, главной целью функционирования всех го­сударственных и общественных структур. Нормы конституционного права, входящие в этот институт, определяют основы взаимоотноше­ний человека с государством, т.е. главные принципы, характеризую­ щие положение человека в обществе и государстве, а также основные неотъемлемые права, свободы и обязанности человека и гражданина. Именно эти отношения являются базовыми, определяют положение человека во всех его общественно значимых связях.

Важное место в системе конституционного права принадлежит ин­ ституту федеративного устройства государства. Его нормы устанавли­вают существующие в России субъекты Федерации, в соответствии с которыми строится система органов государства. Именно поэтому ин­ ститут федеративного устройства предшествует институту, закрепляю­ щему систему органов государственной власти.

Названный институт составляют нормы, регулирующие широкую сферу общественных отношений, складывающихся между Федерацией и ее субъектами. Урегулирование этих отношений — важное условие обеспечения целостности и единства государства.

Институту, закрепляющему систему органов государственной влас­ти, предшествует и институт избирательного права, который регулиру­ ет общественные отношения, складывающиеся при выборах Прези­ дента РФ, депутатов законодательных (представительных) органов власти Федерации и ее субъектов, при выборах в исполнительные ор­ганы власти и органы местного самоуправления, а также при реализа­ции принципов проведения выборов, при регистрации (учете) избира­телей, составлении списков избирателей, образовании избирательных округов и избирательных участков, при образовании и деятельности избирательных комиссий, при выдвижении, регистрации кандидатов, при реализации их статуса, при проведении предвыборной агитации, при голосовании, подсчете голосов избирателей, установлении резуль­ татов выборов и их опубликовании; отношения, связанные с финан­ сированием выборов и с ответственностью за нарушение избиратель­ ных прав граждан.

Завершают систему конституционного права институт, нормы ко­ торого закрепляют систему государственной власти, а также институт местного самоуправления.

Итак, система конституционного права предполагает такое рас­пределение нормативного материала, которое позволяет обеспечить единство и дифференциацию конституционно-правовых норм, их ло­ гическую последовательность. Причем в конституционно-правовых институтах объединяются нормы самых различных видов. В них могут входить и нормы конституции, и нормы текущего законодательства, т.е. нормы, обладающие различной юридической силой. В составе конституционно-правовых институтов могут быть нормы, различные по территории действия, по степени определенности правового пред­ писания и др.

Крупные институты конституционного права состоят из более частных. Например, институт избирательного права (в объективном смысле) включает в себя такие институты, как избирательное право (в субъективном смысле), избирательный процесс. Последний, в свою очередь, охватывает ряд стадий: назначение выборов, выдвижение кан­ дидатов и др., которые представляют собой еще более частные инсти­ туты конституционного права.

Основные институты конституционного права могут рассматри­ ваться как подотрасли конституционного права. К их числу некоторые авторы относят, например, прокурорский надзор. Так, B . C . Тадевосян рассматривал прокурорский надзор как часть государственного (кон­ ституционного) права 1 , а С.С. Алексеев и ряд других ученых считали прокурорский надзор подотраслью государственного права 2 .

Аргументируя эти точки зрения, Г.И. Бровин полагал, что социаль­ но-экономическое и политическое содержание общественных отно­ шений в деятельности прокурорского надзора определяется государст­ венно-правовыми нормами, закрепленными в Конституции СССР, в конституциях союзных и автономных республик, а также принятым в их развитие Положением о прокурорском надзоре в СССР. Он рассмат­ ривал прокурорский надзор как особую, специфическую, так называе­ мую правоохранительную государственную деятельность, именуемую высшим надзором.

  • 1 См.: Тадевосян B . C . Некоторые вопросы системы советского права // Сов. государ­ ство и право. 1956. № 8. С. 105.
  • 2 См.: Алексеев С.С. Общая теория социалистического права. Вып. 1. Свердловск, 1963. С. 222; Общая теория советского права / Под ред. С.Н. Братуся и И.С. Самощенко. М, 1966. С. 328—329; Теория государства и права / Под ред. Н.Г. Александрова. М, 1968. С. 596.

Г.И. Бровин считал, что в основе прокурорско-надзорной деятель­ ности лежат общественные отношения, складывающиеся между орга­ нами государственной власти, правосудия и надзора за законностью, поэтому по предмету правового регулирования прокурорский надзор непосредственно примыкает к государственному праву. И хотя, указы­вал он, некоторую частьдеятельностипрокурораконкретизируют также нормы уголовного и гражданского процессуального права и в известной мере — административного, исправительно-трудового и других отрас­лей права, эти нормы регламентируют лишь какую-то часть надзорной деятельности и не касаются прокурорского надзора, его сущности.

Как отмечал этот автор, правоохранительные отношения прокурор­ ского надзора имеют и свой особый метод регулирования, выражаю­ щийся в своеобразии юридического отношения сторон. Участники таких правоотношений занимают неодинаковое положение. Прокурор всегда выступает как представитель центральной власти, а его указа­ния, направленные на устранение нарушений закона, на принятие мер к недопущению данных нарушений в будущем и т.п., носят властный характер, являются властными велениями, обращенными к поднадзор­ ным прокурору субъектам.

На основании приведенных им аргументов Г.И. Бровин делал вывод о том, что правовые нормы, регулирующие прокурорский над­ зор, органически связаны с государственным правом, что в силу само­стоятельного характера государственной деятельности, специфичнос­ти правоохранительной функции органов прокуратуры и обширности нормативного содержания правовые нормы, регулирующие прокурор­ский надзор, объективно должны быть выделены в подотрасль (ответ­вление) государственного права. Этим, считал Г.И. Бровин, подчерки­ вается особая важность прокурорской деятельности — высшего надзо­ра, регулируемого нормами, входящими в подотрасль ведущей и осно­вополагающей отрасли права — государственного права 1 .

Однако аргументы Г.И. Бровина не выдерживают критики. Нормы конституционного права действительно регулируют основополагаю­ щие отношения в области прокурорского надзора. Но при этом они лишь предопределяют содержание всех остальных отношений в облас­ ти прокурорского надзора, регулируемых нормами других отраслей права — административного, уголовно-процессуального, гражданско­ го процессуального и т.д.

Надо сказать, что сегодня, когда роль региональных норм в россий­ ской правовой системе возрастает, все чаще, особенно в регионах, высказывается мнение о существовании регионального права, конститу­ ционного права республик в составе Российской Федерации и т.п. 1 Ду­ мается, что оно лишено оснований. У нас существует единая правовая система, и делится она не на федеральное право и право субъектов Федерации, а на определенные отрасли права, имеющие свой предмет правового регулирования и включающие в себя правовые нормы, при­ нятые как на федеральном, так и на региональном уровне.

  • 1 См.: Бровин Г.И. Прокурорский надзор — подотрасль государственного права// Правоведение. 1970. № 4. С. 105-107.

Правовое регулирование в субъектах Федерации не является само­ достаточным. Оно целиком зависит от Федерации и поэтому входит в единую российскую правовую систему. Реализация высказываемых в литературе предложений о структуризации правовой системы не толь­ ко по предметному признаку (сферы общественной жизни), но и по уровням государственного устройства приведет к развалу правовой системы страны.

Стремление к созданию обособленных правовых систем в рамках единой правовой системы Российской Федерации обусловлено, как представляется, политикой суверенизации, которую проводили неко­торые, особенно национальные регионы. Именно эта политика приве­ла к конфронтации между федеральным и региональным законода­ тельством, к вторжению последнего в область исключительных полно­ мочий Российской Федерации, породила нежелание регионов приво­ дить свое законодательство в соответствие с федеральным.

§ 5. Роль конституционного права в демократических преобразованиях в России

Являясь ведущей отраслью российского права, конституционное право играет определяющую роль в жизни общества, в демократических пре­ образованиях, происходящих в России.

Провозгласив человека, его права и свободы высшей ценностью и закрепив в качестве обязанности государства признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина, конституционное право России обеспечивает гуманизацию всех конституционно-право­ вых институтов, выражающуюся прежде всего в отказе от приоритета общественных, государственных интересов над личными, в постро­ ении таких взаимоотношений государства и гражданина, в основе ко­торых лежали бы приоритеты интересов личности, взаимной ответст­ венности государства и личности.

Установленные нормами конституционного права принципиаль­ ные положения, связанные с отношением государства к человеку, служат предпосылкой решения проблем правового регулирования статуса человека и гражданина в Российской Федерации, ориентиром для со­ вершенствования системы основных прав и свобод человека и гражда­ нина в условиях развития демократического общества, образуют осно­ ву не только конституционно организованного общества, но и право­ вой защиты этого общества от возрождения попыток подавления лич­ ности, ущемления ее прав, игнорирования индивидуальных интересов и потребностей людей.

  • 1 См., напр.: Толстошеее В.В. Региональное право России: проблемы становления и развития // Государство и право. 1998. № 11. С. 8—14.

Принцип признания человека, его прав и свобод высшей ценнос­ тью оказывает определяющее в демократическом плане влияние не только на содержание основных прав и свобод человека и гражданина, но и на деятельность государства, на его компетенцию и потенциаль­ ные возможности. Государство в соответствии с этим принципом не вправе в своей деятельности выходить за устанавливаемые им границы взаимоотношений с человеком. Только действуя в этих рамках, в ин­ тересах человека, государство приобретает те демократические черты, которые характеризуют его как конституционное.

В конституционном государстве, построение которого в нашей стране осуществляется при решающем воздействии конституционно- правовых норм, народ все более становится демократически консти­ туированным сообществом, которое социально ориентируется на защиту человека как высшей ценности и видит в этом свой долг. Такая ориентация позволяет избежать последствий, к которым при­ водило сознательное преувеличение роли коллектива и государства в эпоху тоталитаризма, убеждает все большее число людей в том, что народ, который перманентно не способен или не желает признавать объективную ценность каждого отдельного человека и соответственно этому действовать, не может быть организован в подлинно демократи­ ческое общество даже с помощью разного рода юридических инстру­ ментов.

В современной российской действительности, когда растет пре­ ступность, продолжается обнищание населения, нарушаются права че­ ловека, признание конституционным правом прав и свобод человека высшей ценностью носит в значительной мере формальный характер. Однако заложенный в нормах конституционного права демократичес­ кий потенциал служит основой для борьбы граждан России за свои права, за свое человеческое достоинство.

Важную роль в осуществлении демократических преобразований играет провозглашение России правовым государством. Сущность идеи правового государства — его последовательный демократизм, ут­ верждение суверенитета народа как источника власти, подчинение го­ сударства обществу.

Правовое государство характеризуется прежде всего тем, что оно ограничивает себя действующими в нем правовыми нормами, которым обязаны подчиняться все без исключения государственные органы, должностные лица, общественные объединения и граждане. Его важ­ нейшим принципом является верховенство права.

Верховенство права — это в первую очередь верховенство закона. Оно выражается в том, что главные, ключевые, основополагающие общественные отношения регулируются законами. Через верховен­ство закона в общественной жизни, во всех ее сферах, во всех поли­ тических институтах воплощаются высшие правовые начала, дух права. Тем самым обеспечивается реальность и незыблемость прав и свобод граждан, их надежный правовой статус, юридическая за­ щищенность.

Верховенство закона означает также его всеобщность. Иными сло­вами, не должны оставаться неурегулированными законом наиболее существенные области жизни общества, куда могли бы «прорваться» и другие акты, оттеснить законы и разрастись там.

Верховенство закона означает, наконец, утверждение его господ­ства, т.е. такого положения закона, когда выраженные в нем начала и устои общества оставались бы непоколебимыми, а все без исключения субъекты общественной жизни подчинялись бы его нормам.

Все эти характеристики правового государства получили закрепле­ ние в конституционном праве и прежде всего в конституции — его основном источнике.

Вместе с тем необходимо отметить, что Российская Федерация, провозглашенная правовым государством, на деле таковым пока не является. В стране все еще не обеспечено верховенство закона, отсут­ ствует эффективная система защиты человека от произвола государст­ва. Граждане России далеко не всегда могут безболезненно, в короткие сроки восстановить свои нарушенные права, защитить законные ин­ тересы.

Помимо объективных сложностей переходного периода, такое по­ложение во многом обусловлено тем, что государственные и муници­ пальные органы не используют весь имеющийся в их распоряжении арсенал организационных и юридических методов для защиты прав граждан, для оказания им правовой помощи. До сих пор многие работ­ ники этих органов еще не могут привыкнуть к тому, что не только граждане, но и власть ограничены правом.

Не адаптировались к новой обстановке, складывающейся в России, и многие граждане, которые не знают, как в новых условиях отстаивать свои права, к кому обращаться в тех или иных случаях, каковы обязанности различных государственных органов в сфере защиты их прав, а государственные и муниципальные органы не оказывают гражданам соответствующей помощи, не ориентируют их в окружающей социаль­ ной среде. Для преодоления всех этих трудностей и недостатков требу­ ется много усилий как самого государства, так и граждан. Необходимая правовая база для этого и содержится в нормах конституционного права.

Особенностью и важнейшим институтом правового государства яв­ляется разделение властей на законодательную, исполнительную и су­дебную, органы которых самостоятельны. Оно означает не только рас­ средоточение, разделение, демонополизацию власти, но и действи­ тельное, реальное ее уравнивание, при котором ни одна из властей не может ущемить, умалить или подчинить себе другие и вынуждена дей­ствовать в условиях взаимопонимания и взаимосотрудничества. Прин­ цип разделения властей — один из основополагающих принципов де­ мократизации государства, важнейшая предпосылка верховенства права и обеспечения свободного развития человека. Это один из ос­ новных принципов действующей Конституции РФ и всего конститу­ ционного права России.

Для того чтобы облегчить реализацию этого принципа не только в верхних эшелонах государственной власти, но и во всей иерархии го­сударственных органов, конституционное право предусматривает его соединение с принципом разграничения предметов ведения и полно­ мочий между Российской Федерацией, составляющими ее республи­ками, краями, областями, городами федерального значения, автоном­ ной областью, автономными округами.

В современных условиях становления конституционного строя в Российской Федерации принцип разделения властей имеет особенно важное значение. Он нацелен на то, чтобы предотвратить возвышение одной из властей над другими, утверждение авторитаризма и диктатор­ ского режима в обществе. Принцип разделения властей предусматри­вает систему «сдержек и противовесов», направленную на то, чтобы свести к минимуму возможные ошибки в управлении, односторон­ ность подхода к решаемым вопросам. Рассматриваемый принцип при­ зван обеспечить в конечном счете демократизацию, рационализацию и оптимизацию деятельности государства, всех его структур и на этой основе повышение эффективности механизма управления государст­венными делами, его подчиненность подлинно демократическим пре­ образованиям в Российской Федерации.

Осуществление демократических преобразований в России воз­ можно лишь на основе политического многообразия. Конституционое право закрепляет принцип политического многообразия и основ­ ные гарантии его реализации на практике.

Принцип политического многообразия (плюрализма) означает со­ здание возможностей оказывать влияние на политический процесс всем социально-политическим или иным организациям, деятельность которых имеет политический аспект и находится в рамках конститу­ ции. Политический плюрализм способствует повышению эффектив­ ности народовластия, вовлечено в политическую деятельность широ­ких слоев населения, легализует конституционную политическую оп­ позицию, создает условия для преодоления апатии народа и отчужде­ ния его от власти, порожденных годами тоталитаризма.

Предварительным условием признания принципа политического плюрализма в нашем обществе стала ликвидация монополии КПСС на политическую власть, базировавшейся на нормах конституционного права. Это открыло дорогу не только к признанию и юридическому закреплению нормами конституционного права принципа политичес­ кого плюрализма, но и к его реализации прежде всего путем постепен­ ного создания в стране многопартийной системы.

Преимущества принципа политического плюрализма в полной мере могут быть раскрыты только в рамках конституционности. Иными словами, для реализации принципа политического плюрализ­ма необходимо, чтобы все социально-политические структуры, спо­ собные в полной мере гарантировать право граждан на объединение в общественные организации и защитить конституционные устои наше­го общества посредством исключения в судебном порядке из общест­ венной жизни политических организаций, угрожающих этим устоям, функционировали на правовой основе.

Такую основу создают нормы конституционного права, признаю­ щие политическое многообразие, многопартийность, равенство всех общественных объединений перед законом. Ими запрещается созда­ние и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституци­ онного строя и нарушение целостности Российской Федерации, под­ рыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни.

Политический плюрализм — это свобода политических мнений и политических действий, что проявляется в деятельности независимых объединений граждан. Вот почему надежная конституционно-право­ вая защита политического плюрализма служит предпосылкой не толь­ ко реализации принципа народовластия, но и функционирования пра­ вового государства.

Для реализации принципа политического плюрализма важно опре­ деление правового статуса политических партий, других общественных объединений и массовых движений, участвующих в политическом процессе и составляющих институционную основу политического плюрализма. Они должны иметь в этом процессе все необходимые права, соответствующие юридически закрепленным обязанностям го­ сударственных органов. Все эти вопросы решаются в значительной мере в рамках конституционного права.

Одно из наиболее важных мест в институционной основе полити­ческого плюрализма занимают политические партии, выражающие политическую волю своих членов и содействующие выражению поли­ тической воли гражданского общества. Партии являются важнейшим элементом политической системы любого демократического государ­ства. Без них практически невозможно само осуществление государст­ венной власти. Порядок организации и деятельности партий также регулируется главным образом нормами конституционного права.

Политический плюрализм базируется на многообразии форм эко­ номической деятельности. Это многообразие обеспечивается тем, что основу экономики Российской Федерации составляет социальное ры­ночное хозяйство, находящееся в стадии становления, в рамках кото­рого производство и распределение товаров и благ осуществляется в основном посредством рыночных отношений. Их участниками высту­ пают частные субъекты хозяйствования, конкурирующие между собой. Нормами конституционного права поддерживается эта конкуренция. Они гарантируют единство экономического пространства, свободное перемещение товаров, услуг и финансовых средств, поддержку конку­ ренции, свободу экономической деятельности.

Создавая социальное рыночное хозяйство, Российская Федерация стремится обеспечить свободу экономической деятельности, предпри­нимательства и труда, добросовестную конкуренцию и общественную пользу, чтобы регулирование государством хозяйственной жизни осу­ ществлялось в интересах человека и общества, а экономические отно­ шения строились на основе социального партнерства между человеком и государством, работником и работодателем, производителем и поку­ пателем. Правовую основу такой деятельности составляют прежде всего нормы конституционного права.

Для экономической системы Российской Федерации характерно многообразие форм собственности. Отношения в сфере собственности регулируются посредством различных правовых норм, центральное место среди которых принадлежит нормам конституционного права.

Конституционно-правовое регулирование отношений собствен­ ности имеет свою специфику. Она выражается в том, что главной задачей является юридическое закрепление форм собственности, призна­ ваемых государством. Таким образом, именно конституционно-право­ вые нормы решают вопрос о том, какие формы собственности государ­ ством признаются и гарантируются.

Например, согласно Конституции РФ экономической системе Рос­ сийской Федерации присуща собственность в ее различных формах — частной, государственной, муниципальной и др. (ст. 8). Устанавлива­ ется также (ст. 9), что земля и другие природные ресурсы могут нахо­ диться в частной, государственной, муниципальной и иных формах собственности. Они используются и охраняются в Российской Феде­рации как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории.

Нормы конституционного права предусматривают охрану собст­венности в ее различных формах и на равных основаниях. «В Россий­ ской Федерации, — указывается в ст. 8 Конституции РФ, — признают­ ся и защищаются равным образом частная, государственная, муници­пальная и иные формы собственности». В ст. 35 подчеркивается, что право частной собственности охраняется законом.

Конституционное право играет ведущую роль в реорганизации фе­деративного устройства. В России федерализм — это прежде всего го­ сударственная организация национальных отношений. Исторический опыт российского федерализма подтвердил его жизненную необходи­ мость для разрешения национального вопроса в республике, для осу­ществления суверенитета наций, составляющих многонациональный народ Российской Федерации.

Современный российский федерализм обеспечивает суверенитет наций, свободное развитие наций и народностей, проживающих на территории России, развитие национальных языков. Такое развитие Федерации опирается на прочную юридическую базу, которую образу­ ют нормы конституционного права.

Однако российский федерализм — форма не только разрешения национального вопроса в многонациональной республике, но и демо­кратизации управления государством. Демократизация государствен­ ной власти и распределение ее по регионам является важной гарантией демократизма в управлении государством. Центр в таких условиях ли­ шается монополии на власть и поэтому не может употребить ее произ­ вольно, она повсеместно ограничивается «сдержками и противовеса­ ми». Открывается больше возможностей для организации управления на местах в соответствии с интересами регионов, а интересы одного региона не приносятся в жертву интересам других. В результате обра­зуются многочисленные «центры интересов», со своими особенностями, и вместо единообразия, установленного центром, создается един­ ство в разнообразии, что составляет высшую цель общественного раз­ вития.

Базирующаяся на закрепленном в конституционном праве прин­ ципе федерализма децентрализация государственной власти обеспечи­ вается разграничением предметов ведения и полномочий между Рос­ сийской Федерацией, составляющими ее республиками, краями, об­ ластями, городами федерального значения, автономной областью, автономными округами и местным самоуправлением. В соответствии с принципом федерализма основы правового статуса субъектов Феде­рации устанавливаются и гарантируются нормами конституционного права. Полномочия, не отнесенные к ведению Федерации либо к со­ вместному ведению Федерации и ее субъектов, осуществляются в со­ ответствии с нормами конституционного права субъектами Федерации самостоятельно.

Федеративное устройство Российской Федерации основывается на ряде принципов, закрепленных нормами конституционного права и обусловленных ее демократической сущностью. Эти принципы явля­ ются исходными началами территориального устройства не только самой Российской Федерации, но и ее субъектов. К ним относятся: государственная целостность Российской Федерации; единство систе­мы государственной власти; разграничение предметов ведения и пол­номочий между органами государственной власти Российской Феде­ рации и органами государственной власти ее субъектов; равноправие и самоопределение народов в Российской Федерации; равноправие субъектов Российской Федерации во взаимоотношениях с федераль­ ными органами государственной власти.

Принципы государственного устройства Российской Федерации тесно взаимосвязаны. Их главная цель и назначение состоят в том, чтобы способствовать успешному государственному строительству.

Конституционное право на современном этапе связано с решением и многих других вопросов, касающихся дальнейшего развития и укреп­ ления демократических преобразований.

Формирование в России правового государства требует завершения разработки всех предусмотренных Конституцией федеральных кон­ституционных и федеральных законов, имеющих важное значение для развития демократических процессов в стране, совершенствования и обновления действующего федерального конституционно-правового законодательства с учетом той практики, которая сложилась в стране в процессе демократических преобразований. Настало время устране­ ния коллизий между конституционно-правовым законодательством Федерации и ее субъектов, которые возникли как следствие «парада суверенитетов» и разного рода политических игр, ведущихся как на федеральном, так и на региональном уровнях. Нуждаются во внима­ тельном изучении и договоры, заключенные между Российской Феде­ рацией и ее субъектами, на предмет их соответствия федеральным кон­ ституционно-правовым нормам.

Решение этих и некоторых других задач — важное условие форми­ рования Российской Федерации как демократического и правового государства, правового обеспечения ее подлинного суверенитета.

Для современной России характерно расширение объема консти­туционно-правового регулирования, возрастающее влияние на кон­ ституционное право общегуманных ценностей, уменьшение в нем удельного веса идеологизации и усиление элементов политизации и социализации 1 . Все это, несомненно, будет способствовать дальней­шему развитию демократических преобразований в нашей стране.

  • 1 См. подробнее: Тихомиров Ю.А. Развитие теории конституционного права// Госу­ дарство и право. 1998. № 7. С. 5—13.
СодержаниеДальше

наверх страницынаверх страницы на верх страницы









Заказать работу

© Библиотека учебной и научной литературы, 2012-2016 Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования