БИБЛИОТЕКА УЧЕБНОЙ И НАУЧНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Книги2 383
Статьи2 537
Новые поступления0
Весь каталог4 920
Поиск




Рекомендуем прочитать
Хомяков А.
Церковь одна
Одни считали Хомякова А.С. глубоко образованным человеком в различных областях знания, другие – дилетантом. Но как бы о нем ни судили, надо признать, что А.С. Хомяков был обладателем многих дарований. Одним из этих дарований был дар глубокого понимания церкви. Систематическое изложение учения о Церкви А.С. Хомякова находится лишь в одном из его трудов: "Церковь одна". Это сочинение кратко по объему, просто, понятно и содержит в себе все существенное, что сказал А.С. Хомяков по вопросу догмата о Церкви.

Полезный совет

Расскажите о нашей библиотеке своим друзьям и знакомым, и Вы сделаете хорошее дело.

загрузка...
Алфавитный каталог
по названию произведения
по фамилии автора
 
А/ Б/ В/ Г/ Д/ Е/ Ж/ З/ И/ Й/ К/ Л/ М/ Н/ О/ П/ Р/ С/ Т/ У/ Ф/ Х/ Ц/ Ч/ Ш/ Щ/ Э/ Ю/ Я/

АвторБодалев А.А.
НазваниеСмысл жизни и акме
Год издания2004
РазделКниги
Рейтинг0.62 из 10.00
Zip архивскачать (514 Кб)
Обсудить книгу на форумеhttp://www.sbiblio.com/forum/
  Поиск по произведению

Раздел IV . Смысл жизни и акме - возрастной аспект

Кернер П.С. (Москва)

Смыслы бытия старших школьников: реальность и мифы

Сложившееся личностно-неориентированное школьное обучение, спонтанное «обучение» средствами массовой информации привели к появлению нового педагогического субъекта-объекта, экологию которого в годы детства, отрочества и юности определяют:

  • усталость от школы и взрослых как источников неконструктивных предложений и советов;
  • отсутствие среды конструктивного общения;
  • узкий круг полноценного межличностного общения;
  • отсутствие условий для позитивной самореализации;
  • отсутствие возможности персонально располагать собственным временем;
  • довольно значительное давление микросреды класса, школы, семьи;
  • отсутствие литературы, материалов СМИ по тематике профессионального становления на доступном для тинэйджеров уровне;
  • отсутствие примеров-иллюстраций широты продуктивной профессиональной деятельности людей;
  • абсолютизация «домашнего» образа жизни;
  • распространение «недомашнего» образа жизни, часто вне семьи, в «прайде»;
  • отчуждение школьного «знания» от актуальных запросов собствен - ной жизни;
  • невысокие эстетические эталоны праведности и опрятности жизни.

В этих условиях начинает преобладать социотип «среднего» подростка, которого характеризуют:

  • искаженные представления о труде людей и мире профессий;
  • отсутствие влияния родителей и окружения на выбор жизненных планов и будущей профессии;
  • неуважение как к умственному, так и к физическому труду;
  • криминализация сознания и мировосприятия;
  • отсутствие примеров и образцов успешной карьеры;
  • убежденность в неправомерности какого-либо планирования, явные элементы религиозного сознания;
  • низкий уровень интеллигентности и информационного фона ра - зумения;
  • отсутствие авторитета старших и неприятие даже их советов;
  • отсутствие отношения к собственной судьбе и жизни как к цен - ности;
  • инфицирование сознания различным информационным хламом;
  • конфронтационные мотивы поведения, иногда в аутистической форме;
  • стремление быть «как все» без выпадения из субкультуры тинэйд-жеров;
  • неуверенность в своих силах, расчет либо на «помощь» родствен - ников, либо на удачу, случай;
  • довольно слабый интерес к своей индивидуальности;
  • ограниченный спектр чувств и ощущений, положительных эмоций;
  • весьма узкий круг случайного чтения.

Вместе с тем очевидно, что складывающийся социотип вступает в противоречие с социально-экономическим устройством общества, которое приобретает все более отчетливые черты постиндустриального (информационного) и к встрече с которым слабо готово поколение учителей (Воробьев, 1990).

Сложившееся противоречие может превратиться в антагонистическое, способное стать причиной социально-экономической нестабиль - ности, а главное - дефектов ментальное™, искажений ориентации в моральных ценностях, распространенности поведенческой «психоло - гии в эпоху продажности», «психологии элитарности» (Пряжников, 2000, 2001). Все это необходимо учитывать при определении уровней проектирования личностно-ориентированного образования, поэтому правомерной оказывается постановка вопроса об адаптационной модели выпускника школы. Если отбросить декларативную составляющую прошлых школьных реформ, эта модель ранее сводилась, в основном, к стандарту знаний, определяемому учебными планами и предметны - ми программами. Очевидно, что «этап модернизации» образования в 2002-2010 годах последовательно продолжает эту тенденцию.

Вероятно, в современной отечественной педагогике имеют место как минимум две антагонистические тенденции методического обеспечения и сопровождения преподавания:

  • стремление к максимальной свободе учащихся и учителей в со - здании вероятностных знаний, что обеспечивает индивидуальное са - моразвитие учащихся;
  • стремление к максимальной регламентации содержания и учеб - ных действий, к унификации передаваемых информации и знаний, среди которых особо декларируются «правильные».

Часть родителей относится к школе как заложнице вузов и, более того, готова принять школу любой, если она гарантирует поступление выпускников в те вузы, которые занимают первые строчки в роди - тельском рейтинге.

Слова о школе развития личности, о воспитании «открытого разу - ма», о педагогике сотрудничества и о жизненном и профессиональном самоопределении растущей личности родительский корпус в целом воспринимает, в лучшем случае, как педагогические декларации, а в худшем случае - как посягательство на личную жизнь семьи. При этом родители не считают нужным познакомиться с современной педаго - гической, социологической, психологической литературой и прессой.

Тем не менее можно предположить, что образовательная среда школы может и должна претендовать на роль ядра, которое содержательными линиями распространяется на всю образовательную среду, вплоть до ее периферии, где происходит образование интегративного ассоциативного и персонифицированного знания учащегося - растущей личности.

К сожалению, практика личностно-неориентированной педагоги - ки XX века была ограничена формальным наполнением пространства знаний учащихся, которое обусловливает их личностный рост.

Вместе с тем, учащиеся, родители, общество в целом, оценивая педагогические условия среды бытия растущих поколений, можно ска - зать, на макроуровне, говорят о небольшой величине вклада общего и начального профессионального образования в жизненное и профессиональное самоопределение школьников 5-11-х классов. Однако пра - вомерен вопрос о том, кто и каким образом будет его определять - на микроуровне - применительно к духовному благополучию каждой конкретной развивающейся индивидуальности, личности? В начале XXI века на практике ответа на этот вопрос получено не было.

На макроуровне этот вклад создается и определяется:

  • модернизированным содержанием общего среднего образования, суммой вкладов каждого школьного предмета (заметим, что эти аспекты должны быть акцентированы в программах и в образовательных стандартах) хотя бы на уровне информационной обеспеченности, функ - циональной грамотности, технологической умелости, интеллектуаль - ной и волевой подготовленности. Важным моментом программ школь - ных предметов должно стать ознакомление учащихся с характером про - фессиональной деятельности представителей научного знания -математиков, физиков, химиков, историков и филологов и, конечно, тех, кто занят на производстве. Разумеется, формальных биографий выдающихся людей здесь явно недостаточно;
  • педагогическими усилиями учителей-предметников, в професси - ональную квалификацию которых должно входить понимание роли и места преподавания предмета в жизненном и профессиональном са - моопределении личности;
  • усилиями практических психологов, которые отслеживают уро - вень актуализации жизненных планов в малых и больших группах уча - щихся;
  • действиями администрации учебного заведения, которые направлены на разработку и реализацию педагогических мероприятий, сти - мулирование использования инновационных педагогических техноло - гий, обеспечивающих гуманизацию и гуманитаризацию преподавания всех предметов учебного плана;
  • усилиями семьи, которая, по крайней мере, должна способствовать тому, чтобы дети, подростки, юноши и девушки воспринимали школьный воспитательно-образовательный процесс как поддержку и помощь в жизненном и профессиональном самоопределении личности растущего человека, а школьную воспитательно-образовательную среду - как среду для саморазвития, самоопределения, которая ста - новится дружелюбной, если уметь правильно и перспективно форми - ровать образовательные запросы к ней;
  • литература, искусство и СМИ, которые могут - на эмоциональ - но-образном уровне - служить источником сведений о примерах де - ловой карьеры, об особенностях профессий, о труде как высшей по - требности человека, о феномене творчества, об эстетической стороне жизни вообще.

На микроуровне все обстоит достаточно сложно. Во-первых, до сих пор не разработаны надежные способы, методы и процедуры для оцени - вания мировосприятия, мироощущения и мировоззрения индивидуаль - ности, особенно в части проектирования ею собственной будущности (известные тесты дают лишь приблизительную картину). Во-вторых, к сожалению, нельзя полностью доверять оценкам позитивности и размера вклада школьного образования в жизненное и профессиональное са - моопределение личности, данным самими школьниками (даже старше - классниками). В-третьих, поскольку этот вклад имеет методологический (а не прогностический и тем более рецептурный) характер, то с учетом презумпции свободы выбора линий жизни растущим человеком под вли - янием различных обстоятельств оценивание вклада на микроуровне мо - жет быть лишь вероятностным, а не вероятностно-статистическим, как на макроуровне. Наконец, в-четвертых, точность и достоверность оцени - вания находятся в обратной зависимости от субъективности оцениваю - щих, что вполне естественно и непреодолимо.

Нам еще предстоят поиски того, каким путем можно будет привести личностно-ориентированное образование к его истинным целям -оказывать влияние на прогрессивное развитие общества, устранять известные противоречия между общественными и личными интереса - ми, повышать уровень духовности и понимания действительных жиз - ненных ценностей.

Однако социализация личности растущего человека предполагает актуализацию и психолого-педагогическую поддержку проектирования жизненных планов, которые включают отношения к таким параметрам собственной уникальной жизни, как: ценность бытия; личное и се - мейное благополучие; здоровье личное и близких; стремление к пол - ноценной жизни и приобщение к культуре; приложение волевых уси - лий к тому, чтобы собственным трудом обеспечить себе и своей семье безбедное существование; качество жизни (достаток, отдых, досуг); праведность, добропорядочность и опрятность жизни; законопослуш - ность и социальная неконфликтность; сохранение и приумножение материальных, духовных и культурных ценностей семьи и народа; про - фессионализм; активная гражданская позиция; общественное и куль - турное предназначение; воспитание будущих детей.

Отсюда легко можно сделать вывод о том, что достойная жизнь предполагает постоянное активное проектирование жизненных пла - нов, одним из средств реализации и достижения которых является проектирование и корректирование планов профессионального харак - тера, ибо в современном обществе жизненный уровень индивида в значительной мере определяется успешностью его профессиональной карьеры, его подготовленностью к тому, чтобы сделать осмысленный выбор профессиональной деятельности.

С позиций социальной педагогики содержание допрофессиональ-ного и профессионального образования должно не только привлекать внимание детей и подростков к конструированию своего будущего в динамике общества, но и нейтрализовать некоторые социальные шаб - лоны, способные продвинуть довольно большую часть их поколения в социопаты с потерями ориентиров жизненного и профессионального самоопределения растущей личности. Одной из причин такого поло - жения является умолчание о видах доходов, отсутствие необходимых комментариев - школьники вынуждены пользоваться данными «со - циологии и экономики улицы».

В мире имеются всего четыре вида личных доходов: трудовые и закон - ные; трудовые и незаконные; нетрудовые и законные; нетрудовые и незакон - ные. Если подростки могут самостоятельно привести иллюстрирующие примеры, то, вероятно, они сделают первые шаги в жизненном самооп - ределении. Важным, среди прочего, является преодоление негативной тенденции роста рейтинга люмпенизированного труда, не требующего профессиональной подготовленности, знаний и даже опыта («челноки», перекупщики, сидельцы в палатках, охранники и др.). С позиций соци - альной психологии можно считать, что возникает возможность именно допрофессиональным и профессиональным образованием противостоять «синдрому Емели», который, к сожалению, имеет место в коллективном бессознательном россиян (Петрушин, 1995).

Допрофессиональное образование должно давать представление о том, как оплачивается профессиональная работа (это можно назвать структу - рой заработной платы), а профессиональное образование должно конк - ретизировать эту оплату на примерах освоенной трудовой деятельности.

В общем виде в заработную плату входят (точнее, должны входить, однако на самом деле это не так) следующие составляющие: а) оплата потраченного человеком времени (то есть человек обменивает время сво - ей уникальной жизни на определенные блага, получаемые им или други - ми людьми в процессе трудовой деятельности); б) оплата физической, психической, интеллектуальной энергии, затрачиваемой работающим человеком; в) оплата интенсивности работы, напряженности трудовых усилий; г) оплата квалификации, которая определяется опытом, уров - нем образования, способностью справляться с заданиями и задачами определенного класса сложности; д) оплата некомфортных и опасных условий работы; е) оплата потенциальных способностей к обучению, выполнению более сложной работы; ж) оплата личных достижений в работе; з) оплата репутации работника, его имени и известности.

Социальная зрелость, создаваемая допрофессиональным образовани - ем, проявляется, в частности, в умении учащихся отвечать на вопросы типа: «За что получают заработную плату... токарь высокой квалифика - ции, спортсмен, артист, профессор вуза, учитель, милиционер и т.д.?».

В наиболее сложном положении оказываются учащиеся 11-х классов, большинство из которых проектирование профессиональных пла - нов ограничивают выбором высшего учебного заведения, факультета и специальности. При этом они самым важным считают поступление в вуз, тратя на это максимум психической и интеллектуальной энергии, свободного времени, денег родителей (Рогова, 2002).

Обычно они имеют весьма поверхностные представления не только о возможной будущей профессиональной деятельности, психологических особенностях профессии, но и о характере учебной деятельности, содержании профессионального образования. Им также кажется, что они могут приобрести любую профессию из выбранных ими. К сожа - лению, лишь единицы рассматривают вариант непоступления в жела - емый вуз, проектируя другие маршруты к получению выбранной ими профессии. Надо отметить, что вузовские подготовительные курсы весь - ма слабо устраняют дефицит профориентационной информации, эффективность дней открытых дверей оказывается недостаточной.

Экологию детства, отрочества и юности допустимо рассматривать как систему защит растущего человека от: природы (холод, голод, бо - лезни, стихийные бедствия и т.д.), предметного мира (урбанизация, игрушки, СМИ, шумы, вибрации и поля, компьютеры, потоки ин - формации и т.п.), социума (отчуждение, разделение труда, «одиночество в толпе», расслоение, «одномерность человека», напряженность, войны, эксплуатация, насилие и др.), родителей (диктат, насилие, стандартизация, программирование, эксплуатация, несвобода и т.п.), воспитательно-образовательного процесса (заданность, унифицирован - ность, отчуждение, педагогический диктат и др.), самого себя (наслед - ственность, комплексы, психическая структура личности, привычки, физическая и/или психическая инвалидность и т.д.).

Однако любая защита оказывается эффективной лишь при отчет - ливом понимании факторов опасности - хотя бы на уровне описания их и возможных последствий - и попытке ответа на вопрос: чего нам не следует брать в школу третьего тысячелетия?

Экология детства и учения понимается нами как часть (слот, файл) педагогической антропологии, которая поставляет данные для созда - ния современной таксономии целей образования и определения его содержания, для решения проблем образовательной диагностики и прогностики, для компенсаторики, «педагогической терапии», кор - рекции «социального заказа» - или, другими словами, для обществен - но-государственного регулирования системы доступного образования.

Педагогическая антропология показывает, что можно долго и доб - росовестно учиться, становясь при этом все тупее, дичая на глазах и бесконечно удаляясь от истины. Педагогическая антропология предуп - реждает, что воспитание и образование могут быть предельно опасны - ми для личности и общества (Бим-Бад, 1994, с. 25). Школьная практика не обходится без ряда негативных социально-психологических по - следствий, среди которых: увеличение количества неудачников (Глассер, 1991), некоторая заданность ментальное™ (Петрушин, 1995), эскала - ция агрессивности (Бютнер, 1991), усугубление демографической ситуации (Гундаров, 1995), дискомфортное психологическое состояние учительства (Форманюк, 1994) и другие.

Экология детства и учения рассматривается нами как условие (воспи - тательная среда), необходимое для достижения целей новейшей педаго - гики - целей ВОСПИТАНИЯ ЧЕЛОВЕКА СВОБОДНОГО (Первое сен - тября, 1994). Под этим понимается оптимизация социально-педагогичес - кой среды для приобретения способности и получения результатов самовоспитания, проектирования и реализации значимого «Я». Очевид - но, что в этом отношении будущее за личностно-ориентированной педа - гогикой, ядром которой должно стать формирование способности расту - щей личности к жизненному и профессиональному самоопределению.

Таким образом, общее допрофессиональное и профессиональное образование должно быть направлено на увеличение жизненных шан - сов в изменяющихся условиях жизнедеятельности личности и индивиду - альности. Другими словами, образование должно обеспечивать встре - чу человека с самим собой, в том числе и через приобретение именно своей профессии. Когда свободный человек утверждает, что его профессия, специальность самые лучшие, это вполне можно считать частью человеческого счастья. Образование должно стать фактором повыше-ния ресурсности личности.

В конечном счете, содержание школьного образования следует считать информационным и эмоционально-ценностным обеспечением жизнен-ного и профессионального самоопределения школьников, которое, ве-роятно, имеет прямое отношение к педагогической антропологии:

  • под трудом в школьные годы понимаются такие взаимодействия и отношения школьников между собой и со взрослыми, при которых для достижения цели личность предпринимает определенные усилия; не только получается запланированный результат, но и происходит развитие внутреннего мира растущего человека;
  • воспитание любви к труду как стержень трудового воспитания в целом возможно только тогда, когда ребенок проникнется красотой отношений между людьми, возникающих в процессе совместного продуктивного труда;
  • трудовое воспитание нацелено на осознание детьми, подростка-ми, юношеством нравственной ценности трудового начала жизни. Морально-ценностное отношение к труду включает понимание не только общественной, но и личной значимости труда как источника самораз-вития и условия самореализации личности. При этом важным факто-ром становится сформированная способность человека испытывать радость от процесса и результата труда, радость игры интеллектуаль-ных, волевых и физических сил;
  • цели трудового воспитания в школе - социально значимое психофизическое, нравственное и интеллектуальное развитие учащихся и укрепление их задатков и способностей, сущностных сил и призва-ния; включение школьников в успешную трудовую деятельность и си-стему общечеловеческих нравственных ценностей; формирование и удовлетворение их деятельностных и познавательных запросов и по-требностей; создание условий для самоопределения, творческого са-мовыражения и непрерывного образования.

По большому счету, цели трудового воспитания в школе (воспита-ния и образования в целом) можно считать достигнутыми тогда и только тогда, когда имеют место рост трудового, культурного, нравственного и интеллектуального потенциала страны, тенденции уменьшения духовного неблагополучия народа, когда оправдываются ожидания относительно улучшения качества жизни и качества людей.

Литература

  1. Бим-Бад Б.М. Антропологическое основание теории и практики современ-ного образования. Очерк проблем и методов их решения. М.: РОУ, 1994.
  2. Бютнер К. Жить с агрессивными детьми / Пер. с нем. М.: Педагогика, 1991.
  3. В оробьёв Г.Г. Молодежь в информационном обществе. М.: Молодая гвар-дия, 1990.
  4. Глассер У. Школы без неудачников. М.: Прогресс, 1991.
  5. Гундаров И.А. Почему умирают в России, как нам выжить? // Духовное небла-гополучие как причина демографической катастрофы. М.: Медиа Сфера, 1995.
  6. Лернер П.С. «Черные дыры» экономики и содержания общего среднего образования // Известия Академии педагогических и социальных наук. М.: НПО «МОДЭК», 2002. Вып. 6. Образование как фактор государственной безопасно-сти. С. 177-187.
  7. Петрушин В. Победим ли мы синдром Емели? О коллективном бессозна-тельном русского народа // Педагогический калейдоскоп. 1995. № 27. С. 15.
  8. Рогова P . M . Развитие представлений учащихся об обществе, о времени и о себе // Известия Академии педагогических и социальных наук. М.: НПО «МОДЭК», 2002. Вып. 6. Образование как фактор государственной безопасности. С. 195-207.
  9. Форманюк Т.А. Почему «выгорает» учитель // Вопросы психологии. 1994. № 6. С. 57-63.
  10. Человек свободный. Педагогический манифест // Первое сентября. 1994. № 83.

Волынская А.Б. (Москва)

Социальные ориентиры жизненных смыслов в юношеском периоде жизни

Смысл жизни у каждого человека свой, он заведомо не может быть общим для всех. Тем не менее все мы движемся по возрастной лестнице своего жизненного пути, на каждом этапе которого имеются не только индивидуальные, но и общие, заданные извне смыслообразующие ком-поненты. В процессе личностной интернализации они наполняются конк-ретным индивидуальным содержанием и отчасти трансформируются. Внеш-ние же детерминанты определяют не столько содержание, сколько на-правление целей и задач, стоящих перед человеком того или иного возраста. В обществе понятие возраста является не только естественно-биологичес-ким, но и психологическим и социокультурным, поэтому социальное окружение предъявляет к людям разных возрастов различные требования.

В юношеском периоде жизни от человека требуется прежде всего са-моопределение - выбор профессии и связанного с ним основного на-правления жизненного пути. Эта задача существует в разных вариантах, но обязательно касается всех вступающих в жизнь молодых людей. В связи с этим многие психологи считают крайне необходимым к началу юно-шеского возраста открытие собственного «я», осознание своей идентич-ности и ее свойств, своих интересов и способностей (Кон, 1984). С другой стороны, требуется хотя бы приблизительное знание мира профессий, их распространенности, востребованности, престижа и оплаты. Адекватный, не приводящий к разочарованиям выбор может быть сделан только на пересечении первого и второго, то есть внутренней и внешней реальности. Задача для вчерашних школьников, прямо скажем, не из легких. Веро - ятность того, что первый выбор окажется ошибочным, очень велика.

Такое требование является скорее идеальным, чем реальным - в действительности многие люди, уже будучи взрослыми, не знают в достаточной мере ни себя, ни своих сильных и слабых сторон, ни по - стоянно меняющегося мира профессий. И увы, они не могут научить этому своих детей. Поэтому в тех семьях, где родители неудовлетворе - ны своей работой и трудятся только по необходимости, дети с высо - кой вероятностью следуют их модели поведения.

В раннем юношеском возрасте происходит интеграция всех бывших идентичностей ребенка, к которым присоединяются также и новые, возникшие недавно. Именно на основе осмысления этих идентичностей необходимо ставить себе цели. Л. Выготский (1984) отмечал, что многие трудности подростково-юношеского возраста объясняются не слабостью воли, как принято считать, а слабостью цели. Этот процесс очень сложен, и далеко не у всех он проходит оптимальным образом. Не только подростки и юноши, но и многие взрослые не умеют ста - вить перед собой адекватные цели, соответствующие их внутренней сути и жизненным обстоятельствам. Выбирают то, что модно, престижно, а потом оказывается, что и достигнутое не приносит удовлет - ворения. Ш. Бюлер отмечает, что условием сохранения психического здоровья является обладание жизненными целями, адекватными внут - ренней сути личности. С ее точки зрения, причиной неврозов выступа - ют не столько сексуальные проблемы или чувство неполноценности, сколько недостаток направленности, самоопределения.

Э. Эриксон (1996) считает, что для юности характерна боязнь диф-фузности идентичности. Молодых людей одолевают сомнения относи - тельно своего места в обществе, своей принадлежности к тем или иным социальным группам, своих возможностей и перспектив. Пережива - ние опасности не найти свою идентичность, стремление к самоопре - делению, поиски желаемой социальной среды часто вызывают нетер - пимость, отвергание мнений, вкусов, норм «чужих» групп, повышен - ную агрессивность в поведении. Фактически все это - «защитные» механизмы, скрывающие повышенную уязвимость и ранимость пери - ода юношеского кризиса идентичности.

Следует заметить, что первичная, размытая, мало осознаваемая ин - формация о себе есть у большинства молодых людей, однако ее часто оказывается недостаточно для принятия одного из самых важных в жизни решений - выбора профессии. Какому из своих интересов отдать пред - почтение, насколько он устойчив и может ли стать основой для будущей профессии, достаточно ли у меня способностей и на какой уровень я могу претендовать - подобные вопросы встают в этот период жизни прак - тически перед каждым. Доказано, что неадекватный выбор профессии и сферы деятельности пагубным образом отражается не только на судьбе работников, рассчитывающих на профессиональное продвижение и вы - сокий уровень, но и на судьбе рабочих самых распространенных специ - альностей. Г. Мюнстерберг (1996) обращает внимание на то, что для рабо - чих в различных сферах производства необходимы далеко не одни и те же свойства внимания и восприятия; большое значение имеют также инди - видуальный ритм работы, индивидуальная утомляемость, способность извлекать пользу из повторения, способность к подражанию и воздей - ствию на других. Однако, начиная работу, человеку трудно предвидеть, каких успехов он может в ней достичь.

Исследования и социологические опросы В. Шубкина (1979) позво - лили ему сконструировать две пирамиды. Одна из них, обращенная вер - шиной вниз, - это мир желаний и надежд выпускников: большинство из них желают получить профессии «наверху» - престижные и высоко - оплачиваемые. А другая пирамида, «перевернутая» по отношению к пер - вой, - это реальное распределение профессий и должностей в обще - стве. В нем мало престижных и высокооплачиваемых мест и много оце - ниваемых низко. Хотя это исследование проводилось в советское время, такие «перевернутые» пирамиды неизбежны в любом обществе: везде ценится то, чего мало, чего трудно добиться и что, следовательно, уда - ется немногим. Эта бытийная закономерность гораздо более устойчива, нежели закономерности, зависящие от социального строя.

В этих «перевернутых» пирамидах несложно прочесть предстоящие разочарования и трагедии миллионов вступающих во взрослую жизнь выпускников. Откуда взять веру в себя, если она беспрестанно подавлялась и подавляется? Как узнать, обоснована ли эта вера или это просто незрелое юношеское желание считать себя более способным, чем ты есть в действительности? Ответы на подобные вопросы можно получить только из практики. Но в юности опыта мало, а первый прак - тический опыт, особенно жестокий и болезненный, не является пол - ноценным ответом на непростые вопросы жизни.

Выбор может осложняться еще и тем, что круг интересов и способ - ностей выпускника нередко относится к низкооплачиваемым сферам труда. Ценность богатства сейчас широко распространена в умах и вы - текает из устройства общества и распределения в нем престижа и воз - можностей. Эти ценности, представленные в романтическом ореоле, постоянно транслируются через СМИ. Не зная никаких других ценно - стей, многие молодые люди отождествляют понятие богатства с поня - тием счастья. При таком положении вещей значительная часть молоде - жи интересуется своей идентичностью меньше, чем внешним соци - альным преуспеванием. Соответственно, выбор специальности проходит под знаком ее оплачиваемости и престижности, без учета собственной внутренней предрасположенности.

Предательство себя в дальнейшем обходится гораздо дороже, чем это кажется на первый взгляд. Во-первых, отсутствие достаточного интереса и способностей к профессии не позволит молодому человеку занять в ней положение на верхних этажах. В то же время, высокая квалификация в интересной для него, но менее денежной профессии, возможно, обеспе - чила бы ему не меньший доход. Во-вторых, эмоциональное удовлетворе - ние от работы и связанное с этим самоуважение не измеряется ни в ка - ком денежном эквиваленте, но является очень значимой ценностью. Увы, при таком выборе эта ценность безвозвратно утрачивается. В-третьих, никто не гарантирует, что ныне престижная и хорошо оплачиваемая профессия через десять-двадцать лет останется таковой. И что же тогда получается? Нелюбимая работа, невысокий уровень собственных профессиональных достижений, помноженный на неожиданно понизившиеся престиж и оплату этой сферы деятельности!

Часто выпускников одолевают сомнения в собственных способностях. Достаточно ли их для реализации профессиональных намерений? Незрелое сознание склонно брать за образцы выдающиеся достижения человечества, и сравнивая себя с ними, то тешиться иллюзиями (до поры до времени), то предаваться отчаянию, когда не удается выйти на тот же уровень. В действительности важно сравнивать себя не столько с другими, сколько с самим собой. При выборе профессии более целе - сообразно учитывать свое относительное преимущество в данной дея - тельности, то есть преимущество относительно самого себя по сравне - нию с вложением того же времени и сил в другие виды труда.

Для некоторых юношей и девушек характерно нежелание или боязнь взрослеть. Переход от зависимости детства к самостоятельности и ответст - венности взрослости имеет две стороны. Зависимость неприятна, а ответственность страшна. Однако некоторые молодые люди, привыкшие к зависимости, вполне примирились с ней и готовы терпеть ее и дальше, лишь бы не брать на себя ответственность. Возможно, зависимость в детстве для них была не особенно тяжелой, или они просто к ней слишком хоро - шо приспособились и даже не представляют себе, как может быть иначе. В подобных случаях вырастают инфантильные особи, стремящиеся к веч - ному детству, неспособные вступить во взрослую жизнь, а тем более -найти в ней свое место. Эта альтернатива между зависимостью и ответ - ственностью порождает различные типы людей, тяготеющих к тому или другому полюсу. Со всей остротой этот выбор на практике встает именно в юности, которую можно считать сензитивным периодом для него.

Юность ориентирована в значительной степени на будущее. Это не противоречит страху перед ним, поскольку психологическая ориентация на будущее может оправдывать пассивность в решении сегодняшних проблем. В это время строятся грандиозные жизненные проекты, мысленно примериваются различные профессии и социальные роли, проигрыва - ются разные варианты жизненного пути. Однако даже в этом молодой человек совсем не так свободен, как бы нам того хотелось и как утверж - дает официальная идеология. Первое - это социальные ограничения: материальные возможности семьи, ее образовательный и культурный уровень, наличие или отсутствие связей с влиятельными лицами, вели - чина и статус места жительства. Обычно это понимают все, но главное все же не в этом. Еще важнее наличие неосознаваемого жизненного пла - на, который складывается отнюдь не в сознательном возрасте, а гораздо раньше. Уже в детском саду, в сюжетно-ролевых играх дети невольно де - монстрируют свои представления о собственном будущем. Идентифици - руя себя с любимыми куклами и другими игрушками и придумывая для них сценарий и роли, они выдают то, о чем не до конца знают сами: свои ожидания будущих событий, свою социальную значимость, отношение к себе других людей. Поскольку эти ожидания мало осознаются, пересмот - реть их через прожектор сознания приходит в голову далеко не всем.

Юношеские мечты о собственном месте в жизни можно разделить на те, которые молодые люди намереваются реализовать, и те, которые из - начально нежизнеспособны, но приносят эмоциональное удовлетворе - ние как раз вследствие своей недостижимости и иллюзорности. Если ко вторым именно так и относиться, они могут принести определенную эмоциональную разрядку, и, возможно, в этом их польза. Но как только их смешивают с мечтами первого типа и хотят воплотить их в жизнь, человеку практически гарантированы жестокие разочарования.

Юность является сензитивным периодом для влюбленности, для проб и ошибок в этой сфере. Большинство молодых людей жаждут романтичес - ких чувств и придают им огромное значение. Те, кто к ним не стремятся и их не испытывают, считаются в нашей культуре эмоционально ущерб - ными. Однако и те, кто проводят многие годы, а то и десятилетия в поис - ках романтических приключений, также оказываются дезадаптированными в реальной жизни. Влюбленность, страсть, готовность к эмоциональным взлетам и падениям являются, в основном, прерогативами юности. В даль - нейшем чувства становятся более спокойными, поскольку невозможно долго жить на пределе своих эмоциональных возможностей. Но некото - рым людям подобные психические состояния настолько нравятся, что они превращают свою жизнь в погоню за чувствами, наподобие некой азартной игры. Крушение иллюзий вызывает сильную боль, но оно же может стать толчком для пересмотра своей деструктивной эмоциональ - ной стратегии. Достижение эмоциональной зрелости взамен эйфоричес-ких взлетов и падений наполняет жизнь смыслом и самоуважением.

В юности необходимо почувствовать смысл в собственной жизни сво - ей мужской или женской роли, которая теперь и в дальнейшем будет значить гораздо больше, чем в детстве. Индивид стоит перед выбором -принять и полюбить эту не им выбранную роль, внести в нее свой смысл и свою идентичность или быть недовольным своим полом, тем самым превращаясь в некое существо среднего рода. В процессе первичной соци - ализации ребенок получил сведения о роли мужчины и женщины в об - ществе и в семье, о себе как представителе определенного пола, об оцен - ке этого факта родителями - желательности или нежелательности появ - ления его на свет в качестве мальчика или девочки. Высокая оценка себя как мужчины или женщины невозможна без вживания в собственный образ мужественности или женственности, без нахождения привлекатель - ных сторон в исполнении соответствующей роли. Успешная социализа - ция предполагает не просто внутреннее принятие своей половой роли, но и радость от ее исполнения. Низкая оценка себя как мужчины или женщины влечет за собой многочисленные сложности во взаимоотноше - ниях с противоположным полом, даже если в других сферах жизни само - оценка вполне адекватна.

В нашей культуре одобряется, когда романтические отношения моло - дых людей завершаются браком. Однако известно, что браки по любви, а вернее, по страсти, во многих случаях не оправдывают надежд и оказыва - ются очень непрочными, так как завышенные ожидания счастья слиш - ком часто не выдерживают испытания обыденностью и бытом. Для устой - чивого брака требуется не влюбленность, а гораздо более реалистическая любовь. Последняя во многом отличается от первой. Вместо идеализации партнера, реалистическая любовь предполагает знание его особенностей, в том числе и недостатков, умение понимать собственные чувства и уп - равлять ими, готовность преодолевать сложности в отношениях, а не счи - тать, что любовь сама по себе все преодолеет, ориентацию не столько на романтику в отношениях, сколько на поддержку и понимание друг друга. Но в то же время для счастливого брака необходима и некоторая доля романтики. Сочетание одного с другим требует знания жизни, мудрости и дается нелегко. Безудержная погоня за романтикой приводит к разруше - нию брака и частой смене партнеров, а предание романтики полному забвению - к скуке, рутине и неудовлетворенности браком. Нахождение равновесия между романтизмом и реальностью в чувствах является на - столько непростой задачей, что решить ее на юношеском этапе удается немногим, хотя социокультурные нормы побуждают большинство людей создавать семьи на исходе юношеского периода.

В моделях многих исследователей возрастное развитие предстает как совершенствование, постепенное и непрерывное наращивание потенциала. Однако вряд ли с этим можно согласиться в полной мере. Конечно, это справедливо как тенденция, однако развитие в определенные моменты предполагает не только движение вперед, но и временный регресс. В качест - ве примера можно привести потерю сензитивности, когда то, что легко б ыло сделать вчера, становится очень трудно, а то и невозможно сделать сегодня. Это относится, например, к развитию речи, спортивных талан - тов, обучению многим видам искусства. Это же касается и общей любоз - нательности, отзывчивости, приобретения коммуникативных навыков. В юности должен произойти выход во взрослую жизнь, и необходимо най - ти конкретные пути для этого, во многом непохожие на пути других лю - дей. Будущее любого человека строится исходя из его прошлого, опираясь на то, что уже есть. Молодой человек вынужден учитывать свои потенци - альные возможности, выбирать не все, что ему пожелается, а только наи - лучшее из доступного. Само понимание этого часто дается с трудом и требует преодоления внутреннего сопротивления - хотелось бы верить в безграничность своих возможностей, тем более что официальная пропа - ганда провозглашает широко открытые пути для каждого.

Мудрость в данном случае предполагает нахождение меры в понима - нии своих возможностей и ограничений. Неумение себя ограничивать приводит к дезадаптации, метаниям, неспособности найти свое место в жизни. В этом случае, из-за отсутствия четкого и реального направления, обстоятельства больше управляют человеком, чем он ими. С другой сторо - ны, чрезмерное ограничение приводит к тому, что человек теряет многие возможности, особенно труднодоступные, становится зашоренным, пе - рестает развиваться. Он даже не замечает множества вариантов и неволь - но проходит мимо того, что могло бы улучшить его жизнь. И в том, и в другом случае теряется ощущение осмысленности жизни, поскольку ин - дивид не в состоянии ею управлять. Неумение найти свою идентичность и свое место в жизни препятствует обретению смысла, так как смысл жиз - ни и ее отдельных этапов не выдумывается произвольно, а вытекает из сочетания личностных свойств и конкретных обстоятельств. Если этого не происходит, то появляется недовольство ранее сделанными выборами, возникает ощущение бессмысленности собственного существования даже при внешне благополучной обстановке. Потеря прежнего смысла жизни и интенсивные поиски нового происходят особенно часто именно в юно - шеском возрасте, поскольку переход от детства к взрослости требует транс - формации главных жизненных смыслов. Упущенные возможности служат источником переживаний в дальнейшем, но часто они являются стиму - лом для самосовершенствования и наполняют жизнь смыслом, если че - ловек захочет ему следовать.

Литература

  1. Выготский Л. С. Педология подростка. Вопросы детской (возрастной психологии). М ., 1984.
  2. Кон КС. В поисках себя. (Личность и ее самосознание). М ., 1984.
  3. Шубкин В.Н. Начало пути. М ., 1979.
  4. Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис. М ., 1996.

Осницкий А.К. (Москва)

Акме подросткового возраста как оформление субъектной активности школьника

Акмеология как наука о сущностных силах и проявлениях личностно - го развития человека, расцвета его возможностей предполагает, что та - кие моменты в жизни человека редки и связаны преимущественно с пе - риодами его продуктивной взрослости. Между тем сам процесс развития, личностного становления сопровождается неоднократными «душевными взлетами», что дает возможность представить его как процесс, которому свойственны промежуточные моменты расцвета (вспомним рисунки Нади Рушевой, полотна Ф. Васильева, детские и юношеские стихи А.С. Пуш - кина, М.Ю. Лермонтова). Разрабатывая возрастной подход в акмеологии, А.А. Бодалев и его последователи говорят о «микро-» и «макро-акме» на каждом отрезке жизненного пути человека. Такой подход, как нам пред - ставляется, во-первых, не делает фатальным срок наступления душевно - го расцвета и, во-вторых, в каждой поре развития предполагает его воз - можность и связанные с этим акмеологические состояния.

С этой точки зрения нас в первую очередь привлекает подростко - вый возраст, который, по нашему мнению и по мнению ряда других авторов, является периодом становления активной позиции человека в процессе жизнедеятельности. В настоящей статье мы рассмотрим две возрастные особенности, которые влияют на становление субъектной активности и возникновение периодов «микро-акме» у подростков: овладение способностью к ученичеству и развитие самостоятельности.

Как известно, данный период связан с овладением способностью к осознанному ученичеству - чисто человеческой способностью в высших ее проявлениях. А уж овладеет ли подросток этой способностью и станет ли она неотъемлемой частью его жизнедеятельности, зависит не только от него, но и от окружающих его взрослых, а также от множества других обстоятельств. Философы и психологи связывают дан - ную способность с другой, развивающейся тогда же и называемой рефлексией - способностью взглянуть на себя со стороны, способностью разобраться в своих возможностях.

На данном этапе овладения ученичеством подросток осваивает «куль - туру сомнения» (начинается она с недоверия) по отношению к своим знаниям и знаниям окружающих, которая вынуждает (побуждает) его к поиску «более правильного» знания. До сих пор он продвигался от «не понимаю», «не знаю», через «что-то кажется понятным» к «теперь все понял», «теперь знаю». Сумма таких движений и говорила подрастающему ребенку о степени приближения к взрослости. (Да, пока он еще многого не понимает и не знает, но со временем и он разберется, став взрослым, умным и сильным. Чувствуете, как упрощенно ребенок воспринимает мир, в котором живет? нужно только вырасти, стать взрослым, чтобы разобраться во всем.)

На следующем этапе новое знание рождается уже из перепроверки, испытания полученного знания - оно приближается к научному зна - нию, при добывании которого применяется достаточно сложная тех - нология: продумываются и формулируются проблема (вопрос) и соот - ветствующие предположения относительно того, как ее можно разре - шить, затем предпринимаются попытки проверить эти предположения и найти более правильное решение. При этом часто обнаруживается, что и взрослые многого не знают, на многие вопросы не могут отве - тить, хотя и бьются над ними не одну тысячу лет. А главное - не могут судить о том, что сейчас нужно именно этому подростку.

Подростковый период - период новых возможностей ученичества. Но в действительности выйти на эту ступень удается не каждому. Создается впечатление, что полноценное овладение ученичеством удается лишь особо талантливым людям, да и то - при удачно сложившихся обстоя - тельствах. Остальные довольствуются частичным овладением этой способ - ностью (в профессиональной сфере, в сфере личной увлеченности, в сфере основных достижений). Известно, что многие из подрастающего поколе - ния закрывают себе возможность выхода на эту высшую ступень учениче - ства (опять же, не без помощи взрослых), ограничиваясь достижениями первых двух уровней и принимая мир таким, каким его видит большин - ство окружающих, растворяясь в этом мире, не задумываясь о нем.

Почему у тех, кто находит радость и смысл жизни в постоянном уче - нии, в постоянном овладении новыми знаниями и умениями, жизнь получается интересной и незаурядной? И почему другие жалуются на скуку, на отсутствие интереса, на неудачные попытки овладеть новыми знания - ми, изменить свою жизнь? Многое объясняется тем, что «счастливчики» сумели выйти на уровень осознанного, увлекательного ученичества. На этом пути нередко встречаются и поражения, и разочарования, но есть и радость победы, радость постижения нового для себя знания, радость ут - верждения в собственной правоте. Но одной развитостью рефлексии не объяснишь выход на данную ступень ученичества. Как правило, людей, живущих увлеченной жизнью, называют еще и самостоятельными!

Психологический анализ детской самостоятельности показывает, что только в подростковые годы самостоятельность становится осозна - ваемой и контролируемой. Только в эту пору ребенок обретает пози - цию «автора, хозяина и режиссера своих дел и поступков». Многочисленные исследования показали, что самостоятельность ребенка обеспечивается соответствующим опытом познания мира, в котором он живет, познания собственных возможностей и опытом управления своими усилиями, так называемым регуляторным опытом, или опы - том субъектной активности.

Обратившись к анализу опыта самостоятельного человека, опыта, бла - годаря которому человек сам имеет возможность ставить себе задачи, выбирать из числа задач, навязываемых ему окружением, необходимые для себя, последовательно добиваться их успешного решения, мы уста - новили пять взаимосвязанных и взаимодействующих слагаемых: опыт ценностей, опыт привычной активизации, опыт рефлексии, операцио - нальный опыт, опыт сотрудничества. В исследовательских целях мы обо - значили опыт самостоятельного человека как регуляторный опыт или опыт субъектной активности. Заметим, что его компоненты определяют и дея-тельностные грани личности: целенаправленность, рефлексивность, спо - собность к активизации, умелость, коммуникативность. Возможно, опре - деления, введенные нами, покажутся несколько отвлеченными или слиш - ком научными. Вглядимся, что стоит за каждым из них.

Опыт ценностей - это, говоря другими словами, освоенные чело - веком ценности. И те, которые стали в его жизни самыми главными для него, и те, о которых он часто не задумывается, но без которых немыслимо его земное существование. На основе этого опыта форми - руются критерии, нравственные оценки и понятия, которыми человек руководствуется в своих действиях и поступках. Разве не важно нам, заинтересованным в судьбе подростка, знать, в какой степени он «сам дошел до них»? А если он взял их из окружающей жизни (что тоже вполне естественно), то каким образом: «примерив к себе», испытав, или приняв слепо, без критики, без раздумий?

Опыт привычной активизации определяет, сколь широка наша са - мостоятельность, какими «наработанными» действиями мы распола - гаем, чтобы эту самостоятельность воплотить в жизнь. Благодаря тако - му опыту нам не приходится всякий раз «не зная броду, соваться в воду». Благодаря ему наше тело, наши мышцы, наши органы восприя - тия, наши мысли оказываются наготове в нужный момент и в нужном месте. Мы часто даже не замечаем, насколько всякий раз бываем под - готовленными к очередному действию, помимо тех усилий, которые мы предпринимаем сознательно. Знание о феноменологии тончайших «преднастроек» - одна из удивительнейших областей психологии.

Близок к этому опыту операциональный опыт - опыт конкретных умений, четко сформированных способов действия. Однако еще раз напомним: опыт привычной активизации скорее соотносится с нашей привычной подготовленностью к самым различным ситуациям, не требующей раздумий и специальных усилий, а операциональный опыт связан с осознаваемыми преобразованиями ситуации, со «здесь-и-те-перь» продумываемыми и предпринимаемыми действиями.

Опыт рефлексии связан с определением наших возможностей. По - скольку мы уже подробно говорили, что такое рефлексия, легко по - нять, что имеется в виду. Способность «посмотреть на себя со сторон ы», оценить и проанализировать свои действия - с точки зрения их обоснованности, успешности и с других точек зрения - необходимейшее звено самостоятельности. Иначе слишком часто мы будем дей - ствовать вслепую - и то и дело попадать впросак.

И наконец, опыт сотрудничества. Без него невелика цена нашей самостоятельности - ведь большую часть наших рабочих, учебных, житейских дел приходится выполнять во взаимодействии с другими людьми, сообща, соизмеряя свои усилия и намерения с усилиями дру - гих. (К сожалению, в образовательных учреждениях культуре сотруд - ничества практически не уделяют внимания, а сейчас к тому же без критического осмысления насаждается присущая Америке, но не при - сущая России культура жесткой конкуренции и соперничества.)

В контексте анализа регуляции активности детей и взрослых нами иссле - дуются субъективные репрезентанты осознанной саморегуляции и опыта субъектной активности, то есть те формы отображения субъектной актив - ности, которые связаны с различными моментами регуляции собствен - ного поведения и отображения производимых преобразований в созна - нии человека, в его переживаниях, оценках и занимаемых им позициях.

По этим пяти «измерениям» можно оценить широту и развитость са - мостоятельности подрастающих детей. Что, как не целенаправленность, осмысленность, способность к активизации усилий, умелость и способ - ность к сотрудничеству, отличает самостоятельного ребенка (и взросло - го) от несамостоятельного? Помогая им возместить отсутствующие ком - поненты опыта самостоятельности, мы даем им возможность обрести более твердую почву под ногами, благодаря чему они успешнее справятся с естественными проблемами роста, смогут лучше развить свои способнос - ти и удачнее взаимодействовать с собственным окружением.

Быкова Н.А., Кувшинова О.Б. (Самара) К вопросу об адекватности восприятия подростками смысложизненных ориентации старшего поколения

Первичным институтом социализации молодежи является семья. Ме - ханизм идентификации приводит к присвоению смысловых ориента - ции, характеризующих культуру данной социальной группы. Цель на - шей работы - изучить взаимосвязи смысложизненных ориентации родителей, образовательной среды и смысложизненных ориентации подростков. Наше исследование проводилось с марта по октябрь 2002 года. В эксперименте принимали участие три группы испытуемых. 1 груп - па - подростки в возрасте от 14 до 16 лет (30 человек), воспитанники военно-спортивного центра «ЗОЛОС»; 2 группа - родители воспитанников военно-спортивного центра (46 человек, из них мам - 28, пап - 18); 3 группа - подростки в возрасте от 14 до 16 лет (30 чело - век), учащиеся ПЛ № 27 г. Самары. Испытуемым-подросткам были заданы вопросы об их целях в жизни, о том, какие, на их взгляд, основные цели в жизни у родителей, у друзей. Также были опрошены родители на предмет их жизненных целей.

Для сбора первичной информации применялся метод целевого опроса-интервью, частично раскрывающего бессознательные жизненные цели.

1 лист. Каковы мои жизненные цели? Главное в моей жизни?

2 лист. Как бы я хотел(а) провести ближайшие три года (идеаль - ные условия)?

3 лист. Если бы я узнал(а), что мне осталось жить шесть месяцев с сегодняшнего дня, как бы я их прожил(а)?

4 лист. Выпишите три самые важные цели из тех, которые отмечали. Выявленные цели затем группировались в 8 классов:

  1. духовные цели, саморазвитие (Д);
  2. ответственность за всю свою жизнь в целом и свои поступки (От);
  3. цель, определение своего места в жизни, ее смысла (Ц);
  4. семья, близкие люди, родственные души (С);
  5. карьера, стремление к известности (К);
  6. гедонистические цели (удовольствия как самое ценное в жизни) (Уд);
  7. «обычная жизнь» (Об);
  8. деструктивные цели (Дес-Бесп).

Сравнение СЖО подростков и их представлений о СЖО родителей

методом хи-квадрат показало, что значимых различий между представлениями подростков о главных целях родителей и их собственными главными целями не существует, отличие лишь в том, что воспитан - ники центра имеют более широкий диапазон представлений о СЖО родителей, а также сами имеют больший спектр СЖО по сравнению с ориентациями учащихся лицея.

Кроме того, нами было проверено, существуют ли различия меж - ду представлениями о главных целях родителей и главными жизненны - ми иелями мальчиков и девочек . Были получены следующие результа - ты: 1) не существует значимых различий между представлениями о СЖО родителей и СЖО девочек; 2) не существует значимых различий между представлениями о главных целях в жизни отцов и главными целями мальчиков; 3) существуют значимые различия между представлениями о СЖО мам и СЖО мальчиков. Разница проявляет - ся в соотношении в выборах ценностей семьи и поиска цели. У самих мальчиков поиск целей в жизни составляет 39%, ценности семьи -33%, в представлениях о целях мам 66% - ценности семьи, 20% - поиск цели. Видимо, по мнению мальчиков, главным для женщины должна быть семья, а для мужчины важнее постановка перед собой и достижение различных целей, что обусловлено культурно-историческими традициями нашего общества. Хотим обратить внимание на еще одну выявленную нами особенность. При ответе на второй вопрос 46% воспитанников центра высказали озабоченность глобальными проблемами достижения мира на Земле, обеспечения «процветания» России, уничтожения наркотиков и тому подобным. Такие цели включили в свои ответы и 36% родителей, причем наличие ответов данного типа у ребенка и у его родителя совпадает лишь в 16% случаев. По-видимому, взрослея, люди теряют способность мыслить глобально, их интересы становятся более узконаправленными и касаются в пер-вую очередь их самих.

Далее нами было рассмотрено, насколько представления детей о главных целях в жизни родителей совпадают со СЖО самих родите- лей. Сравнительный анализ результатов исследования с помощью критерия хи-квадрат не позволил выявить значимых различий между дан-ными выборками, что дает возможность сделать вывод о том, что дети в целом имеют верное представление о СЖО своих родителей. Сравнение СЖО воспитанников иентра и учащихся лииея показало, что значимых различий между выборками не обнаружено, следова-тельно, значительных различий в определении СЖО у подростков данного возраста не существует, независимо от того, где они обуча-ются в данный момент времени. В обеих группах в структуре СЖО ведущими являются поиск цели в жизни, ценности семьи и стремление к удовольствиям.

Рассмотрим выявленные незначительные различия между СЖО учащихся лицея и воспитанников центра. В результате ранжирования ответов на первый вопрос была выявлена следующая структура наибо-лее значимых целей в настоящем:

Профдипей 74% — различные цели; 13% — семья;

8% — стремление к удовольствиям; 3% — духовные цели, ответственность и карьера

Военно-спортивный центр 53% — поиск цели; 24% - семья;

9% — стремление к удовольствиям; 7% — карьера; 4% — духовные ценности; 2% — обычная жизнь и деструктивные цели

Заметно, что структура СЖО воспитанников военно-спортивного центра более разнообразна, чем у лицеистов.

В состоянии фрустрации структура СЖО у подростков меняется:

Профлицей 41% — ответственность за свою жизнь;

30% — стремление к удовольствиям; 13% — ценности семьи; 10% — бесполезные цели; 6% — место в жизни

Военно-спортивный центр 25% — ответственность; 21% — стремление к удовольствиям; 16% — семья; 13% — бесполезные цели; 12% - место в жизни;

7% — духовные ценности; 6% — обычная жизнь

Таким образом, можно предположить, что в критический период жизни на первое место в группах выйдут осознание ответственности за собственную жизнь, а затем стремления ко всевозможным удоволь-ствиям; значимыми остаются ценности семьи. У воспитанников цент-ра снова наблюдается некоторый процент духовных ценностей, отсут-ствующий у учащихся лицея.

Главные цели подростков при ответе на четвертый, итоговый воп- рос в процентном соотношении распределились следующим образом:

Военно-спортивный центр

Профлицей 52% — место в жизни; 34% — семья; 6% — стремление к удовольствиям; 3% — ответственность; 3% — карьера; 2% — духовные ценности

43% — семья;

32% — место в жизни;

12% — стремления

к удовольствиям;

7% — духовные ценности;

3% — ответственность;

3% — карьера

Заметна большая значимость семьи для воспитанников центра. По-иск цели в жизни, соответственно, уходит на второй план, тогда как у лицеистов имеет место обратная ситуация. Вероятно, это обусловлено наличием более близких взаимоотношений в семьях воспитанников центра, о чем косвенно свидетельствует тот факт, что воспитанники центра дали более подробные ответы на вопрос о главном в жизни их родителей, чем учащиеся лицея; в лицей же чаще попадают дети из трудных либо неполных семей.

Представления подростков о СЖО их мам выглядят таким образом:

Профлицей 68% — ценности семьи; 25% — место в жизни; 7% — стремление к удовольствиям

Военно-спортивный центр 71% — ценности семьи; 16% — место в жизни; 5% — духовные ценности; 3% — стремление к удовольствиям; 3% — бесполезные цели

Представления подростков о СЖО своих отцов:

Военно-спортивный центр 46% — ценности семьи; 35% — место в жизни; 8% — стремление к удовольствиям; 5% — ответственность; 3% —духовные ценности; 3% —деструктивные цели

То есть воспитанники центра имеют более широкие представления о СЖО своих родителей, так как, по-видимому, имеют с ними боль - ше точек соприкосновения, больше общаются и, следовательно, луч - ше их знают.

Представления подростков о СЖО их друзей не имеют между собой существенных различий. По их мнению, они определяются в основном поисками цели и стремлением к удовольствиям. Однако здесь следует отметить, что смогли написать о главном в жизни своих друзей 73% воспитанников центра и лишь 53% учащихся лицея. Почти у половины из обследуемой группы учащихся лицея либо нет близких друзей, либо общение с друзьями носит довольно поверхностный характер, либо существует еще какая-то причина, объясняющая данный факт.

ВЫВОДЫ:

  1. Представления о СЖО родителей и СЖО самих подростков не имеют между собой значимых различий.
  2. Не существует значимых различий между СЖО девочек и их пред - ставлениями о СЖО их мам и отцов.
  3. Не существует существенных различий между представлениями о СЖО отцов и СЖО мальчиков.
  4. Между представлениями о СЖО мам и СЖО мальчиков существуют значимые различия, выраженные в постановке главной цели: у мам - семья, у мальчиков - поиск цели.
  5. Не существует значимых различий между представлениями подрост - ков о СЖО родителей и СЖО самих родителей, что говорит о наличии у детей верного представления о направленности их родителей.
  6. Существуют значимые различия в определении главных целей соб - ственной жизни у воспитанников центра и их мам, что скорее всего объяс - няется достаточно большим количеством мальчиков в выборке.
  7. Не существует значимых различий между представлениями о СЖО родителей подростков (учащихся лицея и воспитанников военно-спортивного центра).
  8. Ведущими СЖО у подростков являются место в жизни, ценность семьи и стремление к удовольствиям. Профлицей 62% — ценности семьи; 19% — место в жизни; 19% — стремление к удовольствиям
  9. В критический период жизни на первое место у подростков вый - дет, возможно, осознание ответственности за свою жизнь.
  10. Представления о СЖО друзей у воспитанников центра и уча - щихся лицея практически совпадают: это место в жизни и стремление к удовольствиям.
  11. Не существует значимых различий между СЖО подростков, обу - чающихся в различных учебных заведениях.

Результаты нашего исследования подтверждают, что к моменту осоз - нания индивидом своей принадлежности к определенной социальной группе он уже разделяет заметную часть ее смысловых ориентации, входящих в «ценностное ядро» данной группы. В итоге можно отме - тить, что существует необходимость не только в создании условий для личностного развития учащихся, но и в проведении определенной ра - боты в обществе, способствующей привлечению более пристального внимания к задачам и возможностям семьи в воспитании гражданина.

Аозоцева В.Н. (Москва)

Осмысление подростками значимости собственной жизни в процессе личностного самоанализа

Современный этап жизни российского общества, связанный с карди - нальной перестройкой всей системы отношений (социальных, экономи - ческих, политических, семейных и т.д.), создает новые возможности для личностного становления растущего человека. Однако огромные трудно - сти переходного периода в развитии общества связаны с появлением раз - ного рода психологических дезадаптации. В сложном положении оказыва - ются дети, чьи родители тяжело переживают жизненную дезорганизацию. Особенно уязвимы в этом отношении дети, переживающие так называе - мые нормативные кризисы или критические периоды, связанные с пере - ходом от одного возрастного этапа к другому. В полной мере это относится к такой социальной группе, как подростки. Они, как известно, пережи - вают кризис взросления, и, если клубок психологических переживаний, связанных с этим состоянием, усугубляется житейскими критическими ситуациями, складываются деструктивные условия, препятствующие лич - ностному росту человека. Подростки плохо осознают значимость собствен - ной жизни. К тому же, они переживают кризис самооценки, когда ру - шатся былые представления о себе и формируются новые. В этой связи поиск интегративных механизмов созидания личности выступает как ог - ромная общезначимая проблема.

В психологических исследованиях показано, что одним из личностных образований, которые выполняют интегрирующую функцию в психическом развитии человека, является смысл жизни. Это психическое обра - зование имеет свою специфику возникновения, свои этапы становления (Чудновсшй, 1995, 1997). Исследователи отмечают, что предпосылки для становления смысла жизни создаются уже в подростковом возрасте -возрасте открытия своего «Я». Именно «в период взросления прибываю - щие жизненные силы, открывающиеся возможности настраивают на по - иск перспективы и жизненного смысла» (Чудновсшй, 1995, с. 21).

Становление смысла жизни в подростковом возрасте обусловлено в значительной мере развитием процессов личностного самоанализа. Оче - видно, что задача психолога - создавать условия для формирования у ребенка потребности в самоанализе, выявлять и изучать факторы, стиму - лирующие мотивацию самосознания и самопонимания. В настоящей ра - боте остановимся на результатах нашего исследования, ориентированно - го на практику и направленного на создание методических средств, необ - ходимых для развития процессов личностного самоанализа. Создавая такого рода средства, мы исходили из того, что взрослеющий ребенок должен овладеть приемами личностного самоанализа. И здесь важно не только овладение способами и приемами этого процесса, но и развитие в себе умений, побуждающих человека к личностному самоанализу.

Однако человек не станет заниматься самоанализом без соответ - ствующей мотивации. Поэтому умение мотивировать, побудить чело - века к самоанализу есть важный показатель профессионального мастерства практикующего психолога.

В практике нашей работы с подростками однажды возникла такая си - туация: дети высказали желание поработать с психологическими теста - ми, выявляющими особенности различных характеристик памяти и вни - мания. Мы предложили им такие методики, но предварили эту работу специальной беседой. Важно было дать понять детям, что любая отдельно взятая психологическая функция (память, внимание, ощущения, мыш - ление и др.), будучи включенной в целостный личностный поведенчес - кий контекст, может проявляться совсем не так, как ожидает человек, исходя из предыдущего опыта. Психологи всего мира уже давно признали приоритет личностного подхода в любых исследованиях человеческих про - явлений перед подходами функциональными. И поскольку психология -это одна из наук о человеке, мы предложили подросткам совместное твор - ческое обсуждение по осмыслению самой сущности понятия «человек».

Классный руководитель, внимательно прислушиваясь к нашей бе - седе, вдруг сказала: «Все это, конечно, интересно, но они ведь еще такие дурачки!». Ребята возмутились и заявили в ответ: «Никакие мы не дурачки!». Для психологов это уже и есть удачный момент для создания мотивации к совместной творческой работе. Мы тут же предложили подросткам доказать всем и прежде всего самим себе: «Мы не дурачки! Мы способны на многое!». Классный руководитель нас поддержала и тоже включилась в совместное творческое осмысление понятия «чело - век». Так появилась методика, цель которой состоит в поиске интегра-тивных механизмов созидания личности в подростковом и юношеском возрасте на современном этапе развития общества. Это метод интерак - тивного обучения способам и приемам личностного самоанализа, со - здания рефлексивного поля для дальнейшего саморазвития и самовоспитания, поддержания личностного достоинства на оптимальном уровне на всех возрастных этапах. Задача данной работы состоит в том, чтобы пробудить у растущего человека интерес к собственному внутреннему миру, к личностному самоанализу, способствующему осознанию себя, своего положения в окружающем мире, в человеческом обществе.

Апробация методики проходила в работе не только с детьми, но и с родителями, и педагогами. В настоящее время она также использует - ся нами в работе со студентами, будущими психологами, как обучающий спецкурс по личностному самоанализу.

Теоретической основой этой работы является социально-норматив - ная концепция развития личности в процессе онтогенеза (Фельдштейн, 1985), рассматривающая социальное развитие в качестве центральной линии. В рамках этой концепции ребенок выступает как субъект функ - ционально-динамической системы, когда на каждом последующем возрастном этапе идет все более полное включение его в обществен - ные отношения, происходящие в деятельности и соответственно реа - лизующие два типа позиции по отношению к обществу: «Я в обще - стве» и «Я и общество».

Одна из гипотез нашего исследования заключается в предположении о том, что личное достоинство является базовым и центрирующим пси - хологическим механизмом гармоничного развития ребенка в его взаимо - действии с миром сверстников, взрослых и обществом в целом.

В связи с тем, что функционально-динамическая система, в которой происходит социальное созревание человека, существует в единстве ус - тойчивого и изменчивого, при переходе от одного возрастного этапа к другому (когда нарастающие изменения переживаются как кризис) осо - бенно актуализируется личностная потребность в поддержании своего достоинства на оптимальном уровне. Именно этим обстоятельством опре - деляется основная задача воспитания на возрастных рубежах, а на пороге подросткового возраста - еще и задача самовоспитания. Мы предполага - ем, что опора воспитателя на эту базовую социальную потребность ре - бенка есть главное условие становления целостной личности.

С подростками работа начинается с обсуждения основных проблем человека вообще. Дети этого возраста раскрываются постепенно, неза - метно для самих себя, когда обсуждают проблемы вроде бы отвлеченные и непосредственно их не касающиеся в данный момент. Но, постепенно втягиваясь в общий диалог, если разговор интересен, если мнение каждого выслушивается уважительно, они начинают делиться личным опы - том переживаний. Поэтому сначала их лучше не спрашивать о том, что они думают о таком понятии, как «достоинство». Можно, например, со - общить: «Сегодня мы с вами будем обучаться методу мозговой атаки и с помощью этого метода откроем для себя некое новое знание».

- Что вам известно о методе мозговой атаки или мозгового штурма?

- Ну... это когда каждый выдвигает свою идею. И все спорят до хрипоты, или до драки (Смех).

- А вот мы с вами попробуем без драки. Что для этого нужно?

- Не насмехаться

- Уважать мнение другого

- Доброта.

- Прекрасно, вы все понимаете. Давайте попробуем. Для начала шуточное задание: «Что можно сделать, например, со стаканом воды?»

Каждый выдвигает свою версию. В результате - общее хорошее на - строение. После этого уже можно попросить подростков настроиться на более серьезную совместную работу.

В самом центре доски ведущий (пока что это сам экспериментатор, автор методики), пишет крупными буквами слово «человек», а от него идут в разные стороны линии (как лучи солнышка). Дети делают то же самое в своих рабочих тетрадях. Каждому предлагается все лучи, отходя - щие от написанного слова, обозначить разными понятиями, которые ассоциируются со словом «человек». После этого совместными усилиями всех участников обозначаются понятиями все лучики на общей доске.

Затем каждый сочиняет с этими словами свое стихотворение. При этом одни понимают задание буквально, стараясь включить в свое сочинение именно те слова, которые написаны на доске. Другие исполь - зуют и новые слова, всплывающие в сознании в процессе творчества. Далее следует просьба ведущего прочитать вслух свое стихотворение. Очередность устанавливается по желанию каждого. Начинают самые смелые, затем набираются храбрости и все остальные. Каждое выступ - ление сопровождается аплодисментами и словами благодарности.

Приведем примеры таких стихотворений:

Человек - часть Вселенной,

Ее дар ему - жизнь,

Он обязан добром всему миру

Служить.

Летит в пустоте Мирозданья Земля, и на ней - Человек. Он Сын, он Творец, он Мыслитель Иль Враг ее и Разрушитель? Следует отметить, что дети всегда легко и с удовольствием включают - ся на этом этапе работы в совместное творчество, быстро сочиняют стихи.

Взрослые, как правило, бывают посерьезнее, стихи сочиняют значитель - но дольше детей, просят отвести им на это больше времени, робеют, зачитывая свои творения. Но постепенно и они раскрепощаются. Поэтому более эффективной оказывается работа в смешанных группах, когда взрос - лые и дети сотрудничают на равных. Первый этап работы, который мы описали выше, должен закончиться подведением итогов. Задача ведущего при этом заключается в том, чтобы все согласились с выводами, которые необходимы для продолжения совместного творчества на втором этапе. Согласно нашему замыслу, все должны прийти к следующему заключе - нию: на первом занятии мы помогли друг другу вспомнить о том, что человек существует как минимум в трех ипостасях: а) как индивид, уни - кальная, единственная в своем роде индивидуальность; б) как предста - витель рода человеческого; в) как частица мироздания.

После этого все получают домашнее задание: вспомнить и описать или устно рассказать на следующем занятии случай из своей жизни, когда удалось ощутить свою значимость для окружающих, а также пережить чувство ответственности за себя и других. Таким образом все участники совместного творческого обсуждения обобщенного поня - тия «человек» постепенно подводятся к необходимости обратиться к анализу своего личного жизненного опыта.

Второе занятие начинается с обсуждения домашних заготовок. Каж - дый делится опытом личных переживаний, рассказывает о какой-либо ситуации, которая помогла осознать свою индивидуальность, свою значимость для себя и других, ощутить себя причастным к роду чело - веческому либо почувствовать себя частицей мироздания.

Результатом такого доверительного разговора становится вычленение всеми участниками обсуждения важных в жизни каждого человека поня - тий, таких как «личность», «сознание», «самосознание», «деятельность», «самооценка», «успех», «неуспех», «достоинство», «нравственность», «мо - раль» и т.п. Таким образом, мы приходим к необходимости осмысления и совместного обсуждения с подростками, молодыми людьми (студента - ми), родителями или педагогами тех важных психологических понятий, которые интересуют нас (психологов) как исследователей.

Но занятия, посвященные обсуждению этих понятий, не должны пре - вратиться в сухие назидательные лекции и нравоучения. По-прежнему работаем тем же методом, что и на первом этапе, когда мы пытались весело и с хорошим настроением осмыслить понятие «человек».

И все же роль психолога остается ведущей, просвещенческой. Хоть он и работает на равных со всеми, нередко возникает необходимость остановиться и сказать: «А теперь - немного теории». И кратко, в по - пулярной форме поведать, например, о том, какие существуют подхо - ды в психологической науке к пониманию личности. Или о том, какие условия могут побуждать человека к личностному самоанализу, какие при этом можно использовать способы и приемы.

Именно на этом, третьем этапе работы появляется возможность об - суждения с подростками понятия «достоинство». Для анализа и осмысле - ния получаемого материала требуется качественный контент-анализ всех полученных высказываний. Это весьма трудоемкая работа, требующая усилий целой группы исследователей. Пока мы подошли лишь к тому, чтобы вычленить различные нюансы в понимании молодыми людьми (сту - дентами) и подростками такого феномена, как «достоинство».

Назовем здесь в качестве примера такие оттенки в определениях, как: «собственное достоинство», «личное достоинство», «человеческое достоинство», «личностное достоинство», «мужское достоинство», «женское достоинство», «гражданское достоинство», «национальное достоинство», «достоинство - это качество», «достоинство - это чер - та характера», «достоинство - это ощущение, очень глубокое ощуще - ние себя», «достоинство - это чувство, крепкое чувство», «достоин - ство - это стержень личности», «достоинство - это путь, по которому идет человек к уважению других и себя». Все эти и другие нюансы, связанные с определением базового понятия «достоинство», стано - вятся в дальнейшем предметом обсуждения с подростками и юноша - ми посредством тех методических приемов, которые мы описали выше.

Исследовательская задача изучения психокогоекпионных возможно - стей разработанной нами методики личностного самоанализа направле - на на моделирование условий осознания подростками и взрослыми средств и способов личностного самоанализа. Опыт работы по апроба - ции предлагаемого нами метода личностного самоанализа позволяет сделать вывод о его благотворном воздействии на самосознание расту - щего человека и мировоззренческую позицию воспитателей. Совмест - ная творческая работа с психологом побуждает подростков и взрослых к осознанию на новом уровне потребности в поддержании личного досто - инства - не только своего, но и других людей. При этом происходит переосмысление пережитого ранее, уже накопленного опыта деятель - ности, а также опыта общения и взаимодействия с окружающими. Пу - тем переосмысления прошлого опыта на новом уровне (с помощью по - лучаемых знаний) создается актуальное рефлексивное поле для осознания своих личных задач по дальнейшим самоорганизации, саморегуляции, саморазвитию и психологическому самообразованию.

Апробированные в процессе эксперимента рефлексивные приемы творческого психологического самоанализа являются основой для даль - нейшей разработки системы психолого-педагогических воздействий, оптимизирующих социальное созревание подростков и юношей.

Выявлены особенности продуктивной рефлексивной регуляции твор - ческого психологического самоанализа в проблемно-конфликтных си - туациях, в связи с чем программа обучения дополнена разделом «Учим - ся преодолевать конфликты». В работе с подростками это особый пласт психокоррекции.

В группах личностного роста с помощью нашей методики подрост-ки успешно обучаются возможностям преодоления конфликтов во вза-имодействии со взрослыми, и в частности с педагогами. Работа ведет-ся по типу семинаров-практикумов. Педагоги участвуют в ней по жела-нию. Вместе с подростками мы придумали для таких практикумов название: «Учимся преодолевать конфликты, не роняя достоинства». Однако психологическая готовность к такому совместному обучению появляется у детей лишь в результате опыта работы по освоению мето-дики личностного самоанализа.

Обсуждение с молодыми людьми (студентами) и подростками самых разных нюансов понимания ими такого понятия, как «достоинство», по их собственным отзывам, оказывается очень полезным. Все участники диалога неизбежно приходят к выводу о том, что понятие «достоинство» очень емкое, но индивидуальное и вместе с тем общечеловеческое. Все оттенки в его определении имеют право на существование. Достоинство как одна из стержневых характеристик нашего самосознания существует в единстве осознаваемого и неосознаваемого, устойчивого и изменчивого. Становление личностного достоинства - это сложный процесс развития индивида в культурно-исторического субъекта, воспринимающего про-шлое, настоящее и будущее человечества как свои собственные.

Литература

  1. Ананьев Б.Г. Человек как предмет познания. Л., 1968.
  2. Асмолов А.Г. Культурно-историческая психология и конструирование ми-ров. М.; Воронеж, 1996.
  3. Артемьева Т.Е. Взаимосвязь потенциального и актуального в развитии личности // Психология формирования и развития личности. М.: Наука, 1981. С. 67-87.
  4. Бодалев А.А. Восприятие и понимание человека человеком. М., 1982.
  5. Божович ЛИ. Личность и ее формирование в детском возрасте. М., 1968.
  6. Выготский Л.С. Проблемы возрастной периодизации // Вопросы психологии. 1972. № 2. С. 114-123.
  7. Давыдов В.В. Генезис и развитие личности в детском возрасте // Вопросы психологии. 1992. № 1-2. С. 22-32.
  8. Драгунова Т.В. Проблема конфликта в подростковом возрасте // Вопросы психологии. 1972. № 2. С. 25-38.
  9. Кон КС. В поисках себя. М., 1984.
  10. Лисина МЛ. Проблема онтогенеза общения. М., 1986.
  11. Лозоцева В.Н. Конфликты, развивающиеся в условиях деформированных взаимоотношений подростка с одноклассниками // Конфликты в школьном возрасте: пути их преодоления и предупреждения. М., 1986.
  12. Лозоцева В.Н., Усманова А.А. Опыт исследования личностных устремлений подростков // Педагогика. 1992. С. 33-40.
  13. Мерлин B . C . Психология индивидуальности // Избр. психол. труды. М., 1996.
  14. Психология современного подростка / Под ред. Д.И. Фельдштейна. М., 1987.
  15. Петровский А.В. Личность. Деятельность. Коллектив. М., 1982.
  16. Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание. М., 1987.
  17. Ф ельдштейнД.И. Психология развивающейся личности. М.; Воронеж, 1996. Чудновскш В.Э. Смысл жизни: проблема относительной эмансипированное™ от «внешнего» и «внутреннего» // Психологический журнал. 1995. Т. 16. С. 15-26. Чудновскш В.Э. Смысл жизни и судьба. М., 1997. ЭльконшД.Б. Избранные психологические труды. М., 1989.

Шульга Т.Н. (Москва)

Смысл жизни и ценности детей группы риска

В психологических исследованиях под смыслом понимается осозна-ние отношения к жизненным целям. При осмыслении собственной жизни человек находится в состоянии равновесия со средой, при от-сутствии смыслов появляются проблемы в жизни и реализации себя. Основные составляющие смысла в психологии - интеграция личной и социальной действительности, объяснение и интерпретация жизни и жизненная цель (задача) - находят недостаточное проявление у детей и подростков, оказавшихся в трудных жизненных ситуациях. Дан-ную категорию принято называть «дети группы риска» (имеется в виду риск для общества, который они создают, и риск потери ими жизни, здоровья, возможностей развития). В нее входят дети с проблемами развития, не имеющими резко выраженной клинико-патологической характеристики, оставшиеся без попечения родителей в силу разных, в том числе и не имеющих юридической силы обстоятельств, дети из неблагополучных, асоциальных семей, нуждающихся в социально-эко-номической и социально-психологической помощи и поддержке.

Характеристика современных детей группы риска в подростковом возрасте не внушает особого оптимизма, но любой специалист, рабо-тающий с ними, должен уметь четко видеть перспективы будущего этих подростков и помочь им сделать первые шаги к изменению себя. По данным социологических и психологических исследований, под-ростки группы риска имеют следующие особенности:

  1. Отсутствие ценностей, принятых в обществе (творчество, позна-ние, активная деятельность); убеждение в своей ненужности в обще-стве, невозможности добиться в жизни чего-либо своими силами, своим умом и талантом, занять достойное положение среди сверстников, достичь материального благополучия.
  2. Проецирование на себя современной жизни собственных родите-лей, напоминающей гонки на выживание.
  3. Ощущение эмоционального отвержения со стороны родителей и одновременно психологическая автономия.
  4. Среди ценностей на первом месте - счастливая семейная жизнь, на втором - материальное благополучие, на третьем - здоровье.
  5. В то же время, кажущаяся недоступность этих ценностей в жизни. Высокая ценность в сочетании с недосягаемостью порождает внутрен - ний конфликт - один из источников стресса.
  6. Подкрепление потери ценности образования в реальной жизни -пример тех, кто плохо учился или не учился совсем, а в жизни преуспел (имеет палатку, гараж, машину и т.д.) - без знания подлинных путей достижения таких «ценностей».
  7. Повышенный уровень тревожности и агрессивности.
  8. Преобладание ценности красивой, легкой жизни, стремления получать от жизни одни удовольствия.
  9. Изменение направленности интересов - свободное времяпрепровождение (в подъезде, на улице, подальше от дома и т.п.), ощуще - ние полной свободы (уход из дома, побеги, путешествия, ситуации переживания риска и т.д.).
  10. В отношениях со взрослыми характерны отклонения в общении, приводящие к переживанию своей ненужности, утрате собственной ценности и ценности другого человека.

Анализ работ классиков психологии и крупнейших психологов, на - пример Л.С. Выготского, показал, что у подростков можно выделить не - сколько основных групп интересов с той или иной доминантой. К ним относятся: эгоцентрическая доминанта - интерес к собственной лично - сти; доминанта усилия - тяга подростков к сопротивлению, преодоле - нию, к волевым напряжениям, что может проявляться в упрямстве, ху - лиганстве, борьбе против авторитетов, протесте и т.д.; доминанта роман - тики - стремление подростков к неизвестному, рискованному, к приключениям, к героизму. Д.Б. Эльконин в своих трудах выделил симп - томы развития подростков. Среди этих симптомов - возникновение труд - ностей в отношениях со взрослыми (негативизм, упрямство, безразличие к оценке успехов, уход из школы, все самое интересное происходит вне школы и т.д.). В это время дети начинают вести дневники, тайные тетра - ди, в которых они свободно, независимо, самостоятельно выражают свои мысли и чувства. Появляются особые детские компании (подросток ищет друга, того, кто может его понять и т.д.), что приводит к организации неформальных подростковых сообществ.

В исследованиях Т.В. Драгуновой, О.В. Дашкевича, И.В. Дуброви - ной, А.М. Прихожан, Н.Н. Толстых раскрыты проявления трудностей подросткового возраста в современных социальных условиях обучения и воспитания, а также в особых жизненных ситуациях. Результаты исследований показывают, что современные подростки имеют особые ценности и смыслы жизни, которые во многом определяются услови - ями проживания ребенка в семье и обществе.

По данным А.Л. Лихтарникова, у подростков, лишенных родительско - го попечения, представления о счастливом человеке и о счастье значительно отличаются от представлений подростков из нормальных семей. Наиболее распространенные ответы подростков группы риска таковы: наличие еды, сладостей (много торта), игрушек, подарков, одежды. По - добные «вещные» характеристики показывают, что даже для пятнадцати - летних подростков игрушка является необходимым атрибутом счастливого ребенка. Обращение к игрушке, возможно, позволяет подростку компен - сировать недостаток эмоционального тепла и неудовлетворенность соци - альных потребностей. Среди подростков, лишенных родительского попе - чительства, 43% отмечают у себя минимальную выраженность признаков счастливого человека, что можно интерпретировать как позицию «я не - счастлив»; в нормальных семьях обнаружено только 17% таких подростков.

Особенностью подростков группы риска является переживание оди - ночества и беспомощность. Понятие «беспомощность» рассматривает - ся нами как такое состояние подростка, когда он не может справиться со своей проблемой сам, не получает и не может попросить помощи у других или находится в дискомфортном состоянии. У подростков груп - пы риска это состояние связано с конкретными жизненными ситуа - циями жизни: невозможностью изменить взаимоотношения с родите - лями, взрослыми, педагогами, сверстниками; с трудными положени - ями, в которых они оказываются; с невозможностью принимать самостоятельные решения или делать выбор; при нахождении в учреж - дениях социально-педагогической поддержки.

Для детей старшего школьного возраста, относящихся к группе рис - ка, характерен особый процесс социализации. Как правило, они прожи - вают большую часть своей жизни в таких учреждениях (детских домах, школах-интернатах, приютах, под опекой) или в неблагополучной семье. Для большинства выпускников учреждений социально-педагогической поддержки характерны специфические особенности личности и жизни, которые можно описать. К ним, по нашему мнению, относятся:

  1. неумение общаться с людьми вне учреждения, трудности с установлением контактов со взрослыми и сверстниками, отчужденность и недоверие к людям, отстраненность от них;
  2. нарушения в развитии чувств, не позволяющие понимать и при - нимать других, опора только на свои желания и чувства;
  3. низкий уровень социального интеллекта, мешающий понимать общественные нормы, правила, необходимость соответствовать им, находить себе подобных и свой круг общения;
  4. слабо развитое чувство ответственности за свои поступки, без - различие к судьбе тех, кто связал с ними свою жизнь, ярко проявля - ющееся чувство ревности к ним;
  5. потребительская психология отношения к близким, государству, обществу и нежелание отвечать самому за свои поступки, что выража - ется в рентных установках;
  6. неуверенность в себе, низкая самооценка, отсутствие постоян - ных друзей и поддержки с их стороны;
  7. несформированность волевой сферы, отсутствие целеустремлен - ности, направленной на будущую жизнь, чаще всего целеустремлен - ность проявляется в достижении ближайших целей: получить желае - мое, привлекательное и т.д., что приводит к виктимности (жертвенности) в поведении;
  8. несформированность жизненных планов, потребность в жизнен - ных ценностях, связанных с удовлетворением самых насущных потреб - ностей (в еде, одежде, жилище, развлечениях);
  9. низкая социальная активность, проявление желания быть неза - метным человеком, не привлекать к себе внимания;
  10. склонность к аддиктивному (саморазрушающему) поведению -злоупотребление одним или несколькими психоактивными веществами без признаков зависимости. Она может служить своеобразной регрессив - ной формой психологической защиты (курение, употребление алкоголя, легких наркотиков, токсичных и лекарственных веществ и т.д.).

Дети старшего школьного возраста стоят на пороге самостоятельной жизни, к которой они не считают себя готовыми. С одной стороны, они хотят жить самостоятельно, отдельно, не зависеть ни от кого; с другой стороны - боятся этой самостоятельности, так как понимают, что без поддержки родителей, родственников им не выжить, а на нее они рас - считывать не могут. Эта двойственность чувств и желаний приводит к не - удовлетворенности старшеклассника своей жизнью и собой.

Смысл жизни и ценностные ориентации у детей группы риска от - личаются по многим проявлениям от смысла жизни и ценностных ори - ентации у детей, воспитывающихся в нормальных условиях. Реализа - ция ценностей у группы риска осуществляется путем самоутвержде - ния в том, что кажется особенно важным, проявления независимости и смелости граничащей с нарушением закона, а также путем приня - тия особой жизненной позиции в обществе; для входящих в данную группу подростков характерна пассивность в их достижении. В ценностный ряд подростков и старших юношей группы риска не входят такие качества, как честность, ответственность, терпимость, чуткость. Они уверены в том, что от них ничего не зависит, и поэтому всегда ищут себе покровителей, их интересует не общественное признание дея - тельности, а лишь собственный статус в обществе. Склонность к сво - боде, независимости приводит к поиску такой деятельности, которая приносит только материальное удовлетворение, и в способах «добыва - ния» средств они проявляют неразборчивость. Особенно чувствитель - ными к перемене ценностей и смысла жизни среди группы риска ока - зываются юноши, возраст которых колеблется от 16 до 23 лет.

Красник М.Б. (Москва)

Влияние самооценки на процесс становления смысла жизни старшеклассников

Важную роль в самоопределении личности играет процесс осознания ею цели и смысла жизни. Понимание смысла жизни можно считать од - ним из основных критериев личностного самоопределения ( Сафин, Никонов, 1984), а наличие интереса к смыслу жизни и его активное обсужде - ние можно рассматривать как один из параметров, определяющих актив - но идущий процесс самоопределения ( Гинзбург, 1996).

Особую актуальность процесс самоопределения приобретает в ран - нем юношеском возрасте. Важнейшим компонентом этого процесса является построение модели собственного будущего. При этом пред - ставления старшеклассников о своем будущем, являясь перспективным взглядом на собственную личность, опираются на осознание цели жизни и ее смысла. Особую значимость именно в юношеском возрасте проблемы смысла жизни вообще и своего существования в частности отмечают многие исследователи. Так, И.С. Кон отмечает, что в раннем юношеском возрасте отказ от детской мечты о личном бессмертии и принятие неизбежности смерти заставляет человека всерьез задумать - ся о смысле жизни, о том, как лучше прожить отпущенный ему огром - ный срок. Поэтому у старших школьников на первое место выходит ценностно-ориентационная деятельность сознания, поиск смысла жиз - ни. Как показала Л.И. Божович, это связано с формированием у них, с одной стороны, обобщенного представления о мире в целом, а с дру - гой - обобщенного представления о себе самом, что приводит к воз - никновению потребности свести это в единую смысловую систему и тем самым найти смысл своего существования.

Таким образом, в процессе поиска старшеклассниками смысла жизни немаловажную роль играют их представления о себе. Этот аспект рассматривается многими исследователями. Так, В.Ф. Сафин и Т.П. Никонов, анализируя процесс самоопределения личности, пи - шут, что внутренний план поиска смысла жизни, принятия глобаль - ных жизненных целей диктуется соотнесением четырех подструктур самоопределения личности, причем одной из этих подструктур явля - ется самооценка, отвечающая на вопрос «Что я есть?».

В.Э. Чудновский подчеркивает важную роль учета своих особенностей и возможностей в формировании смысла жизни. Рассматривая адекват - ность смысла жизни, автор отмечает важность такой его характеристики, как реалистичность, которая определяется соответствием смысла жизни, с одной стороны, объективным условиям существования, а с другой -индивидуальным возможностям человека. Наиболее ярко эта характерис - тика проявляется в профессиональном самоопределении. «Профессиональные устремления, - пишет автор, - не учитывающие своеобразие инди-видуальных особенностей и возможностей человека, способствуют фор-мированию неадекватного смысла жизни, который как бы закрепляет эти стремления, что приводит к жизненным конфликтам и негативно сказывается на всем процессе становления личности» (Чудновсшй, 1999). Исходя из вышесказанного, представляет интерес изучение вопроса о влиянии самооценки старшеклассников на становление у них смысла жизни как стержневого образования процесса самоопределения.

Мы провели исследование с целью выявления влияния особенностей самооценки на некоторые аспекты процесса становления смысла жизни у старшеклассников. В исследовании приняли участие 35 учащихся X клас-сов школы-лицея № 320. Изучение самооценки испытуемых проводилось с использованием модифицированной методики Дембо—Рубинштейн. На каждой шкале требовалось отметить три позиции, отражающие реальную самооценку, желаемый и реально достижимый уровень.

Для выявления отношения старшеклассников к проблеме смысла жизни мы использовали: 1) методику М.Р. Гинзбурга «Ценностная проекция будущего», которая позволяет определить значимость проблемы смысла жизни по сравнению с другими ценностными ориентациями; 2) методи-ку H. Niemi «Размышления о смысле жизни», предложенную М.Р. Гинз-бургом для определения актуальности вопроса о смысле жизни. Мы ис-пользовали также «Тест смысложизненных ориентации» ДА. Леонтьева.

Приведем некоторые результаты. По методике М.Р. Гинзбурга «Цен-ностная проекция будущего» мы обнаружили, что для группы учащих-ся с низкой самооценкой показатель значимости проблемы смысла жизни гораздо выше, чем для групп с высокой и средней самооценкой. Причем этот показатель для групп с высокой (3,58) и средней (3,14) самооценкой значимо не различается, но оказывается значительно ниже, чем для группы с низкой самооценкой (4,35).

По методике H. Niemi «Размышления о смысле жизни» мы получи-ли следующие результаты: среднее значение показателя значимости проблемы смысла жизни по выборке - 0,58; значение этого показателя для группы с низкой самооценкой оказалось значимо выше средне-го значения по всей выборке и по другим самооценочным группам. Итак, по результатам двух методик выявлено, что для старшеклассников с низкой самооценкой значимость проблемы смысла жизни зна-чительно выше, чем для их сверстников с более высокой самооценкой. Корреляционный анализ также показал, что значимость проблемы смысла жизни для старшеклассника коррелирует с его самооценкой, причем наиболее тесно она связана со шкалой «счастье».

Возможное объяснение этих результатов можно найти у С.Л. Фран-ка. Размышляя о том, почему для некоторых людей вопрос смысла жизни значим, а другие люди отмахиваются от него, он предположил, ч то успешность в осуществлении своих интересов, «умение устраи-ваться в жизни» обратно пропорционально вниманию, уделяемому вопросу о смысле жизни. Так, он пишет, что «чем спокойнее, чем более размерена и упорядочена внешняя жизнь, чем более она занята текущими земными интересами и имеет удачу в их осуществлении, тем глубже та душевная могила, в которой похоронен вопрос о смысле жизни». В соответствии с этим рассуждением можно предположить, что более критичные к себе или менее успешные в деятельности люди с формирующейся на этой основе низкой самооценкой чаще задумы-ваются о «глобальных» вопросах, поэтому проблема смысла жизни и цели их существования для них более значима.

Корреляционное исследование связи СО с показателями осмыслен-ности жизни (по Д.А. Леонтьеву) показало, что наибольшее количество корреляционных связей характерно для субшкалы «результативность жиз-ни» или «удовлетворенность самореализацией». Эта субшкала значимо коррелирует с СО по шкалам «ум», «счастье», «удовлетворенность со-бой», с общей и средней СО. Таким образом, чем выше старшеклассник оценивает себя в настоящем, тем более продуктивной и осмысленной представляется ему прожитая часть жизни.

Наибольший интерес для нас представляет шкала «цели в жизни», характеризующая наличие у испытуемых целей в будущем, которые при-дают жизни осмысленность, направленность, временную перспективу. Показатели по этой шкале значимо коррелируют с идеальным компо-нентом СО. Так, старшеклассники с высоким уровнем «желаемого Я» имеют более осмысленную временную перспективу, определенные цели в будущем. Но следует учитывать, что такое положение является благо-приятным для развития личности в том случае, если планы на будущее имеют опору в настоящем, если они подкрепляются личной ответствен-ностью за их реализацию. Если же модель будущего строится на целях, оторванных от настоящего, то она не будет продуктивной. Локус контро-ля Я значимо коррелирует с высотой реальной СО по шкалам «ум», «уве-ренность в себе», средней СО. Высокая СО связана с представлением о себе как о личности, способной построить свою жизнь в соответствии со своими целями.

Итак, по результатам исследования можно заключить, что само-оценка играет немаловажную роль в процессе становления у старшеклассников смысла жизни. Представляют интерес дальнейшие иссле-дования в этом направлении, в том числе изучение значимости таких важных характеристик самооценки, как ее адекватность и устойчивость.

Литература

  1. Чудновский В.Э. К проблеме адекватности смысла жизни // Мир психологии. 1999. № 2.
  2. Бибичкова-Павлова ИМ. (Москва) Психологические аспекты смысла жизни в ранней юности

Я нашел, что самый интересный человек среди моих знакомых - я сам.

(С. Киркегор)

Многими психологами период ранней юности определяется как важный, уникальный, но вместе с тем - сложный, критический, кон - фликтный. Развивающаяся личность вдруг обнаруживает, что внутри нее существует целый новый мир переживаний, который живет по своим собственным законам, мир пугающий и манящий одновремен - но. Главным психологическим приобретением этого периода, по Шпран-геру, является открытие «Я», своего внутреннего мира, развитие рефлексии и самосознания. Как отмечает И.С. Кон, открытие своего внут - реннего мира - очень важное, радостное и волнующее событие, но оно вызывает и много тревожных, драматических переживаний.

С. Холл, считая, что онтогенез повторяет основные стадии филогенеза, соотносил подростковый и юношеский возраст с эпохой роман - тизма. Видимо, на определенном этапе развития человечества в первом случае и каждой конкретной личности - во втором с необходимостью рождается потребность выделить себя, отгородиться от окружающих, дабы открыть себя, свое «Я». Этот этап немыслим без ухода в себя, прислушивания к себе, к своим переживаниям.

Большинство исследователей считают, что на этом возрастном эта - пе личность переживает свое «второе рождение». Но мало кто из психо - логов, изучая этот возраст, напрямую касался проблемы одиночества. А ведь именно в этом возрасте одиночество субъективно воспринима - ется как болезнь. Мы бы сказали - «болезнь роста личности». Душа юноши или девушки рвется к раскрытию нового для нее мира чувств, переживаний, но, сталкиваясь с непониманием, осознает, как катастрофически одинока она в этой Вселенной.

В юности приходит чувство более глубокое и более продолжитель - ное, а главное - как правило, не зависящее от внешних причин и переживаемое как «смутное беспокойство или ощущение внутренней пустоты, которую необходимо чем-то заполнить». Именно ощущение внутренней пустоты является одним из основных субъективных пока - зателей одиночества - это выявлено эмпирически во многих зарубеж - ных исследованиях. Но возникает вопрос: почему же внутри ощущает - ся пустота, ведь объективно ее может и не быть? Для данной возраст - ной группы многие негативные переживания, на наш взгляд, можно объяснить маргинальное™ (промежуточностью) положения юношей и девушек. Недаром этот возраст называют «переходным» - переход - ным из мира детства в мир взрослости.

Осознавая себя порой уже взрослыми, самостоятельными людьми, ориентируясь в большей степени на внешние изменения, происходящие в результате физического созревания, многие внутренне еще остаются детьми. Об этом свидетельствует даже тот факт, что только с 16 лет юно - ши и девушки начинают в основном ориентироваться на собственные внутренние, а не на внешние критерии при оценке себя и своих поступ - ков (по данным исследований Д. Эллис, У. Гемэн, У. Катценмайер). Систе - ма ценностей, свое мировоззрение, представление о счастье складывает - ся у большинства только к 17-18 годам. Все то время (с 13-14 лет), пока происходит рост самосознания, пока из диффузной самооценка превра - щается в стабильную, развивающаяся личность периодически или посто - янно испытывает одиночество. Уже существующие связи с миром не уст - раивают ее, а новые еще не выкристаллизовались. Кроме того, лишь в этом возрасте человек начинает осознавать вещи доселе ему неведомые (например, то, что он является не только членом своей семьи, учеником какого-то класса, но и жителем Земли). Расширяясь, границы соотнесе - ния себя с другими, с миром в целом приносят новые ощущения соб - ственной сопричастности всему, но и дают понять, с другой стороны, свою «ничтожность» даже в масштабах мыслимой Вселенной, что прино - сит дополнительные негативные переживания. Процесс этот у каждого идет по-разному - более или менее конфликтно, болезненно, более или менее продолжительно - все зависит от личностных черт, от условий развития и т.д. Как утверждает К. Конрад, юность «обладает “шизоидны - ми ” свойствами. Поэтому у “шизоидного ” подростка она протекает дра - матично и болезненно, а у “циклоидного ” - легко, ибо тип его личности уравновешивает возрастные тенденции (склонность к уходу в себя, само - наблюдение и т.п.)».

Не является ли обращение к «стихотворничеству» для большинства юношей и девушек той спасительной соломинкой, которая помогает преодолеть симптомы болезни роста личности? Как отмечают многие отечественные психологи (Л.С. Выготский, Л.И. Божович, Н.Б. Берхин, З.Н. Новлянская), из всех форм творчества литературное, поэтическое творчество является самым характерным для юношеского возраста.

Наша работа с учащимися 10-го (педагогического) класса средней школы г. Москвы подтвердила этот факт. Около 60% учащихся, то есть почти 2/3 учащихся пишут стихи (в основном - лирику). Из них половина (около 50%), наряду с обращением к лирике, ведут дневники. Большинство учащихся начали писать стихи недавно.

Надо отметить, что исследование психологических особенностей литературного (и в целом художественного) творчества представляет определенные трудности, которые заключаются в недостаточной раз - работанности системы методов изучения данного вида творчества (осо - бенно его личностного аспекта). С этим связан выбор используемых нами методов: анализа продуктов творчества (стихов) и интервью -универсального и необходимого приема получения информации о субъективном мире людей, мотивах их деятельности.

Нами был разработан опросник «Я и мое творчество», который состоит из пяти основных пунктов:

  1. Когда Вы начали думать о себе как о «поэте»? Был ли момент, когда Вы почувствовали себя отличным от окружающих?
  2. Кому Вы адресуете Ваши стихи? Кто может понять их лучше?
  3. Отметьте, если это возможно, этапы своего творческого процесса.
  4. Как Вы себя чувствуете (ощущаете себя) в начале и в конце рабо - ты? Можно ли сказать, что Вы изменились по окончании очередной творческой работы?
  5. Что Вы думаете относительно причин внезапного подъема/упад - ка творчества? Вспомните примеры таких периодов в Вашей жизни.

Открытость вопросов предполагала свободную форму ответов, что, в свою очередь, позволило получить достаточно глубокое и разверну - тое представление о субъективном мире юного поэта.

Полученные результаты убедили нас в том, насколько разнообразны в силу неповторимости каждого человека условия, определяющие по - требность в поэтическом творчестве. Однако для многих лирика тесно свя - зана с интимной сферой переживаний. Так, большинство (в основном девушки) называют в качестве наиболее эмоционально-значимых усло - вий, определяющих потребность в творчестве: несовпадение эмоциональ - ных оценок (в дружбе, любви), непонимание, непринятие их другими.

Поэтическое творчество в этом возрасте важно тем, что помогает об - нажить, объективировать свои основные психологические проблемы: про - блемы уникальности, неповторимости и одиночества; проблемы взаимо - отношения «Я» и внешнего мира («Я» и «Другого»). Так, эмоционально-значимая личностная проблема, возникающая в результате смыслового несоответствия между «Я» и «Другим», глубоко переживается, вследствие чего юный поэт пытается как-то разрешить для себя эту ситуацию. Как полагает М.М. Бахтин, только в искусстве как в «новом плане бытия» возможна встреча «смысловых миров ” Я” и “ Другого ” », в результате чего происходит «смысловое преображение бытия» для юного творца. Пытаясь освободиться от тягостного чувства неясности, непонятое™, он обраща - ется к «стихотворничеству» (сам не осознавая этого до конца) как к «ре - шению на смысл», с целью открытия нового смысла прежде всего для себя. Таким образом, овладевая лирическим способом самовыражения, юноша (или девушка) овладевает и тем способом самопознания, кото - рый помогает ему в осознании своих внутренних проблем.

На этот факт указывают и результаты контент-анализа интервью: наиболее значимыми являются отношения (категории) «Я - творчество» и «Творчество - Я». Тем самым подчеркивается важность, с одной стороны, личных переживаний, являющихся внутренними стиму - лами творчества, а с другой - значимость отношения к своему твор - честву как к способу «облегчения», «успокоения» (из высказываний самих поэтов), разрешения личностных конфликтов.

Хотя для многих потребность в творчестве и опосредуется внешни - ми причинами («Другой - Я», «Другой - творчество»), важным, зна - чимым оно оказывается в основном для себя, как бы «замыкаясь на “ Я”» юного поэта. Относясь к своему творчеству как к возможности осмысления окружающей действительности, взаимоотношений с дру - гими, многие, прежде всего, хотят «объяснить что-то себе», напри - мер: «как человек соотносится со мной, где совпадает, где - нет» (по словам самих же творцов). В связи с этим можно сказать, что художе - ственное (поэтическое) творчество, в определенном смысле, берет на себя работу по переживанию, проживанию личностных проблем.

Проанализировав тематику стихотворений, мы увидели, что в боль - шинстве своем юных поэтов волнует выражение себя в мире через не - посредственный разговор от себя, со своей позиции. Поэтому есте - ственно, что они обращаются именно к поэтическому жанру, не требующему сложных опосредовании «Я» - герой. В юношеской поэзии лирический герой практически неотделим от самого поэта. М.М. Бах - тин, описывая общие типичные случаи отношения автора к герою, называет такого героя героем романтизма.

Неразделимость, слитность автора и героя приводит к тому, что многие стихи оказываются «проективными», то есть интимные пере - живания поэта в них отражаются как в капле воды. Мало кто в этом возрасте рассматривает свое творчество как возможность через него сказать что-то другим, поделиться тем, что он узнал, открыл, понял. Поэтическое творчество для многих юношей и девушек является сред - ством общения не с другими, а в основном с собой. Приведем один пример. Лиза Г. (16 лет):

Начала писать где-то в 12-13 лет. Первой была песня, сама написа - ла и музыку, и стихи.

Пишу вообще-то для себя, так как боюсь, что меня трудно понять. Я плохо выражаю мысли. Каждое слово у меня значит что-то особое. Если я кому и показываю, то только для того, чтобы успокоиться. Все жду человека, который действительно может меня понять.

Сначала у меня появляется желание что-то сделать (из-за настрое - ния), я сажусь и начинаю писать то, что чувствую. Но, в основном, это отдельные мысли, четверостишья или страшно длинная и нудная белиберда. А потом я это обрабатываю. Но редко мне нравится потом то, что я написала.

Сразу (когда закончено стихотворение) мне хочется сделать еще что-нибудь, но через несколько минут мне становится страшно грустно, и я чаще думаю о жизни или вообще плачу.

У меня это (внезапный подъем творчества) - стихийно. Обычно тогда, когда я слушаю хорошую музыку. Или же что-то до этого про - изошло. Иногда я не берусь за это дело по месяцам, а иногда (правда, редко) я пишу по несколько раз в день. Одно из ее стихотворений:

Что сделала я в этой жизни, что?

Добро и счастье иль ничто?

Чем я гордиться после буду?

И вспомнят обо мне ли люди?

Зачем жила? Смогу себе ли я ответить?

Смогу ли смерть свою спокойно встретить,

Сказав: «Все сделала я, что могла?»

И вспомню ль то, как жизнь жила?

Иль, может, буду молча умирать

И жизнь свою (себя, вернее) проклинать...

Одиночество, как известно, порождается утерей смысла бытия лич - ности. А художественное творчество, обращение к искусству как раз и предоставляет юноше или девушке возможность «проработать», по-новому взглянуть на свои личностные проблемы; параллельно со «сти-хотворничеством» «осуществить работу по смыслотворчеству».

Мы считаем, что литературное (поэтическое) творчество следующим образом влияет на формирование значимых жизненных смыслов в ран - ней юности. Оно помогает становлению самосознания и положительно сказывается на самооценке (помогая «обозначить» те чувства, эмоции, которыми охвачен юный поэт). Творчество во многом влияет на отноше - ние к другому (если в реальной жизни для юного поэта глубокое межлич - ностное общение является большой ценностью и такой же большой про - блемой, то его собственное творчество создает уникальную возможность для общения с другими в ином плане бытия - «душа с душою говорит»). В этих условиях в целом меняется отношение к миру (А.А. Мелик-Пашаев называет это эстетическим отношением к действительности). Даже едва прикоснувшись к поэтическому творчеству, юноша или девушка на всю жизнь получают опыт иного отношения к миру, к бытию, к себе.

Николаева А.Б. (Москва)

Понимание смысла жизни личностью в современном мире

Жизнь постоянно ставит перед человеком задачи, решение которых требует ориентации на свое «Я». Это прежде всего осознание ситуации выбора. У человека есть право видеть, слышать, чувствовать, думать по-своему, проявляя таким образом свою индивидуальность. Индивидуальность человека, его относительная независимость от всех и вся и в то же время предельная зависимость его от всего и всех осознаются нами далеко не всегда. Есть особые жизненные ситуации, когда такое осознание, как признание своей индивидуальности, целостности, ста - новится неизбежным - это ситуации морального выбора, выбора цен - ностей, и в первую очередь ценностей отношения.

В. Франкл указывал, что как только список ценностей пополняется ценностями отношения, становится очевидным, что человеческое су - ществование по сути своей никогда не может быть бессмысленным. Жизнь человека полна смысла до самого конца. И пока сознание не покинуло человека, он постоянно обязан реализовывать ценности и нести ответственность. Таким образом, в нравственной сфере подтвер - ждается тезис, выдвинутый В. Франклом: быть человеком - значит быть сознательным и ответственным, уметь принимать решение. Отсю - да следует, что образование должно быть ориентировано на формиро - вание способности принимать решения.

Эта способность особенно необходима в наше время, так как никогда еще кризис личности не достигал таких масштабов. Конечно, человечес - кая история полна преступлений, войн, страданий и страха, а что касает - ся счастья, то, пока оно есть, мы мучительно боимся его потерять, когда же оно уходит - переживаем еще больше. Но вряд ли кто-то будет спо - рить, что современная цивилизация «устала от вненравственности и без - нравственности». Трудно не увидеть, что настала эпоха «нравственного коллапса». Можно согласиться с А. Маслоу, что проблема ценностей на - чинает интересовать человечество во все времена, когда в обществе царит смута и оспариваются самые непреложные из прежних ценностей. Мы живем в эпоху, когда традиционная система ценностей терпит крах. И не пора ли перестать писать и пропагандировать работы, в которых пропис - ные истины выдаются за последнее слово современности, и приняться за дела, необходимость которых хорошо известна? Я имею в виду работы некоторых психологов, которые подкрепляют и усиливают имеющиеся у людей представления о существовании быстрых способов изменения жиз - ни, вне нашего выбора и усилий. Есть некая опасная тенденция, опреде - ляющая взгляды людей: чему учиться - и так все умеем!

Мы живем во времена, когда человека приучили ожидать быстрого и простого разрешения эмоциональных проблем, за которые ответ - ственны другие. Формированию такого упрощенного подхода иногда способствует привычка многих профессиональных психологов оправдывать современную жизнь психологической усложненностью. Эти пси - хологи больше говорят о таких вещах, как бессознательная мотивация и эмоциональные нарушения, нежели об ответственности человека за свою жизнь. И человек попадает в ловушку, полагая, что трудности жизни представляют собой логическое следствие психологических сил, например, симптом эмоционального нарушения, не желая при этом проявлять знания, волю и стремление к устранению препятствий на пути к успешной жизни.

Простое внешнее изменение поведения не переменит человеческой сущности. Себялюбие и страх, так сильно влияющие на человеческие поступки, не должны рассматриваться поверхностно; надо знать, в каких случаях нам изменяет рассудок. Тогда необходимо осознать лож - ность поставленных целей, искренне всмотреться в свои чувства и от - нестись к собственным эмоциям и скрытым мотивам так, чтобы по - нять: это они удерживают нас в рамках упрощенной схемы поведения. Попытки измениться без понимания того, что наши чувства и реак - ции всегда обусловлены нашими собственными ценностями, убежде - ниями, страхами и ожиданиями, обычно обречены на неудачу. Итак, главное - это ориентироваться на людей, чтобы суметь включиться в процесс осознания своих эмоциональных проблем и помочь себе преодолеть пораженческие формы поведения.

Обеднение потребностей, интересов, потеря идеалов, а также алкого - лизм, наркомания и другие «увлечения» - все эти явления имеют своей общей чертой обеднение содержательно-смысловой сферы личности. В на - стоящий момент в сложившейся в стране ситуации неопределенности, нерешенности ключевых проблем экономической и политической жизни, резкого сокращения временной перспективы и возможностей планирова - ния своего дальнейшего существования возникли объективные условия, способствующие значительному сужению сферы мотивационной регуля - ции, снижению ее до уровня текущих ситуативных побуждений.

К сожалению, для многих современная жизнь становится постоян - ным поиском «развлечений». Это слово, кстати сказать, отсутствовало в любом другом словаре; в России XIX века или в любой серьезной цивилизации просто не поняли бы, что же оно означает. Жизнь стала непрестанным поиском «развлечений», которые лишены всякого се - рьезного значения и смысла, - достаточно посмотреть популярные ныне телепрограммы, рекламу, кинофильмы, послушать так называе - мую «попсу». Данное утверждение касается почти всех аспектов нашей современной культуры. Мы часто не учитываем этого, потому что, живя в этом обществе, принимаем его как данность и тем самым обесцени - ваем свою жизнь, лишаем ее смысла, что в свою очередь порождает массу проблем, в частности, психологического характера.

В педагогической и психологической практике огромное значение придается стандартам, нормам, схемам, тестам. Но жизнь не может быть им подчинена, поэтому копировщики чужих мыслей, одежд, идей всегда неинтересны. Унификация свидетельствует о душевном однооб - разии, а система образования стимулирует зачастую потребление зна - ний, забывая о внутренних ориентирах на пути саморазвития, умении д елать выбор, чему способствуют и литература, и гуманитарные пред - меты, а главное, взрослые рядом.

В одной из школ мы попросили старшеклассников ответить на воп - росы о том, что они думают о своей будущей жизни, о своей мечте, о смысле жизни. Вот их ответы: «долго жить и счастливо»; «не хочу отве - чать на этот вопрос» (затем выяснилось, что причина была в пьянстве обоих родителей); «чтобы была цель - ради чего жить»; «чтобы рядом были любимые люди: мама, папа, брат, друзья»; «я действительно не знаю»; «пусть будут весомые результаты и меньше действий, хорошая работа»; «устроить жизнь своим будущим детям»; «в материальной обес - печенности (52%)»; «найти хорошую работу»; «жить счастливо, пусть будет хорошая работа и больше денег»; «воспитать достойное поколе - ние»; «помочь людям»; «хорошую, обеспеченную работу»; «иметь дом, дачу, хорошую модную машину»; «помочь человечеству решить хотя бы одну проблему»; «хочу, чтобы меня любили».

Читая эти откровения, вспомнила припев известной песенки: «Мы выбираем, нас выбирают...». Ответы не так просты, как кажется на пер - вый взгляд. Личность ребенка как бы лежит на весах: на одной чаше ока - зывается его социальная восприимчивость, на другой - собственные выводы, ожидания и - реже - определяющие их внутренние ориентиры.

Ш.А. Амонашвили указывал, что очеловечивание ребенка, становление его жизни зависит от того, насколько очеловечен сам педагогический процесс со всеми его составляющими - педагогами, родителями, программами и учебниками, методами и формами. Эти слова являются констатацией того факта, что преувеличенная ориентация на единственную технологию мешает проявиться творческому само - выражению как взрослых, так и детей. К тому же сужение и миними - зация понятия «образование» мешает саморазвитию личности, умеющей ориентироваться в мире духовных ценностей, имеющей собственный взгляд на происходящее и направленность на его преобразование, стремящейся к саморазвитию, а не к потребительству. При подготовке психологов необходимо акцентировать их внимание не только на системе знаний, но и на личностном саморазвитии.

Профессионалы понимают, что обучающая, потребительская тен - денция вкупе со стандартизацией жизни во многих ее проявлениях заставляет и достаточно взрослых людей, а главное, подрастающее поколение ждать однозначных ответов на те вопросы, где однозначно - го ответа нет и не будет. Так, например, многие хотят услышать ответ на вопрос: в чем «смысл жизни»? Известный журналист А. Боровик как-то написал, что нужно уметь «привносить смысл в жизнь», то есть многое в жизни, что должны понимать и дети и взрослые, определяет собственный выбор, который всегда остается за личностью.

Зотова А.Э. (Москва)

Проблемы жизненного определения агрессивных старшеклассников

Нахождение смысла жизни составляет основу самоопределения че - ловека. Особенно актуален этот вопрос для старшеклассников, кото - рые готовятся к взрослой жизни, дальнейшему обучению и трудовой деятельности. Задача жизненного самоопределения, стоящая перед уча - щимися старших классов, связана не только с вопросом «кем быть?», но прежде всего с вопросом: «каким быть?».

«Каким быть?» Задаваясь этим вопросом, старшеклассники пыта - ются определить свою жизненную позицию, осуществить выбор цен - ностей, выяснить точки пересечения своего «Я» и социальной дей - ствительности. Кроме того, их волнуют проблема степени личностной свободы, постановка ближних и дальних жизненных целей и многие другие аспекты емкого понятия «смысл жизни».

Решая вопрос жизненного самоопределения, старшеклассники ори - ентируются на одобряемые в обществе модели поведения, которые формируются на основе этических норм и правил, принятых в данном социуме. К сожалению, все большую распространенность в современ - ном обществе приобретает агрессивное поведение. Причины этого мно - гообразны: социально-экономические изменения, особенности куль - туры мегаполисов (скученность, плотность контактов, стремительность темпа жизни), информационная перегруженность, кризис современ - ной семьи, поток насилия, демонстрируемый СМИ, несоответствие книжных идеалов справедливости и равенства тому, с чем сталкива - ются старшеклассники в жизни, и многое другое.

Современная педагогика уделяет мало внимания проблемам смысла жизни и судьбы. Как показал В.Э. Чудновский (1997), в отечественной науке существовала стойкая традиция иронически-пренебрежительного отношения к ним. Считалось, что данные проблемы являются лишь пред - метом мифологии иррациональных философских систем. Но известно, что личность конкретизируется в характере, воплощается в нем. Особен - ности личности становятся чертами характера и приобретают ту «жест - кую конструкцию», которая обусловливает поступки человека в разных ситуациях и обстоятельствах, в разные периоды жизни. Среди таких черт характера В.Э. Чудновский (1997) выделяет отношение человека к соб - ственной судьбе, его отношение к труду, особенности самооценки, свое - образие аффективных переживаний, тревожность как устойчивое прояв - ление характера. Тревожность создает предпосылки двух основных реак - ций, которые обозначаются как «бей или беги». Именно эти реакции определяют такие типы поведения, как агрессивность и аутоагрессия (или подавленность) - по сути силу или слабость.

При изучении проблемы агрессивного поведения старшеклассни - ков в процессе самоопределения мы рассматривали ситуативный, нормативный и личностный аспекты агрессивного поведения. Ситуативный смысл агрессивного поведения связан с возникновением конк - ретной ситуации, на которую необходимо ответить. Ответ зависит от степени эмоциональной устойчивости к негативной ситуации и воз - никает в определенных границах времени и пространства, то есть «здесь и сейчас». В этом случае мы можем говорить о пороге агрессивного поведения или «пороге агрессивности», который связан с параметра - ми эмоциональной устойчивости.

Нормативный аспект агрессивного поведения определяется нормами поведения, задаваемыми в семье, школе, сверстниками, СМИ и други - ми социальными институтами. Агрессивное поведение присутствует, на - пример, в некоторых фанатических идеологиях, где высокая степень аг - рессивности считается нормой поведения (фашизм, национализм).

Личностный аспект агрессивного поведения можно рассматривать как отбор определенного репертуара поведения, характерного для дан - ной личности, которое будет основываться на ее выборе. В этом случае можно говорить о большей степени осознанности в присвоении моде - ли агрессивного поведения, присутствии личной убежденности в том, что агрессивное поведение является необходимым. На наш взгляд, именно в подростковом возрасте в наибольшей степени определяются критерии личного выбора.

Задача психологов и педагогов, работающих с учащимися, - наметить пути воздействия на личностный аспект агрессивного поведения и найти адекватные пути коррекции последнего. Для этого необходимо исследовать возрастные и половые особенности проявления агрессивности, а также формы агрессивного поведения, наиболее характерные для определенных групп старшеклассников.

На базе московского физико-математического лицея № 1580 нами было проведено исследование, позволяющее определить форму и уровень агрессии старшеклассников. Для этого мы использовали методику А. Басса и А. Дарки. Авторы методики выделяют физическую, вербальную и кос - венную агрессию, а также чувство вины (или аутоагрессию). Авторы диф - ференцируют такие понятия, как негативизм, раздражительность и враж - дебность, проявляющуюся в подозрительности и обиде.

В эксперименте приняли участие 432 юноши и 80 девушек, всего 512 человек в возрасте 15-17 лет. Диагностическое обследование стар - шеклассников показало, что: 38% юношей физически агрессивны, 42% юношей вербально агрессивны и у 45% юношей преобладает косвен - ная агрессия. У старшеклассниц выявлена иная картина проявления агрессии: значительно меньше девушек прибегают к физической аг - рессии - всего 15%, вербальная агрессия преобладает у 31% девушек и косвенная - у 40%. 33% юношей и 43% девушек имеют высокие показатели по параметру аутоагрессии.

Таким образом, мы выявили половые различия в проявлениях аг - рессивности. Наиболее очевидны различия в проявлении физической агрессии (23%); по вербальной агрессии эта разница меньше и составляет 14%; аутоагрессия у девушек выше на 10%, а наименьшие поло - вые различия наблюдаются в проявлении косвенной агрессии (5%).

Существуют и возрастные особенности в проявлении агрессивности. Если у 10-11-летних школьников преобладает физическая агрессия (Волков, 2001), то с возрастом у 16-17-летних старшеклассников на первый план выходит косвенная агрессия.

Следует добавить, что старшеклассники внешне прикрывают нега - тивные выражения агрессивных состояний социально принятыми фор - мами поведения. Накопленная негативная энергия направлена не прямо на объект или субъект фрустрации, а окольным путем, с целью избежать наказания или конфликта, либо имеет неупорядоченный характер. Кос - венная агрессия принимает порой изощренные формы. С целью завуали - ровать свое агрессивное состояние старшеклассник может прибегать к помощи сплетен, злых шуток, манипуляции, к помощи третьих лиц и т.д. Если агрессию подростков учителя дифференцируют сразу (кричит, де - рется, плюется и т.д.), то при определении агрессивности старшекласс - ников (особенно девушек) учителя испытывают трудности.

Далее мы задались целью рассмотреть организацию форм ценност - ных ориентации агрессивных старшеклассников, а также обратились к проблеме их социализации. Нами использовалась методика определе - ния ценностных ориентации Рокича, позволяющая ранжировать жиз - ненные ценности по их значимости для старшеклассников. Автор ме - тодики предлагает список из 18 терминальных и 18 инструментальных ценностей. Нас интересовали ценности, наиболее и наименее значимые для агрессивных школьников.

Опираясь на полученные в ходе проведения исследования резуль - таты и используя методы математической статистики (метод корреля - ции Спирмена), мы получили ряд достоверных данных. Так, для агрессивных старшеклассников наиболее значимыми являются такие тер - минальные ценности, как общественное признание и любовь, и такие инструментальные ценности, как жизнерадостность и смелость в от - стаивании своего мнения, своих взглядов. Для старшеклассников с высоким чувством вины наиболее значимой ценностью является здо - ровье, для школьников с высоким негативизмом - семейная жизнь, для подозрительных старшеклассников важно наличие хороших друзей.

Наиболее значимыми ценностями агрессивных школьников становятся их жизненные потребности, неудовлетворение которых может являться одной из причин агрессивного поведения. Агрессивное поведение, как и аугоагрессивное в гипертрофированном виде, может привести к таким пагубным последствиям, как преступление против личности или суицид, поэтому его необходимо корректировать в ходе психолого-педагогическо - го воздействия путем формирования позитивных установок на качества толерантного человека: веру, снисходительность, умение сопереживать, доброжелательность и т.п. Следует иметь в виду, что наименее значимы для агрессивных школьников такие терминальные ценности, как позна - ние, жизненная мудрость, интересная работа, и такая инструментальная ценность, как самоконтроль. Школьники с повышенным чувством вины и обидой ставили на последнее место активную деятельность.

Таким образом, у агрессивных старшеклассников создается некая иерар - хия ценностей, основу которой составляют ценности этического характе - ра - потребности в любви и признании. По-видимому, именно они у старшеклассников наиболее фрустрированы. Психолого-педагогическое воздействие должно быть направлено на преодоление фрустрации терми - нальных ценностей, а также на разработку способов реализации потреб - ностей и достижения ценностей как результатов деятельности и общения. Для решения этих задач необходимы данные об особенностях отношения старшеклассников к их социальному окружению.

Старшеклассникам лицея № 1580 был предложен опросник для выяв - ления уровня социальной адаптации школьников. Опросник был разра - ботан психологической методической службой Южного округа г. Москвы с целью определения отношения старшеклассников к современному об - ществу, к школе, учителям и родителям. Всего в исследовании приняли участие 114 учащихся 10-11 классов, которых мы разделили на две груп - пы: неагрессивных и с повышенным уровнем агрессии.

Цель нашего исследования состояла в том, чтобы изучить уровень социализации школьников, включая агрессивных. В опроснике содер - жалось 42 вопроса. Мы приведем лишь некоторые из них, на наш взгляд, лучше всего отражающие разницу во взглядах агрессивных и неагрессивных учащихся.

Так, старшеклассникам был предложен вопрос «Чего вы боитесь больше всего в этой жизни?». Неагрессивные школьники больше всего боятся стать инвалидами, прикованными к кровати (32%); заболеть СПИДом (29%) и, наконец, не реализовать своих возможностей и способностей (28%). Агрессивные старшеклассники также боятся стать инвалидами (41%), но далее эта группа школьников обнаруживает бо - язнь одиночества (37%), а не реализовать своих возможностей боятся только 22%, что на 7% меньше, чем у их неагрессивных сверстников. Таким образом, агрессивные старшеклассники, в отличие неагрессивных, боятся одиночества. Быть признанным, быть востребованным -жизненная необходимость для любого подрастающего человека, но особенно актуальна эта потребность у агрессивных школьников.

При ответе на вопрос «Хотели бы вы иметь какое-нибудь оружие?» мнения школьников разделились следующим образом: как агрессивные, так и неагрессивные старшеклассники в равной степени хотели бы иметь огнестрельное и холодное оружие; ответ «не хотел бы иметь никакого оружия» выбрали 10% неагрессивных школьников, а среди агрессивных старшеклассников не нашлось ни одного желающего отказаться от ору - жия. На вопрос о степени удовлетворенности межличностными отноше - ниями учеников в классе 62% неагрессивных старшеклассников ответили, что удовлетворены микроклиматом в классе; среди агрессивных юношей и девушек таковых оказалось только 42%. Агрессивных старшеклассников характеризует высокая конфликтность, им очень трудно налаживать по - зитивные контакты со своими сверстниками.

Следующий вопрос звучал так: «Какая часть советов твоих родите - лей оказывается полезной для тебя?» Большинство неагрессивных школьников считают, что они используют 70% советов родителей, в то время как большая часть агрессивных школьников прислушивается лишь к 20% таких советов. Эти данные свидетельствуют о некоторых семейных причинах возникновения агрессивного поведения, в част - ности, о невозможности удовлетворить потребности в признании и любви в семье. Агрессивные старшеклассники менее склонны доверять советам своих родителей и менее, чем их неагрессивные сверстники, поддаются воспитательному воздействию со стороны родителей.

Далее старшеклассникам предложили на выбор несколько сказоч - ных героев, которые являются символами: «вооруженного добра», слу - жения кому-то, ловкости, хитрости, силы, дружбы, исполнения же - лания. И агрессивные и неагрессивные юноши и девушки на первое место поставили символ «вооруженного добра» (30 и 28% соответствен - но). 22% агрессивных школьников выбирают символ исполнения же - ланий (его же выбирают 12% их неагрессивных сверстников). На третьем месте у обеих групп старшеклассников оказывается символ силы; далее 15% агрессивных старшеклассников делают выбор в пользу хит - рости и ловкости (его выбирают только 8% неагрессивных школьни - ков); 11% агрессивных (и 8% неагрессивных) школьников выбирают символ слуги. На последнее месте у агрессивных старшеклассников попал символ друга (7%), при этом неагрессивная группа школьников относится намного более позитивно к проблеме дружбы, и 24% школь - ников этой группы ставят символ дружбы на второе место. Таким об - разом, для агрессивных старшеклассников дружба имеет меньшую цен - ность, чем для неагрессивных учащихся; в то же время символ хитрости, ловкости и исполнения желаний (без приложения к этому трудовых усилий) для агрессивных детей представляет большую ценность.

Следующий вопрос звучал так: «Что важнее всего испытать в жиз - ни?» И агрессивная и неагрессивная группы школьников сделали выб ор в пользу счастья и возможности жить по своей воле; далее агрессивные учащиеся выбирают победу (26%), тогда как в неагрессивной группе только 15% учащихся выбирают эту ценность. 22% агрессивных школьников выбрали славу и известность, в неагрессивной группе та - ких школьников оказалось только 5%. Совершить подвиг хотят 11% аг - рессивных учащихся и 7% неагрессивных. Таким образом, агрессивные школьники в большей степени, чем неагрессивные, принимают такие жизненные критерии, как победа, слава, известность, подвиг, составляющие определенный смысл их жизни.

Исходя из полученных результатов, мы можем говорить о различи - ях в агрессивной и неагрессивной формах поведения по целому ряду вышеперечисленных параметров. Учителя, организующие работу со старшеклассниками, должны учитывать наличие четко выделяемых типов поведения и принимать соответствующие меры, позволяющие снизить агрессивность и уменьшить проявления аутоагрессии. Эти воз - действия связаны с формированием позитивных установок, качеств толерантной личности, являющихся базовыми при выборе старше - классниками своей нравственной жизненной позиции, преодолении фрустрации, связанной с потребностями в признании и любви.

Литература

  1. Волков Б.С. Психология ранней юности. М ., 2001. Чудновский В.Э. Смысл жизни и судьба. М ., 1997.

Ратанова Т.А. (Москва)

Становление профессионального акме у студентов высшего и среднего педагогического учебного заведения

Формирование ценностно-смыслового отношения к профессиональ - ной деятельности и профессионального акме - длительный процесс, начинающийся, как правило, в процессе обучения в школе и про - должающийся на следующей его ступени - в вузе или в среднем специальном заведении. Успешность формирования отношения личности к профессии на второй, студенческой стадии обусловливает дальней - шее развитие этого отношения на третьей стадии, то есть на этапе зрелости. Студенческий возраст занимает особое место в становлении профессионального акме. В этот период формируются профессиональ - но значимые личностные качества, достигают высокого уровня интел - лектуальные способности, вырабатываются предпосылки отношения к профессиональной деятельности как особо значимой человеческой ценности и как способу самореализации. Сравнительное изучение особенностей интеллектуального и лич - ностного акме на этапе начального овладения профессией - в период получения высшего и среднего педагогического образования - было целью нашего исследования. Эта задача, в свою очередь, связана с вопросом совершенствования профессиональной психолого-педагогической подготовки выпускника педагогического учебного заведения, нормативным качеством которой утверждается эталон

педагога-про - фессионала, «имеющего системное мышление, способность к осоз - нанному анализу своей деятельности, творческую активность, высо - кий уровень личностного развития, профессиональной мобильности и адаптивности» (Концептуальные основы развития, 2000).

В отечественной психологии специальные способности широко изуча - лись наряду с общими умственными способностями и рассматривались как специфическое проявление определенных компонентов общих спо - собностей в соответствующей деятельности. Специальные способности понимаются отечественными психологами как сложное структурное об - разование, своеобразный синтез определенных свойств и компонентов. Отсюда возникает задача анализа структуры способностей, выделение компонентов, являющихся существенными в каждом их виде.

Проблема педагогических способностей в отечественной психоло - гии представлена в исследованиях Н.Д. Левитова, Ф.Н. Гоноболина, В.А. Крутецкого, Н.В. Кузьминой, В.А. Сластенина, А.И. Щербакова, А.К. Марковой, Л.М. Митиной и др. На основе положений Б.М. Тепло-ва и С.Л. Рубинштейна были выделены особенности, черты проявле - ния личности, которые обеспечивают успешное овладение педагогической деятельностью, то есть «приобретают профессионально педа - гогическую значимость» (Крутещий, Балбасова, 1991).

Несмотря на многообразие акцентов в определении педагогических способностей разными исследователями (В.А. Крутецкий, Н.В. Кузьми - на, А.И. Щербаков и др.), выявляются определенные закономерности: педагогические способности рассматриваются как сложное социально-психологическое явление, как совокупность индивидуально-психологи - ческих свойств личности, обеспечивающих успех в овладении педагоги - ческой деятельностью, как своеобразная проекция психологической дея - тельности на личность, условие успешной деятельности учителя и формирования способностей воспитуемого. Наиболее системно и целост - но общие педагогические способности, необходимые для всех студентов педвуза, независимо от их специализации, представлены В.А. Крутец-ким, обозначившим их определения, компоненты и структуру: дидакти - ческие, академические, перцептивные, речевые, организаторские, ком - муникативные, прогностические, суггестивные способности, распреде - ление внимания, педагогическое воображение, а также расположенность к детям, педагогический такт, выдержка и самообладание.

Рассматривая профессионально значимые качества педагога (педагогическую направленность, педагогическое целеполагание, педа - гогическое мышление, педагогическую рефлексию, педагогический такт), А.К. Маркова отмечает их близость к понятию «способность», а Л.М. Митина соотносит их с двумя уровнями педагогических способ - ностей и определяет более пятидесяти личностных свойств, соответ - ствующих психологическому портрету идеального учителя.

Анализ структуры специальных способностей позволяет заключить, что их уровень зависит от уровня умственных способностей, в основе которых, как считал С.Л. Рубинштейн, лежит качество мыслительных операций. Следовательно, от уровня развития процессов анализа, син - теза, обобщения и абстракции зависят и способности к определенным видам деятельности. Таким образом, дифференцированность восприя - тия объектов, выделение их свойств и отношений занимает централь - ное место как в умственных, так и в специальных способностях.

В современной мировой психологии, благодаря наличию множества теорий, выделилось несколько подходов к выявлению внутренних меха - низмов интеллектуальной деятельности, к трактовке природы интеллекта (Холодная, 1977). Одним из наиболее фундаментальных, обоснованных и продуктивных в настоящее время является системно-структурный подход к раскрытию основ интеллектуальных способностей и других сторон пси - хического развития. В рамках этого подхода интеллект определяется как функционирование сложных по компонентному составу многоуров - невых когнитивных репрезентативно-операциональных структур, каче - ство и организация которых определяет эффективность решения широ - кого спектра стоящих перед человеком задач, включая и тестовые ( Чупри-кова, 1997). Под когнитивными структурами Н.И. Чуприковой понимаются внутренние относительно стабильные психологические системы репре - зентации знаний, которые хранятся в долговременной памяти и являют - ся системами извлечения и анализа текущей информации.

В соответствии с ортогенетическим принципом развития X . Вернера, согласно которому любое развитие идет от состояния глобальности и не - дифференцированное™ к росту дифференциации, расчлененности, -развитие когнитивных структур, являющихся субстратом (носителем) способностей, характеризуется ростом их системной иерархической орга - низации и дифференциации. Более сложные, высокорасчлененные и иерар - хически упорядоченные когнитивные структуры, допускающие многоас - пектные и гибкие анализ и синтез действительности, развиваются из бо - лее простых, диффузных, глобальных или плохо расчлененных структур путем их постепенной дифференциации (Чупршова, 1997, 2003). Право - мерность данного подхода и его положений подтверждена рядом экспе - риментальных исследований, проведенных нами и под нашим руковод - ством аспирантами и соискателями на разных выборках, отражающих возрастной (от дошкольников до старших школьников) и специфичес - кий (дети с искажением и задержкой психического развития) аспекты испытуемых. Спектр действия принципа системной дифференциации не ограничивается рамками интеллекта, он определяет также развитие спе - циальных способностей (Чуприкова, 1997) и становление личностных структур, что также нашло экспериментальное подтверждение в диссер - тационных работах, написанных под нашим руководством.

Для разработки непротиворечивой теории психического развития нужны экспериментальные данные, полученные по проблеме интел - лектуального и личностного развития не только в дошкольно-школьном возрасте, но и в других возрастах, в частности, в период начального профессионального становления человека. Этот период приходится на студенческий возраст, который в психологии приоритетно исследовался школой Б.Г. Ананьева (Л.Н. Грановская, М.Д. Дворяшина, Н.В. Кузьми - на, Е.И. Степанова и др.). Было показано дальнейшее развитие, сложное переструктурирование психических функций внутри интеллекта, изме - нение всей структуры личности (самооценки, мотивационно-целевой основы обучения) в этот период в связи с вхождением в новые соци - альные общества. Критерием развития интеллекта в этом возрасте явля - ется характер внутри- и межфункциональных связей между различными познавательными функциями и, в частности, мера их интегрирование-сти (Ананьев, 1968; Холодная, 1997).

Анализируя и обобщая результаты исследований, можно отметить, что студенческий возраст является периодом становления целостной личности, когда происходит «консолидация психологических сил че - ловека» (Дворяшина, 1969), вырабатываются устойчивые личностные свойства, стабилизируются психические процессы. Это возраст станов - ления профессионального и личностного самосознания, которое выступает как внутреннее личностное условие и предпосылка активного освоения студентом значимых для него сфер деятельности, как основа саморегуляции и самоуправления.

Данное исследование направлено на сравнительное изучение особен - ностей когнитивного и личностного развития будущих учителей-пред - метников разной специализации: физиков и филологов педвуза и мате - матиков и филологов педколледжа. Важно получить ответ на вопрос о том, отличаются ли взрослые люди одного возраста и одной профессио - нальной направленности, но разной специализации, по уровню акме в сфере интеллектуального, личностного развития и педагогических спо - собностей от будущих учителей образовательной школы с разной специ - ализацией. При этом мы исходили из предположения о том, что разная учебная специализация студентов педвуза и педколледжа формирует и развивает у них различные когнитивные структуры и подструктуры; осо - бенности будущих учителей-предметников разной специализации будут проявляться в уровне развития и структуре интеллекта, в степени когни-тивной дифференцированное™, развитости личностных структур, в ин-дивидуально-типологических особенностях нервной системы.

Основные задачи данного исследования состояли в следующем:

  1. Экспериментально изучить особенности когнитивной дифферен-цированное™, интеллектуального, личностного развития и педагоги-ческих способностей у студентов с разной специализацией.
  2. Выявить характер взаимосвязей между показателями интеллекту-ального и личностного развития некоторых индивидуально-психоло-гических и психофизиологических особенностей.

Исследование было проведено на базе пединститута г. Сыктывкара (об-следовались 18 студентов-физиков и 21 студент-филолог IV - ro предвы-пускного курса) и государственного образовательного учреждения сред-него профессионального образования «Педагогический колледж» г. Же-лезноводска Ставропольского края (участвовали по 27 студентов IV - ro курса со специализациями «Математика» и «Русский язык и литература»).

Методики исследования:

  • I блок: Методики оценки интеллектуального развития студентов раз-ных специальностей: 1) показатели средней учебной успеваемости (об-щей академической, предметной и успеваемости по психолого-педа-гогическому блоку); 2) оценки уровня педагогических способностей по методике «Педагогические ситуации» (Р.С. Немов); 3) тест интел-лекта Д. Векслера (в адаптации А.Ю. Панасюка, 1973), направленный на выявление уровня развития вербального, невербального и общего интеллекта, а также уровня сформированности определенных интел-лектуальных свойств.
  • II блок: Методики изучения уровня когнитивной дифференцирован-ности/глобальности: 1) компьютерный вариант методики скоростной классификации стимул-объектов (Н.И. Чуприкова, ТА. Ратанова); 2) тест включенных фигур Г. Уиткина, предназначенный для изучения степени расчлененности когнитивных структур студентов, выявления у них поле-зависимости/поленезависимости - способности расчленять целое, выде-лять из фона заданную фигуру, преодолевая включающий ее контекст.
  • III блок: Методики диагностики личностных особенностей: опросник определения направленности личности (Е.И. Рогов); дифференциально-диагностический опросник (ДДО) Е.А. Климова; методика «Самооценки общих педагогических способностей» по классификации В.А. Крутецкого (Е.М. Васильева); «Самооценка профессионально зна-чимых качеств» (Е.М. Васильева), а также тест Д. Голланда (для определения типа личности); методика «Изучение мотивов учебной дея-тельности студентов» (А.А. Реан, В.А. Якунин ) и др.
  • IV блок: Методики оценки индивидуально-психологических и психофизиологических особенностей личности: опросник Я. Стреляу; оп-росник на соотношение двух сигнальных систем Б.Р. Кадырова и др.

В исследовании получены следующие основные результаты:

  1. Студенты-филологи из двух выборок и их подгруппы (лучше и хуже успевающих) по сравнению с физиками педвуза и математиками педколледжа характеризуются более высокими показателями успевае - мости: все виды академической успеваемости у филологов выше, чем у физиков и математиков. Это свидетельствует о более успешном усво - ении филологами предметов гуманитарного цикла по сравнению с физиками и математиками предметов физико-математического цикла и указывает на то, что учебная успеваемость не всегда является обяза - тельным показателем высоких умственных достижений.
  2. Показатели интеллекта (умственных способностей) по тексту Д. Век-слера (отдельных субтестов - ВИП, НИП и ОИП) значительно выше у студентов двух специализаций педвуза, чем у студентов той же самой или близкой специализации педколледжа (среднего педагогического образо - вания). Однако уровень интеллектуального развития по этим показателям в обеих выборках значимо выше у студентов физиков и математиков и в их подгруппах (лучше и хуже успевающих) по сравнению с филологами. Кроме того, физики оказались более независимыми по тесту Г. Уиткина, то есть способны быстрее выделять заданную фигуру из сложного фона по сравнению с филологами.

При этом выявились различия в структуре интеллекта у студентов пед - вуза и педколледжа: для студентов педвуза обеих специализаций харак - терно преобладание вербального интеллекта над невербальным, а для сту - дентов педколледжа, наоборот, преобладание невербального интеллекта над вербальным. Более высокий уровень сформированности у студентов педвуза вербальных подструктур интеллекта, вероятно, объясняется боль - шей теоретической направленностью преподаваемых предметов, а боль - шая сформированность невербальных подструктур у студентов педкол - леджа - большей практической направленностью их занятий.

Групповые результаты интеллектуального развития студентов были подтверждены корреляционным анализом связей между разными пока - зателями интеллектуального развития в разных выборках и группах спе - циализаций студентов. Их оказалось больше у физиков, чем у филологов педвуза, что говорит о большей дифференцированности и интегрирован - ное™, а также о более высокой зрелости когнитивных подструктур у пер - вых, чем у вторых. У студентов педколледжа обеих специализаций значи - мые корреляции по интеллектуальным показателям близки между собой.

3. Показатели педагогических способностей студентов педвуза и пед - колледжа (как среднегрупповые, так и в подгруппах лучше и хуже успевающих физиков, математиков и филологов) находятся на среднем уровне развития (по методике «Педагогические ситуации») и, по дан - ным Н.В. Кузьминой, возрастают лишь в первые 5-10 лет педагогической деятельности.

4. Анализ когнитивной дифференцированное™ (по методике «скорост - ной классификации» стимул-объектов Н.И. Чуприковой, ТА. Ратановой) показал, что группы студентов-физиков и математиков и их подгруппы с разной успеваемостью характеризуются способностью к более быстрому и качественному анализу, тонкому дифференцированию и интегрирова - нию объектов по их свойствам и отношениям, то есть большей степенью расчлененности репрезентативно-когнитивных психологических структур, чем группы филологов и их подгруппы с разной успеваемостью. При этом уровень когнитивной дифференцированности и способность к перера - ботке информации у хорошо успевающих филологов значительно выше и лучше, чем у их хуже успевающих сокурсников, в то время как у физиков и математиков с той или иной успеваемостью аналитические способнос - ти незначительно различаются между собой.

5. Будущие учителя физики и математики отличаются более высо - ким уровнем личностного развития, что выразилось в адекватной са - мооценке, направленности надело (задачи, результат) и общение (вза - имодействие), в познавательных потребностях и в мотивах достижения в учебной деятельности (учебной цели, успехов в учебной работе) по сравнению с филологами, у которых преобладают личностная направленность (на себя) и направленность на общение, мотивы собствен - ного благополучия, стремление к престижу и превосходству, занятость собой, своими переживаниями. Как указывает Н.А. Аминов (1988), именно направленность на партнерство (взаимодействие) и направленность на дело, то есть результат, способствуют овладению педаго - гической деятельностью, профессиональному самосовершенствованию.

Учебная мотивация студентов обеих специализаций с более высо - кой учебной успеваемостью в большей степени направлена на дости - жение конечной цели учебной деятельности. У хуже успевающих сту - дентов - физиков, математиков и филологов - учебные мотивы сла - бо ориентированы на цель, они направлены на текущие условия учебной деятельности и носят скорее ситуативный характер.

6. Выявленные в нашем исследовании профессиональные склонно - сти в группах и подгруппах лучше и хуже успевающих студентов, как физиков-математиков, так и филологов, подтверждают правильность выбора ими специализации в педагогической профессии. Полученные данные характеризуют физиков и математиков как склонных перера - батывать информацию, касающуюся техники и знаковых систем; фи - лологов же отличают ярко выраженное мышление в виде художествен - ных образов и больший интерес к людям при одновременной склон - ности некоторых из них к природе, технике, знаковым системам.

В результате проведенного анализа показателей профессионального типа личности по методике Д. Голланда в группах студентов-математиков и филологов педколледжа и в их подгруппах, выделенных по успеваемости, было установлено, что самый высокий показатель (9,93) и математики и филологи имеют по социальному типу личности, что весьма благоприят - но для овладения ими педагогической деятельностью, так как они обла - дают социальными умениями и нуждаются в социальных контактах. Так - же получены данные о том, что группа студентов-математиков педкол-леджа отличается от филологов преобладанием интеллектуального и конвенционального типов личности, а для филологов характерен артис - тический ее тип (по методике Д. Голланда).

7. Для студентов обеих специализаций педвуза и педколледжа по группам в целом, а также в подгруппах, выделенных по успеваемости, характерны: преобладание второй сигнальной системы, более высо - кий уровень аналитико-синтетической деятельности, принадлежность к «мыслительному» типу (кроме хуже успевающих филологов, у кото - рых преобладает первая сигнальная система (по Б.Р. Кадырову), что соответствует «художественному» типу по И.П. Павлову. Эти различия, возможно, связаны с «нетипичностью» распределения функций по полушариям (В.В. Суворова, Э.А. Голубева), с невысокой дифферен-цированностью проявлений соотношения сигнальных систем.

8. В выборке студентов педвуза были выявлены значимо более высокие показатели по силе и подвижности нервной системы (по опроснику Я. Стре-ляу) у филологов, чем у физиков, что характеризуют первых как более быстрых в освоении нового материала, в деятельности, в речи, в общей подвижности, а вторых (физиков) - как неторопливых в принятии реше - ний, в движениях, речи, но отличающихся прочностью знаний и навыков. У студентов двух специализаций педколледжа статистически значимых раз - личий в свойствах нервной системы не обнаружилось, хотя более высокие их показатели оказались у математиков, чем у филологов.

9. Обнаруженная тенденция снижения количества значимых корреля - ций в группах физиков и математиков и в подгруппах специализаций с более высокой академической успеваемостью подтверждает ранее выяв - ленную общую закономерность: с возрастом и развитием интеллектуаль - ной сферы снижаются корреляционные связи (Дворяшина, 1969 и др.).

10. Интеркорреляционные связи показателей интеллектуального раз - вития, дифференцировок стимул-объектов с личностными, индивиду - ально типологическими показателями указывают на некоторые сходные и отличительные особенности когнитивной дифференцированности и организации личностных структур у студентов двух специализаций педву - за и педколледжа. Например, была выявлена большая связь дифференци - ровок у филологов, чем у физиков педвуза, и в подгруппах с более высо - кой успеваемостью. В выборке же студентов педколледжа в группах мате - матиков и филологов получена противоположная картина корреляционных связей времени дифференцировок с личностными показателями.

Полученные данные свидетельствуют о существовании единых при - родных основ развития когнитивной и личностной сфер человека ( Чуп-рикова, 1997, 2003). Кроме того, они говорят о становлении более выс окого интеллектуального, личностного и профессионального акме у студентов педвуза, чем у учащихся педколледжа.

Литература

  1. Аминов НА. Психофизиологические и психологические предпосылки педа-гогических способностей // Вопросы психологии. 1988. № 5. С. 71-77.
  2. Ананьев Б.Г. Комплексное изучение человека и психологическая диагности-ка// Вопросы психологии. 1968. № 6. С. 21-23.
  3. Васильева Е.М. Профессиональное самопознание студентов педвуза. Липецк: Изд-во ЛГПИ, 1992.
  4. Дворяшина М.Д. Опыт комплексного психологического и психофизиологи-ческого изучения структуры личности // Человек и общество. Л.: ЛГУ, 1969. Вып. IV .
  5. Концептуальные основы развития среднего профессионального педагоги-ческого образования до 2005 года // Среднее профессиональное образование. 2000. № 4.
  6. Крутецкий В.А., Балбасова Е.Г. Педагогические способности, их структура, ди-агностика, условия формирования и развития: Уч. пособие. М.: Прометей, 1991.
  7. Маркова А.К. Психология труда учителя. М., 1993.
  8. Митина Л.М. Психология профессионального развития учителя. М.: Флинта, 1998.
  9. Рогов ЕЛ. Настольная книга практического психолога в образовании. М.: ВЛАДОС, 1995.
  10. Рубинштейн С.Л. Проблемы общей психологии. М.: Педагогика, 1973.
  11. Холодная М.А. Психология интеллекта: Парадоксы исследования. М.: Барс, 1997.
  12. Чуприкова Н.И. Психология умственного развития: Принцип дифференци-ации. М.: Столетие, 1997.
  13. Чуприкова Н.И., Ратанова Т.А. Связь показателей интеллекта и когнитивной дифференцированности у младших школьников // Вопросы психологии. 1995. №3. С. 104-114.
  14. Чуприкова Н.И. Умственное развитие и обучение. К обоснованию системно-структурного подхода. М.: Изд-во МПСИ; Воронеж: НПО «МОДЭК», 2003.
  15. Якунин В.А. Социально-психологический статус и его прогнозирующее зна-чение в учебной и профессиональной деятельности // Педагогические аспек-ты социальной психологии. Минск, 1978.

Поддубная Т.К. (Белгород)

Интеграция личностного и профессионального компонентов сознания как проявление акме человека

Одним из прикладных аспектов проблемы становления индивиду-альности, то есть процесса интеграции основных характеристик чело-века как индивида, личности и субъекта деятельности, является воп-рос становления индивидуальности профессионала на этапе обучения в вузе, достижения им субъектного акме. На этапе вузовской профессиональной подготовки, когда студенты еще не являются профессио - налами, уже формируется индивидуальный стиль деятельности, про - двигающий личность на все более высокие уровни ее осуществления.

Современные исследования подтверждают мысль Б.Г. Ананьева о том, что при изучении человеческой индивидуальности недостаточно пред - ставить человека как открытую систему, взаимодействующую с миром и им детерминированную; необходимо рассмотреть человека и как систему «закрытую», замкнутую вследствие внутренней взаимосвязи ее свойств (личности, индивида, субъекта). «В такой относительно замкнутой систе - ме, “встроенной ” в открытую систему взаимодействия с миром, образу - ется определенное взаимодействие тенденций и потенций человека, са - мосознание и “ я ” - ядро человеческой личности» (Ананьев, 1980, с. 171).

Важным представляется соотнесение данных аспектов анализа индивидуальности субъекта деятельности. Необходимо выделить та - кую единицу анализа, которая интегрировала бы обе эти составляющие. В качестве такой единицы может выступать когнитивная система сознания. Именно благодаря противоречивому сочетанию в человеке свойств открытой и закрытой систем его сознание является одновременно субъективным отражением объективной действительности и внутренним миром личности (Ананьев, 1980).

Мы рассматриваем когнитивную систему сознания как функциональ - ный информационный блок, функциональную систему, интегрирующую (на основе отражения и регуляции) процесс деятельности в целом в его объективной и субъективной составляющей на уровне сознания субъекта деятельности и отражающую уровень личностного и профессионального развития субъекта деятельности. При этом мы основываемся на понима - нии функциональной системы (ФС), данном в трудах П.К. Анохина. Он рассматривал ее как единицу интеграции, которая представляет собой группу процессов и структур, объединенных для выполнения какой-либо определенной функции, и обладает свойством внутренней регулятивное™.

Функциональная система, формируясь как инструмент приспособ - ления к внешнему миру, развивается, трансформируется в процессе взаимодействия с этим миром. Внешние факторы, как бы они ни из - менялись (внезапно или постепенно), всегда оказывают воздействие на функциональную систему в целом. В то же время, когнитивные струк - туры аккумулируют опыт личности, выступают и как результат ее раз - вития, и как средство познания. Анализ особенностей структурной организации индивидуального когнитивного опыта позволяет прибли - зиться к пониманию специфики склада индивидуального ума, когни - тивных стилей личности и одновременно оценить уровень сформиро - ванное™ знаний как системы.

В качестве компонентов (структур) когнитивной функциональной си - стемы субъекта учебно-профессиональной деятельности мы выделяем три основных блока репрезентации знаний: профессиональные знания, зна - ния о себе как личности и знания о себе как субъекте профессиональной деятельности. Эти компоненты (структуры) рассматриваются нами не как рядоположные, развивающиеся по своим специфическим законам, а как уровневые элементы функциональной системы, отражающие в целом успешность профессиональной (учебно-профессиональной) деятельнос - ти, степень самоактуализации и самореализации человека. При этом мы предполагаем неравномерность и качественное своеобразие в развитии указанных компонентов (структур).

Так, структура профессиональных знаний развивается по принци - пу системной дифференциации, являясь по содержанию процессом «погружения» в мир профессиональных знаний и их усвоения.

Структура знаний о себе как личности к моменту поступления в вуз уже прошла определенный путь развития, так или иначе сформирова - лась, и сам факт выбора профессии, поступления в вуз является од - ним из результатов этого процесса, представляя собой одновременно и новый этап личностного роста, самовыражения, самоутверждения. То есть здесь мы имеем вариант очередного «витка» (качества) в раз - витии сформировавшегося целого - системы «Я».

Система знаний о себе как о профессионале и есть эта новая ветвь системы «Я», развивающаяся не как ее дополнительный элемент, а как новое функциональное качество, по своему содержанию интегрирующее «историю системы» и ее настоящее.

Таким образом, особенность развития когнитивной системы созна - ния студентов вуза определяется качественно иным этапом развития лич - ности - этапом профессионализации. В когнитивной системе сознания формируется новый - профессиональный - компонент, не декларируе - мый, идеальный, а реально действующий, отражающий особенности, содержание и условия учебно-профессиональной деятельности и уровень личностного и профессионального развития ее субъекта.

Основными процессами функционирования когнитивной системы сознания являются процессы дифференциации, интеграции, иерархиза-ции (Чуприкова, 1997). Они находят свое отражение в структурно-функ - циональных особенностях когнитивной системы. Нами предпринята по - пытка на основе психосемантического подхода разработать модель иссле - дования содержательных и структурных особенностей когнитивного компонента профессионального сознания, сформированности его на этапе обучения. При этом мы отдаем предпочтение методу репертуарных реше - ток Дж. Келли и методу свободного ассоциативного эксперимента, позво - ляющим изучать реальное субъективное семантическое пространство по уровню его когнитивной сложности, по параметрам дифференциро - ванное™ и интегрированное™. Применение теста репертуарных решеток Дж. Келли позволяет изучить многообразие проявлений развития профессионального сознания в содержательном и в структурно-функциональ - ном планах. Ассоциативная техника отражает как когнитивные структу - ры, стоящие за языковыми значениями, так и индивидуальные особен - ности испытуемых, их личностные смыслы. Свободный ассоциативный эксперимент позволяет исследовать когнитивную сложность изучаемых категорий и особенности изменений в психолингвистической структуре ассоциаций на заданный стимул (образ) у студентов от курса к курсу, а также дает возможность выявить некоторые неосознаваемые компоненты этих категорий. Использование психосемантического подхода позволяет обнаружить общие тенденции в динамике когнитивных компонентов про - фессионального сознания и индивидуальные особенности их проявления с целью анализа, самоанализа и оптимизации процесса профессионали - зации.

Нами исследовались такие особенности развития когнитивной со - ставляющей процесса профессионализации, как:

  1. развитие системы профессиональных знаний;
  2. развитие системы «Я» в сложной и противоречивой взаимосвязи прошлого, настоящего и будущего на уровне компонентов: «Я - аби - туриент», «Я - сейчас», «Я - через пять лет»;
  3. развитие системы представлений о себе как личности и профессионале;
  4. развитие идентификационного поля на уровне личностного и профессионального компонентов сознания. При этом оценивались:

а) широта идентификационного поля

Профессиональный компонент Личностный компонент:

Я — профессионал Я — личность

Я — начинающий специалист Я — счастливый человек

Я — творческая личность Я — привлекательный человек

Я — преуспевающий человек... Я — самореализующийся человек....

б) содержание ролевых идентификаций (диспозиций);

в) преобладающие ролевые идентификации;

г) дифференцированность/интегрированность семантических про - странств идентификационных полей;

д) разработанность (когнитивная сложность) основных образов-ролей учебно-профессионального пространства;

е) когнитивная сложность учебно-профессионального ролевого пространства в целом;

ж) структурно-содержательные особенности диады Студент — Преподаватель.

В логике описания объемного эмпирического материала мы стреми - лись рассмотреть полученные результаты в нескольких направлениях:

  • в содержательном (дифференцированность/интегрированность системы в целом и ее составляющих);
  • в структурно-функциональном (во взаимосвязи и взаимодействии составляющих ее компонентов);
  • во временном (от курса к курсу обучения).

Приведем пример анализа образа «Я» студента на уровне компонен - тов этого образа. Образ «Я» введен нами в процедуру исследования в его временной представленности: «Я - абитуриент», «Я - сейчас», «Я -через пять лет». Нам важно было понять особенности представления, от - ражения человеком каждого временного отрезка своей жизни в сложной, противоречивой взаимосвязи прошлого, настоящего и будущего. Мы ис - ходили из того, что взаимодействие личности с миром в объективном времени детерминируется структурой ее личностного времени, а времен - ные, структурные компоненты образа «Я» позволяют выйти на анализ актуальной, наличной и прогностической ситуации в оценке когнитив - ных компонентов профессионального самосознания студентов. По Геге - лю, «прошлое есть сохранение настоящего как действительности; буду - щее же есть... становление настоящего как возможности...».

Во-вторых, нам важно было понять, насколько процесс обучения, то есть профессионализации на этапе обучения, способствует разви - тию интегрированное™ образа «Я». Интегрированность образа «Я», как известно, является одной из центральных проблем психологии лично - сти. В истории психологии этот вопрос решался по-разному в рамках различных теоретических концепций и общего подхода к проблеме ин - дивидуальности. На основе критериев анализа (интегрированность/диф-ференцированность образа «Я»; «принятие/непринятие» таких его струк - турных компонентов, как «Я прошлое», «Я настоящее», «Я будущее») нами выявлена неоднозначность тенденций развития образа «Я» в сту - денческом возрасте, обусловленная этапом (курсом) обучения и спе - цификой избранной специальности.

Факт принятия (непринятия) структурных компонентов образа «Я» не определяет однозначно явления интегрированности/дифференци-рованности «Я». Так, к примеру, негативно оценивая образ «Я про - шлое», студент не вытесняет его, и целостность «Я» при этом не нару - шается. Другими словами, «Я воспоминание» выступает скорее как отправная точка личностного и профессионального роста. Тогда сте - пень изменения может играть роль уровня, отметки на шкале развития. Акцент с ситуации оценки статичной структуры переносится на ана - лиз процесса, его динамики, что приводит к качественному измене - нию оценочного компонента образа «Я» в сторону его позитивности. Определение, осознание положения «Я настоящее» (сейчас) в конти - нууме «Я прошлое» - «Я будущее», безусловно, представляет как тео - ретический, так и практический интерес. Особая проблема в экспери - ментальном исследовании этого аспекта заключается в установлении соотношения реальных и декларируемых систем значений.

Несколько иначе обстоит дело с непринятием образа «Я будущее». Как известно, человек, уверенный в своем будущем, оценивающий его пози-тивно, в большей мере способен принимать настоящее, каким бы труд-ным оно ни было. Категория «Я будущее» выступает как цель, как некое опережающее отражение действительности, как выражение потребности развития системы «Я». И чем актуальнее целевая функция, тем активнее, быстрее идет процесс добывания и внедрения новой информации, в на-шем случае - процесс развития профессионального сознания. В то же время, структуры, имеющие менее актуальную целевую функцию, боль-ше подвержены отрицанию, иначе говоря, - оттесняются более актуаль-ными структурами. Непринятие образа «Я будущее» в большей мере спо-собно нарушать гармонию «Я - концепции», а значит снижать адаптив-ность личности, ее способность к самореализации.

Неинтегрированное «Я» с отчуждением образа «Я прошлое» - пример варианта неадекватной идентификации, неумения включить про-шлое в настоящее и будущее. Речь здесь идет не столько об отчужде-нии, сколько о разъединении этих образов в самосознании. Будущее хронологически удалено и связано с новыми планами, целями, на-полняется новым содержанием как под влиянием новых объективных задач, так и в силу потребности реализоваться в еще несостоявшемся. Что касается прошлого, то наиболее адекватная, зрелая, на наш взгляд, позиция - не разъединения, а соединения их, что неравносильно принятию/непринятию.

В ходе исследования студентов с первого по пятый курсы нами эк-спериментально выявлены следующие варианты соотнесения образов «Я прошлое» (Я1) и «Я настоящее» (Я2) (обработка результатов про-водилась методом факторного анализа варимакс-вращение):

  1. Непринятие «Я прошлого» / принятие «Я настоящего» (-Я1 / +Я2 ).
  2. Принятие «Я прошлого» /непринятие «Я настоящего» (+Я1 / -Я2).
  3. Принятие «Я прошлого» / принятие «Я настоящего» (+Я1 / +Я2 ).
  4. Непринятие «Я прошлого» / непринятие «Я настоящего» (-Я1 / -Я2 ).

Рассмотрим вариант +Я1 / -Я2, который оказался наиболее представ-ленным в нашей выборке. Непринятие образа «Я настоящее» отражает, на наш взгляд, структуру всей модели нового жизненного пространства, вариант его «необжитости», рассогласованности с ожиданиями, с будущим. Сложность, заключающаяся в том, чтобы почувствовать себя его полно-ценной составляющей, объективируется на уровне самосознания личности студента. Таким образом, «Я - сейчас» выступает, скорее, не как модель системы «Я» в пространстве, а как модель «Я и есть это пространство».

Вариант -Я1 / -Я2 - наименее адаптивный, наименее оптималь-ный с точки зрения реализации активности, творческой направленности, наиболее инфантильный и незрелый. Происходит генерализа-ция процесса неудовлетворенности, отрицательная доминанта, притягивая к себе остальные, усиливается и блокирует личностный потенциал.

Вариант -Я1 / +Я2 - неоднозначен по своему содержанию. Это и вариант разрешения проблем прошлого в настоящем, но еще без достаточной их отработанности. Это может быть и «перенос» проблем в их причинной обусловленности в прошлое как форма трансформации аутоагрессии через разъединение «Я» и вынесение «Я прошлого» в ка-честве отдельной субстанции за рамки «Я настоящего».

Вариант +Я1 / +Я2 выражает наиболее экологичный, с нашей точ-ки зрения, случай, особенно если система образа «Я» в целом имеет вид: +Я1 / +Я2, +Я3, где Я3 - образ «Я в будущем», что отражает приоритет ориентации на будущее.

В целом по структуре образа «Я» выделены варианты:

  1. Я1, Я2, Я3 - вариант максимальной интегрированное™ образа «Я»;
  2. Я1, Я2 / Я3 - вариант частично интегрированного «Я» по типу «Я - абитуриент»;
  3. Я2, Я3 / Я1 - вариант частично интегрированного «Я» по типу «Я будущий (профессионал, личность, творческая личность...)»;
  4. Я1, Я3 / Я2 - вариант неопределенности образа «Я» (кто Я?);
  5. Я1 / Я2 / Я3 - вариант максимально дифференцированного «Я».

(Что наглядно демонстрируется результатами факторного и корреляционного анализов.)

При этом, если учитывать параметр «принятие/непринятие», число выделенных вариантов значительно возрастает за счет подвариан-тов в каждой из групп.

Результаты нашего исследования подтверждают гипотезу о нерав-номерности развития компонентов системы когнитивного сознания студентов, а также гипотезу о различном соотношении процессов диф-ференциации и интеграции в их развитии. Так, в таблице приведены результаты исследования когнитивной сложности образов «Я», «Лич-ность», «Профессионал» при исследовании студентов-психологов по курсам обучения.

 

Курс обучения

Категория

Я

Личность

Профессионал

2 курс

21

23

11

3курс

28

15

10

4 курс

24

18

29

5 курс

17

32

28

На уровне развития образа «Я» мы наблюдаем тенденцию к интеграции, а на уровне образов «Личность», «Профессионал» - тенденцию к дифференциации. Пространство образа «Профессионал» является изна-чально менее разработанным, и его познание, «освоение» представлено большей выраженностью тенденции к дифференциации. Кризис в про-фессиональном сознании студентов 4 и 5 курсов обучения совпадает с максимальной дифференцированностью этого пространства.

Показатели корреляций в диспозициях «Я - Личность», «Я - Про-фессионал», «Профессионал - Личность», приведенные ниже, под-тверждают факт неравномерности развития компонентов структуры когнитивной составляющей профессионального сознания.

 

 

Диспозиции

 

Курс

Я-

Я —

Профессионал -

обучения

Личность

Профессионал

Личность

1 курс

0,328

0,354

0,471

2 курс

0,236

0,253

0,423

3курс

0,642

0,240

0,329

4 курс

–0,278

–0,282

0,354

5 курс

0,311

–0,220

0,012

Так, к четвертому курсу обучения на фоне максимальной разрабо-танности образа «Профессионал» происходит не просто снижение иден-тичности, но и изменение ее модальности по диспозициям «Я - Лич-ность» и «Я - Профессионал»; корреляции равны соответственно: r = -0,282 и r = -0,278. Мы связываем объяснение этого явления с про-цессом активной психологической и педагогической практики на чет-вертом курсе, вследствие чего у студентов возникает диссонанс между требуемым и реально возможным. На пятом курсе наблюдается тен-денция к оптимизации в плане личностной идентификации, а про-фессиональная самооценка остается по-прежнему конфликтной.

Анализ результатов исследования позволяет говорить, во-первых, об особенностях становления структур когнитивной системы сознания по курсам и факультетам обучения, во-вторых, о выявлении в общих тенденциях становления когнитивной системы сознания субъекта учеб-но-профессиональной деятельности особенностей формирования лич-ностного и профессионального компонентов, логики их развития. Одна из задач нашего исследования состояла в том, чтобы изучить, насколько процесс профессионализации на этапе обучения способствует гармо-низации личностного и профессионального компонентов.

Полученные нами результаты, безусловно, носят относительный ха-рактер и предполагают проведение дополнительных исследований со сту-дентами как гуманитарных, так и технических специальностей. Налицо факт, когда, казалось бы, сложившаяся (по сравнению с исходным уров-нем развития) система профессионального сознания у студентов пятого курса оказывается неустойчивой, у части из них актуализируется механ изм психологической защиты по типам: регресс, вытеснение и др. Ана - лиз результатов исследования позволяет нам реально увидеть такие вари - анты неадекватной идентификации (Э. Эриксон), как размывание време - ни (неспособность, упорное нежелание строить планы на будущее) и негативная идентичность (неприятие ролей).

Таким образом, исследование развития когнитивной системы со - знания (субъекта учебно-профессиональной деятельности) в процессе профессионализации студентов позволяет глубже познать особенности и динамические тенденции становления сознания будущих специали - стов, уровень их личностного и профессионального развития, раскрыть путь восхождения от «Я - непрофессионал» к «Я - начинающий специалист» на этапе обучения в вузе.

Литература

  1. Ананьев Б.Г. Избранные психологические труды: В 2 т. М.: Педагогика, 1980. Т. 1.
  2. Чуприкова Н.И. Психология умственного развития: принцип дифференциа - ции. М.: Столетие, 1997.

Черкасова О. Д. (Москва)

Динамика представлений о смысле жизни и акме студентов в период обучения в вузе

Человеческая жизнь мотивируется поиском смысла своего суще - ствования, стремлением реализовать этот смысл на основе ценност - ных ориентиров. По утверждению В. Франкла (1990), человек движим волей к смыслу. Стремление найти смысл жизни есть «вторичная ра - ционализация» инстинктивных влечений, основная мотивационная сила, помогающая преодолеть трудности.

Жизнь становится осмысленной - содержащей осознанный смысл (цель), - во-первых, через самоотдачу, самореализацию в деятельности; во-вторых, через присвоение, использование того, что создано другими; в-третьих, через масштаб самоопределения и самоуправления (определения позиции по отношению к себе, обществу, космосу). Масштаб самоопределения человека задает систему координат для его ценностных ориентиров, для самотрансценденции. Нельзя не согла - ситься с В. Франклом: самотрансценденция - выход за пределы себя, направленность не на себя, а на что-то иное - это то, что составляет сущность человеческого существования. Мы усматриваем смыслы, об - наруживая их в определенных явлениях, находя выражение смысла человеческой жизни в конкретной ситуации. Не может быть универ - сального смысла жизни, имеются лишь уникальные смыслы индиви - дуальных жизненных ситуаций.

Осознание наличия ситуаций, сходных для обществ отдельных исто - рических периодов, заставляет констатировать и присутствие смыслов, которые разделяются людьми на протяжении человеческой истории. Это универсальные смыслы - ценности, кристаллизующиеся в типичных ситуациях, с которыми сталкивается человечество. Они облегчают для человека поиск смысла, избавляя его от неопределенности, от принятия решений в типичных ситуациях. Процесс поиска смысла - это процесс принятия решения в системе координат, детерминированной масштабом самоопределения, где критерием правильности решения могут выступать усвоенные универсальные ценности, и среди них - следование такого рода ценностям и личная вера. По сути, это процесс принятия авторского решения о значимости ценности, превращении ее в личностно значимый смысл, наполнение ее субъективной эмоциональной окраской, насыще - ние своими субъективными чувствами, мыслями. Смысл всегда значим личностно. Если он не стал таковым - это просто ценность: общечелове - ческая, партийная, групповая. Несмотря на то, что принимается авторс - кое решение, человек несет ответственность за него. Перед собой, обще - ством, космосом. Все зависит от масштаба самоопределения, особеннос - тей самоидентификации.

В связи с вышеизложенным задачи образования состоят в том, что - бы совершенствовать способность, которая позволяет человеку нахо - дить уникальные смыслы; способность к самореализации, самоактуа - лизации в процессе поиска и реализации своего смысла жизни; спо - собность к личностному и профессиональному самоопределению.

Проведенное нами пробное исследование динамики представлений о «смысле жизни» и «акме» студентов психологического факультета, где выборку исследования составили 88 студентов, показало, что нет значимых различий в представлении о смысле жизни и акме у студен - тов, обучающихся первый год и последний семестр. Интерпретируя полученные результаты, мы предположили, что причиной этого явля - ется не совсем верно сделанная выборка исследования. Мы изучали студентов, получивших образование в медицинских училищах, педа - гогических колледжах, то есть имели дело с уже сформировавшимися личностями, которые усвоили систему ценностей определенного учеб - ного заведения, и, обучаясь на вечернем отделении или заочно, где-то работали, чаще по специальности. Второе исследование имело своей целью проанализировать особенности личности абитуриентов и изме - нение смысложизненных приоритетов студентов психологического факультета МГОПУ им. М.А. Шолохова. С одной стороны, мы попыта - лись составить психологический портрет абитуриентов, а с другой -проследить характер изменения представлений о личностных смыслах, смысле жизни и акме студентов в период их обучения в вузе. Мы спе - циально взяли студентов с различным уровнем образования при поступлении и разным периодом обучения. В исследовании участвовали абитуриенты факультета психологии со средним и средне-специальным образованием (педагогическим и медицинским) в количестве двадцати четырех человек и сто тридцать три студента с различными исходными уровнями образования.

Сначала остановимся на нашем представлении о психологическом портрете и способе его составления. Это социально-психологическая характеристика человека, имеющая определенную структуру, детер-минированную психологическим подходом, школой, тем, как в ней рассматривается личность и ее отдельные компоненты.

Исходя из работ К.К. Платонова, посвященных анализу структуры личности, мы подобрали свой комплекс методов, который, не нарушая основной схемы анализа личности для составления психологического портрета, тем не менее давал бы возможность получения полной инфор-мации о личности и, в частности, о личности абитуриента. Это стандар-тизированные методики: LSI - методика, направленная на выявление типа психологической защиты; личностный опросник Д. Кейрси (Елисеев, 2003) определяет тип по Юнгу и направленность на определенную деятельность; опросник личностной ориентации (Опросник, 2002) вы-являет уровень самоактуализации, определяет внешнюю и внутреннюю направленность личности; модификация методики Дембо-Рубинштейн для определения самооценки; прием исследования особенностей осуществ-ления вероятностного прогноза «Перспективная автобиография».

В ходе исследования были получены такие результаты:

  1. По методике, направленной на выявление психологических ти-пов защиты ( LSI ), было обнаружено, что наиболее часто встречаются следующие психологические типы защиты: проекция - (75%), регрессия - (63%), замещение - (54%). Гораздо реже: отрицание - (41%), подавление - (41%), реактивные образования - (37%). Среднее зна-чение набрано по таким типам психологической защиты, как компен-сация (50%) и интеллектуализация (50%).
  2. По методике (Д. Кейрси), направленной на выявление особенностей свойств темперамента и предрасположенности к определенному виду де-ятельности абитуриента МГОПУ, выявлен доминирующий тип профессии у абитуриентов - психолог (33%), на втором месте - педагог (16%). При изучении свойств темперамента выяснилось, что 58% абитуриентов -экстраверты. Преобладает экстравертированный мыслительный тип.
  3. По самоактуализационному тесту (Опросник, 2002) были выявлены высокие показатели по следующим шкалам: ценность самоактуа-лизации - 37%, спонтанность - 41%, реактивная чувствительность -49% и т.д. Они характерны для человека доброго, дружелюбного, от-крытого опыту, жизнь которого - это миссия и который опирается в первую очередь на самого себя. Такой человек свободен от социального давления и чужих ожиданий, но чувствителен к одобрению, любви и доброй воле других людей.
  4. В ходе исследования особенностей самооценки зафиксировано, что показатели всех опрошенных соответствуют норме, абитуриенты факультета психологии ставят перед собой достижимые и вполне ре - альные цели, отмечается желание изменить свою жизнь к лучшему, не переоценивая своих возможностей. Работать по специальности, приоб - ретенной на факультете психологии, собираются 50% студентов, а не по специальности - 25%. Личные планы на будущее имеются у 8%, не планируют свою жизнь вообще, не написали автобиографию - 16% участников опроса. Полученные данные дают возможность составить психологический портрет абитуриента факультета психологии.

Экстраверт мыслительный. Ориентируется на то, что происходит преимущественно в данный момент, а также на субъективную интен - сивность ощущений, причем между объектом и ощущением нет про - порциональных отношений - они субъективны. Мышление позитив - ное, ведет к новым фактам или общим концепциям разрозненного материала. Характерные психологические типы защиты: приписыва - ние тех же черт, которыми обладает он сам, другим людям и уход от действительности путем возвращения к предыдущим этапам развития.

Самоактуализирующаяся личность. Развивает глубокие, близкие, неформальные взаимоотношения с другими людьми. Опирается в боль - шей степени на самого себя, не зависит от внешних влияний. Чувстви - телен к одобрению, любви и доброй воле других. Живет по принципу «здесь-и-теперь». Принимает ценности самоактуализации, отзывчив к чувствам и нуждам других людей, не боится проявлять свои истинные чувства в поведении. Считает себя достойным любви и уважения, при - нимает себя, свои слабости и недостатки. Способен за очевидными противоречиями жизни устанавливать их значимую связь, а также при - нимать гнев и агрессию как естественные человеческие проявления. Ставит перед собой достижимые и вполне реальные цели, адекватные самооценке, желает расти личностно, сменить свой уровень жизни на более высокий. В основном абитуриенту свойственно планировать свою профессиональную деятельность, но он не всегда прописывает крите - рии успеха, особенно в семейной и личностной сферах.

Такой психологический портрет абитуриента психологического фа - культета явно опровергает расхожее мнение о том, что на психологи - ческий факультет, в основном, идут люди, имеющие низкую само - оценку, не умеющие общаться, налаживать контакт, внутренне на - правленные только на решение своих личных проблем.

Теперь обратимся к анализу характера изменений представлений о смысле жизни и акме студентов. Исследование особенностей динамики представлений о смысле жизни и акме студентов МГОПУ проводилось с учетом полученных данных о психологическом портрете на основе анкет - ного опроса (анкета в сборнике 2002 г.), а также путем проведения полу - стандартизированной беседы на основе методики самооценки Дембо-Ру-бинштейн. В исследовании приняли участие студенты первых и выпуск - ных курсов, обучающиеся от трех с половиной до пяти лет. Сравнительный анализ результатов исследования позволил констатировать, что представ - ления студентов о смысле жизни и акме за период обучения отчасти ме - няются. Рассмотрим подробнее эти изменения.

Общее представление о смысле жизни у обеих групп, на первый взгляд, кажется одинаковым, но первокурсники не обстоятельны в своих описаниях. Отличие состоит в неумении на первых годах обуче - ния в вузе наполнить содержанием понятие «смысл жизни». Сходные мнения высказываются о факторах изменения смысла жизни: возрасте, жизненном опыте, знаниях, получаемых в вузе. Для большей части студентов (60%) предположение о том, что учебные предметы (психо - логия и философия) влияют на изменение смысла жизни студента, тоже является общим. Интересно, на наш взгляд, незначительное, но заметное расхождение в оценке их влияния на изменение смысла жиз - ни. О наличии такого влияния говорят 65% первокурсников и всего 60% студентов-выпускников. Возможно, это связано с тем, что сту - денты, освоив некоторые дисциплины, теперь не придают им значе - ния; однако это может быть и результатом оценки полученных зна - ний, т. е. разочарования в них как средствах постижения смысла жизни.

Явные отличия имеются в общих представлениях об акме. Четверть первокурсников вообще не ответили на вопросы, касающиеся данного понятия. Ответы остальных недостаточно структурированы. В то же вре - мя старшекурсники хорошо справились с определением данного по - нятия и при этом продемонстрировали элементы профессионального мышления, использовали психологические знания.

Несмотря на то, что не все первокурсники имеют представление об акме, можно зафиксировать отличия в степени изменения акме, кото - рого хотели бы достичь в последние годы первокурсники (75%) и вы - пускники (66%).

Наблюдаются значимые рассогласования в количестве первокурсников и выпускников, утвердительно ответивших на вопрос о том, оказывает ли собственный жизненный опыт влияние на становление смысла жизни: первокурсники (50%) и выпускники (33%). Можно также констатировать расхождение в осознании степени определенности способов реализации жизненного плана самосовершен - ствования: у первокурсников не знают, как и что делать, - 28%, у выпускников - 11%. Это подтверждается оценкой необходимости са - мосовершенствования: всего 10% первокурсников желают самосовер - шенствоваться, тогда как из выпускников такую потребность испы - тывают 29%. Интересны полученные данные о желании учиться для с амосовершенствования: полагают, что это необходимо, 42% первокурсников и всего 35% выпускников.

При сравнении результатов с теми, что мы получили, составляя психологический портрет, можно констатировать, что абитуриенты в своих представлениях о самоактуализации, смысле жизни, акме и их составляющих схожи с первокурсниками, и вместе они в одинаковой степени отличаются от выпускников.

Полагаем, все эти расхождения являются следствием обучения в вузе. Получив определенную сумму знаний, выпускники понимают, что само - совершенствование, которое должно заранее планироваться, прогнози - роваться, даст им возможность стать высококвалифицированными спе - циалистами, достичь определенного уровня профессионального совер - шенства. Они уже не уповают на свой жизненный бытовой опыт, а ищут возможности получения адекватного профессионального опыта. Метода - ми обучения и некоторыми профессиональными знаниями они уже отчасти овладели и потому в меньшей степени желают учиться, чем первокурс - ники, у которых еще не насыщена познавательная потребность.

Подводя итог, можно отметить, что студенты психологического факультета МГОПУ им. М.А. Шолохова, изначально в немалой степе - ни самоактуализирующиеся личности, в период обучения имеют воз - можность совершенствовать способность, позволяющую человеку на - ходить уникальные смыслы, способность к самореализации, самоак - туализации в процессе поиска и реализации своего смысла жизни и особенно в достижении профессионального совершенства.

В рамках данной статьи мы не подвергаем подробному анализу со - держание понятий «смысл жизни» и «акме студентов», не операцио-нализируем понятие «смысл жизни» на психологическом уровне, ог - раничиваясь его определением через вторичную «рационализацию», осознанную универсальную ценность. Тем не менее нам видится в до - статочной мере обоснованным обращение к понятию «смысл жизни» как к социальной установке, на формирование и функционирование которой могут оказывать влияние личностные особенности человека, в частности, его самооценка - ретроспективная, актуальная и перспективная. Это позволит сделать более обстоятельным анализ особен - ностей смысла жизни, представлений об акме и ряде факторов, их детерминирующих, у студентов.

Литература

  1. Елисеев О.П. Практикум по психологии личности. СПб.: Питер, 2003. Опросник личностной ориентации (ЛиО): Практическое руководство. М.: Генезис, 2002.
  2. Франкл В. Человек в поисках смысла. М ., 1990.

Голышева З.В. (Москва)

Смысложизненные ориентации людей пожилого и старческого возраста

У Николая Заболоцкого есть строки:

Как мир меняется! И как я сам меняюсь! Лишь именем одним я называюсь, -На самом деле то, что именуют мной, -Не я один. Нас много. Я - живой.

Смысложизненные ориентации, как и любые психические образо - вания, имеют свою динамику. В процессе жизни человека смысложиз - ненные ориентации изменяются по содержанию, эмоциональной ок - рашенности, регуляторному вкладу в бытие. Динамичность смысложиз-ненных ориентации прослеживается на всем пути существования человека. «Каково мое предназначение в этой жизни?», «К чему я стрем - люсь?» - такие вопросы время от времени задает себе каждый человек и на каждом жизненном отрезке бытия отвечает по-разному.

В исследовании нас интересовали изменения смысложизненных ори - ентации и акме, к которым человек приходит в пожилом и старческом возрасте. С этой целью мы обратились в Центр социального обслужива - ния, где имеется отделение дневного пребывания, куда приходят 30 че - ловек в месяц. Их ожидают общение с интересными людьми, экскурсии, посещение выставок, театров, музеев, а также ежедневные вкусные обе - ды. Инвалидам в отделении социальной реабилитации опытные специа - листы помогают восстановить прежнюю физическую активность.

К таким посетителям мы и обратились с просьбой заполнить нашу анкету «о смысле жизни и акме», разработанную коллективом под руководством А.А. Бодалева и В.Э. Чудновского. Всего было опрошено 90 человек. Опрашиваемые были разделены на две группы по возрасту. В первую группу вошли посетители ЦСО от 60 до 75 лет. Вторую группу составили люди от 75 до 90 лет. Это разделение на группы было предпринято с целью выявления различий, если они есть, в смысложизненных ориентациях.

Все участники отнеслись положительно к процессу работы. Им было лестно, что обращаются к их помощи, но после подробного ознаком - ления с вопросами 27 человек отказались от заполнения анкеты. При - ведем мотивировки отказа.

а) Нежелание ворошить прошлое . «Смысл был в юности. Много чего хотелось. Многое не сбылось, Что теперь об этом писать? Груст - но»; «Мне страшно оглянуться назад. Прошла моя жизнь. А что сдела - но? Ничего. И уже ничего не вернешь»; «Зачем такие странные вопро - сы? Смысл жизни давно потерян. А был ли он? Куда все ушло? А сейчас все пусто».

б) Отсутствие принятия себя в этом возрасте . «Какой смысл жиз - ни? Все было. А было ли? Сейчас как паразит. Поел и набок»; «Трудно в теперешнем состоянии говорить о таких вещах. Это издевательство, что я могу, куда стремиться и зачем? Я никому не нужна. Это страш - но»; «Я сейчас такая страшная. А была хороша. Принесу Вам фотогра - фии свои молодых лет. Все было - и цели, и смысл. А сейчас - что говорить»; «Я воевал, строил, сейчас пенсионер. Кому я такой боль - ной нужен? Какие можно строить цели, смысл жизни? Это ужасный возраст»; «У меня давление, сердце, почки. Я такая больная. Не до великих смыслов. Самой противно на себя глядеть»; «Как подумаю, что со мной сделала жизнь! А были цели, великие, смысл (с иронией). Теперь все ушло. И я стараюсь не помнить все, что было».

в) Стыд за прожитую жизнь . «Жизнь пролетела как стрела. Что я сделал? Ничего. Я работал, учился. Имею два образования. А кому это нужно? Страшно смотреть в прошлое. Суетился, суетился, и пусто?»; «Стыдно, все было, но, наверное, все было пустое. Не хочу говорить и писать об этом»; «Все я сделала в своей жизни не так. Страшно огля - нуться. А своими вопросами Вы еще хуже сделали. Еще раз подчеркну - ли мою несостоятельность». Остальные 63 человека на вопрос о значе - нии смысла жизни выделили несколько приоритетных ценностей в становлении смысложизненных ориентации.

Значимой ценностью является трудовая деятельность, которая по - зволяет реализовать материальные и духовные потребности человека. Отсутствие профессиональной трудоспособности равносильно краху жизни. «Я работал на “Шарике ” (з-д “Шарикоподшипник ” ), давал план. Всегда оставался на сверхурочную работу. Мой цех был призером. По - лучал премии. А сейчас? Что я могу? Работа ушла, и смысла нет». «Я работала в министерстве, пела в хоре. Сейчас пою в хоре ветеранов, но это от скуки. Смысл жизни в работе, а ее нет».

Люди тяжело переживают депривапию общения . «Я одинока. Мне не с кем поговорить. Какие бы я смыслы ни придумала для себя, кому я нужна?»; «Все было: близкие, семья, друзья - теперь один. Смысл жизни связан с людьми. А где они? Нет людей, нет смысла и цели жить. А Вы о смысле жизни...».

Смысложизненной утратой многие считают отсутствие семьи . «Если я сейчас одна, значит, все было плохо. О чем говорить?», «Все было, но кто-то ушел, кого-то схоронил. Сейчас одинок. Значит, плохо жил и смыслы были плохие». «Я много работал, ездил на стройки. Всю Россию объездил, а семьи не нажил. О каком смысле можно говорить, если ты один?»

Некоторые участники опроса отмечали как значимую потерю в конце жизни отсутствие удовольствий. «Был смысл. Были цели в жизни. Мно - гого хотелось. А теперь все для чего? Какие удовольствия? У меня же - лудок болит, печень, почки. Даже поесть в удовольствие нельзя. Зачем все эти смыслы? Пустое». «Были друзья, родственники. Пойдешь в го - сти. А сейчас трудно двигаться, многое нельзя есть. Смысл - он ради чего-то. А сейчас ради чего?»

Многие участники говорят о переоценке жизненных ценностей в пожилом возрасте и значимости материальных благ. «У меня все было: дом, машина, целая библиотека, лодка - ходил на рыбалку. А сейчас дом продал, машина испортилась, лодка устарела, да и ходить я не могу как прежде. Все пустое в этой жизни». «Много что было в моей жизни, а сейчас живу как бомж».

Таким образом, мы видим, что анализ собственного смысла жизни в пожилом и старческом возрасте связан с пересмотром ценностей жизни и отрицательными эмоциями. Конкретизируем полученные данные.

Первое место занимает ценность, связанная с активными профессиональными действиями. С уверенностью можно сказать, что участ - ники остро ощущают собственную физическую никчемность и переживают пассивность собственного бытия.

На втором месте - ценность, которая имеет отношение к общению (депривация общения и отсутствие семьи). Если первая ценность в смыс - ле жизни дает возможность человеку быть самостоятельным и независи - мым - строить планы, цели, смыслы жизни и претворять их в действи - тельность, - то вторая ценность создает человеку поддержку, обеспечи - вает ему защищенность в различных жизненных ситуациях.

На третье месте - ценность, связанная с материальными благами. Следует отметить, что женщины, отвечавшие на вопросы анкеты, были более негативно настроены и сетовали на материальные трудности, на малый размер пенсии. Представители мужского пола стоически пере - носили материальные трудности жизни.

На четвертом месте оказалась ценность чувственных удовольствий и на - слаждений. На протяжении жизни человек не только ставит перед собой цели и определяет смыслы, но и анализирует их. Рассмотрим более подробно по - лученные нами ответы на вопросы о смысле жизни и акме.

При ответе на первый вопрос , где предлагалось раскрыть понятие смысла жизни, все участники отметили, что главное в смысле жизни - жить и творить добро людям: «жить и служить обществу»; »жить и делать хорошие дела»; «жить и добиваться успехов в профессиональной работе»; «построить карьеру и получить материальные блага»; «смысл жизни - для чего мы живем»; «смысл жизни - родить ребенка, построить дом и посадить дерево».

Представители второй группы - люди старческого возраста (от 75 до 90) - отвечали более проникновенно и философски. «Смысл жиз - ни - просто жить и оставаться в любых ситуациях порядочным человеком». «Смысл жизни - это много целей, которые человек осуществля - ет, пока живет». «Смысл жизни - быть всегда верным себе».

По ответам на первый вопрос участников анкетирования также мож - но было разделить на 2 подгруппы в зависимости от того, какой, по их мнению, должна быть обращенность благих дел в жизни. В первую под - группу вошли люди, которые в качестве жизненных целей указали благо для общества , для других людей. «Сейчас думаешь о жизни и понимаешь, что надо было больше жить для других, больше помогать людям. Может, тогда сейчас кто-то вспомнил бы обо мне?». «Жить - творить благо. Замет - ное благо для общества . Вот это - смысл». «Когда просто работаешь, кому нужна эта работа? Только для собственного заработка. Это не смысл жиз - ни. Значит, не было у меня особенно смысла жизни. Были цели - зарабо - тать, купить, прогулять... Поэтому сейчас так и живу». «Смысл жизни -сделать что-то заметное, важное для других людей (поясняет: в науке, открытиях, политике), а остальное все - цели жизни». «В жизни мы мало думаем о других и на старости лет остаемся одни».

Вторая подгруппа меньше по численности и акцентирует внимание на обратном процессе. «Я все делал ради других, а сейчас понял, что надо было жить для себя. Тогда сохранил бы здоровье и легче было бы в старости». «Надо было жить ради жизни. Поддержать себя, чтобы не быть развалиной в старости». «Растила детей, содержала семью. Все им отдала, а сейчас одна и нищая». «Работал, вкалывал, все в дом, а где он - дом?». «Надо было больше, как теперь говорят, любить себя и беречь себя. Другие люди все равно не оценят, и им все мало».

Второй вопрос о значении смысла жизни выявил общую значимость смысла жизни для человека. «Жизнь для каждого человека измеряется его смыслами». «Смысл ведет человека по жизни». «Помогает понять, для чего мы родились и мучимся». «Смысл жизни определяет и направляет наши действия». «Смысл жизни помогает в трудные минуты жизни осознать, как поступить». «Смысл жизни позволяет планировать мелкие цели». «Смысл жизни - надежда жизни на прекрасное, успех».

Два участника второй группы написали: «Смысл жизни мы часто оп - ределяем потом, когда событие свершилось, или на старости лет, огляды - ваясь назад». «Понимание смысла в жизни приходит потом, после поступков. И тогда мы думаем, что все было правильно и предначертано судьбой».

Ответы на третий вопрос раскрывали содержание понятия «акме»: «достижение личных профессиональных высот»; «признание в обще - стве»; «понимание своего предназначения в жизни»; «процесс само - развития и самосовершенствования».

Ответы членов второй группы: «Человек осознает “акме”, когда продолжает трудиться». «Акме ощущаешь, когда прошел через трудно - сти жизни и преодолел проблемы и преграды». «Преодолел трудности и победил жизнь, и себя преодолел. Победа порождает чувство “акме”».

Четвертый вопрос побуждал участников оценить свои наивысшие до - стижения в жизни и вызвал сильную рефлексию у представителей обеих групп, так как требовал осмысления прошлой жизни и подведения ито - гов. Приоритетные ценности распределились так: большие трудовые успе - хи (высокие результаты работы); профессиональный рост (карьера, ком - петентность); радость от работы (удовлетворение от процесса совместной деятельности и общения с коллегами); уважение окружающих во всех смыслах; значимость конкретного вида деятельности для общества; мо - ральное удовлетворение; понимание себя, осмысление собственных дей - ствий; счастье в семье; рождение детей; поиск и нахождение «родствен - ной души» (взаимопонимание); сохранность собственной жизни. Обе груп - пы участников испытывали огорчение из-за людей и несбывшихся желаний. Многие считали, что мало успели сделать в жизни.

В ответах на пятый вопрос расхождения во мнениях нет. Все участ - ники с равной степенью убежденности считали, что смысл жизни положительно сказывается на судьбе человека.

Ответы на шестой вопрос сгруппировались следующим образом:

  • ДА, смысла больше - 41%;
  • НЕТ, больше бессмыслицы - 26%;
  • все зависит от личности человека и жизненных ситуаций - 33%.

Седьмой вопрос стал для участников поводом к рефлексии, так как надо было оценить свое прошлое. В первой группе было больше положительных ответов. Во второй - больше отрицательных утверждений: «жизнь быстро пролетела, мало что успел сделать»; «теперь мне кажется, что я всю жизнь бездельничал и мало что успел»,

Восьмой вопрос позволил выявить перечень судьбоносных событий в жизни человека: родительская семья и ее уклад; учеба в техникумах, ву - зах; война; голод и разруха, преодоление трудностей жизни; создание семьи; рождение детей; встреча со значимым человеком, который повли - ял на изменение судьбы; крещение в православие; правильный выбор профессии; место работы; познавательные открытия для себя.

На 9 вопрос о возможности изменения смысла жизни с возрастом все участники ответили утвердительно. «Совершенствование себя по жизни изменяет наши цели и смыслы». «Жизнь течет и все меняется». «С возрастом больше думаешь, и приходят здравые мысли и цели».

Ответы на десятый вопрос показали, что смысл изменяется даже в старческом возрасте. «Больше стал думать о себе и других людях. Хочет - ся помогать ближним». «Сейчас хочу много читать, раньше некогда было совершенствоваться». «Научилась больше прощать и быть снисхо - дительной». «Понимаю, что много есть интересных профессий. Стать бы моложе, можно и поучиться».

Одиннадцатый вопрос о динамике личного акме внес неудовлетво - ренность в души участников, и многие со ссылкой на возраст сознатель - но пропускали его. «Представление об акме есть, но в моем возрасте и говорить-то о нем трудно», «Разочарование последних лет изменило мое представление о собственном акме». «Хочу быть в семье, а раньше бежал из дома на работу». «Трудно быть одному. При чем тут акме?»

Ответы на двенадцатый вопрос выявили возможность влияния на становление смысла жизни: пример родителей (1 место), общение со сверстниками (2 место), собственный жизненный опыт (3 место), чте - ние литературы (4 место); общение с педагогами и влияние средств массовой информации (5 место).

Ответы на тринадцатый вопрос подчеркивали значимость литера - турных произведений и профессиональных знаний для человека. Лите - ратура перечисляется классическая и профессиональная. Многие отме - чали влияние книг по психологии и произведений духовного характе - ра (Библии) на становление смысла жизни человека. «Раньше я мало читала книг духовных и по психологии. А теперь имею свободное время и многое стала в жизни понимать, осмысливаю прожитые годы».

На четырнадцатый вопрос дали утвердительный ответ все участники опроса; все могли бы полнее реализовать свой творческий потенциал. В качестве препятствий участники отметили: войну; разруху и голод; трудности в родительской семье; трудности собственной семейной жизни (одна воспитывала детей); тирания мужа или жены; тирания начальства на работе; трудности в работе; сложности, свя - занные с местом проживания; материальные трудности; собственные болезни и болезни близких людей; трудности в коллективе (за - висть, жестокость, ложь); одиночество.

Пятнадцатый вопрос позволил обнаружить возможности человека в достижении акме: четкое знание смысла своей жизни, умение получать удовольствия, осознавать свои успехи, собственная эмоциональность.

Отвечая на шестнадцатый вопрос, респонденты отмечали расхож - дение между будничным и высшим «Я» человека. «Дома я мать, хозяй - ка, обычная женщина. А на работе - педагог, актриса, генератор идей, лидер, “ душа общества ” ». «Я был ведущим конструктором в авиации, а дома муж, отец, дед». «Обычная посредственность в быту и профессиональная значимость».

Ответы на семнадцатый вопрос не отличались от предыдущих.

Восемнадцатый вопрос оказался для участников сложным, так как требовал дать определение смысла жизни в этот возрастной период. Отка - зались отвечать 20 человек. Остальные перечислили наиболее значимые для данного возраста ценности: быть полезным окружающим людям; быть нужным в семье; найти «родственную душу»; беречь собственное здоро - вье, не быть людям в тягость; больше стремиться к духовности.

Вопросы 19, 20 и 21 практически игнорировались нашими участ - никами в силу возрастных особенностей. Отсутствие активной трудовой деятельности, одиночество и веер болезней делают этих людей агрессивными или подавленными.

Данная анкета была дополнена беседой с участниками опроса на следующие темы: 1) Когда можно считать, что жизнь прожита отлично?

2) Когда мы задумываемся о смысле жизни? 3) Как мы относимся к современному положению вещей в мире? 4) Что мы делаем, когда нам трудно и плохо? 5) Что в жизни для меня на первом месте? 6) Что влияет на понимание жизни? 7) Что я делаю в одиночестве? 8) Зависит ли от нас, как пройдет наша жизнь? Ответы на эти восемь вопросов во многом подтвердили полученные ранее суждения участников опроса.

По результатам беседы можно сделать вывод о том, что судить о прожитой жизни важно по : познанию мира (видеть новые места, путе - шествовать), приобретению славы и популярности, наличию денег для себя и потомства (материальных благ), построению карьеры, спокойной и радостной жизни.

Ответы на второй вопрос таковы: «К сожалению, мы редко заду - мываемся о смысле жизни. Обыденность жизни, трудности существо - вания, преодоление препятствий не создают условий для ее осмысления. Над смыслом жизни человек задумывается, когда одинок, возни - кают серьезные перемены в жизни, создаются условия на природе, музыкой, другими людьми».

Третий вопрос разделил всех участников на три группы:

Первая группа отрицательно относится к современному положению вещей в мире: «плохое отношение к людям»; «жестокое обраще - ние с животными»; «всю природу испортили»; «стало жить труднее»; «нет идеалов и ценностей у молодежи»; «человек стал более черствым».

Вторая группа отметила прогресс в обществе. «Появились демокра - тические свободы». «Развивается прогресс, человек освоил космос, появились новые открытия в науке и технике». «Стало лучше жить».

Третья группа выделила в современном мире положительные и от - рицательные стороны. Давая характеристику современному обществу, участники обращали внимание на положительный фактор роста бла - госостояния людей и на черствость души, «отсутствие духовности, высокой нравственности, патриотизма».

Отвечая на четвертый вопрос , участники беседы указали возмож - ности выхода из трудных жизненных ситуаций:

  • а) трудотерапия : «когда мне плохо, я мою пол»; «стараюсь что-то делать для себя»; «стараюсь кому-нибудь помочь»; «начинаю вязать»; «что-нибудь мастерю»;
  • б) общение : «стараюсь говорить с друзьями»; «люблю говорить с чужими людьми в сквере, у подъезда, в транспорте»; «звоню родствен - никам»;
  • в) одиночество : «стараюсь запереться в своей комнате и переждать, когда успокоюсь»; «ухожу на природу»; «выхожу гулять с собакой»; «слу - шаю музыку»;
  • г) движение к познанию : «беру книгу и читаю»; «слушаю познава - тельные передачи и смотрю телевизор»; «размышляю о смысле жизни».

Ответы на пятый вопрос распределились по значимости жизненных ценностей: 1) личное здоровье и благополучие; 2) семья; 3) здоровье и благополучие близких людей; 4) активная деятельность; 5) помощь лю - дям (родственникам и друзьям); 6) материальные блага; 7) возможность заниматься своим хобби.

По ответам на шестой вопрос можно выделить 4 главных фактора, способствующих пониманию смысла жизни: религия, путешествия, чтение литературы и общение с разными людьми.

Седьмой вопрос выявил, что люди по-разному относятся к одиночеству. Одиночество является положительным фактором при осмыслении действительности. Некоторые любят быть в одиночестве, так как могут уделить внимание себе, заняться любимым делом, пораз - мышлять, другие тяжело его переносят, а третьи считают, что все дол - жно быть в меру.

Восьмой вопрос разделил всех участников на несколько групп. Уча - стники первой группы считают, что судьба зависит целиком от целей и смыслов самого человека; вторая группа возлагает ответственность за судьбу на высшие силы; третья группа декларирует огромное влия - ние семьи, окружения, среды обитания на определение смысложиз-ненных ориентации.

Таким образом, на основе анализа работы с людьми данного воз - раста можно сделать вывод о том, что люди пожилого и старческого возрастов по-разному переживают этот период жизни и адаптируются в нем. Одни пытаются оставаться активными, если не физически, то через познание, общение с окружающими, творческие планы. Другие смирились с трудностями и ведут пассивный образ жизни. Третьи пре - бывают в унынии и грустно или агрессивно воспринимают современный мир и свое место в нем. Главное, что важно для людей этого воз - раста, независимо от изношенности организма, индивидуальных ха - рактерологических качеств личности и протекания в прошлом профессиональной деятельности, - специфика окружения, общения с близкими на данный момент времени и поддержание творческого, социального и интеллектуального потенциала.

СодержаниеДальше

наверх страницынаверх страницы на верх страницы

Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования







Web Researching Center © Библиотека учебной и научной литературы, 2012-2013