В библиотеке

Книги2 383
Статьи2 537
Новые поступления0
Весь каталог4 920

Рекомендуем прочитать

Хомяков А.Церковь одна
Одни считали Хомякова А.С. глубоко образованным человеком в различных областях знания, другие – дилетантом. Но как бы о нем ни судили, надо признать, что А.С. Хомяков был обладателем многих дарований. Одним из этих дарований был дар глубокого понимания церкви. Систематическое изложение учения о Церкви А.С. Хомякова находится лишь в одном из его трудов: "Церковь одна". Это сочинение кратко по объему, просто, понятно и содержит в себе все существенное, что сказал А.С. Хомяков по вопросу догмата о Церкви.

Полезный совет

Расскажите о нашей библиотеке своим друзьям и знакомым, и Вы сделаете хорошее дело.

Алфавитный каталог
по названию произведения
по фамилии автора
 

АвторБаиов А.К.
НазваниеВклад России в победу союзников
Год издания1924
РазделСтатьи
Рейтинг0.10 из 10.00
Zip архивскачать (67 Кб)
  Поиск по произведению

Вклад России в победу союзников

„Мы должны скорee признать настоящее правительство въ России, такъ какъ русский народъ пролилъ много крови для общаго дела союзниковъ". Такъ сказалъ недавно французсиий премьеръ министръ Эррк>, беседуя съ журналистами по поводу своей внешней политики.

Конечно, было бы логичнее и умнее сказать, что: „Такъ какъ русский народъ. пролилъ много крови для общаго дела союзниковъ, особенно въ интересахъ Французовъ, то намъ французамъ не сл Ьдуетъ признавать техъ, которые физически уничтожаютъ и морально растлеваютъ руссий народъ, стремясь къ полному разрушению нашей благородной союзницы—Великой России".

  • *) Речь, произнесенная на торжественномъ засЬдании въ Ревельскомъ Русскомъ Клубе 12го августа 1924 г. въ память десятилетия Ми'ровой войны.

Однако, въ десятилетие начала Mиpвой войны все же приятно констатировать тотъ фактъ, что даже Франция Эррю признаетъ те громадныя жертвы, которым принесла Россия, честно выполняя свой долгъ передъ союзниками.

Впрочемъ, разъ на этомъ признании великихъ жертвъ России базируется признание большевиковъ, то очевидно, что эти жертвы и, какъ следствие ихъ, роль России въ войне недостаточно осознаны, а признание громадности этихъ жертвъ и оценка указанной роли России не искренни.

Намъ приходится только утешаться, хотя это утешеше слабое, что, кромъ Франции Эррю, есть еще Франция Пуанкаре и Мильерана.

Не лучше въ этомъ отношенш дъло обстоитъ и у другихъ нашихъ союзниковъ.

Конечно, было бы наивно ждать правильной оценки вклада России въ Великой войнe на пользу Антанты отъ социалиста Макдональда, который возглавляетъ нынешнее правительство Англии, который за свои пораженческия речи во время войны былъ исключенъ изъ членовъ. шотландскаго гольфъ клуба, не желающаго принять его и теперь, и который своей политикой, такой елейной, такой маниловской заставилъ своего Короля дружески пожимать кровавые руки убийцъ Высокаго его Кузена.

Зд'Ьсь для насъ нЬтъ даже утешения въ томъ,что кроме Англии Макдональда, есть еще Англия Лойдъ Джоржа или Англия Бальдвина, ибо они, извините за вульгарное выражение, въ русскомъ вопросе однимъ миромъ мазаны.

Тоже можно сказать и относительно третьяго изъ главныхъ союзниковъ нашихъ въ Великой войне Италии, где Муссолини чуть ли не громогласно цинично заявляетъ, что ему и руководимой имъ Италии совершенно нетъ дела до того, что было сделано Великой Россииской Империей и русскимъ народомъ въ интересахъ и на пользу союзниковъ и, въ частности, для спасения Италии, что, считаясь исключительно только съ сегодняшними меркантильными интересами своего государства, онъ открыто и вполн'Ь сознательно готовъ работать вместЬ съ шайкой интернацюналистовъ для окончательная разрушения спасительницы Италии, и что, для болee успЪшнаго результата этой работы, онъ призналъ названную шайку за правительство России, доставивъ вместе съ темъ, будучи монархистомъ, своему Королю сомнительное удовольствие пожимать, руки и беседовать съ убийцами благороднеЙшаго изъ монарховъ.

Даже въ Сербии находятся группы полическихъ двятелей, которые готовы забыть вековыя заботы о ихъ родине России, неисчислимыми жертвами которой совершилось объединете Сербскаго народа и маленькое Сербское Королевство обратилось въ обширное соединенное Королевство СербовъХорватовъ и Словенцевъ.

Нельзя не вспомнить также здъсь и Чехию, .министръ иностранныхъ делъ которой Бенешъ, забывая, что только благодаря Императорской России, разрушившей Имперт Габсбурговъ, Чехия возстановила свою независимость, и самостоятельность, недружелюбно относится къ представителямъ национальной России, всеми мерами поддерживаетъ техъ, кто уготовилъ путь большевикамъ и кто сейчасъ больше всего боится ихъ падения, и не только самъ горитъ желаниемъ поскорее войти въ дружеския отношения съ поработителями той России, которая являлась главн'Ьйшимъ факторомъ въ деле возстановления ЧехоСловатской республики, но еще стремится оказать добрыя маклерския услуги большевикамъ въ вопроск признания ихъ, соблазнивъ на это злое дело и другихъ славянъ, всемъ обязаннымъ русскому народу, не считающему, однако, возможнымъ признать такъ милыхъ сердцу Эррю, Макдональда, Муссолини и Бенеша—большевиковъ.

Впрочемъ, говоря о Чехии и Бенеигв, нельзя не вспомнить съ чувствомъ искренней признательности и громаднейшаго уважения великаго Славянина, мудраго и благороднаго Крамаржа и его сторонниковъ, свято чтущихъ Великую Россию, верующихъ въ ея возрождение и потому ненавидящихъ техъ, кто этому возрождение мешаетъ.

Да будетъ и это намъ въ утвшение!

Итакъ, прошло всего десять лъть со времени начала Великой Мировой войны и только немногимъ болве пяти летъ съ ея окончания, какъ почти все наши „благородные" и „прекрасные" союзники, такъ много выигравшие отъ этой войны, совершенно забыли о России, о настоящей национальной России, которая 4 года являлась ихъ боевымъ соратникомъ, которая пролила за это время реки дорогой крови своихъ лучшихъ сыновъ, которая, работая съ союзниками и на нихъ, заставила весь свой народъ испытать в течение войны массу горя, пролить моря слезъ, перенести неизмеримое количество всякаго рода затруднений, тягостей, нарушения нормальнаго течения народной жизни во всехъ ея проявленияхъ, наконецъ,въ буквальномъ смысле слова, пожертвовать собою для спасения союзниковъ, о которыхъ можно теперь сказать, что они удивляютъ миръ своей неблагодарностью.

Такую забывчивость и неблагодарность техъ, кого въ Великую войну мы были союзниками, можно объяснить темъ, что они или искренне не сознаютъ и не понимаютъ всего того, что сделала для нихъ национальная Росая, какова была ея роль въ Mиpoвой войнЬ, чемъ они обязаны ей, или не хотятъ этого понимать, кривя душой для того, чтобы въ настоящее время использовать для своего обогащения интернацюнальные элементы, распоряжающиеся тёмъ, что еще недавно носило гордое и великое имя Poccи, а въ будушемъ избавиться отъ могущественнаго партнера на Мировой сценe жизни, сильнаго своей духовной культурой, своими моральными и материальными безмерными богатствами, своей даровитостью и безспорной талантливостью.

Но развъ одни только наши „союзники" теперь недооц'Ьниваютъ все содеянное Poccией въ страшные годы Великой войны, когда она жертвенно и безкорыстно работала на пользу и въ интересахъ своихъ великихъ и малыхъ соратниковъ.

Развъ правильно оценивають все это тe антинациональные элементы, которые руководятъ и группируются около, съ позволения сказать, русской газеты „Дни", которые за чечевичную похлебку за два мЬста въ Совнаркоме готовы подать руку ненавидимымъ русскимъ народомъ большевикамъ и вместе съ ними оптомъ и въ розницу породолжать распродавать Poccию .

Это ведь,они на страницахъ „Дней", забывая все сделанное русскимъ народомъ и въ частности русской армией въ священные годы борьбы съ врагами Славянства, утверждаютъ, что не было смысла въ этой борьбе, что „для России не существовало никакихъ серьезныхъ причинъ, никакого даже повода для кроваваго столкновения съ кемъ бы то ни было" и что „историческая обстановка, при которой Россия бросили въ войну, сделала поведение русскихъ демократовъ и социалистовъ оборонцевъ совершенно неуязвимымъ*.

Сколько здесь, помимо всего прочаго, неуважения къ жертвенной крови русской армии, сколько, такъ сказать, „недооценки" всего содеяннаго русскимъ народомъ въ его благородномъ порывъ по призыву своего Верховнаго Вождя придти на спасение родственнаго Славянскаго народа; выполнить свои формальный и нравственныя обязательства передъ своими союзниками; наконецъ, защитить самаго себя, свою веру, свою культуру, престолъ своихъ Царей, приведшихъ Poccию къ величию, богатству и славе, страну своихъ предковъ, могилы своихъ ДеДОВЪ и отцовъ, свои домашние очаги, колыбели своихъ младенцевъ отъ постоянныхъ и злыхъ враговъ всего Славянства, отъ жестокихъ Тевтоновъ.

Но и среди национально настроенныхъ русскихъ людей, горячо любящихъ Poccию, свято чтущихъ дЬяния своихъ Царей и своихъ предковъ, съ умилениемъ съ душевнымъ восторгомъ наблюдавшихъ подвиги свой родной армии на поляхъ битвъ безпримерной въ истории Великой ЗУПровой войны, далеко не всегда можно встретить полное осведомление о томъ, что сделала наша армия за четыре года последней Всеевропейской войны, а потому и правильную оценку всего этого.

Къ тому же мы излишне скромны, особенно тогда, когда мы действуемъ вмecтe съ „просввщенными" западными народами. И, отдавая должное ихъ работе и ея результатамъ, мы преуменьшаемъ первую и умоляемъ вторую, когда д'Ьло касается насъ.

И отъ этого мы только проигрываемъ. Мы, вслеДствие этого, не только во всемъ отдаемъ, почти всегда несправедливо, первенство европейцамъ, но мы этимъ самымъ подрываемъ нашъ духъ и энергию, лишаемъ себя необходимой уввренности, теряемъ настойчивость, чувствуемъ себя, какъ бы, приниженными, недооцениваемъ своихъ способностей, своихъ силъ, и въ результате легко пассуемъ передъ грубымъ, и, простите за выражение, нахальнымъ натискомъ.

Не довольно ли? Не пора ли отъ самоуничижения, отъ излишней скромности намъ перейти къ правильной самооценке, конечно, безъ преувеличивания, безъ самохвальства, безъ вздорнаго чванства?

И прежде всего въ дни десятилетия начала Великой Мировой войны намъ нужно оглянуться на то, что было въ эту войну сделано нашей несравненной Императорской армией и безпристрастно оценить сделанное въ интересахъ союзниковъ, которые такъ непростительно забыли или хотятъ забыть своихъ безкорыстныхъ, честныхъ и добродушныхъ соратниковъ.

Обращаясь къ работе русской армии во время мировой войны, прежде всего необходимо остановиться на вопросв, Кемъ эта работа производилась, другими словами, что представляла собой русская армия, составлявшая вместъ съ союзными войсками ту силу, которая боролась съ центральными державами и примкнувшими къ нимъ впослъдствии Турцией и Болгарией.

Въ мирное время, передъ войной, въ 1914 году армия наша имъла численность въ 1.300.000 чел. При мобилизации въ 1914 года она разверзлась въ грозную силу общей численностью въ 4.700.000 человекъ.

Чтобы оценить значение этой цифры, достаточно указать, что Франция въ это время выставила apмию, силою около 2хъ мил., Англия 100.000 чел., Бельгия 125.000 чел., Сербия и Черногория около 300.000 чел. Такимъ образомъ, Россия съ самаго начала войны выставила арМию, численность которой вдвое превосходила армии всехъ остальныхъ союзниковъ.

Въ тоже время Германия и Австрия съ началомъ войны выставили вместе немного более 3.000.000 чел.

Впослвдствии силы всвхъ воюющихъ государствъ были значительно увеличены и къ нимъ были прибавлены еще армии народовъ, присоединившихся къ той или иной стороне, но все же соотношение между численностью русской и другихъ союзныхъ армий всегда оставалось, какъ 2 къ 1. Къ этому нужно прибавить, что русския войска сражались не только въ составе; своихъ армии, но также, въ виду недостатка силъ союзниковъ, и въ составе ихъ армий, какъ напр., во Франции и въ Салонникахъ.

Но не одною численностью измеряется сила арМии, она складывается еще изъ вооружения, всякаго рода снабжения, боевой подготовки, т. е. обучения, и, наконецъ, наиболее важной составной части силы армии—ея моральной ценности, ея воспитания.

Вооружете русской армии передъ войной не уступало по своимъ качествамъ вооружению всехъ другихъ европейскихъ армий: — она имела прекрасное ружье и отличную легкую полевую пушку.

Правда, когда пришлось одновременно иметь подъ ружьемъ до 7.000.000 чел., то ружей своихъ не хватало и пришлось прибегнуть къ приобрвтению ихъ заграницей и къ использованию—отобранныхъ у противниковъ.

Временами этотъ недостатокъ тяжело сказывался на действияхъ русскихъ войскъ, но онъ не отражался отрицательно на положении союзниковъ, ибо русския войска и при недостаткв ружей дрались также самоотверженно и ткмъ привлекали на себя такое количество врага, что наши союзники совершенно свободно и въ полной безопасности могли пополнять усиленнымъ производствомъ у себя недостатокъ въ ружьяхъ, — недостатокъ, который и у нихъ выявился въ началъ 1915 г., вследствие такого же, какъ и въ русской армии, несоответствия между количествомъ призванныхъ въ apмию людей и запасами ружей мирнаго времени.

Нельзя не отметить, что наша apмия начала войну, имея чрезвычайно незначительное количество, такъ называемой, полевой тяжелой' артиллерии, важное значение которой выяснилось уже на опыте русско-японской войны... Но нужно сказать, что французская и английская армии вышли на войну, вовсе не имея такой артиллерии, и лишь самоотверженныя действия русской армии летомъ 1915 года, въ связи съ широко развитой металлургической промышленностью Франции и Англии еще въ мирное время, дали возможность имъ пополнить этотъ недостатокъ. Только одна германская армия въ вопросЬ снабжения полевой тяжелой артиллерии была на высотъ тогдашнихъ требований.

Наша армия начала боевыя действия, имея недостаточный запасъ какъ ружейныхъ, такъ и артиллерскихъ патроновъ. Это прежде всего объясняется темъ, что расчитывали на короткую войну и на экономный расходъ огнестрельныхъ припасовъ. Ни тотъ, ни другой расчетъ не оправдались. Однако, нужно отметить, что такая же ошибка была сдвлана и всЬми остальными воющими армиями: всe, не исключая и нъмцевть, предполагали, что война будетъ продолжаться недолго и поэтому никто не имелъ достаточныхъ запасовъ патроновъ. Этимъ, между прочимъ, въ значительной степени объясняется и нерешительность какъ Марнскаго сражения, въ сентябре 1914 г., такъ и последующихъ боевъ въ течении всей остальной части этого года.

Однако, въ последующее время положеше союзниковъ Въ этомъ отношении стало лучшимъ и это по твмъ же причинамъ, по которымъ, какъ было указано выше,. стало лучше положеше ихъ и въ вопросе относительно тяжелой артиллерш: союзники имели возможность пополнять свои запасы и развить ихъ производство до грандюзн'Ьйшихъ размЬровъ, лишь прикрываясь широкой спиной русской армии, изнемогавшей ради союзниковъ въ неравной борьбе втечете лета 1915 года.

Часто слышатся и теперь еще упреки нанией армии, что она передъ войной 1914 года им'Ьла мало аэроплановъ, но, въ действительности, въ этомъ отношенш не было разницы между армиями, участвовавшими въ войне, и русская армия, подобно другимъ, имела на каждый корпусъ одинъ ав1ацюнный отрядъ, въ составе 6 аппаратовъ.

Было бы необоснованнымъ бахвальствомъ утверждать, что вооружеше и боейое снаряжеше нанией армии передъ Великой войной было въ полной мере на высоте требованш, но мы уверенно заявляе!мъ, что въ этомъ отношенш русская арлпя мало чЬмъ отличалась отъ другихъ армии, какъ наниихъ союзниковъ, такъ и наниихъ противниковъ.

Въ подтверждеше этой моей мысли приведу слова одного изъ лучшихъ нБмецкихъ изслвдователей Шровой войны,—Риттера, который въ своемъ сочиненш: „Критика Мировой войны"* о вооруженш нвмецкой армии передъ войной, между прочимъ, говорить: „Главнвйшее и въ то же время единственное дополняющее оружие ггбхоты, —пулеметъ, находилось въ первые годы войны еще въ стадш опыта. Германсиие военные круги относились къ нему, какъ къ произведешю техники, съ обычнымъ скептицизмомъ, несмотря на то, что данные русскояпонской войны настойчиво подчеркивали значеше этого оруж!я". И въ другомъ мбстб: „Германская полевая артиллерхя должна была выйти на войну съ пушкой, которая по д~бй ств1ю стояля далеко позади орудШ всвхъ противниковъ".

А вотъ выдержки изъ сочинетя выдающагося французскаго автора, генерала Херръ: „Артиллерия—какой она была, какой есть и какой должна быть".

„Безусловной ошибкой нужно считать скептическое отношеше французовъ къ тяжелой артиллерш, ярко проявлявшееся передъ началомъ войны"...

Дал fee : „Уже при первыхъ столкновешяхъ обнаружились об* кардинальныя ошибки наниихъ (т. е. французскихъ) тактическихъ выводовъ и нанией организащи: недооценка действительности огня и совершенно недосточная а'ртиллер!я, какъ по качеству, такъ и по количеству,—къ тому же еще / плохо применяемая тактически".

Интересны также слова французскихъ депутат'овъ, разсматривавшихъ въ самое последнее время законы, относящееся къ армии или, какъ во Франщи говорятъ: „Военный статутъ Франщи". Они установили, что французскии генеральный штабъ не желалъ передъ войной и слышать о тяжелой артиллерш въ армии; онъ же допустилъ ошибку мобилизации для фронта рабочихъ гвхъ заводовъ, которые выделывали военные снаряды, чвмъ былъ вызванъ ихъ недостатокъ въ начале войны, наконецъ, что „Жоффръ надеялся на короткую войну, и, въ связи съ такимъ взглядомъ, генеральный штабъ вовсе не позаботился разработать санитарную часть въ армияхъ; въ загоне остался вопросъ и о резервахъ".

Такихъ выдержекъ изъ серьезныхъ трудовъ о последней войне, какъ французскихъ, такъ и немецкихъ авторовъ можно привести еще много, но для нанией цели и указанныхъ достаточно, ибо оне вполне подтверждаютъ нашу мысль, что если въ нанией армии передъ войной были недостатки въ техническомъ снабженш армии, то не меныше были и въ лучшихъ арМи'яхъ нагпихъ союзниковъ и наниихъ противниковъ.

Наша армия передъ всеевропейской войной была очень хорошо обучена и боевая подготовка ея стояла очень .высоко, сдФэлавъ большой шагъ въ этомъ отношенш со времени японской войны, послъ которой зан*ят!я какъ съ солдатами, такъ и съ офицерами велись очень интенсивно при учегв всвхъ требовашй, выдвинутых!, японской войной и совершенствуемыхъ въ предвидвиш возможныхъ новыхъ условШ предстоящей воорзшенной борьбы.

Конечно, и въ этой области были пробелы и даже крупные, но въ изввстныхъ пред'влахъ это явлеше неизбежно и, завися отъ природы вещей, въ полной M ' fep ' fe неустранимо. Tame пробвлы, и притомъ значительные, были не только у насъ, но и въ другихъ первоклассных!* арм!яхъ. Такъ напр., упоминаемый уже мной нвмецюй авторъ, Риттеръ, въ своей книг'в: „Критика Мировой войны", говоря о подготовке германской армии, пишетъ: „Тотъ фактъ, что въ широкихъ массахъ офицерскаго корпуса технике не было оказываемо должнаго уважешя, лучше всего свидътельствуетъ о томъ, что и руководящие верхи армии разделяли этотъ пренебрежительный взглядъ... Мнопя атаки, въ особенности позднею осенью 1914 г. на Изер fe, указываютъ на ошибочную оценку действительности огня и незнание границъ, въ которыхъ можетъ протекать пвхотная атака....

Значеше взаимодтойсгая родовъ войскъ у насъ (германцевъ) было не вполнъ осознано. Результатомъ явилась работа отдвльныхъ родовъ войскъ лишь рядомъ другъ возл'Б друга. Не хватало основного услов!я взаимодвйстя, а именно взаимнаго ознакомлешя...

Въ технической области уставъ германской полевой артиллерш обнаруживаешь нвкоторое нежелание пользоваться всеми возможностями, которыя даютътехничесюя преимущества оружия. Къ закрытымъ позишямъ прибътали крайне рвдко и т. д."

По справедливости, однако, нужно отметить, что нании старине начальники далеко не всегда были на высоте своего назначешя и не всегда обладали необходимыми для ведешя современней войны знатями и дарованиями.

Слишкомъ сложны причины этого явлешя, чтобы зд г ксь на нихъ останавливаться, но все же нужно подчеркнуть, что это, преимущественно зависело отъ малаго развипя у насъ военной просвБщенности, военной культуры, на что въ свою очередь им'вло влияте въ значительной степени отношеше къ армии обп1;ества и особенно, такъ называемой, интеллигенши, являвшейся истинной руководительницей этого общества. Къ армии въ лицъ офицеровъ нание общество относилось въ лучшемъ случат* равнодушно, а обычно съ недоброжелательствомъ и даже враждебностью. Армии считали сборищемъ грубыхъ бездтзльниковъ и дармотздовъ, думющихъ только о кутежахъ и о своей карьеръ\ Такое отношенш къ армии, конечно, не ¦могло создать благоприятной обстановки для широкаго развития военной культуры въ стран fe .

Лишь, когда увидали, какъ эти бездельники массами гибли на поляхъ сражешй, защищая честь и достоинство своей родины, справедливость высокихъ идей человечества и безопасность твхъ, кто такъ отрицательно относились къ нимъ, когда увидали, что съ исчезноветемъ национальной армии исчезла и сама Россия, лишь только тогда оцтЬнили этихъ бездЬльниковъ. Но лучше поздно, чъмъ никогда. И да послужить этоурокомъ на будушдя времена!

Врядълистоитъ долго останавливаться на хорошо изв'встныхъ всвмъ друзьямъ и недругамъ наниимъ . моральны хъ й духовныхъ качествахъ нанией армии. Не преувеличивая, мы можемъ сказать, что въ этомъ отношенш мы съ временъ еще основателя регулярной нанией вооруженной силы Петра Великаго не им"Бли соперниковъ. Многочисленныя войны, веденныя въ различныя времена, на разнообразныхъ театрахъ войны въ борьбв съ различными противниками, воочпо, доказываютъ это.

Эти высошя моральный качества всецело зависали отъ характера русскаго народа, отъ личныхъ, индивидуальныхъ свойствъ каждаго сына его: глубокая релипозность, мужество, выносливость, способность переносить всякаго рода лишения, врожденная сметливость, уменье подчиняться общимъ интересамъ въ забвеньи своихъ собственныхъ, неприхотливость, бодрость духа, способность быстро отрешиться отъ непргятныхъитяжелыхъ впечатлБнш, готовность къ выручке, ум feHie быстро найтись и примениться къ обстановке, незлобливость — вотъ Т"Б драгоггБнныя качества русскаго солдата, которыя являлись основою моральныхъ достоинствъ нанией армии. Любовь къ родине, преданность своему Державному вождю, верность долгу и присяге, в^ра въ своихъ начальниковъ, сознательный и глубоюй патрютизмъ, и притомъ общероссиискии, а не местный, не губернскии, который сталъ известенъ и милъ наниему солдату только съ техъ поръ, когда въ армии широко развили свою растлевающую деятельность, такъ называемые, земскии и городской союзы, — вотъ те источники, которые являлись побудительными причинами проявлять русскому солдату указанныя высотя качества.

Что же, —могутъ задать мне вопросъ, — нашъ солдатъ царскаго времени не имелъ вовсе недостатковъ? На это я скажу, что: во I хъ, моя характеристика относится къ • массе ' и исключешя, конечно, были, въ семье не безъ урода, а въ 2хъ, нашъ народъ, а потому и нании солдаты почти поголовно обладали однимъ крупнымъ недостаткомъ: они были невежественны и малокультурны.

Вслвдств^е этого,они требовали твердаго и разумнаго руководительства, чтобы не дать возможности въ нихъ пробудиться, развиться и возобладать низшимъ животНымъ инстинктамъ, алчнымъ стремлешямъ и анархическимъ началамъ, которыя несомненно присущи человеческой природв и въ той или иной степени таятся въ душъ каждаго человека.

Но можемъ ли мы бросить камнемъ за это въ нашъ народъ и въ его сыновънаниихъ солдатъ, если, какъ показалъ опытъ по'сл'бднихъ лвтъ, и бол^е культурные слои наниего общества, не исключая и тбхъ, кто находился въ рядахъ армии, безъ такого руководительства твердой и карающей руки, въ значительной своей части забыли всъ высоте идеалы, потеряли различ!е между добромъ и зломъ, легко перескочили черезъ всб „нельзя", утратили такой регуляторъ своихъ поступковъ и своего поведешя въ вопросахъ чести и честности, какъ совксть, всецело прониклись мaтepiaльнымъ и нравственнымъ анархизмомъ, непризнаюшимъ никакихъ авторитетовъ, и удовлетвореже своихъ собственныхъ желанш, какъ бы онъмелки и низменны ни были, поставили выше обпшхъ интересовъ, выше интересовъ своей Родины.

Такъ или иначе, но мы смчвло повторяемъ, что русская армия въ моральномъ отношенш всегда стояла вне сравненш. Такой она была и передъ войной 1914 г. И эти высошя ея качества съ избыткомъ покрывали тв недочеты въ матер1альной части, которыя были отмвчены выше.

Въ общемъ, мы въ полной уверенности въ своей правогв можемъ утверждать, что Императорская русская армия, вступая въ войн}' въ 1914 году, имъла недостатки не брлыше, чвмъ и всб друпя армии, и обладала такими достоинствами,' которыхъ у этихъ apMift не было.

Естественно поэтому, что наша армия, къ тому же вдвое бол'Ье значительная по численности,ч'вмъостальныя союзныя армии вм'Бсгв, должна была явиться крупнымъ факторомъ въ той величественной драмв, которая была поставлена Рокомъ на Мировой сценъ жизни въ 1914 году.

По справедливости, однако, нужно сказать, что все, въ действительности сделанное русской арМией въ Мировую' войну, далеко превзошло то „на что расчитывали и что она по общимъ задашямъ должна была сдълать".

Общая мобилизагия нанией армии была объявлена 17 ноля. 1 ).

Мобилизащя прошла блестяще, какъ по тому порядку, съ которымъ она производилась, такъ и по тъмъ срокамъ, въ которыхъ она должна была протекать и закончиться. Самые оптимистичесиие расчеты въ этомъ отношенш, и нании собственные, и наниихъ союзниковъ, были превзойдены. Но за то горько ошиблись rfe, которые надеялись на „негладкость" нанией мобилизации и которые на этой „негладкости" строили свои предположеш'я.

  • !) Bet числа по „старому" русскому стилю. 22

Не мен fee блестяще было произведено сосредоточете наниихъ войскъ къ границамъ враждебныхъ государствъ. А между гемъ противники нании, учитывая громадность наниихъ разстоянШ и недостаточность и несовершенство наниихъ путей сообщешя, расчитывали, что въ этомъ отношенш мы не справимся съ наниими заданиями и что они вслтлнгте этого будутъ имвть передъ нами большое преимущество.'

И нужно сказать, что отлично выполненныя мобилизация и сосредоточеше явились не случайными и что запрёщеше продажи водки не играло зд'Ьсь большой роли. Тщательная и искуссная разработка этихъ операции заблаговременно еще' въ мирное время, отличная работа соотввтствующихъ правительственныхъ и мъхтныхъ установленш во время самихъ мобилизашй и сосредоточешя, сознательное и патрютическое отношеше къ нимъ, какъ всего населешя вообше, такъ и призванныхъ изъ запаса въ частности, вотъ гв главный данныя, которыя обусловили исключительно успешный ходъ наниихъ предварительныхъ д*вйствШ.

И этотъ нашъ усп'Бхъ, столь неожиданный для наниихъ противниковъ, тотчасъ же крайне благоприятно отозвался на положенш наниихъ союзниковъ.

По первоначальнымъ предположеНиямъ АвстроВенгрия съ начала войны противъ Сербш двинула четыре корпуса, которые могли бы раздавить тогда незначительную Сербскую армт. Но быстрая мобилизащя и не мен fee быстрое сосредоточеше русской армии заставляютъ Австр1йское главнокомандование оставить противъ Сербш лишь два корпуса, а остальные два двинуть противъ русскихъ войскъ, сосредотачивающихся въ Подолш и на Волыни, присоединивъ ихъ къ уже бывшимъ тамъ австршскимъ войскамъ.

Такая оттяжка двухъ корпусовъ отъ Сербш въ громадной м fep fe облегчила последней ея тяжелое положеше и позволила вскоръ перейти въ энергичное наступление противъ сильнЬйшаго врага.

Такимъ образомъ, еще не начавъ боевыя пЪйств^я, русская армия уже стала оказывать могущественное вл!яше на обшдй ходъ событш въ пользу своихъ союзниковъ.

По окончанш сосредоточешя войска занимаютъ то исходное положеше, которое является наиболее удобнымъ для начала боевыхъ двйствш, согласно заблаговременно разработаннаго плана, или технически выражаясь: по окончанш сосредоточешя войскъ происходить стратегическое ихъ развертывание. Это чрезвычайно трудная и сложная операщя.

Для своего усггвха и ycrrfcxa послТэдующихъ боевыхъ дтзйствШ она должна: во 1хъ, быть тщательно разработана, во 2хъ, строго производиться по разработанному плану, который не долженъ подвергаться измтз'нешямъ впредь до самаго окончашя всей операции, даже въ цбляхъ его улучшешя, и, наконецъ, въ 3хъ, выполнешю развертывашя ничто не должно мешать.

Нание развертывание, далеко небезупречное въ идев, было отлично разработано и были век данные за то, что оно произойдетъ также блестяще, какъ мобилизация и сосредоточение, и что нании армии будутъ поставлены въ весьма выгодныя условгя для начала военныхъ двйствш. Это было гбмъ болве ввроятно, что, казалось, не было причинъ ожидать, что и друпяуказанныя выше условия не будутъ соблюдены.

Но такъ мы предполагали, а союзники нании иначе располагали.

По наниему плану развертывашя, повторяю тщатально разработанному, оно должно было закончиться 15го августа, а если не считать н^вкоторыхъ запаздывавшихъ частей и тыловыхъ учреждешй, то армии должны были быть готовы для начала военныхъ двйствш 7го августа.

Такимъ образомъ, только 8го августа нании армии были способны начать движете для выполнешя боевыхъ задачъ.

Между гбмъ уже 25го шля французское военное министерство обратилось съ просьбой къ наниему верховному командовашю, вопреки всвмъ прежнимъ предположешямъ, образовать въ раюнъ 1 Варшавы особую армт для нанесетя въ первую очередь не предусмотрЬннаго планомъ войны удара Германш въ направленш на Познань. Исполнеше этой просьбы французовъ мотивировалось наниимъ Верховнымъ Главнокомандующимъ „направлешемъ главныхъ силъ Германш противъ Франции и необходимостью поддержать нашу союзницу".

Но это вызывало крупный перемтЬны въ наниемъ развертыванш, сильно измвнявипя группировку наниихъ силъ, а производить ташя изагЬнешя въ данный перюдъ безусловно осуждается какъ Teopieii, такъ и практикой военнаго искусства.

Однако, нашъ генеральный штабъ, нании желвзныя дороги и нании войска съ честью вышли изътруднаго положешя, въ которое ихъ неожиданно поставили французы,—и просьба союзницы, хотя и съ большимъ напряжешемъ силъ и энерпи, была исполнена. Но исполнеше этой просьбы въ посдбдствш крайне тяжело отозвалось на наниихъ армияхъ, сосредоточенныхъ въ раюнахъ Люблина и Холма илишь путемъ громаднвйшаго усил!я и при большомъчислЬизлишнихъ жертвъ удалось возстановить здвсь положеше въ нашу пользу.

Нельзя не отметить зд'Ьсь, что съ 1892 года французское военное министерство всегда было осведомляемо о наниихъ предположешяхъ относительно плана войны съ Германией и Австрией, а начиная съ 1900 годовъ планы войны нании и французовъ координировались на почти ежегодныхъ соввщашяхъ начальниковъ генеральныхъ штабовъ, при чемъ Ротя всегда играла на этихъ сов'вщатяхъ пассивную роль, подчиняясь указашямъ и желашямъ Франции.

ТЬмъ болве странно, что французы не предусмотрели заблаговременно необходимой группировки наниихъ силъ. Это доказываетъ плохую работу французскаго генеральнаго штаба передъ войной 1914 года и на растерянность его съ началомъ наступлешя главныхъ силъ н'вмцевъ противъ Франции, хотя именно это наступлеше ожидалось больше всего.

Одновременно съ этимъ французсиий военный министръ просилъ Великаго Князя Ник. Ник. „повлиять на Сербт, попросивъ ее скор!зе перейти въ наступлеше".

Въ виду этого, 31го тля Верховнымъ Главнокомандующим^, была послана телеграмма Сербскому Главнокомандующему Королевичу Александру: „Въ п/Бляхъ достижешя общаго успвха надъ наниимъ общимъ врагомъ представляется необходимымъ Сербской армии теперь же перейти въ рвшительное наступление противъ АвстрШцевъ".

На эту телеграмму въ тотъ же день былъ полученъ ответь:

„Сербской армии приказано атаковать австршсиия части, перешедгшя вчера Саву около Шабада и Дринъ близъ Лозницы. Наступлеше будетъ продолжено и далве."

Доблестная маленькая Cep 6 ia самоотверженно ринулась всл"вдъ за своей покровительницей Росаей на помощь Франщи. Однако, это наступлеше и посл'вдуюицй усп'вхъ его стали возможны лишь потому, что, какъ было уже указано, быстрыми мобилизацией и сосредоточетемъ наниихъ армии австрШды вынуждены были снять половину своихъ силъ съ Сербскаго фронта, направивъ ихъ противъ наниего югозападнаго фронта.

Но этимъ д'вло не окончилось и наша союзница Франщя потребовала отъ насъвъ этотъперюдъ еще большихъ жертвъ.

Нтзмцы, начиная съ 21го шля (по старому стилю), энергично наступали. Вторгнувшись въ Вельпю и тесня apMifO короля Альберта, они угрожали Франщи съ сввера. Французское главнокомандование вновь обратилось съ просьбой къ Великому Князю*Николаю Николаевичу помочь союзницъ\ перейдя возможно скорее въ наступлеше въ Восточную Прусаю, съ целью привлечь на себя возможно больше н'Ьмецкихъ силъ и гвмъ оттянуть ихъ отъ французскаго фронта.

И вотъ, выполняя честно и добросовестно нании союзничесюя обязательства, Верховный Главнокомандующие, несмотря на то, что нании армии могли быть готовыми къ боевымъ Д'вйствиямъ только 8го августа, повелъ\чъ армиямъ свверозападнаго фронта—Ренненкамфа и Самсонова—начать наступлеше для вторжешя въ Восточную Прусак) уже 31го шля, т. е. на 8 дней раньше предположеннаго срока,. а лтэвофланговымъ арм)ямъ югозападнаго фронта— Рузскаго и Брусилова — перейти въ наступлеше для вторжешя въ Галишю, въ цтэляхъ yдepжaнiя здвсь австрШцевъ,—5го августа, т.е. на 3 дня ран^е, чтвмъ они къ этому должны были быть готовы.

Такое раннее, по сравненш съ первоначальными иредположешями, наступлеше наниихъ войскъ приводило къ тому, что они прежде всего не были готовы къ нему и что вообще нарушалось нормальное течете операщи развертывашя, чего не должно допускать въ интересахъ успеха дальнтзйшихъ боевыхъ двйств^.

Уже a priori можно было тогда же сказать, что принятыя два указанныхъ измЪнешя въ план fe войны въ перюдъ развертывашя армии должны будутъ повлечь за собой крайне неблагопр}ятныя послт>дствия, особенно сильныя для той части войскъ, которыя къ ускоренному сроку наступлешя будутъ ментве готовы. Такими войсками, въ силу особыхъ условш развертывашя, была армия Самсонова. Но еслибы даже и при данномъ положенш, въ сил}' твхъ или иныхъ благоприятныхъ обстоятельствъ, армии нании имвли бы сначала успБхъ, то въ конечномъ результате ихъ все же должна была постигнуть большая или меньшая неудача.

И это потому, что, какъ говорить фельдмаршалъ Мольтке: „ошибки, допущенныя въ стратегическомъ развертыванш армии непоправимы и оказываютъ свое влияше на ходъ всей войны"

Нание Верховное Главнокомандование это отлично сознавало и понимало и тбмъ не мен fee пошло на это, чтобы поддержать Франции и t бмъ честно исполнить свои обязательства, следуя постояннымъ заввтамъ Императорской России.

Въ результатк победа Ренненкамфа 7го августа при Гумбиненв, гибель армии Самсонова въ сраженш при Сольдаму 1318 августа и тяжелое отступлеше Ренненкамфа изъ Восточной Пруссии за* Нвманъ.

Такой неблагоприятный результатъ первыхъ операшй наложилъ свой отпечатокъ на весь посл'вдующш ходъ войны на наниемъ фронгв и это несмотря на то, что наступлете армии Брусилова и Рузскаго, слившись съ наступлешемъ другихъ армии югозападнаго фронта— Плеве и Эверта,—привело къ побъмгБ надъ австрийцами, въ такъ называемой Великой Галищйской битв fe, продолжавшейся 21 день, съ 10 по 31, августа и къ выдвиженда наниихъ армии вогбдъ за отступающимъ противникомъ 8 сентября къ р. Сану.

Такимъ образомъ, гибелью цблой арМии, громадными потерями и общимъ разстройствомъ другой армии, уступкой значительной русской территорш, и крайнимъ напряжешемъ силъ и чрезвычайно большими потерями въ другихъ армияхъ мы заплатили за желание выполнить до конца нашъ союзнически долгъ.

Какъ всегда, Poccifl ни передъ чвмъ не останавливалась, ничего не жалела, чтобы остаться верной своему слову, сохранить свою честь и выручить изъ 6"бды своего союзника.

Но въ данномъ случай для французовъ это была не только выручка, а въ полномъ смысле слова спасете.

22го шля (по старому стилю) нбмцы перешли Бельгшскую границу, 24го ноля они взяли Льежъ, 7го августа, оттъснивъ Бельгшскую армии къ Антверпену, заняли Брюссель и всю восточную половину Бельгш.

Обезвредивъ такимъ образомъ Бельгшкую армии, нбмцы съ 8, августа силами до I 1 / 2 мил. чел. съ сввера и северовостока начали наступлеше въ предтзлы Франции, стремясь возможно скорве покончить съ французской арМией, которая вся была развернута на границ/в, и съ англичанами, которые въ это время въ весьма небольшомъ числъ 1 прибыли во Франщю.

Въ этотъ какъ разъ денъ, 8го августа, H вмецкое высииее командование получило свътгБше о пораженщ своей Восточно—Прусской армии подъ Гумбиненомъ, которое ей нанесъ 7го августа Ренненкамфъ. Опасаясь за судьбу Восточной Пруссии и войскъ, тамъ находящихся, н"бмцы назначили туда командуюшимъ арм!ей ген. Гинденбурга и, по его требованш, двинули туда 9го августа изъ состава войскъ, направляемыхъ на Парижъ, два армейскихъ корпуса и одну кавалершскую дивиз1ю; а кромЬ того, опасаясь, что этихъ силъ будетъ недостаточно, для той же irk ™ изъ состава войскъ, направляемыхъ къ Вердену, назначили еще одинъ корпусъ, который временно оставили въ своемъ тылу въ полной готовности къ посадкъ въ каждую минуту на железную дорогу для отправки на русскии фронтъ.

Загвмъ Германсмя армии, ослабленныя, такимъ образомъ, на три корпуса и одну кавалерШскую дивизпо, продолжали свое наступлеше. Между 8 и 11 августа разбили франиз г зовъ въ, такъ называемомъ, „Пограничномъ сраженш" и, заставивъ постепенно отступать, энергично преследовали ихъ въ направленш на Парижъ и Верденъ и въ промежутокъ между этими двумя первоклассными крепостями.

21го августа значительный немецюя силы сосредоточились уже всего въ 35 кил. отъ Парижа, ихъ конница появилась въ виду сЬверныхъ фортовъ столицы Франши.

24го августа на громадномъ пространстве между Парижемъ и Верденомъ на берегахъ реки Марны началось грандюзное сражеше, въ которомъ со стороны н1змцевъ участвовало около 900 т. чел., а со стороны французовъ около 1 мил,, чел. Сражеше это велось обеими сторонами съ полнымъ напряжешемъ силъ и энерпи и крайне ожесточенно. Въ результате, несмотря на то, что на важнейшемъ з'частке къ вечеру 27го августа французы потерпели полное поражеше и вслкдств]е этого путь къ Парижу для нтзмцевъ былъ открытъ, въ этотъ день вечеромъ германцы, не будучи нигде разбиты, начали отступать. Это ихъ решете обуславливалось въ конечномъ результате неим+эшемъ у нихъ резервовъ, нужныхъ имъ для поддержки участка, который могъ стать для нихъ опаснымъ.

Во всеоружш знашя теорш военнаго искусства и опыта боевой практики, я утверждаю, что н'Ьмцамъ довольно было одной пехотной дивизш, чтобы, хотя и не безъ напряжешя, выиграть Марнское сражеше. Но этой одной дивизш у нихъ вечеромъ 27го августа на Марне не было, а не было потому, что • они четыре такихъ дивизш только на дняхъ отправили на руссюй фронтъ, а две дивизш готовились къ отправлент туда же.

Если бы н%мцы указанныхъ войскъ не отправили бы противъ России, то не позже 1го августа они заняли бы Парижъ. А история свидтвтельствуетъ, что съ потерей своей столицы французы не могутъ сопротивляться долго.

Такимъ образомъ, исключительно только русской армии, одной только Poccin, Франшя обязана гЬмъ, что еще въ авгусгв 1914 года она не была вынуждена подписать миръ, который, врядъ ли, былъ бы для нея бол fce легтй, чтвмъ Версальскии для Германш.

Постб Марнскаго сражешя. на французскомъ фронтв произошелъ цклый рядъ боевыхъ столкновенш, безъ р'вшительнаго, однако, результата для той или иной стороны, И, ПО Т'БМЪ ИЛ1 инымъ причинамъ, говорить о которыхтсейчасъ на приходится, съ 15го ноябрг фронтъ здЬсь стабилизовался и а этого времени началась, такъ называемая позицюнная война, характеризующая^ продолжительньшъ боевымъ бездвй cтвieмъ.

Это боевое затишье, въ общемъ. продолжавшееся почти ц'клый годъ—д< октября 1915 года, — лишь два pa 3 i прерывалось попытками англо — фр? цузовъ атаковать нЬмцевъ, но обт атаки (въ декабрф» и въ феврале) н;дали скольконибудь значительныхъ pt зультатовъ и совершенно не имтЬли никакого влияшя на общШ ходъ войны, подчеркнувъ лишь, какъ мало союзники стремились къ согласованности въ тбйств!яхъ съ нами.

Это боевое безд'1зйствие французы i англичане, однако, использовали для /силешя своихъ войскъ, формировашя •говыхъ частей, сведешя ихъ въ бол'ве ;рупныя соединения, вооружешя, снаб.;ешя ихъ встзмъ необходимыми ихъ 1бучешя.

Особенно все это двлалось по отюшешю англшскихъ войскъ, которыя .оставлялись на материкъ почти совериенно несформированными и совершенно иеобученными.

Въ то же время въ этотъ именно ерюдъ боевого затишья нании союзники шроко развили у себя военную проышленность, стремясь къ возможно ольшему снабжешю своихъ apMift ртиллерией, разнаго рода патронами, втомобилями, аэропланами и т. д.

Совершенно въ иныхъ услов!яхъ аходились въ это время нании армии.

Разочарованные своими неудачами а Западъ и напротивъ того воодуевленные своими успехами на Востокъ\ бмцы решили центръ тяжести своихъ эевыхъ д'Ьйствш перенести на русскии ронтъ.

Вслвдствие этого, до апреля 1915 года а наниемъ фронгв происходить рядъ рупныхъ операции, для которыхъ "Ьмцы, пользуясь боевымъ бездБЙств!емъ аниихъ союзниковъ, перебрасываютъ а нашъ фронтъ значительный силы.

Оггвснете на свверв въ сентябре нтзмецкихъ армии къ германской границв; отбюпе наступлешя, съ начала очень усггвшнаго, Гинденбурга на Варшаву (въ сентябрв—октябре); парализование наниего наступлешя въ Познань—Бреславскомъ направленш войсками Гинденбурга операщей у Лодзи въ ноябре; разгромъ нвмцами одной изъ наниихъ армии въ Августовскихъ и Сувалкскихъ Л'всахъ въ феврале 1915 года; взят!е нами Перемышля, наконецъ, усггвшныя дтвйствия наниихъ армии противъ Австро— Венгерцевъ въ рашнв Карпатъ съ выходомъ части войскъ въ Венгерскую долину — таковы результаты гвхъ операщй, которыя производились на наниемъ фронтв въ перюдъ съ сентября

1914 года по апрвль 1915 года. Между г!5мъ нании успвхи противъ

Австршцевъ къ концу марта заставили н'Ьмцевъ для ихъ спасешя придти къ нимъ на помощь, а почти полное затишье на французскомъ фронтв позволило германцамъ снять значительную часть своихъ войскъ съ этого фронта и перебросить ихъ противъ насъ.

Сосредоточивъ значительныя силы у Горлицы, въ изобилш снабдивъ ихъ всвмъ, наобходимымъ, тщательно подготовивъ атаку, нвмцы 18го апреля

1915 года перешли въ наступлеше и послъ 4хъ дневнаг.о, крайне упорнаго и тяжелаго боя, прорвали фронтъ нанией III армии, что и привело къ отступление русскихъ войскъ, располагавшихся на p fefcb Дунайцъ и въ Карпатахъ.

Отступлеше это велось чрезычайно планомврио, систематично и упорно и Австро—Германцамъ, несмотря на всъ ихъ старашя, не удалось разгромить и и уничтожить нании отступающая войска.

ТЬмъ не мен fee 2 L ro мая Австршцы вновь заняли Перемышль, а Германцы, пользуясь продолжающимся боевымъ бездЬйств!емъ англофранцузовъ, получили возможность сосредоточить также больиня силы для ударовъ въ направленш Риги и Варшавы и приступить къ выгУснешю терпевшей въ это время полный недостатокъ въ вооруженш и въ боевыхъ припасахъ русской армии изъ Галиции и Царства Польскаго.

Присоединеше къ наниимъ союзникамъ 1го тля Италш, при бездвйствш англо—французскихъ армии, не внесло никакихъ измЬненш въ иоложеше наниихъ армии, который, обезсиленныя физически и надорванный нравственно, продолжали отступать, хотя и съ громадными потерями, но также планомерно, не допуская нЪмцамъ уничтожить себя, къ чему они такъ стремились.

Такое отступлеше продолжалось пять мвсяцевъ и на протяженш всЬхъ пяти мвсяцевъ это была сплошная Голгофа русской армии.

Днемъ сражались, ночью отходили; отдыха не было ни на одну минуту и солдаты и офицеры отъ усталости впадали въ полную прострашю; они переставали сознавать окружающее, они то галлюцинировали, то ни физически, ни морально не отзывались на происходящее; они потеряли всяшя чувства и впадали въ полное тупое равнодз'гше.

Торжествующей врагъ, обильно снабженный нстбмъ необходимыми воодушевленный своими успъхами, получаюшлй постоянно притокъсвчвжихъ силъ, взятыхъ изъ какъ бы умершаго франаузскаго фронта, непрестанно гвснилъ нании доблестныя войска, который и въ эти безмерно тяжелые дни свято выполняли свой долгъ и, почти лишенные средствъ борьбы, дъчлали все возможное и даже невозможное для того, чтобы сдерживать обнагл'Ьвшаго врага, для чего нередко переходили въ контрънаступлеше, нанося ему значительный протери и наказывая его за проявляемыя имъ попытки пренебрежительнаго отношешя къ еще не сломленному врагу.

За пять м'всяцевъ отступлешя мы отошли бол1ве, чбмъ на 400 в., и за это время потеряли: Львовъ, Варшаву, Ковно, Новогеорпевскъ, Осовецъ, Брестъ, Луцкъ, Вильно, Барановичи.

Лишь въ половинв сентября н1змцы, тоже сильно разстроенные, убедившись, что имъ не сломить наниихъ мужественныхъ армии, и опасаясь слишксииъ далеко проникать вглубь нанией безконечной территорш, остановили свой натискъ; и на всемъ русскомъ фронтЬ отъ Рижскаго залива до Румынской границы съ этого времени установилась позицюнная война.

Ну, а что же нании союзники?

Ввдь мы же не одни вели войну и еще только несколько м"всяцевъ тому назадъ мы цбною тяжкихъ жертвъ спасли Франщю отъ полнаго разгрома и твмъ дали возможность продолжать борьбу и Англш?!

О ход fe событш у насъ имъ сообщало, несомненно, нание Верховное Командование. Они, конечно, отъ своихъ многочисленныхъ военныхъ представителей, съ такимъ вниматемъ и радуппемъ принимаемыхъ въ Ставк fe Верховнаго Главнокомандующего, отлично были осведомлены о всвхъ подробностяхъ той тяжелой драмы, которая втеченш всего л'вта 1915 года разыгрывалась на русскомъ фронт'Б и страдательной стороной въ которой была наша армия, ихъ спасительница. Наконецъ, что переживали нании войска, въ какомъ положенш они были во время этого великаго и ужаснаго отступлешя, нании союзники получали свБДЬтя отъ наниихъ офицеровъ, которые находились во Франции, въ [гбляхъ установлешя связи и для взаимнаго ознакомлешя съ происходящимъ на обоихъ фронтахъ.

Ну и что же?

Союзники почти совершенно, какъ говорится, пальцемъ не пошевельнули, чтобы помочь намъ.

Они произвели несколько попытокъ незначительными силами наступлешя на нЬмцевъ, о которыхъ послЬдше сами теперь говорятъ, что „это были небольцпя атаки, которыя легко отбивались". А затвмъ, кром fe этого, и на офищальныя просьбы наниего Верховнаго Командовашя и на полуофищальное ходатайство наниихъ представителей союзники отвечали, что они больше ничвмъ не могутъ помочь намъ, такъ какъ они совершенно не готовы къ тому, чтобы перейти въ бол fee или мен fee крупное наступлете и тЬмъ отвлечь на себя, хотя бы немного, вражескихъ сидъ, облегчивъ тЬмъ нание положеше.

Какъ горько и обидно было, видя неимов+фныя страдашя нанией армии, слышать объ этихъ эгоистичныхъ и безжалостныхъ заявлешяхъ нами спасенныхъ!

Еще больн fee было читать и въ частныхъ письмахъ и въ офшиальныхъ донесешяхъ и отчетахъ сообщешя наниихъ представителей во Франции, что союзники имъ^ютъ достаточное количество отдохнувшихъ, хорошо обученныхъ, на основахъ толькочто полученнаго боевого опыта, и обильно снабженныхъ, оруж!емъ и боевыми припасами войскъ для перехода въ наступлеше.

Эта горечь, еще бол fee усиливалась освЬдомлешемъ о томъ, что и обстановка для такого наступлешя складывалась на французскомъ фронт fe благоприятно, хотя бы уже потому, что противникъ тамъ сильно ослабилъ свои войска, а позиции его не представляли собою непреодолимыхъ твердынь.

Эта обида становилась еще болт^е невыносимой отъ сознашя, что такое благополучие англофранцузской армии, создалось, благодаря намъ, привлекииимъ на себя громадныя силы врага и позволивши.мъ наниимъ союзникамъ послъМарны работать на возстановлете и развюпе своей военной мощи почтичто въ мирной обстановке.

Даже въ присылке намъ оружия и особенно необходимыхъ намъ въ этотъ перюдъ снарядовъ намъ отказывали союзники подъ предлогомъ, что ихъ заводы работаютъ для покрьтя собственной нужды.

Какъ удары молота по головъ\ какъ укусы змви . въ сердце, отдавались въ душахъ наниихъ слова наниихъ „благородныхъ" союзниковъ: „не готовы, не можемъ, самимъ нужны".

Только это и слышали мы тогда отъ наниихъ союзниковъ, да еще постоянные советы потерпеть и назойливыя просьбы не отступать, крвпко держаться, такъ какъ иначе Италия, которая склонялась къ тому, чтобы примкнуть къ союзникамъ, могла подъ влияшемъ наниихъ неудачъ, наниего отстз'плешя отказаться отъ этого намъфешя.

Больно было переживать это тогда, горько объ этомъ вспоминать теперь!

И непонятно было такое предоставлеше самимъ себтз наниихъ apMifl въ этотъ грозный для насъ перюдъ войны.

B Ьдь каждый, кто маломальски понимаетъ военное дъ\по, казалось бы, долженъ былъ сознавать, что такое отступлеше, которое пришлось проделать намъ въ 1915 году, даже и на русскую армто должно было подействовать вредно, разлагающе и что врядъ ли даже и она не будетъ морально надорвана настолько, что потеряетъ способность после всего перенесеннаго ею возстановить въ полной мере ее разслабленный духъ.

Или французы помнили еще нание отступлеше въ 1812 году и послъчгуюшле зат"Ьмъ нании дейстя вплоть до заняптя Парижа?

Во всякомъ случае несомненно, что только съ лвта 1915 года стало возможнымъ большое влияше среди наниихъ солдатъ господъ изъ Земгора, въ значительной степени подготовившихъ разложеше армии въ перюдъ, такъ называемого, Временнаго Правительства, истиннагр разрушителя Государства Росайскаго.

Вспоминается мнтЬ, что однимъ изъ важнвйшихъ мотивовъ для прекращения войны у прибывшихъ въ пол'Б 1917 года изъ Москвы въ командуемыя мною войска агитаторовъ, несомненно посланныхъ уже большевиками, было нежелание действовать совместно съ союзниками, которые по словамъ этихъ агитаторовъ „предали" нании армии лвтомъ 1915 года, не оказавъ намъ никакого содвйсгая.

И помню я, какъ трудно было разубеждать въ этомъ подчиненныхъ мнт5 солдатъ, значительная часть которыхъ лично на себ^в испытала ужасы отступления съ береговъДунайца въ 1915 году.

Совершенное русской арлией лвтомъ 1915 года не ограничивается только красотою, можно сказать, легендарнаго, воинскаго подвига, — оно имт>ло весьма большее значеше для всего послъ\дующаго хода войны и оказало громадное влияше на благоприятный для союзниковъ конечный ея исходъ.

Лишь героичесиия дМствия наниихъ армии дали возможность не только возстановить расииатанное въ первый перюдъ войны военное могущество Франции, но еще и сильно развить его; только жертвенная кровь сотенъ тысячъ русскихъ воиновъ, пролитая ЛЪЧГОМЪ 19.15 года, дала возможность Англш создать свою вооруженную силу, способную бороться въ современныхъ условияхъ съ такимъ „строгимъ" неприятелемъ, какимъ были германсюя армии.

Плоды же этой работы Франщи и Англш, одухотворенной нащональнымъ гешемъ наниихъ союзниковъ, сказались въ боевыхъ дтзйствияхъ послЬдующихъ годовъ войны, вплоть до моишаго и искуснаго пос.твдняго насгуплетя маршала Фоша во второй половине 1918го года.

Но повторяемъ, погЬвъ, давшш эти плоды могъ быть совершенъ въ свое время только лишь благодаря герой экому поведешю наниихъ солдатъ и офицеровъ, свято исполнявшихъ свой долгъ на поляхъ Галиши, Польши, Холмщины, Волыни, Б'влоруссии, Литвы и Курляндш.

Да не забудется это!

Когда прекратились боевыя дт>йствия на Восточномъ фронт'Ь, тогда, лишь тогда, послЬдовалъ ударъ союзниковъ на нБмцевъ: 12 сентября началось, такъ называемое, осеннее сражеше въ Шампани, восточн fee Реймса; оно продолжалось 18 дней и французы проникли вглубь противника только на 2 версты.

Между Т'Ьмъ въ концъ сентября 1915 года армия Макензена приступила къ завоеванш Сербш, наступая съ сквера; ему содействовали Болгары, которые 1го октября объявили Сербамъ войну и которые теперь наступали на нихъ съ Востока. Сербы попали въ безвыходное тяжелое положсиие. Тогла Главнокомандующий Сербской АрМией, Королевичъ Александръ, двумя телеграммами отъ 16го октября черезъ своего военнаго агента при Ставдв просилъ помощи союзниковъ и въ особенности Poccin .

Нание Верховное Главнокомандование тотчасъ же откликнулось на этотъ призывъ.

Утомленность и разстроенность наниихъ арМий послъ толькочто закончившегося отступлешя, и необходимость громадной работы по возстановлешю своей боеспособности, въ связи съ не обходимостью закрепить свое положете созданиемъ сильныхъ позищй, не позволили, однако, тотчасъ предпринять чтолибо для оказашя действенной помощи Сербж.

Для этой 1ГБли пpиuJлocь формировать новую apMiio, которая въ декабре 1915 года и начала наступление противъ австршцевълла p feicfe Стрыпе, съ целью отвлечь на себя значительный силы австршцевъ.

Наступлеше это, однако, по причинамъ спещальнаго характера, закончилось 7го января 1916 года безуспешно. Это обстоятельство въ связи съ гЬмъ, что операщя эта по причинамъ, толькочто указаннымъ, была начата съ большимъ опоздатемъ, имела следствиемъ то, что готовность наниего высииаго командоватя помочь союзникамъ и самоотверженная деятельность войскъ въ этихъ п'Ьляхъ не дали благоприятнаго результата и Сербская apмiя вынуждена была покинуть пределы своего отечества.

После этого у насъ на фронте настало затишье и происходило накапливанье новыхъ силъ — первое въ виду атмосферныхъ условш: дожди, снега, оттепели не допускали возможности производить широшя операции; второе — на случай новыхъ политическихъ осложнение.

Но вотъ 8го февраля 1916 г. германцы начали атаку Вердена, стремясь съ захватомъ его прорвать расположениe французскаго фронта и открыть се б1з путь къ Парижу.

Первоначально нЬмцы имъ\ли круп ный успЬхъ, который очень обезпокоилъ французовъ, и тогда они стали настойчи во просить русское главнокомандованЬпомочь имъ, перейдя въ наступлеше.

Вотъ что по этому поводу говорить одинъ изъ н'Ьмецкихъ военныхъ авт.о. ритетовъ Отто фонъ Мозеръ въ свое} книг fe : „Кратюй стратегически обзорт, MipoeoH войны 1914—1918 гг.":

„Немецкое верховное командовав въ бою у Вердена къ марту ввело вдМствие большую часть своихъ резервовъ и тяжелой артиллерии и, такимобразомъ, западный фронтъ нуждалс въ подЕфтшлешяхъ не только извнутр" страны, но и со стороны Восточная фронта и АвстроВенгерскихъ войскъ Но н*Ьмецк1Й восточный фронтъ не мог" оказать эту помощь потому, что Антан та настояла на томъ, чтобы русски своимъ наступлешемъ не дали возмож ностй^рерманцамъ д'Ьлать переброски н западъ, къ Вердену. 5го марта, т. е. внеблагоприятное время года, началос неожиданное наступлете рус'скихъ Нарочскаго озера и у Поставъ, распре странившееся и'ь пос.тЬдствш до Риги f длившееся вплоть до половины марта Это наступлеше было предпринято с громадными силами, какъ людским!. такъ и матер!альными; оно велось ру. скимъ командованиемъ крайне энергии но... Руссиия войска шли въ бой съ фанатическимъ самоотвержешемъ... Хотя наступлеше русскихъ и было отбито... но самый фактъ русскаго наступлешя указалъ на следующая два явлешя: во _хъ, что не было достигнуто серьезнаго, i тНвмъ более длительнаго ослаблешя эусской наступательной силы и воли, и во 2хъ, что нБмециий восточный фронтъ действительно нуждался въ той полумиллюнной армии, которая была расположена между Ригой и Пинскомъ... Каждую минуту могли возобновиться руссиия атаки."

Врядъ ли чтонибудь нужно добавлять къ этой характеристике дтзйств!й наниихъ войскъ, характеристике столь ярко и отчетливо определяющей значение этихъ действш и сделанной къ тому же изъ стана наниихъ враговъ.

Однако, хочется подчеркнуть, что какъ только союзники просятъ о содействш, то нание главнокомандование, не считаясь ни со степенью нанией готовности,' ни съ крайне неблагоприятными общими условиями для боев'ыхъ действш, готчасъ, въ це.тяхъ выполнешя просьбы союзниковъ,предпринимаем энергичное наступлеше громадными силами, войска же идутъ въ бой съ „фанатическимъ самоотвержешемъ".

Какъ это не похоже на поведеше союзниковъ летомъ 1915 года!..

Еще одно обстоятельство обращаетъ на себя внимание — это именно то, что даже пятимесячное отступлеше на протяженш 400 в., при крайне неблагопр!ятныхъ обстоятельствахъ, не только не повело къ серьезному ослабление наниихъ силъ, но даже и къ ослабленго въ войскахъ воли къ наступлешю.

Это не похвальба съ нашей стороны, а свидетельство нашего врага.

Мы же отъ себя только добавимъ, что, врядъ ли, на это способна была еще какаялибо ардпя, кромЬ русской Императорской.

Справедливость, однако, требуетъ сказать, что операшю наступлешя наниихъ войскъ,у Нарочскаго озера нельзя считать выполненной высииимъ командованиемъ искусно и ополнъ достигшей желаемаго для насъ результата.

Во всякомъ случа г Ь, если французы имЬютъ право Гордиться Верденомъ, то чувство справедливости должно имъ подсказывать, что въ лаировомъ ввшсв ихъ Верденской славы есть много ветвей и наниихъ рз^сскихъ, безъ которыхъ и самый бы в'Ьнокъ разсыпался.

Еще не окончились бои подъ Верденомъ, какъ въ самомъ начале мая АвстроВенгерцы перешли въ наступле nie противъ итальянцевъ въ горахъ Тироля.

Удачное сначала наступлеше это угрожало Итальянскому фронту прорывомъ и окружешемъ. Однако, итальянцы своими контръатаками временно прюстановили его, но истощеше ихъ силъ было такъ велико, что они могли опасаться за свое будущее.

Тогда они обратились за сод'БЙствиемъ къ наниему верховному командованда, прося его перейти въ наступлете противъ австр^цевъ и гбмъ заставить ихъ вернуть на русскии фронтъ значительную часть ихъ силъ изъ Тироля.

Отвътомъ на эту просьбу Итальянцевъ было съ нанией стороны, такъ называемое, Брусиловское наступлеше.

22го Мая весь нашъ югозападный фронтъ, отъ Луцка до Черновицъ, послъ" тщательной и искусной подготовки, перешелъ въ энергичное наступление, которое съ первыхъ же дней было чрезвычайно усптзшно и въ конечномъ итоге, при поддержке не особенно, правда, удачной нанией атаки у Барановичъ въ середине ганя, дало богагвйиле рез}'льтаты.

АвстроВенгерцы были совершенно разгромлены.

Войска Брусилова отняли у противника территорию приблизительно въ 25.000 кв. верстъ, овлад/ввъ и Буковиной. Они взяли въ шгбнъ 9000 офицеровъ и 41000 солдатъ; ихъ военной добычей было: 580 opyдiй, 1800 пулеметовъ, 450 бомбометовъ и минометовъ, а также громадное количество самаго резнообразнаго военнаго имущества.

Однако, значеше этого успеха определяется, конечно, не только указанными цифрами отнятой территорш, взятыхъ шгбнныхъ и захваченной добычи.

Для поддержки разгромленныхъ Брусиловымъ австрШцевъ явилось необходимыми перебросить несколько австршскихъ дивизШ съ итальянскаго фронта и 20 дивизШ германцевъ съ французскаго фронта, съ скверной части русскаго фронта и. изъ Македонш.

А это иМибло а!гвдствиемъ то, что: во I хъ, австрШцы должны были окончательно отказаться отъ атакъ на итальянскомъ фронтв, и во '2хъ, германцы вынуждены были оставить всяшя попытки противъ Вердена, которыя они еще стремились продолжать, чЬмъ устранилась совершенно угроза для англофранцузовъ прорыва ихъ фронта и свободнаго наступлешя н'вмцевъ къ Парижу.

Короче говоря, Брусиловское наступлеше еще разъ спасло Франшю, обезпечило возможность дальнейшей борьбы въ благоприятныхъ условияхъ для Англш и вывело изъ катастрофическаго положешя Италш.

Результатъ, какъ видно, не малый и, казалось, онъ не долженъ былъ бы когдалибо забыться теми, къ кому онъ непосредственно относился.

А въ действительности?

Политика • Эррю, Макдональда и Муссолини, всецело пренебрегающая интересами нашональной России и болве, чт>мъ доброжелательно относящаяся къ Триэсерш, властители которой контрабандой использываютъ матер!альное и моральное достояше Императорской России, нагло, такимъ образомъ, введя въ заблуждеше человечество на пользу 3 интернацюнала.

Кстати отмвтимъ, что Брусиловское наступлеше, вмтЬсгб съ одновременной почти нанией атакой у Барановичъ, обошлось намъ въ 5500 офицеровъ и около 370.000 убитыхъ и раненыхъ нижнихъ чиновъ, которые были принесены нами въ жертву интересамъ Англш, Франщи и Италш.

Любопытно также по поводу этой операщи привести здвсь слова уже цитированнаго мною авторитетнаго нвмецкаго военнаго писателя. Отто фонъ Мозера, который говорить: „Если бы въ этотъ критическии моментъ, (т. е. въ моментъ Брусиловскаго наступлешя), въ конц'в мая АнглоФранцузсюя войска перешли бы въ решительное наступлеше то, даже не добившись сразу прорыва, они такъ сковали бы нвмецкии западный фронтъ, что H вмецкое верховное командование не было бы въ состоянш удовлетворить настойчивую просьбу о помощи АвстроВенгрш, переданную 23го мая".

Другими словами, н^мцы не могли бы тогда перебросить противъ Брусилова 20 сввжихъ дивизш изъ резерва, а при такихъ обстоятельствахъ усп'Ьхъ наниего югозападнаго фронта былъ бы еще бол fee грандюзнымъ и, конечно, АвстроВенгрия тогда уже должна была бы выйти изъ войны, согласившись на Bcfe предъявленныя ей условия.

Но Франщя, подобно тому, какъ это было л"БТомъ 1915 года въ это время совершенно бездействовала.

Что это? Случайность, являющаяся слъ\дствгемъ слишкомъ узкаго и близорукаго понимашя обшаго положешя вещей, или система?

Не хочется допускать мысли, что тогда уже союзники нании не желали допускать слишкомъ крупныхъ успвховъ России.

Но развитда ycn fexa Брусиловскаго наступлешя пом'Ьшало не только то, что АнглоФранцузы въ тн'Б 1916 года не перешли въ наступлеше, но также и появлете у насъ новаго союзника, навязаннаго намъ Аншпей и Франшей.

17го августа подъ сильнымъ дипломатическимъ давлешемъ наниихъ союзниковъ Румышя примкнула въ Антангв.

Это вступление Румынш на сторонъ Антанты было крайне невыгодно для насъ въ военномъ отношении.

Наличие нейтральной Румынщ у насъ на л+>вомъ флангт. вполне обезпечипало этотъ флангъ, ограничивая въ то же время нашъ и безъ того сильно растянутый фронтъ. Теперь это преимущество терялось и эта потеря не могла быть восполнена приращетемъ силъ Антанты румынской арМией, ибо хотя численность этой армии и равнялась ' нвсколькимъ стамъ тысячамъ челов"БКъ, но она была крайне плохо подготовлена въ боевомъ отношенш, а моральная устойчивость ея была весьма слаба.

А то и другое вызывало въ будущемъ необходимость сильной поддержки румынской армии наниими войсками.

Это сознавалъ отлично начальникъ штаба Верховнаго Главнокомандующаго генералъ АлексгЬевъ,, который всЬмъ своимъ вл!ятемъ и своимъ авторитетомъ боролся противъ вступлешя румынъ на нанией сторонъч

Но союзники нании и особенно Франщя настаивали на этомъ: они опасались, что въ противномъ олучаъ 1 Румышя добровольно или подъ давлешемъ присоединится къ АвстроГерманш.

Однако, опасешя эти были неосновательны.

Оть доброволытго присоединешя и, такимъ образомъ, къ сохранешю нейтралитета Румынш можно было бы удержать, обжигая ей все то, что ей было обвшано и за выступлеше противъ четвертного союза.

Насильно АвстроГерманцы не стали бы это ;гклать, ибо сражен ie на р'вк'Ь Сомм'Ь, начавшееся 1го поля, и последующи] зат'Ьмъ атаки на другихъ участкахъ французскаго фронта въ теченш почти 5 м'всяцевъ настолько отвлекали внимание и силы н'вмцевъ, что добровольно начинать боёвыя,твйствия противъ Румынщ, въ цтвляхъ заставить ее присоединиться къ нимъ, они, конечно, не стали бы.

Вообще присоединение Румыны къ четвертному союзу, врядъ ли, считалось тогда посл'вднимъ выгодно, такъ какъ нвмцы хорошо, знали слабыя стороны Румынской армии, а имъ довольно было заботь и съ АвстроВенгерской арМией.

Въ действительности, въ начале декабря 1916 года румынская apwifl была окончательно разбита австрогерманотурецкоболгарскими войсками, хотя эти войска были въ три раза слаб fee румынъ.

Это привело къ тому, что мы должны были спасать Румынш, создавши новый, такъ называемый, румынскии фронтъ и удлинивъ свое общее расположеше почти на 400 верстъ.

Этотъ фронтъ. былъ созданъ изъ войскъ другихъ фронтовъ, преимущественно, югозападнаго, которые были такимъ образомъ сильно ослаблены. Всл'кдсгае этого, каюялибо активныя операции на нихъ и особенно у Брусилова считались совершенно невозможными.

Войскамъ, составляющимъ новый фронтъ, первоначально приходилось вести бой въ весьма тяжелыхъ условияхъ, что потребовало крайнихъ усилив и громадныхъ жертвъ.

Прикрывая живымъ щитомъ наниихъ корпусовъ отходивипя, совершенно растроенным и деморализованныя румынсиия армии, мы дали имъ возможность собраться въ далекомъ тылу, гд fe онъбыли переорганизованы, обучены и сделаны вновь болве или мен+>е боеспособными. Все это время армии нании удерживали румынскии фронтъ, обезпечивая восточную часть королевства отъ покушешй врага, захватившаго уже западную его часть.

Такимъ образомъ, присоединеше къ Антантъ Румынш совершилось какъ бы только для того, чтобъ создать намъ еще одного союзника, котораго намъ нужно было спасать. И мы спасли его!

Наша арзшя исполнила и это новое возложенное на нее союзниками обязательство, какъ делала она это и раньше по отношение этихъ же самыхъ союзниковъ. Они знали, что это будетъ такъ, и потому, вопреки желанда России, они навязали ей новаго союзника, сд'Ьлавъ это съ тЬмъ бол'ке легкимъ сердцемъ, что это имъ ничбмъ не угрожало, ничбмъ ихъ не затрудняло, а напротивъ во всякомъ случае облегчало, такъ какъ для борьбы съ этимъ новымъ членомъ Антанты четвертной союзъ долженъ былъ выделить часть своихъ силъ, снявъ ихъ съ АнглоФранцузскаго фронта.

Несмотря на тяжелое положеше, въ которомъ оказались нании армии посл fe румынскаго выступлешя, онъ 1 представляли собой все же столь могучую силу, что было вполн+з возможнымъ и желательнымъ посл fe небольшого отдыха использовать ихъ для производства широкихъ активныхъ, обшихъ съ союзниками операций.

Вследств!е этого, на совещанш представителей всЬхъ членовъ Антанты было решено весной 1917 года произвести общее одновременное наступлеше, въ ц'вляхъ нанести последнш и решительный ударъ Германш и ея союзникамъ.

Это наступлеше, намеченное на начало марта, было тщательно разработано и подготовлено и являлось бы первымъ, которое произошло бы при полной согласованности въ д'Ьйствияхъ союзниковъ.

Такое наступлеше, можно съ уверенностью сказать, было бы усггвшнымъ и несомненно уже къ лету 1917 года привело бы къ полной победе Антанты и закончило бы длившуюся уже два съ половиною года безпримЬрную въ исторш войну.

Это отлично понимали не только войска на фронте, которыя усердно готовились къ последнему удару на упорнаго и искуснаго врага, но сознавали также и те, для которыхъ несомненный уснЬхъ этого последняго удара былъ нежелателенъ.

Наша „передовая", „прогрессивная" интеллигенция, во главе которой стояли честолюбивые и мстительные до забветя интересовъ Родины Милюковы и Гучковы, къ которымъ примкнули по неразуменпо и глупому чванству Родзянки, а также мняшле себя государственными людьми друпе члены, такъ называемаго, „прогрессивнаго блока" Государственной Думы,— эта интеллигеншя хорошо понимала, что съ окончательной нанией победой надъ b бковбчньшъ врагомъ Славянства, достигнутой арМией, во главв которой непосредственно стоялъ Царь, у насъ утвердится такъ имъ ненавистный „Царизмъ", и что только одно нание военное поражеше можетъ устранить этотъ „царизмъ" и дать имъ возможность захватить власть въ свои руки.

Эти то господа, пользуясь при ихъ сод+зйствш широко распространенной уже раньше противоправительственной пропагандой на фронтъ и въ тылу черезъ посредство земскаго и городского союзовъ и военнопромышленнаго комитета, искусственно вызвали, такъ названную, ими: „Великую, безкровную револющю", которая вскоръ развалила и армда и все Государство.

Конечно, при такихъ условияхъ предполагаемаго общаго наступлешя не могло быть . и напротивъ того, естественнымъ послъ\дствиемъ его могло быть только поражете. Но это поражеше понесла уже не Императорская Русская армия.

Лишенная того основашя, на которомъ она была построена; того цемента, которымъ она была спаяна въ одно могучее монолитное цЬлое; тбхъ идей и техъ чувствъ, которыми она руководилась втечение болт,е двухсотлчвтняго своего существовашя въсвоихъ д'Ьяшяхъ на пользу своей Родины; того знамени, на которомъ все это было выражено эмблемами, содержащими понятия о в'врБ, Цар fe и Отечестве—русская армия сначала растерялась, пришла въ недоум^те, затЬмъ опъянилась до потери сознашя неумеренной дозой свободы, навязанной ей револющей, и, наконецъ, обезумевшая разложилась и самоуничтожилась. Съ исчезновешемъ Императорской Русской армии, вскор'1з исчезла не только Императорская, но и вообще Россия.

Пользуясь этимъ, нании прежше союзники, нании недавше боевые соратники стараются забыть, что достижешемъ окончательной поб'Ьды въ Мировой войнЪ они обязаны героическимъ дбя ьпямъ русской нащональной армии; что ихъ нынешнее благополучие х въ значисльной степени построено на священной рови русскаго солдата и русскаго офицера; что самимъ своимъ существованиемъ въ настоя щемъ вид;!; они обязаны, жертвамъ русскаго народа.

Но можемъ ли мы забыть это?

Забывая о своемъ долге передъ Россией, русскимь ниродомъ и pj /сской арМией, члены большой и малойАнтантъ одинъ передъ другимъ, стараясь не опоздать и пренебрегая всеми нравственными стимулами, торопятся предложить свое признание врагамъ, неоднократно спасавшей ихъ национальной России.

Но можемъ ли мы простить это?

Чтобы, совершивъ это злое дбло, впослгвдствш не быть передъ квмълибо отвътственнымъ за него, спасенные и возрожденные нами народы стремятся bm бсгб съ 3 интернацюналомъ, этимъ истиннымъ распорядителемъ судебъ того, что некогда носило священное для насъ имя России, окончательно уничтожить всб остатки национальной России, вс&хъ и все то, что можетъ способствовать возсоздашю великой нанией Родины.

Но можемъ ли мы мириться съ этимъ?.

Конечно нт^тъ, Н'Ьтъ и н'втъ!

Мы не можемъ забыть, что въ MipoBOH войн'в погибло до 5 мил. наниихъ отцовъ, братьевъ и сыновъ. Мы не можемъ простить черной неблагодарности наниихъ друзей и союзниковъ. Мы не можемъ мириться съ заколачиваниемъ эсиноваго кола на могилб нанией Родины.

Вместе мы горячо верим, что воскреснетъ безмерно любимая нами Россия, что мы дождемся возрождения национальной русской армии съ ея возышенными священными традициями, ея беззаветной храбростью и безконечной самоотверженностью; и мы убезждены, что востановленная национальная Россия захочетъ и сможетъ потребовать к ответу блудныхъ сыновъ своихъ и всехъ техъ, за кого такъ обильно во время Мировой войны лилась русская кровь и кто теперь забылъ объ этомъ и коварно изменилъ намъ. И веримъ мы—справедливо разсудитъ она всЬхъ, возстановивъ ту высииую правду, которая исчезла вместе съ исчезновениемъ Императорской Poccии .

„Мнв OTMm, enie и азъ воздамъ".


наверх страницынаверх страницы на верх страницы









Заказать работу

© Библиотека учебной и научной литературы, 2012-2016 Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования