В библиотеке

Книги2 383
Статьи2 537
Новые поступления0
Весь каталог4 920

Рекомендуем прочитать

Хоффер Э.Истинноверующий
Имя американского мыслителя Эрика Хоффера (1902-1983) все еще остается недостаточно известным нашему читателю. Его первая и, по-видимому, самая значительная из опубликованных им девяти книг - Истинноверующий, - представляет собой размышления о природе массовых движений.

Полезный совет

Если Вам трудно читать текст, вы можете увеличить размер шрифта: Вид - размер шрифта...

Алфавитный каталог
по названию произведения
по фамилии автора
 

АвторАверьянов Л. Я.
НазваниеПочему люди задают вопросы?
Год издания1993
РазделКниги
Рейтинг2.80 из 10.00
Zip архивскачать (200 Кб)
  Поиск по произведению

Глава V. Логическая природа вопроса

Природа известного и неизвестного в вопросе

В литературе по эротетической логике в качестве центрального момента при анализе логической структуры вопроса является соотношение известного и неизвестного или ассерторической и гипотетической частей. Основная трудность заключается в установлении того, что считать известным и неизвестным в вопросе и каково их соотношение.

Мы уже говорили, что вопрос не содержит в себе как самостоятельные части известное и неизвестное (факт очевидности не позволил решить эту проблему) поскольку он представляет собой такое же концептуальное образование, как суждение, но носящее возможно истинный характер. Однако если верить своим глазам, то вопрос явно содержит в себе неизвестное, поскольку содержит вопросные операторы - "кто", "что", "почему" и т. д., что и свидетельствует о наличии неизвестного.

И в самом деле трудно не согласиться с тем, что вопрос содержит в себе и известное, и неизвестное. Однако, известное и неизвестное имеется в вопросе не в качестве самостоятельных частей его структурного построения. Более того, можно высказать и парадокс: известное и неизвестное в нем - это одно и то же, но имеющее различное сущностное выражение. Основной слабостью в литературе по эротетической логике - в анализе соотношения известного и неизвестного в вопросе стала их неопределенность.

Если в русле нашего исследования посмотреть внимательно на вопрос второго типа, то можно обнаружить интересную зависимость от вопроса первого типа. Например, прежде чем ответить на вопрос: "Кто открыл Америку?", необходимо сначала получить положительный ответ на вопрос первого типа: "Америка была открыта?". Получается так, что вопрос второго типа представляет собой некоторое продолжение вопроса первого типа; и первый оказывается основным для второго. После того, как наше концептуальное положение, заложенное в вопросе первого типа, получило положительное значение, я могу задавать целую серию дополнительных углубляющих, уточняющих, развивающих вопросов, например: "Кто открыл Америку?", "Как ...?", "Когда ...?", "Почему ...?" и т.д.

Но определяющим концептуальное положение как положительное может быть не только вопрос первого типа. Так, например, вопрос: "Кто открыл Америку?" может устанавливать общее концептуальное положение о том, что Колумб открыл Америку, а последующие вопросы развивают его. Более того, любой последующий вопрос развивает концептуальное положение, наполненное предыдущим. В вопросах: "Кто открыл Америку?", "Когда ...?", "Как ...?" и т. д. происходит в одно и то же время развитие общей концепции. Очень важно заметить, что при одних и тех же терминах: "открыл Америку" концептуальное понятийное содержание каждого отдельного вопроса меняется.

Положение о соотношении вопросов первого и второго типа рассматривалось в нашей литературе. Так, Зуев Ю. И. писал: "Все рассмотренные виды альтернативного вопроса (двучленные и многочленные) образуют стройную систему: каждый из них определенным образом связан с вопросом другого вида, фиксируя собой определенный этап познания фактов действительности, каждый последующий вид двучленного вопроса в качестве своей основы предполагает утвердительный ответ на двучленный вопрос предыдущего вида, т. е. предикат вопроса предыдущего вида включается в субъект вопроса последующего вида. И, наконец, постановка многочленного вопроса предполагает утвердительные ответы на соответствующие двучленные вопросы". Автор фиксирует внимание на том, что каждый вопрос - определенный этап познания, что каждый последующий этап познания (постановка вопроса и ответ на него) возможен только в случае получения ответа на предыдущий вопрос, получения - и это необходимо специально подчеркнуть именно утвердительного ответа. Лишь при соблюдении этих условий знание получает статус положительного, только после этого исследователь может двигаться дальше и развивать цепочку познания. Интересна мысль о причинно-следственной зависимости вопросов, когда предикат предыдущего включается в субъект последующего вопроса; т. е. только получив ответ на вопрос, определив некоторое следствие, сделав вывод (получив положительный ответ), этот ответ становится, основой для построения последующего вопроса и т. д. В контексте приведенного результата исследования подразумевается, что ответ на предыдущий вопрос обязательно принимает форму суждения. Не менее интересна и мысль, подводящая к положению о том, что постановка многочленного вопроса представляет собой развитие решения двучленного вопроса; это означает, что любой последующий вопрос (как и вообще любой вопрос, поскольку он всегда последующий) основан на прошлом знании, получившем статус утвердительного концептуального знания.

В нашем исследовании мы подчеркивали, что любое концептуальное знание имеет статус отдельного самостоятельного образования и находится в определенной взаимосвязи. Здесь необходимо отметить зависимость между суждением, как цельным образованием, и его элементами.

Суждение, содержащее в себе субъект, предикат и связку, в условиях деления (например, выделяется предикат, как самостоятельное понятие) сразу же принимает форму полного суждения (т. е. содержит в себе также субъект, предикат и связку). И сколько бы бесконечно долго мы не производили деление, каждый раз в обязательном порядке оно сохраняет логическую структуру полного суждения. Именно поэтому можно сказать, что в любом понятии содержится, как в капле воды, весь мир, все его прошлое; и точно такой же процесс происходит и при создании новых понятий. Если мы соединим два понятия, которые выступают в виде суждения, то их совокупность обязательно принимает форму отдельного и самостоятельного суждения, а соответственно имеет субъект, предикат и связку; и такой процесс может продолжаться до бесконечности. Поэтому можно сказать, что любое понятие обязательно содержит в себе и все будущее, что оно - это как бы фокус, в котором сконцентрировано все прошлое знание человечества, что дает возможность образовываться новому знанию. Бесконечно большое находится в бесконечно малом.

Но как только мы соединили два понятия, и они сразу же приняли форму самостоятельного и полного суждения, то в этот же самый момент возникает необходимость обозначения его в нашем сознании, т. е. определения его, как нового понятийного образования. Тем самым мы затрагиваем главную задачу вопросно-ответных отношений: получается, что концептуальное знание, как новое знание, становится таковым тогда и только тогда, когда некоторые понятия, представляющие собой старое знание, оказываются связанными между собой определенным образом и представляют собой новое понятийное образование; или, если мы определяем связь каких-либо старых понятий, то тем самым создаем новое понятийное образование, обозначающее принципиально новое знание. В принципе ничего нового в этих рассуждениях нет, именно таким образом строится силлогизм, образуется некоторое третье понятие, имеющее статус принципиально нового выводного знания. Но сам вопрос второго типа: "Кто ...?" еще не содержит в себе нового концептуального знания даже в гипотетическом виде. Здесь имеются лишь прошлые концептуальные построения в виде понятий. Концепция будет заложена в ответе, т. е. в новом концептуальном выражении элементов прошлого знания и образовании нового понятия. Концептуально-гипотетическую форму она примет в вариантах ответов, которые фактически выразят эту концепцию в форме вопросов первого типа.

Вернемся к вопросу: "Кто открыл Америку?". Вопросный оператор здесь не является частью вопросительного предложения, он только указывает, что нам необходимо узнать нечто, а именно то, что заложено в ...известной части. И в самом деле, нам известны, понятия "открыл", "Америка" (в данном случае мы берем их как известные). Взятые понятия нам известны только как отдельные и самостоятельные, но нам неизвестно, что образовалось при их соединении.

Мы уже констатировали, что в сознании человека ничто не может существовать, если не обозначено каким-либо образом в речевом выражении, принимающем знаковую (словесную) форму, которая впоследствии примет понятийную форму. Если мы соединили вместе несколько известных понятий, то с необходимостью появляется потребность дать определение этому новому образованию, которое впоследствии примет форму нового понятийного образования. Это проделает если не спрашивающий, то отвечающий; и на это по существу указывает вопросный оператор "Кто...?", т. е. просит дать определение новой совокупности понятий. Давая определение этому новому понятийному образованию, мы фактически получаем ответ на вопрос. Получается так, что ответ на вопрос второго типа заключен фактически в нем самом. Правда - не сам ответ, а его возможность, заложены только исходные данные для него, как некоторые признаки нового знания, как элементы некоторого старого знания или известных понятий, которые и позволяют по признакам найти ответ (как преступника находят по некоторым полным или неполным данным). Чем полнее основные признаки, чем их больше, чем они точнее, тем быстрее можно найти ответ и наоборот. Если имеется необходимое и достаточное количество признаков, то вопрос строится спрашивающим как дихотомический; если нет их полноты, то вопрос принимает форму второго типа.

Как правило, известным в вопросе бывает наше прошлое знание, выраженное в понятиях. Новое знание может заключаться в совокупности понятий, которую необходимо каким-то образом определить. Это можно сделать примерно, так как делается в кроссворде.

Например: "Мореплаватель, открывший Америку? В данном вопросе имеется некоторая совокупность понятий, выступающая нашим прошлым знанием. Элементы этих понятий, как признаки, позволяют найти, если оно имеется в нашем прошлом знании новое понятие, то новое, которое в полной мере будет характеризовать представленную совокупность понятий в вопросе. Если его нет, то оно будет с необходимостью определено. Необходимо подчеркнуть, что в данном случае, как и во всех других, речь идет, как правило, об элементах предлагаемых в вопросе понятиях. Так, понятие "Америка" в данном случае воспринимается как географический материк, понятие "открывший" воспринимается как географическое открытие, а "Мореплаватель" - только в контексте географических открытий. Если указанных признаков оказывается недостаточно, то спрашивающий волен ввести новые признаки уже имеющихся или новых общих понятий.

На основании приведенных аргументов, суждений, доказательств мы приближаемся к тому, чтобы внутренне согласиться с положением о том, что новое и старое знание или известное и неизвестное - это по существу не две части вопроса, а его сущностное выражение в двух формах: как прошлое знание - в виде отдельных понятий и новое знание - как некоторая совокупность прошлых знаний, обозначенных новым понятием - ответом.

Однако старое понятие нельзя использовать для образования нового понятия, если характер последнего не включает в себя элементы старого понятия, если только оно не оказалось каким-либо образом трансформированным изменением объективной реальности. Нередко так оно и получается, когда из понятий, вроде бы никоим образом не стыкующихся друг с другом, образуется новое, способное отражать какую-то новую связь, форму проявления и т. д. объективной реальности.

Необходимо также отметить, что понятийное деление, которое мы производим, можно проводить до бесконечности долго, давая развернутое определение все новым и новым понятиям. Если вопрос очень сложный, то примерно так и делается; если - не очень сложный, то ограничиваются определением исходных и первичных понятий. Однако, когда определена совокупность исходных понятий, тогда встает задача по терминологическому определению этой совокупности.

Уместно обратить внимание на то, что в новое понятие вводятся такие элементы, которых не было в старых понятиях. Это означает, что новое понятие - это не только совокупность старых понятий, но и введение в него новых элементов, которые не были существенными для старых или вообще отсутствовали в них. Если теперь сравнить содержание нового и старых понятий, то окажется, что они почти полностью идентичны - но только почти, что и делает совокупность старых понятий новым знанием.

При поиске обобщенного понятийного определения, т. е. ответа, можно идти двумя путями:

  1. он находится в нашем прошлом знании;
  2. если его нет в прошлом знании, создается новое понятийное определение.

Процедура такова: находится новое понятийное определение, сравнивается с имеющимся, заложенным в вопросе, и если оно полностью совпадает, то принимается как истинное; если не совпадает или совпадает частично, то отбрасывается как неверное. Есть такие элементы в понятии, которые сразу же отсекают возможность введения их в новую совокупность понятий. Если понятие известно, как в кроссворде, то в наличии имеется простой информационный вопрос, если не известно, то он приобретает статус проблемы, задачи.

Таким образом, ответ - это процесс нахождения, определения нового обобщенного понятия, а вопрос - искусство соединения в себе некоторых старых понятий. Однако необходимо подчеркнуть, что речь идет не о простом соглашении людей, договаривающихся между собой о том, как они будут называть совокупность старых понятий; если посмотреть вглубь этого процесса, то можно сразу заметить, что речь идет об отражении в новых понятиях постоянно развивающейся объективной реальности.

СодержаниеДальше

наверх страницынаверх страницы на верх страницы









Заказать работу

© Библиотека учебной и научной литературы, 2012-2016 Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования