В библиотеке

Книги2 383
Статьи2 537
Новые поступления0
Весь каталог4 920

Рекомендуем прочитать

Хоффер Э.Истинноверующий
Имя американского мыслителя Эрика Хоффера (1902-1983) все еще остается недостаточно известным нашему читателю. Его первая и, по-видимому, самая значительная из опубликованных им девяти книг - Истинноверующий, - представляет собой размышления о природе массовых движений.

Полезный совет

Если Вам трудно читать текст, вы можете увеличить размер шрифта: Вид - размер шрифта...

Алфавитный каталог
по названию произведения
по фамилии автора
 

АвторАверьянов Л. Я.
НазваниеПочему люди задают вопросы?
Год издания1993
РазделКниги
Рейтинг2.80 из 10.00
Zip архивскачать (200 Кб)
  Поиск по произведению

Глава V. Логическая природа вопроса

Подход к истине

На основании нашего исследования мы имеем все данные для доказательства положения о том, что аксиоматические посылки представляют собой положительный ответ на вопрос, который принимает форму суждения. Задавая вопрос и предлагая оценить концептуально-гипотетическое знание, мы тем самым пытаемся установить некоторую общность наших понятий, их определенное содержание. Если мы задаем вопрос: "Скажите, пожалуйста, вы согласны с тем, что все люди смертны?", то этим самым пытаемся установить единое понимание терминов "люди", "все", "смертны" и истинность концептуального суждения "все люди смертны". Если мы получаем положительный ответ, то данное концептуально-гипотетическое положение превращается в утверждение (и суждение) о том, что "все люди смертны".

Однако в силлогизме: "Все люди смертны - Сократ - человек - значит, Сократ смертен", вывод уже известен или его необходимо было сделать. Если вывод был известен, то силлогизм представляет собой развитие понятий "Сократ, "смертен", "человек". Если вывода не было, то посылки соединяют понятия: "все", "люди", "смертны", "Сократ", "человек". Если задают вопрос: "Сократ смертен ли?", то для доказательства необходимо развернуть это понятие и представить его в некотором силлогизме. Практически любое суждение сеть вывод из двух других суждений, и всякий раз каждый из них принимает классическую форму: если S, то Р, т. е. форму простого силлогизма. Так, например, суждение: "Все люди смертны" выводится из такого силлогизма: "Все живые существа смертны - все люди живые существа - значит все люди смертны". Можно пойти еще дальше, разложив на отдельные и такое суждение: "все живые существа смертны" или "все люди живые существа" и так можно в принципе до бесконечности. Бот почему можно сказать, что каждое понятие по существу содержит в себе все человеческое знание и всю историю его существования.

Таким образом, переход от вопроса к вопросу происходит лишь через суждение или через ответ, а от суждения к суждению - лишь через вопрос. Вопрос становится ответом и приобретает статус аксиоматической посылки, которая и позволяет оперировать им как суждением, но ответ не может стать вопросом. В формировании вопроса участвует некоторая совокупность прошлого знания, в которой понятийное содержание ответа входит своей частью в новое понятийное образование вопроса. И в цепочке вопрос-ответ-вопрос всегда содержится некоторое общее понятие для них Но сказать, что общие понятия объединяют посылки как элементы силлогизма, явно недостаточно. Необходимо показать, каким образом в силлогизме одно понятие переходит в другое, или вернее понятие первой посылки переходит в понятие второй посылки. При этом следует исходить не из одного ключевого понятия, а их понятийного образования посылки, в котором каждое подпонятие имеет свою относительную независимость и самостоятельность. Когда мы говорим: "Сократ смертен", то в этом понятийном образовании каждое понятие сохраняет свою относительную самостоятельность и независимость.

Возникает противоречие, как при сохранении относительной независимости по элементам вместе они образуют некоторое самостоятельное единство и целостность. Так, например, в процессе вопросно-ответных отношений мы установили, что "все люди смертны". Но это понятийное образование по существу содержит в себе три подпонятия: "все", "люди", "смертны", каждое из которых самостоятельно может принимать различные значения в разных ситуациях - в сочетании с другими понятиями (поскольку понятия не могут существовать изолировано друг от друга и поскольку они приобретают значение только в системе других понятий). Однако лишь при сохранении относительной самостоятельности они могут играть свою роль в образовании нового целого и его изменения.

Свою самостоятельность они сохраняют как целостные понятия, а в понятийном образовании они выступают лишь какой-либо своей частью. И в самом деле понятие "все" относится не только к людям, понятие "люди" связано не только со смертностью и понятие "смертны" характеризует не только людей. По отношению друг к другу они повернуты лишь одной своей стороной, - именно той, которая и составляет их некоторое единое целое, а именно новое понятийное образование: "все люди смертны". Но в любой другой момент эти понятия могут повернуться иной гранью: "все люди живые существа". Но именно данное свойство и позволяет им постоянно переливаться из одного состояния в другое и создавать тем самым новые понятийные образования.

К примеру, можно привести аналогию с калейдоскопом, в котором сохраняется постоянное количество стеклышек: при повороте трубы, т. е. в результате смены их расположения по отношению друг к другу и к зеркалам, получается каждый раз новое сочетание цветов, которое может быть бесконечным. В понятийных образованиях все обстоит сложнее, понятия не только соединяются, но и входят друг в друга, переливаются, переходят одно в другое и т. д. При переходе друг в друга понятия образуют дополнительно подпонятия - понятие "все люди", понятие "все смертны", понятие "люди смертны".

Графически это можно выразить таким образом.

Но опять же понятие: "все люди" состоит из двух понятий: "все" и "люди"; понятие "все смертны" так же состоит из двух понятий: "все" и "смертны"; и понятие: "люди смертны" так же состоит из двух понятий: "люди" и "смертны". Такое представление понятий имеет весьма важное значение: первое - они все автономны; второе - все вместе они образуют новые понятия в различных сочетаниях; и третье - благодаря этому сочетанию они текучи, т. е. могут спокойно переходить из одного понятия в другое.

Мы задаем вопрос: "Скажите, пожалуйста, является ли Сократ, человеком?" Тем самым в вопросе закладывается, что понятие: "Сократ" и понятие "люди" - одно и то же понятие, что они включают друг друга и составляют таким образом единое понятийное образование. В свою очередь отвечающий должен ответить или "да" или "нет", т. е. согласиться с данным концептуальным положением или отвергнуть его. Если он соглашается с тем, то понятие: "Сократ" входит в понятие "люди", то тем самым он сразу же включает их и в понятие: "люди смертны", поскольку в общем понятии: "все люди смертны" понятие "люди смертны" составляет его подпонятие. А если это так, то понятие "Сократ" через понятие: "люди" входит в понятие: "смертны", поскольку понятие: "люди" входит в понятие: "люди смертны", а понятие: "смертны" входит в понятие: "все", вернее образует с ним единое понятие. И таким образом понятие: "Сократ" входит в общее понятие: "все люди смертны". А отсюда естественно следует вывод, что Сократ обладает теми же качествами, что и понятие: "все", т. е. такой же как и все в рамках понятия: "люди" и понятия "смертны".

Логический вывод из аксиоматических понятий был возможен только потому, что все они согласно нашей договоренности, образуют единое понятие. Конечно, как только речь начинает идти о договоренности, то тем самым сразу же происходит упрощение рассуждений. На деле сами понятия, их соотношение не суть изобретение человеческого ума или простое соглашение людей о том, что и как называть. Понятия отражают реальность, и если мы не будем следовать за ней, то можно прийти к неправильным выводам, т. е. они не будут соответствовать реальности, хотя логически будут правильно построены.

Сложность заключается в другом - именно в том, как определить соответствие понятий тем предметам и явлениям, которые они отражают. В свою очередь эти можно сделать лишь тогда, когда мы развернем систему вопросно-ответных отношений. Более того, в плане нашего исследования можно обоснованно сказать о том, что силлогизм - это не просто соотношение суждений, а в скрытой форме - соотношение вопросов и их логическое развитие. В развернутом (и в чистом) виде вышеприведенный силлогизм можно представить следующим образом: "Скажите, пожалуйста, считаете ли вы, что все, абсолютно все, люди смертны, т. е. по достижении определенного возраста они должны обязательно умереть, и нет случая, чтобы нашелся хотя бы один человек, который не умер бы и ныне продолжал жить, т. е. пить, есть, ходить, говорить как и все люди?" В данной серии вопросов уточняются понятия - "все", "смертен", "люди", дается их предельно возможная исключительно однозначная интерпретация. Их можно было представить в серии вопросов, как мы это сделали ранее, а можно и в одном вопросе, как это сделано в данном случае.

Если отвечающий согласен с тем, что все люди смертны и повторяет все сказанное в уточняющих вопросах (т. е. нет ни одного человека, который бы не умер и т.д.), то тем самым не только подтверждает концептуальное положение, выдвинутое в вопросе, но и определяет его аксиоматичность.

"А если это так, то считаете ли Вы, что Сократ - человек?". Данным вопросом спрашивающий предлагает отвечающему подтвердить или опровергнуть концептуальное положение о том, что Сократ человек, и тем самым включить его в понятие "люди", "все люди" (и др.), установленное в предыдущем вопросе как аксиоматическом. Отвечающий соглашается, что действительно Сократ - человек; тем самым он устанавливает и второе аксиоматическое положение - то понятие, которое входит в первое понятие.

"А если это так, - продолжает спрашивающий, - то смертен ли он, как и все люди, или же он не является смертным?" В данном случае отвечающий подводится под противоречие. Если он ответит: "Нет, не является смертным", то он сам себе противоречит, поскольку уже установлено, что понятие "Сократ", "все", "люди" и "смертны" принадлежит к общему понятию.

Знаменитые диалоги Платона построены именно таким образом. Если их внимательно прочитать и проанализировать, то можно увидеть очень четкую структуру перехода от вопроса к суждению, когда суждение, заложенное в вопросе и представленное собеседнику в виде некоторого возможного знания, превращается путем согласия собеседника в аксиоматическое знание, служащее основой для дальнейшего рассуждения. И так до бесконечности. Постоянно повторяя одну и ту же схему: вопрос, превращение его в аксиоматическое знание посредством получения ответа, и снова вопрос, можно каждый раз получать принципиально новое знание, то новое знание, которое содержится в каждой аксиоматической посылке. Для наглядности рассмотрим небольшой отрывок из диалога Сократа с Симмием (из "Федона").

"... Скажи как мы рассуждаем: смерть есть нечто?

- Да, конечно, - отвечает Симмий.

- Не что иное как отделение души от тела, верно? А "быть мертвым" - это значит, что тело, отделенное от души, существует само по себе? И что душа, отделенная от тела, - тоже сама по себе? Или, быть может, смерть - это что-нибудь иное?

- Нет, то самое,- сказал Симмий.

- Теперь смотри, друг, готов ли ты разделить мой взгляд. Я думаю, что мы сделаем шаг вперед в нашем исследовании, если начнем вот с чего. Как по твоему, свойственно философу пристрастие к так называемым удовольствиям, например, к питью или еде?

- Ни в коем случае,- отвечает Симмий.

- А к любовным наслаждениям?

- И того меньше!

- А к остальным удовольствиям из числа тех, что относятся к уходу за телом? Как тебе кажется, много ли они значат для такого человека? Например, щегольские сандалии, или плащ, или другие наряды, украшающие тело,- ценят они подобные вещи или не ставят их ни во что, разумеется, кроме самых необходимых? Как тебе кажется?

- Мне кажется, ни во что не ставят. По крайней мере, если он настоящий философ.

- Значит, вообще, по-твоему, его заботы обращены не на тело, а почти целиком - насколько возможно отвлечься от собственного тела - на душу?

- По-моему там.

- Стало быть, именно в том прежде всего обнаруживает себя философ, что освобождает душу от общения с телом в несравненно большей мере, чем любой другой из людей?

- Да, пожалуй.

- И, наверное, Симмий, по мнению большинства людей, тому, кто не находит в удовольствиях ничего приятного и не получает своей доли, и жить-то не стоит? Ведь он уже на полдороге к смерти, раз нисколько не думает о телесных радостях!

- Да, ты совершенно прав".

Далее Сократ говорит о том, что если философа не интересуют телесные удовольствия, то смерть не представляет собой ничего страшного, как для обыкновенного человека, когда мысль расстаться с телом останется одна и тем самым наилучшим образом постигает истину и т. д.

Подобный метод, стиль, форма рассуждения характерны не только для Сократа. Это - единственно возможная форма мышления и доказательства каждого нормального человека. Подобные рассуждения осуществляются по следующей схеме:

  1. построение вопроса на основе своих аксиометрических знаний, основанных, в свою очередь, на прошлом индивидуальном опыте;
  2. изложение этого вопроса, своего концептуально-гипотетического знания, собеседнику для подтверждения или не подтверждения;
  3. создание на основе согласия с ним для обоих аксиоматического положительного знания, т. е. формулировка нового вопроса;
  4. высказывание этого нового вопроса собеседнику с целью получения его подтверждения и т. д.

Именно по такой схеме построен вышеприведенный диалог Платона, и каждый может самостоятельно в этом убедиться проанализировав его по предложенной схеме.

СодержаниеДальше

наверх страницынаверх страницы на верх страницы









Заказать работу

© Библиотека учебной и научной литературы, 2012-2016 Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования