В библиотеке

Книги2 383
Статьи2 537
Новые поступления0
Весь каталог4 920

Рекомендуем прочитать

Турен А.Возвращение человека действующего. Очерк социологии
В книгу вошли теоретические исследования А. Турена - известного французского социолога, критика классической социологии.

Жалобы и предложения

Напишите нам свои впечатления о библиотеке Университета и свои предложения по ее улучшению [email protected].
Алфавитный каталог
по названию произведения
по фамилии автора
 

АвторГимбутас М.
НазваниеЦивилизация Великой Богини: Мир Древней Европы
Год издания2006
РазделКниги
Рейтинг0.68 из 10.00
Zip архивскачать (15 436 Кб)
  Поиск по произведению

Глава VII
Религия богини

Судя по несметному количеству изображений, доставшихся нам от доисторической Евразии, источником древнейших религиозных переживаний было великое таинство женской животворящей силы созидания. Великая Богиня-Мать, из священного мрака утробы которой исходят все творения, была метафорой самой Природы, вселенского источника лизни и смерти, постоянно обновляющегося в непрерывной смене жизни, смерти и возрождения.

Археологи находяточеньдревние кремневые изображения женщин и животных, которые датируются ашельским периодом нижнего палеолита, т.е. изготовлены более 500 000 лет назад'. Начиная с мустьерского периода среднего палеолита (от 100 ООО до 40ОО0 лет назад) над заххорнениями стааи устанавливать камни треугольной формы и вырезать чашевидные знаки. Эта древнейшая религиозная символика еще не была систематически изучена; ббльшая часть исследований обращена к периоду верхнего палеолита (от 40 000 до 10 000 лет назад).

На период верхнего палеолита пришелся настоя­щий творческий взрыв огромный объем наакаалной живописи, каменной резьбы и скульптур. Пещеры, в которых можно видеть эти изумительные рисунки и резные изображения животных, были святилищами; там проходили сезонные и инициационные ритуалы и другие обряды, связанные с сакральным циклом бытия 2 . Между 27000 и 25000 гг. до н.э. появляются миниатюрные скульптуры разнообразных божеств из камня, рога или кости. Около трех тысяч подобных статуэток было найдено на пространстве между Южной Францией и Центральной Сибирью 3 . Богатство материала позволяет приблизительно установить их символическое значение, а различие (Ьоом жестов и атрибутов в сочетании с данюши о месте их обнаружения, классифицировать их типы отражающие различные ипостаси и функ

Древнейшие из вырезанных на скалах символов, каки изделия изрога и кости, являются прямым следствием глубочайшей веры в Богиню-дарительницу жони, источник всего сущего, которая, однако, может принимать разные обличия. Начиная с 25000 г. до н.э. ее изображения уже наделены грудью, вульвой и ягодицами огромного размера: так выделяются юны излучения ее детородной мощи. Изучение симюлики палеолитического искусства показывает, что вэту эпоху созидающее божество было именно женским, а не мужским. Более того, во всем палеолити­ческом искусстве нет ничего, охожего на фигуру |0тца Вынашивание и вскармливание потомства —первичная модель образа Богини, источника всего живого.

Вырезанные из слоновой кости или мягких каменных пород миниатюрные женские статуэтки не были ни «Венерами», хоть их часто так именуют, ни «амулетами плодовитости», предназначенными для стимуляции мужской сексуальности. Их роль была намного важнее: они давали жизнь и оберегали ее, приносили смерть и обеспечивали возрождение. Богиня олицетворяла собой все формы и проявления постоянно обновляющегося жизненного цикла. Мы истолковываем ее функции, опираясь на тщательное изучение атрибутов этих древних скульптур: их поз, жестов, головных уборов и соответствующей религиозной символики. Многообразие способов репрезентации женского божества, остававшегося актуальным на протяжении многих тысячелетий хорош о прослеживается на примере сохранившихся верхнепалеолитических артефактов.

Иконография Богини данного периода включает в себя несколько типов символических изображений абстрактного или иероглифического характера: знаки в виде « X » и « V », треугольники, меандры и т.д.; более предметные изображения в виде вульвы, грудей и птичьих лапок; символические изображения животных, воплощающие различные ипостаси Богини и ее могущества. Эта иконография культа Богини в общих чертах сохранилась и после возникновения земледелия, но, конечно, в более развитом виде что соответствовало изменению экономических : условий.

Эпоха неолита ознаменовала новый расцвет твор­ческого самовыражения. Благодаря изобретению керамики (ок. 6500 г. до н.э.) на свет появились тысячи глиняных статуэток и сосудов, храмы и их миниатюрные модели, стенные росписи, рельефы и бесчисленные предметы обрядового назначения. Арсенал религиозных символов стократно возрос, что дает обширный материал для дешифровки иконографии Богини. Более того, символические образы Древней Европы (6500-3500 гг. до н.э.) главный ключ к религии эпохи палеолита, поскольку для многих из них характерна преемственность традиции. Реконструкция этой символической системы была нами предпринята в книге «Язык Богини» 4 .

Статуэтки различных воплощений Богини могли быть отчетливо изобразительными, включая детальное воспроизведение ее одеяния и головного убора, или же предельно схематизированными. Не исключено, что последние имели вотивный характер или же служили амулетами. Статуэтки, как правило, находят в святилищах на алтарях, на платформах у пе­чей, в специальных местах для приношений, а также в пещерах и в могилах. Нередко бывает, что археологи обнаруживают целый склад такого рода фигурок, хранившихся в сосуде или же составленных в миниатюрную «картину» того или иного аспекта культа. Очевидно, что подобные группы использовались для проведения ритуалов. Непрерывное изготовление статуэток говорит о том, что это был своего рода энергетический процесс, в который были вовлечены все участники ритуала.

Среди статуэток можно выделить по крайней мере 20 типов женских и 5 типов мужских как антропоморфных, так и полуантропоморфных-полузооморфных изображений в различных позах и с разными чертами лица, масками, головными уборами и сопутствующими символическими изображениями. Подобные образы также можно видеть на стенах храмов и пещер или на стенках сосудов, в виде рельефов или рисунков.

Категории , функции и символы различных божеств

Многочисленные категории, функции и символы, к которым обращался доисторический человек в стремлении выразить Великое Таинство бытия, есть лишь различные проявления одной единой и неделимой Богини, а в конечном счете самой Природы.

В соответствии с установками данного исследо вания я различаю четыре основных категории бо жеств. 1) Богиня, олицетворяющая производитель ные силы природы. Под эту категорию подпадают все проявления Богини какжизнедарительницы, покро вительницы размножения, хранительницы жизни. 2) Богиня, олицетворяющая разрушительные силы природы, Богиня смерти, предстающая в виде стол бообразной фигуры, ядовитой змеи или хищной пти цы — грифа, совы, ворона или вороны. 3) Богиня воз рождения и регенерации, которой подчинены жиз ненные циклы всего природного мира. Она являет себя в символических образах, ассоциативно связан ных с маткой, лобковым треугольником или эмбрио ном: это может быть жаба, лягушка, еж, бычья голо ва, треугольник и двойной треугольник Порой она также предстает в виде насекомого — пчелы, бабоч ки, мотылька. Поскольку смерть и возрождение не разрывно соединены как части естественного природ ного цикла то Богини смерти и возрождения неред ко выступают как единое божество что подчеркивает синхронность и взаимозависимость циклических функций. 4) К. последней категории относятся немно гочисленные доисторические божества мужс ко го пола составляющие 3-5% от обшего скульптурного наследия неолита* ™>щс vuqm урно о

Богиня-производительница, дарительница жизни, повелительница животных и растений

Палеолитическая и неолитическая Богиня пр] ногенетична: она творит жизнь из самой себя. Нею торые культурные вариации этой первобытной амоо зачинающей «богини-девственницы» сохранились] наших дней: христианская Дева Мария — это тая божество, только несколько пониженное в Если древние люди и осознавали роль отцовства, нет никаких археологических данных, что они npi давали ей значение. Артефакты достаточно ясного ворят о том, что женская способность рожаты вскармливать детей почиталась священной и б i объектом поклонения как самый близкий аналог жественного Творения.

Далеко не всегда Богиню изображали полност для доисторических эпох характерна передача га частей ее тела, которые были источником порождай щей силы: вульвы, лобкового треугольника, яга и груди. Довольно было вырезать изображение ву вы на камне, или найти булыжник в форме треутш ника, или смастерить из кости амулет в форме щ или ягодиц: так символически обозначалась мощь производительной силы.

Попытки объяснить, откуда взялись эти изобр жения вульвы, груди и ягодиц, привели к вонии новению самых фантастических гипотез, которьк большинстве случаев отражают лишь взгляды члоовека XX века. Так, согласно одной из них, «задение искусства» около 30 О00 лет назад былоо воцировано любовной игрой — прикосновениями половым органам, ягодицам, груди, — что и посл жило толчком к появлению художественного воррчества 5 . Но думать, что значение этих палеолиталических символов сводилось к эротическому стимулированию мужской части человечества, значит полностью игнорировать их религиозный и собственный контекст. В первую очередь следует присмотреться к тому, как они изображены, какие cимволы их сопровождают и сколь долгим было ИХ СУществование.

Символические изображения вульвы характерно не только для эпохи ориньяка: их можно проследить от верхнего палеолита через неолит вплоть до щ ного и бронзового века. Обычно это божествены треугольник, ромб или овал, нередко сопровожда! щийся водными символами — меандрами, а ми, волнистыми параллельными линиями; или) ее изображают в виде семени, как точку в цн замкнутого пространства. Иногда ее заменителем новится побег растения (у некоторых неолитиче статуэток на месте вульвы — веточка или дер почками).

  • * Мужское божество функционально присутствует в религиозных отправлениях в виде фаллоса и фаллических изображ-| ний, но может быть включено в изображение богини, указывая на андрогинность божества. Прим. ред.

Рис. 7-1 Изображения рожениц в стенной росписи и в скульптуре.

•  Стенная роспись из храма Чатал-Хюкжа, VII тыс. до н.э.

•  Богиня-роженица, изображенная в сидячей родовой позе. На ней антропоморфная маска, на спине три линии. Ранний период культуры сескло, Ахиллейон II , Фессалия, Греция, ок. 6300-6200 гг. до н.э.; высота 6,4 см.

Рис. 7-2 Мальтийская Богиня-роженица: поднятые вверх ноги, тяжелый живот и рука на разбухшей вульве говорят о том, что она вот-вот родит. Девять линий у нее на спине, возможно, озна­чают девять месяцев беременности. Храмовый период Мальты, Хагар-Ким, конец IV тыс. до н.э. Представлена в реконструированной форме(найдена с поврежденным лицом и пра­вой рукой); высота 7 см.

Во всем доисторическом искусстве вульва репре­зентируется не как пассивная передаточная инстан­ция, но как источник жизни. Это космическое чрево подобно распускающемуся бутону; оно всепорождаю-ще и служит вместилищем всех жизненных сил. Скульптуры, воплощающие генеративную мощь Бо­гини, всегда снабжены большой вульвой или лобко­вым треугольником. Так, у изображенной в позе ро­женицы Богини-родительницы укрупненная, набух­шая вульва (рис. 7-1). Этот тип хорошо представлен в палеолитическом и древнеевропейском искусстве, в том числе в некоторых мальтийских образцах (рис. 7-2). Не исключено, что к нему же относятся и отдель­ные изображения вульвы и узора в виде семян, кото­рые могли также играть роль амулетов, особенно в тех случаях, когда они парные.

Мать-дарительница жизни, мать-роженица могла иметь как антропоморфное, так и зооморфное об-личие. Ее основные воплощения — олениха, лосиха и медведица: об этом можно судить по многочислен­ным скульптурам беременной оленихи (рис. 7-3), матери-медведицы, держащей своих медвежат, обря­довым сосудам и рельефам в виде этих животных, а также по той важной роли, которая им отводится в мифах. Древнейшие свидетельства поклонения оле­ню восходят к верхнему палеолиту и мезолиту. В Эль-Хуио, к востоку от Альтамиры (Северная Испания), найдено захоронение оленя, который 14 О00 лет назад был уложен в яму яйцевидной формы и присыпан сверху охрой, а также комками сиреневой, оранжевой и красноватой глины, оленьими рогами и другими предметами6. В Стар-Карре (Англия) были найдены оленьи рога и часть черепа использовавшаяся в ка­честве головного убора во время исполнения риту­альных танцев; она датируется 8000-7500 гг. до н.э. 7 Подобные танцы с рогами оленя или лося сохрани­лись до наших времен На алтарях и в захоронениях VII тыс. до н.э. в Лепенски-Вире были обнаружены оленьи рога черепа и лопатки которые по-видимоMV были призваны умножать жизненную с илу и ре-генерацию (см раздел «Погребальные практики») Костяные трости с искусно вырезанными головами лосихи были найдены вШвянтойи (Литва) непода-леку от Балтийского побережья (рис 7-4) а также в одной из пешер Габан в Севернои Италии датирую щейся Утыс ло н э ¦ их возпаст повышает пять ты сяч лет 8 ных Матери лосихе Тсидятяя пГатяя Бпгин« изображена такжена минойскихпечятяГи нянеко торыхГптелГк™ ZmZTiJ ™ шZ Ъ~ падной Европы Р

Представление о Матери-оленихе как о пррвисточнике жизни оставалось в высшей степени астральным на протяжении многих тысячелетий. В евро пейском фольклоре, в особенности ирландском и шш ландском, можно и теперь встретить упоминагш божественного оленя и богинь-олених. В Северно! Азии по сей день существует поверье, что берммен­ная олениха рожающая Богиня-матерь. Эвенк представляют себе Матерь мира в виде важенки северного или обычного оленя. Греческая Артемида ткж могла представать оленихой или медведицей.

Функцию медведицы как символа материнш можно отчетливо проследить в скульптурном несле­дни культуры винча V тыс. ДО н.э., где она имеет т. «мадонны» в медвежьей маске с медвежонком наруках (рис. 7-5) или кормилицы с заплечной торбойв ребенка (рис. 7-6). Кроме того, сохранилось довагц но много фольклорных упоминаний медведя-перво-| предка и медведицы, которая дает начало новой т\ ни. В Литве роженицу по сей день называют «медж-дицей». В восточнославянских землях вплоть доШ сохранился обычай укладывать новорожденного ш медвежью шкуру. Этот обычай был описан Порфрием еще в III в. н.э.9 Кельты поклонялись DeoAriio , что по-видимому можно расценивать как еще ояи1 пример существования культа Богини-медведи уже в историческую эпоху. С медведицей может ж! социироваться и Богородица: так, на Западном Кри­те 2 февраля отмечается как день «Медвежьей Богсматери» (« Panagia Arkoudiotissa » V ° Медвелииа-Аип! мида стала христианской Богородицей в об,™ медведицы

Эта древняя Богиня может также представать! окружении животных мужского пола, о чем еик* тельствуют изображения из Чатал-Хюкжа, где ее со­провождают два леопарда* (рис. 7-7), псы и друга животные. В данном случае она выступает как «По­велительница животных» (« Potnia Theron »): этот об­раз известен по более поздним минойской и микен­ской культурам, а также на примере класиической Греции. Судя по стенным росписям Чатал-Хююш минойским фрескам XVI в. до н.э., и в особенно™ тем, что найдены на острове Тира, она была не тш\ ко покровительницей родов, но воплощением при­родного плодородия. На фресках и минойских печа­тях ее можно видеть стоящей в окружении псов и львов. На одной из фресок о. Тира она восседает № троне, поставленном на трехъярусном помосте, пое сторонам — крылатый грифон и обезьяна. Вокруг цветущие холмы на которых девушки собишхп крокусы и в корзинах подносят Богине (рис 78). Похожие пейзажи можно видеть на гаосскихфе» ках: река, холмы, изобилие диких растений и животных, которые так и лучатся жизненной силой, безусловно, все это связано с глубо­ким почитанием природного мира. На древнегреческих сосудах VII и VI вв. до н.э. Артемиду изображали в окружении животных, птиц и мощных энергетических знаков — за­витков, свастик, поднимающихся вверх змей; а во чреве у нее — рыба.

Часто повторяющееся заблуждение. Наряду с козлами, быками, баранами, спутниками Богини были гепарды, единттве-ные крупные кошки, которые были одомашнены для степной охоты. Прирученные гепарды существовали при княжескш царских дворах вплоть до Нового времени в Иране; в России с «пардусами» — так их называли охотил л сь ь ри и воре Алекса Михайловича, а в предшествующую эпоху их держали при дворе киевских князей. — Прим. ред.

Рис. 7-3 Священное животное Богини в ипостаси роженицы — олень, чьи изображения встречаются часто и достигают высокого уровня исполнения. Этот зоо­морфный сосуд, использовав­шийся как лампа при соверше­нии связанных с рождением ритуалов, свидетельствует о на­личии связи между оленем, ме­сяцем или змеей и узором из тройных полос. Белая роспись на красном фоне. Культура ка-раново I , Мулдава, Централь­ная Болгария. Начало VI тыс. до н. э.; высота ок. 50 см (от ко­пыт до кончиков рогов).

Рис. 7-4 Ритуальные посохи из оленье­го рога, заканчивающиеся голо­вами лосих. Швянтойи, затоп­ленное поселение, площадка 38, неподалеку от Балтийского моря, Литва. Конец IV тыс. до н. э.; высота 42 5 см и 40 см.

Мать-земля, беременная Богиня земледелия

Начиная с эпохи верхнего палеолита появляются изображения Богини, в которых символически воплощается ее плодовитость. Это натуралистически переданные женские фигуры с руками, покоящимися на округлившемся животе: по-видимому, беременность уподобляется плодородию засеянной земли и всех ее творений. (Превосходный тому пример рельеф с изображением обнаженной женщины, обнаруженный у входа в пещеру в Лосселе на юге Франции.) Чрево Богини ассоциативно связано с пещерами и холмистой местностью. Для собирателей эпохи палеолита изобилие, источником которого являлось ее тело, и было урожайностью. Перед тем, как стать матерью окультуренных зерновых, она считалась родительницей всех диких растений.

В начале эпохи неолита это (уже тогда очень древнее) божество превратилось в богиню земле­делия, прародительницу и хранительницу всех плодов урожая, в особенности зерна и хлеба (рис. 79). Культ Матери-земли, которая беременна по весне и разрешается от бремени урожаем, когда ее отягощенные плодами лозы пере­резают как пуповину, давая повод для осенних праздников,этому культу много тысяч лет. Вера в то. что силы земли сконцентрировав ны в холмах возвышенностях скалах и деревьях; признательность и глубочайшее почтение к земле-кормилице питающей все живое а также потребность по­средством ритуалов принимать участие в священном круговороте природы — все это не vtdsthjio своей силы п ри переходе от до­исторических к историческим временам Начиная с эпохи неолита ей возводили жертвенники

Судя по некоторым сохранившимся фольклорным мотивам и доисторической символике, можно предположить, что беремен­ность земли, как и беременность женщины, была окружена уважением. В славянских землях вплоть до XX в. существовало поверье, что нельзя бить землю или плевать на нее, поскольку это вызовет у нее слезы. Беременной земле необходимо оказывать почет и всяческую помощь, способствовать росту новой жизни. Неолитические скульптуры беременной Богини были украшены символами жизненной энергии: спиралями змеями, двойными линиями и знаком четырех углов Последний следует выделить как особо характерный: он родственен обычаю

Рис. 7-5 Мать или кормилица в sis вежьей маске с ребенком Ш| ках. Терракота, культура вии ок 4500 г. до н.э., ФафосЬ совска-Митровица,Ю* Югославия; высота 5,7 см.

Рис. 7-6 «Божественная кормилица» с заплечной сумкой. В ее массивной пял ной маске угадываются черты медведицы или птицы (как и последняя, она имеет рта). Поздний период культуры винча, Чуприя, Центральная Югаа вия, 4500-4000 гг. до н.э.; высота 9,2 см.

Рис. 7-7 Восседающая на леопарде •Владычица животных» с леопардсиком на руках. Терракота, | Хшилар, анатолийский неолит, дом Q , VI , начало VI тыс. и н.э.; высота 13,5 см.

Рис. 7-8 Приблизительная реконструкция целой комнаты храма в Акротири, о. Тира. Стенная росписью втором уровне представит «Владычицу животных», а нижняя роспись, — возможно, шой-тоинициационный об-ри. XVI I. дд о.э.

Рис. 7-9 Беременная Богиня в виде Матери-земли участвует в какой-то ритуальной сцене: она сидит перед резервуаром в центре открытой (без верха) модели святилища и принимает предназначенные ей возлияния. Рядом с ней — статуэтки молодых и стройных женщин, возможно — участниц ритуала чей танец призван стимулировать Мать-землю. Кукутенская В1 Гелайешти-Недя, Северная Молдавия,

Рис. 7-10 Священное животное Материземли — свиноматка, символ плодовитости. Ее скульптурные изображения в форме сосудов появляются в эпоху раннего неолита и продолжают существовать вплоть до конца бронзового века. Хаджилар IV , Центральная Анатолия, середина VI тыс. до н э ; высота 26 см длина _ в восстановленномвиде-40см. засевать зерно на четыре cropos света.

На протяжении не менее ни ми тысячелетий священным живо ным Матери-земли была свш возможно, в силу ее быстрого р та и увеличения веса, а также чре вычайной плодовитости, кооррн служили аналогом изобилык урожая. Глиняные статуэтки с ней датируются началом эпс неолита и более поздним времене (рис. 7-10). В культурах винча караново ( Утыс . до н.э.) ветре ются свиные маски, а также щ мониальные сосуды, крышки торых выполнены в виде син голов. У многих из них в ушах б] серьги. Церемониальные сосул свиные головы с антропоморф ми чертами указывают на то, п мощь Матери-земли воплощали именно в свинье. Так, в Сирии 6 i обнаружено небольшое СКУЛЬПТУР ное изображение III тыс. д<ш восседающей на троне богини головой свиньи (в настоящее q мя находится в Париже в JIvrm Очень изящный мраморныйЗ в (Ьорме свиньи был найдена Кикладах: он восходит к этому* периоду Маски и церемониальш с осу ды указывают на существом ние особых праздников ска! всего, связанных с посевом Z

приносить в жертву Матер и-земле черного поросен-и 12 . Существование такого рода обычаев свидетельствует о связи свиньи с плодородием полей. О тесной связи поросят и зерна говорят и встречающиеся вкультурах линейно-ленточной керамики и кукуте-ниУтыс. до н.э. их глиняные статуэтки, сплошь утыканные зернами (рис. 7-11.1, 7-11.2).

Не приходится сомневаться, что почитание Матери-земли оставалось неизменным от доисторических времен до греческих культов Деметры и Персефоны, римского поклонения One Консивии, древне-германского Нертус, балтийского Жемине или taec -мате, славянского Мать-сырой земле и т.д. Ее могущество было слишком древним и глубоко укорененным, чтобы его могли полностью уничтожить сменяющиеся патриархальные религии, в том числе х христианство. Она стала их частью и в Западной Европе продолжает быть известна под именами разных святых — Радегуны, Макрины, Вальпурги, Милль бурги и ряда других 13 . В других землях, особенно в

Восточной Европе, она слилась с образом Богородицы, Девы Марии.

Черная Мадонна та же Мать-земля: ее чернота есть цвет земного плодородия. Высшее чудо ежегодное возобновление ее способности к плодоноше­нию. Древние мистерии, которые, как в доисторические, так и в уже исторические тысячелетия, прохо­дили в пещерах, гробницах, святилищах и капищах под открытом небом, были призваны выразить при­знательность этой дарительнице жизни и кормилице и, благодаря ритуалу, причаститься к таинству земного изобилия.

Богиня-птица и ее символика

Богиня-птица появляется в облике птицы: у нее имеются клюв или заостренный нос, длинная шея, женская грудь (порой неестественно большого размера), крылья или крыловидные выступы и подчерк­нуто выделенные женские ягодицы с утиными, лебедиными или яйцевидными очертаниями. У нее час­то нет рта, а на голове может быть обозначена прическа или корона; она, как правило, изображена в сидячем положении, хотя верхняя часть туловища может быть, на птичий манер, наклонена вперед. Ее символы — меандры и шевроны, которые часто украшают не только ее тело, но и связанные с ней предметы. Множественные шевроны и символические изображения клюва и глаз — мотивы, характерные для посвященных ей сосудов.

Рис.7-11 ( I | Глиняная статуэтка свиньи с выгравированными на ней символами; иентральноевропейш культура линейногснточной керамики, Ншер-Вайзель, район [Фридберг,Обергессен, Геерания. Начало V тыс. I jo н.э.; высота 7 7м; | (2) глиняные статуэтки ней с вдавленными в хзернами. Ранняя курская (трипольская) щьтура. Ок. XLVIII | Х LV 1 вв. до н.э. ЛукаВрублевецкая, Верхний Днестр; длина 9 см.

Богиня-птица двойственна по своей природе. С одной стороны, она — дарительница жизни, благо­денствия, пропитания. С другой — смерть, имеющая вид грифа, совы или другой птицы, хищной или по­жирающей падаль. Красные птичьи лапы можно видеть как на стенах пещер эпохи палеолита, так и на красной расписной керамике эпохи неолита (прекрасный тому пример сосуды из Хаджилара, Цен­тральная Анатолия). Иногда этот мотив чередуется с изображениями треугольников. Так, у антропоморфных «песочных часов» вместо рук бывают птичьи лапы: этот мотив повторяется в пещерных рисунках и в росписи сосудов от Португалии до Румынии и Болгарии.

Считалось, что грудь Богини обладает особой магической силой: об этом говорит факт ее изображения на протяжении не менее двадцати тысяч лет. Начиная с эпохи верхнего палеолита на нагрудные украшения наносили связанные с Богиней символы: Х-образные и У-образные знаки, параллельные, а также двойные и тройные линии. Не исключено, что их носили как магические бусины, для поддержания жизненных сил и в качестве оберега. У палеолитических скульптур бывает подчеркнут только один я мент грудь. Такова, к примеру, костяная стагуэт из Дольни-Вестонице (Моравия) приблизите^ 24000 г. до н.э., которая имеет вид плоской дощеч с грудью, украшенной вырезанными на ней горио тальными линиями. У истинного шедевра палеоя тического искусства — статуэтки из слоновой км (ок. 23000 г. до н.э.), найденной в Лепюге (Южв Франция), аккуратно закругленная грудь имеетот ти такой же объем, что и ягодицы. Внимания удоси ваются только грудь и ягодицы, остальные же чм тела его не требуют, поскольку не столь важны1 данного божества 14 . Верхнепалеолитические риуу ки свидетельствуют о том, что эти магические и бражения груди ассоциировались именнос птицей. На выполненных черным углем рисунш! пещеры Пеш-Мерль (эпоха мадлен) изображении! наженные женщины с отвислой грудью, крохотк! ми крыльями и в птичьих масках. Поверх этихфц и во KDvr них гшочерчены параллельные линии -и называемые «макароны»: мотив, символическиса занный с идеей течения жизни или жизненной™ (рис. 7-12).

Неолитические скульптуры Богини-птицы в наделены большой грудью, либо декориоов близкими к ней символами — шевронами, меандр ми, параллельными и зигзагообразными линиям! «тройками». У них нередко обозначен ворота поперек щек — диагональные линии или более га рокие полосы. Одни и те же украшения и атриб} повторяются на протяжении тысячелетий. Втехо чаях, когда статуэтки не слишком схематичны, голове у них можно различить красивую причесх тюрбан или ленту. От культуры сескло (Греция) до нас дошли изумительно выполненные изобра­жения Богини-птицы с хорошо развитой грудью, длинной цилиндрической шеей, птицеобразной головой (с длинным, крупным носом и без рта), с аккуратно расчесанными волосами или с пучком (рис. 7-13). В культуре винча скульптуры Богини-птицы обычно были украшены разнообразными символическими знаками и имели характерные пятиугольные маски с острым носом отчетливо выделенными бровями и абсолютным отсутствием рта (см. рис. 3-20,3-21). Порой эти маски имеют безусловно утиные че ггг ы (рис 7-14) Кроме того среди наследия данной к ульту ры сохранились уникальные скульптурные изображения птиц с маской богини. Одно из н MY в KT деля ТОТИРРСЯ ТСЯЧРСТНО м исполнения было найдено в самом поселении Винча неподэлС-

Рис. 7-12 Верхнепалеолитическое изображение обнаженной женщины с отвисшей грудью, крыльями вместо рук и маской в виде птичьей головы; поверх него нарисованы «макароны». ПешМерль (Кабрере), Ло, Южная Франция; высота ок. 70 см. Рисунок сделан пальцами, возможно, в эпоху мадлен. Это изображение на 10 000 лет старше неолитических Богинь-птиц с большой грудью и птичьими головами или масками.

Рис. 7-13 Гмова Богини-птицы (вид с до сторон) с большим носом, пазами в форме кофейных зерти аакуратно уложенными в ртж волосами. Культура сескк^Ахиллейон, Фарсала. Обнаружена в святилище 5900— ]гг. до н.э. Ее восстановленный терракотовый торс см. врис. 7-47; высота ок. 15см.

Богиня-птица также могла иметь вид сосуда, покрытого орнаментом из шевронов, меандров и других символов; на его горлови­не изображалось ее лицо или маска. Огромный сосуд подобного типа высотой в 92 см и с росписью из красных шевронов был найден в ходе проводимых мной раскопок в святилище Анзы (Македония), раннего периода культуры винча, 5300-5000 гг. до н.э. (рис. 7-17). Ее лик изображен на горловине сосуда, включая ожерелье и пересе-кающие ее щеки диагональные полосы. Там же был обнаружен сосуд длиной в 60 см, своими очертаниями напоминающий водоплавающую птицу (рис. 7-18).

Представляющие Богиню сосуды нередко снабжены грудью; посередине каждой груди может быть отверстие-поиль­ник. Пример тому — сосуд III тыс. до н.э. из Маллии (Крит), сделанный в виде крылатой богини с птичь­им клювом, большими круглыми глазами, тюрбаном и отверстиями в каждой груди (рис. 7-19). Он полно­стью окрашен в белый цвет и расписан зигзагами, бороздчатыми полосами; на шее у Богини сразу четыре ожерелья. Можно предположить, что такого рода сосуд служил для возлияний в честь Богини.

Рис. 7-14 Богиня-птица в утиной маске и в короне; поздний период культуры винча. Она восседает на троне с резьбой ввидетрехлиний,на ней короткая курточка; ее таз — или передник — украшен шевронами, колени — спиралями, а ноги ниже колен — витыми линия­ми. Светозарево, Центральная Югославия. Ок. 4500 г. до н.э.; высота 16 см.

Рис. 7-15 Сосуд в виде утки из телля Винча; на ней маска с остроконечным носом (клювом), большие полууруглые глаза и уши — как учеловека. Тонкостенная терракота, светло-коричневая текпура, волнистая поверхность с черными полосами из битумного красителя, полая внутри, с терстием у хвоста. Классическй период культуры винча; сосуд найден в телле Винча (к истоку от Белграда) на глубив7,05. Начало Утыс. до н.э.; лина 36 см, высота 20,8 см.

Рис. 7-16 Птица с человеческой маской и «косичками». Верхушка и осношшеотбиты: не исключено, что яабыла прикреплена к большоиусосуду. Культура сескло, Ма!ущуозера Боэбис, район Стейиновикиона к северо-западу от I [Волос, Фессалия; вероятная дат RD 0 BK .3 конец VII тыс до н э Масштаб 1:1.

Рис. 7-17 большой сосуд-пифос, на горюшелик Богини-птицы 1швизображен рельефом, глаи-при помощи нарезной техшя). Под клювом проведены де красные диагональные полосы. Ожерелье также выполнено рееьефом. Тулово покрыто нарешым орнаментом и красными полосами, которые схоштся спереди треугольником. Ранний период культуры винча, to , Македония. 5200-5000 гт. »н.э.. высота 92 см.

Рис. 7-18 Сосуд в форме водоплавающей птицы. Ранний период культуры шча,Анза, Македония. 52005000гг. до н.э.; длина 60 см

Мотив груди существовал в древнеевропейском керамическом искусстве на протяжении тысячелетий, Снабженные грудью кувшины прекрасной отделки первой половины II тыс. до н.э. и более поздних эпох находят в Западной Турции, на Кикладах (в особенности на острове Тира) и на Крите. В Центрально Европе он присутствует на протяжении почти вся II тыс. до н.э., хотя в этот момент поклонение Боп не уже не имело всеобщего характера. Сосуды с щ дью и сопутствующая Богине-птице символика 1 торая отсылает к воде, к источнику жизни) очввд ным образом свидетельствуютотом, что Богинябы Кормилицей, способствовавшей поддержанию жи ни и приносившей удачу.

Изображения водоплавающих птиц гусей,» равлей, лебедей и других появляются в искусен верхнего палеолита в виде резьбы по кости и пещ ных рисунков. Водоплавающие птицы были важно частью пищевого рациона, а потому символизироа ли благоденствие. В сказках им приписывают­ся волшебные свойства, способность увеличи­вать или уменьшать удачу и достаток. В европейском фольклоре водные нимфы, которые чудесным образом выполняют разнообразную женскую работу (чаще всего прядут и ткут), имеют вид обнаженных женщин с отвислой грудью. Порой они являются одетыми, но их птичьи лапы все равно видны, а если припод­нять край их одежды, то окажется, что у них тело курицы, гусыни или утки. Они работают быстро и без устали, но, если их рассешшть могут приносить убыток (таковы поразительно архаические балтийские Лаумы). Благодаря их посредству влияние Богини множится и распространяется в народе.

Рис. 7-19 Антропоморфный сосуд син вом и женской грудью (в ш дой груди по отверстию в ш стве поильника), расписании белыми зигзагообразными™ лосами и параллельными л ниями; могильник Мант Восточный Крит. Ок. кош II тыс. до н.э.; высота 16 4о

Рис. 7-20 Камни с вырезанными на и схематическими фигурамияй цевидными ягодицами и, г правило, без головы (если н есть, то птичья), помеченни одной, двумя или более Л1 ми. Ла-Рош, Лалэнд, Дордои Южная Франция. Эпоха лен IV , ок. 10000 г. до н...

Рис. 7-21 Через 4500 лет такие же № видные ягодицы появились неолитических терракотовь 1 скульптур. У этой статуэш огромные яйцевидные ягош цы, затмевающие все оттив ные части тела. Культура стчево (кёрёш). Рёске-Лу; Юго-Восточная Венгрия,№ 5500 г. до н.э.; высота 11,5см

Священным животным Богини-птицы был баран: его символическая значимость восходит к эпохе раннего неолита, когда важную роль в пищевом рационе начали играть овцы, а на баранов, естественно, был спрос как на производителей. Археологи находят большое количество статуэток баранов с масками на мордах и символами богини. Бараний мотив нередко можно видеть на ритуальной глиняной посуде и на лампах (цветная вклейка 13). Баранья голова украшала фасады и кровли святилищ. На могильной и погребальной керамике перемежаются изображения бараньих рогов, змеевидных спиралей и глаз Богини. Вплоть до сегодняшнего дня фольклорная функция барана близка к смысловой роли водоплавающих птиц; и тот и другие — волшебные существа приносящие изобилие На. греческих сосудах классической эпохи можно видеть баранов гшиносимых в жертву А(Ьине в качестве посвященного ей животного. Афина же будучи восприемницей доисторической Богини-птицы, часто ассоциируется с птицами — морским ястребом чайкой уткой гагарой, ласточкой, голубкой, совой и грифом.

Ягодицы и груди объединяет магическая сила удвоения; в то же время они символы преумножения жизни. В двух больше жизнеродной мощи, нежели водном, п ОЭТОМ) вдревнеевропейском искусстве от эпохи неолита вплоть до конца минойской культуры мотив удвоения встречается весьма часто. Помимо ягодиц и грудей нередко можно видеть две спирали, двух змей, два фаллоса, двух гусениц, два зерна или два плода.

В каменной резьбе эпохи мадлен из Геннерсдорфа (Германия), из Ла-Роша в Лалэнде и Фонтале (Южная Франция) (рис. 7-20) и в мелкой скульптуре из Пекарны (Моравия) и Петерсфельза (Южная Германия), а также в статуэтках культур старчево и сескло (рис. 7-21), можно наблюдать гибридное соче­тание птичьих и женских призна­ков. Так, женские ягодицы иден­тифицируются с вытянутой частью птичьей тушки или же с птицей, несущей яйцо. Подобно яйцу, яго­дицы обладают особой силой гене­рации. На них бывают вырезаны или нарисованы змеи, спирали, концентрические круги, кресты, вихревые знаки, а также мотив из двух «С» в противофазе, еще один из жизнестимулирующих симво­лов. Необходимо отметить, что эти любопытные гибриды женщины и птицы как правило не имеют г ov -ди, что подчеркивает особое зна­чение ягодиц. В данном случае на первый план выходит производи-тельная функция заслоняя собой вскармливание.

Змея и Богиня-змея

Змея, в первую очередь, — образ витальности и продолжительности жизни, гарант жизненной силы в доме, символ семьи и животного существования. Мы можем ре­конструировать символическое значение змеи, исходя не только из доисторических изображений Богини-змеи и ее культа в качест­ве домашнего божества, но и опи­раясь на архаические народные представления о силе змей обоего пола. Например, в Литве даже в XX в. сохраняется поверье, что если убить обитающую в доме зеленую змейку, то это приведет к смерти одного из членов семьи 15 . До не­давнего времени русские и другие славяне верили в существование до­мового хранителя домашней жиз­ни и благополучия который порой имел облик змеи порой ь*ужич-ка: в нем жил дух прародителя рода Сотни греческих и римских релье­фов и рисунков подтверждают что хранителями дома были зеленые храншелями димд иыли зеленые прерывность жизни. Весеннее появление змей говорило о возрождении природы.

Рис. 7-22 В эпоху минойского бронз вого века корона Богинл-зи могла достигать огромш размеров, как в случае эк пятиступенчатой тиары. Со ратной стороны видно, ? это клубок извиваюпш змей. Среднеминойскийо риод I , Кофина. Ок. 2000г., н.э.; высота 7 см.

Рис. 7-23 Неолитическая Богиня-змея (1)вйоговскойпозе,соа видными нижними конечностями: темно-серая глинауз ного лощения с белыми инкрустированными линия Ранненеолитический Крит, Католерапетра, вероятно, 6000 г. дон.э.; высота 14,2 см. (2) Мраморная статуэтка гини-змеи с одного из Эгейских островов; высота 20,3

Богиню-змею можно узнать по змеевидной форме га вы или по нарисованным на ее теле волнистым (змей 1 тым) линиям, символам жизненной влаги («Кундалига Красная роспись на кремовом фоне. Анатолийский! олит, точное место обнаружения неизвестно. Beposrn ок. 6000—5500 гт. до н. э.; высота 10 см.

Рис. 7-25 Рогатая змея с большими круглыми глазами. Рельеф на «плечике» сосуда Дибельу г. Битола, Южная Югославия Начало V тыс. до н.э.

В Литве на «змеиный день» (около 1 февраля) люди готовили разнообразные угощения для змей и приглашали их в дом. Если змеи отведывали пищи, то год обещал быть изобильным; а их предпочтение того или иного блюда определяло ход вещей на весь год1 6 . В Ирландии вдень Бригиты(1 февраля) счита­лось, что «королева возвращается с гор» 17 . Этой ко­ролевой была Богиня-змея, которой повинуются все прочие змеи. Поверья, связанные с волшебной короной змеиной королевы, до сих пор сохранились в европейском фольклоре: тому, кто дотронется до нее, откроются все тайны мира, он сможет находить заколдованные сокровища и понимать язык животных. Доисторические скульптурные изображения увен­чанной короной Богини-змеи встречаются на Крите, в Эгейском регионе и на Балканах начиная с VII или с VI тыс. до н.э. Ее корона иногда выглядит настоящим змеиным гнездом (рис. 7-22).

На антропоморфных изображениях неолитическая Богиня-змея предстает в йоговской позе, со змееобразными руками и ногами (рис. 7-23.1, 2). В тех случаях, когда ее голова имеет антропоморфные черты, она снабжена глазами и большим ртом (но не клювообразным носом). Ее также можно узнать по змеевидным очертаниям головы и по покрывающим ее тело волнистым линиям (рис. 7-24). Рогатая или увенчанная полумесяцем змея появляется на пещер­ных рисунках эпохи палеолита; начиная со времени неолита, ее рельефные изображения можно видеть на сосудах (рис. 7-25). Вероятно, это был способ обозначить ее способность к регенерации.

Среди скульптурных изображений Богини-змеи и ее священной свиты самую широкую известность имеют статуэтки XVI в. до н.э. из фаянса или слоновой кости, найденные в Кносском храме на Крите. В них больше изящества, чем в других, их грудь обнажена, а талии и руки обвиты змеями. В их одеждах также есть нечто змеиное, поскольку они украшены изогнутыми спиралями и полосами с шахматным или ромбовидным узором. На территории Западной Европы изображения Богини-змеи продолжали существовать вплоть до кельтской культуры латен (Франция) IV — III вв. до н.э. Критские рисованные и тканые изображения Богини уже нового времени порой отличает некоторая змеевидность ног.

Мы находимся под влиянием христианской, семитской и индоевропейской религиозной традиции, поэтому привыкли видеть в змее воплощение зла*. Однако в древнеевропейской религии ее роль прямо противоположна той, что ей приписывают перечис­ленные выше традиции. В силу тесной и гармонической связи с природными циклами змея была з гом благополучия и преемственности существе™ Посредством сезонного обновления жизненной за гии змея обеспечивает и оберегает жизнь челове животных. Существуют сотни верований в магичн «змеиные» цветы и растения, которые могут излр больного и даже воскресить умершего. Даже змет тело используется в качестве лекарственного сн; бья. Что же касается ее ядовитых свойств, то онш являются в образе Богини-смерти.

Богиня-смерть: провозвестники смерти в образе хищных птиц и ядовитых змей

Богиня-смерть часто является в виде одной даже трех женщин в белом (цвет костей), нередк сопровождает белый пес. Когда она выступает провозвестница кончины, то в большинстве слу имеет вид хищной птицы, совы или вороны. Ei пейский фольклор по сей день призывает остерег ся хищных птиц: сова, ворона, ворон, сойка, я а и чайка внушают страх; их крики, предвещаю] беду или смерть, заставляют нас содрогаться. Ои ется, что псы белой масти, в особенности бор: наделены волшебными способностями. Кроме г, с Богиней-смертью ассоциируется еще одно опас животное: это вепрь, чья щетина будто бы столг ядовита как укус змеи.

В местах палеолитических и неолитических ш лений были найдены захоронения целых скеле хищных птиц или их крыльев. В этом нет ничего) вительного, поскольку основными воплощеш Богини-смерти эпохи неолита были гриф и сова, торые присутствуют как в святилищах, так и в гильниках. Обычай оставлять покойников дляз карнации, чтобы их плоть уничтожили птицы, I существовал в Западной Европе вплоть до бронзов века".

Самые яркие изображения Богини в образе г фов украшают стены Чатал-Хююка, где эти та представлены набрасывающимися на обезглам ные тела (рис. 7-26.1). Голову, обитель души, по смерти человека отделяли и помещали рядом с го вой быка (символом возрождения). Появление! гини в виде грифа, с материнской заботой принте щей в себя останки умершего, безусловно восход древнейшим временам (рис. 7-26.2). Ряд поразите ных стенных росписей, реконструированных Дже! сом Меллартом, показывают, как могли варьиром ся мотивы Богини и грифа (рис. 7-26.3). Подобг узоры, только в еще более схематизированном вв можно до сих пор встретить на турецких килю (безворсовых коврах).

Змея воплощала зло у кочевников, но далеко не у всех: у туркмен змея семейной четы кобр. Прим. ред. '" Этот обычай был и у зороастрийцев. Прим. ред.

Рис. 7-26 1(I)Грифы с огромными метельчаты|шкрыллями спускаются на обез-шленные тела. Стенная роспись из |ра(уровень VII , 8) Чатал-Хюкжа, Ьтральная Анатолия, конец |\11тыс.дон.э.

5 Набросок реконструкции стенной I реписи из Чатал-Хююка с изображены башен, на которых выставлены I «отеческая голова и обезглавлен-|птсло, и грифов-падалыциков. (тлище Е. V 1 B /3. I )абросок реконструкции стенной иписи из Чатал-Хююка, на которой |«реддются изображения красных и I иных фифов и богинь Святилище ЕМ.

Богиня-сова (полуженщина-полусо-ва) на менгирах из Португалии, Испании и Южной Франции. Обычно на них обозначены только ее глаза и нос (клюв), реже груди. Иногда бывает рельефно изображен крюк (4, 6). Поздний неолит, IV — начало III тыс. до н.э. (1) Аскероса, Гранада, Испания; (2) Центральная Португалия; (3) Крату, Алентежу, Центральная Португалия; (4) Ма-де-Л'Авёгль, Коллерг, Гар, Южная Франция; (5) Тригуерос, Уэльва, Южная Испания; (6) АванМенье I , Южная Франция. Размеры: (1)60,2 см; (2) 50,9 см; (3)50,3 см; (4) 163 см; (5) 2 м; (6) 164,1см.

Рис. 7-28 Неолитические и минойские i бражения Богини с поднятой I рукой, другая рука указует bi (1) Нарезное изображение на с де культуры караново I , нач VI тыс. до н. э. (2) Нарезное изо жение силуэта в форме «песоч часов» с головой в виде соли поднятой вверх птичьей лапо ним соотнесены изображения вей. Культура оциери (Конкалонис), Сардиния, конец Vm н.э. (3) Узор в виде Богини-пт со змеевидным хохлом на рас: ной керамике из Фаистоса, К начало II тыс. до н. э. (4) Орна тальный рисунок на стеатите призме из Маллии, Крит, сери II тыс. до н.э.

На территории Европы грифы-падалыцики встречаются только в Средиземноморье, между Испанией и Турцией. На севере Богиня никогда не является в обличий грифа; его заменяет сова и дру­гие породы хищных птиц. В Западной Европе изображения Богини в обличий совы бывают выреза­ны на менгирах, стоявших перед входом в мегалитические гробницы, а порой и внутри них (рис. 7-27). Круглые глаза этой богини, которые иногда дополняют клюв и брови, можно видеть в таких святилищах, как Нью-Грейндж, Наут и некоторые другие; меж тем как в Юго-Восточной Европе Богиня в образе совы имеет очертания урны. Но где бы она ни встречалась ей с опутствуют спирали змеи букрании треугольники топоры треугольной формы и крюки. Две последние категории — частые атрибуты Богини в образе совы, которая бывает изображена на менгирах Британии Франции и Португалии: они играют роль могущественных символов возрождения.

Богиня в образе птицы известна также по изображениям на печатях и сосудах минойской культуры (Крит). Одна из ее рук или крыльев поднята вверх, другая опущена (рис. 7-28.3, 4): возможно, что этот жест утверждает ее власть или вынесение приговора. Он начинает появляться также у ее резных или рельефных изображений на ранненеолитической керамике (7-28.1, 2).

В историческую эпоху Богиня в облике грифа или совы продолжила свое существование как греческая Афина или ирландская Морриган, оборачивавшаяся вороной или вороном. Под влиянием индоевропейской культуры оба образа были милитаризированы: противоборствующие стороны во время битвы видят в них вестников победы или поражения.

Белая Богиня-смерть: столбообразные могильные скульптуры

Основные характеристики этой Богини застывшая поза, нагота; как правило, отсутствие груди, руки сложены на животе или вытянуты вдоль тела (или вообще отсутствуют); большой лобковый треугольник — повторялись на протяжении тысячелетий от верхнего палеолита вплоть до конца бронзового века во всех культурах Европы. Но если неолитические столбообразные фигуры отличаются округлостью форм, то изображения медного и начала бронзового века (ГУ— III тыс. до н.э.) более худы и схематичны. Их ноги, как правило, редуци­рованы до конуса, а сложенные руки превращаются в прямоугольник. Другие еще более схематичны: у них уже нет ни рук, ни ног, только вытянутые шеи (рис. 7-29). Их находят в местах захоронений, по одиночке или сразу по три: это и есть Белая Богиня, поскольку смерть виделась людям белой как оголенные кости. Ее изображения почти всегда вырезаны из кос­ти, мрамора или алебастра, а если этих материалов не было под рукой, то вылеплены из светлой глины или изготовлены из свет­лого камня. Наибольшую известность, с точки зрения истории искусства, получили мраморные Белые Богини, найденные на Кикладах: некоторые из них достигают 1,5 м в высоту. Они восхи­щают изяществом работы и гармонической пропорциональностью фигуры. Не меньшего внимания заслуживают статуэтки VI — V тыс. до н.э., обнаруженные в скальных гробницах Сардинии, а также в Греции и в некоторых других местах (рис. 7-30). Части их тел гар­монически сочетаются с треугольником, который расположен практически в середине фигуры; руки у них опущены, а лица (или маски) безмятежны.

Рис. 7-29 Мраморные статуэтки с Киклад i условно -абстрактном стиле: большая вульва, цилиндрическая шея или большая маска, знаки « V » и группы параллельных горизонтальных линий, которые опоясывают ее тело. Раннекикладская I культура. II ) Из коллекции Нориджско-го унивеоситетэ' (2) о Делос исотаПсм.

Рис. 7-30 Скальная гробница яйцевидной формы со скелетом в скорченной позе, рядом с грудью лежит ( I (статуэтка Белой Богини смерти и возрождения. Еще около него стояло блюдо с раскрытой раковиной, наполнен­ной красной пастой, и другие сосу ды. Куккуру-С'Арриу, Ори

Рис. 7-31 Мраморные и костяные изо-акения Белой Богини смер­ти и возрождения, середина V ты с. до н.э. Углубления в области рта напоминают зубы; широкие маски, в ушах проделаны отверстия для медных серег, I Куль тура караново IV . (1) Благое во, Разград, Северо-Восточная Болгария; (2) Кэшиоареле мровное поселение на Нижке м Дунае Южная Румыния Высота 33 см ( в оригиналь' вмвиде); (2) ок 20 см.

В болгарской и румынской культуре караново Белую Богиню-смерть изготавливали из глины или вырезали из кости, снабжая ее пугающей маской круглые глаза, большой рот, зубы (рис. 7-31). А вот в Эгейском и Средиземноморском регионе ее маски, как правило, лишены рта, зато имеют большой нос, как маски Богини-птицы.

В Варнском могильнике (черноморское побережье Болгарии) были найдены захороненные отдельно глиняные маски, выполнен­ные в натуральную величину. У них те же атрибуты, что у статуэток культуры караново, только золотые круглые глаза, большой зубастый рот. Каждая маска увенчана диадемой, а у подбородка подвешены круглые украшения с отверстием посередине и парой глаз в верхней части (рис. 7-32). В захоронениях позднего периода кукутенской культуры были обнаружены костяные статуэтки Белой Богини смерти, всегда сразу по три, безрукие, с пустыми глазами.

Рис. 7-32 Глиняная маска в натуральн величину, могила № 2 Варна го могильника. Золотая кора рот, зубы, серьги и закрепи ные на подбородке две выщ лые кольцевидные подвеси «глазками». Подобного ро маски помещали в кенотафь засыпали дарами. В этой грс нице помимо перечислит предметов были еще золот серьги и пластины, больи количество бусин из эгейи раковин, медная игла, костя веретено, фрагмент кости статуэтки, маленький cocyj крышкой и большое блюдо графитовым орнаментом ич тырехвитковых завитков. Cej дина V тыс. до н.э.

В европейском фольклоре Белая Богиня смерти также имеет двойное обличив, являясь то хищной птицей, то ядовитой змеей. В Ирландии предвест­никами смерти издавна считались птицы с пугаю­ще заунывным криком, а в Литве считается, что смерть подползает, как ядовитая змея. Многозначительно и имя литовской Богини смерти: Гильтине, от « gilti », «жалить». Слова « galas » («конец») и « geltonas » («желтый» цвет кости) относятся к этому же семейству. В народных сказах ее называют сестрой богини Лаймы, которая определяет судьбы человека.

Тот факт, что всех столбообразных изображают с укрупненным лобковым треугольником в середине тела, имеет глубочайший смысл. Даже в смерти в них сохраняется обещание возрождения, ибо их чрево — вечный промежуток между небытием и новой жизнью.

Богиня смерти и возрождения

Всякая жизнь в природе зиждется на смерти, и наоборот. Это особенно хорошо заметно в растительном мире, где для новой поросли совершенно необходимы распад и гниение когда-то живого растения.

Это осознание взаимозависимости и взаимоперя кания жизни и смерти стало для доисторической м фологии Таинством бытия. Не удивительно, I жизнь древних народов, судя по всему, была сконца трирована на созерцании и переживании сезоння цикла смерти и возрождения.

В древнеевропейской религии смерть и возря дение представали как два взаимосопряженных I пекта единого божества. В нашей линейной дуал стической культуре рождение и смерть — противош ложные полюса, тогда как Великая Богиня каменна века объединяла в себе и то, и другое, олицетвощ собой единый постоянно повторяющийся цикл,л жащий в основании всего видимого мира. Имни ей подчинены смерть, холодный зимний мрак, пещ ры, гробницы и могилы, однако она же принт плодоносное зерно, свет зимнего солнцестоян оплодотворенное яйцо, благодаря которому моп превращается в утробу, где зарождается новая жиз Этим объясняется большое количество могил яй видной формы, над которыми порой бывает вод г жен треугольный камень или насыпь камней. Men литические гробницы Западной Европы довол] часто имеют очертания вагины или матки или нек торое сходство с антропоморфным телом Бога (рис. 6-15-6-20).

Стоит упомянуть ряд представлений о Бон смерти, которые сохранились до нашего время Память о ней продолжает жить в волшебных сказк ритуалах, обычаях и в языке. В таких фольклор! сборниках, как, например, немецкие «Сказки», мс но отметить большое количество доисторичеси мотивов, связанных с богиней зимы и смерти. Эгтарая уродливая ведьма с длинным носом, большии зубами и всклокоченными волосами, известная мд именем фрау Холле (или Хелл, Хольда, Перхта и :?.). Ее сила заключена в зубах и волосах; по ее воле дет снег, восходит солнце и происходит возрождение природы. Раз в году она является в виде белой лубки, как благословение, приносящее плодороie . В виде лягушки эта самая Холле достает из коозиа закатившееся туда во время сбора урожая краске яблоко, символ жизни. Она обитает на холмах и пещерах (имя «Холле» может быть связано со сло-о\(« H 6 hle », «пещера») Ей, как Матери мертвых на Шество пекли « Hollenzopf », т.е. «хлеб Холле». Буда, которую именовали « Holler » или « Holunder », ыла священным деревом Богини. Считалось, что она бладает целебными свойствами и что под ней оби-тшумершие 18 . Эта могуществснняя богиня отнюдь е была вычеркнутз. из миоз мисЬологических поелставлений, но продолжает жить как прибалтийская Рагана сербская Мора или Морава баскская Мариирландская Морриган, польская и русская баба-яга! Баба-яга может оборачиваться птицей или змеей; она высока ростом, тоща, у нее большой нос крючим и костяная нога, а живет она в избушке на курьиножках. Анализ происхождения этого имени выляет характерные черты доисторической Богини, |древнерусском и сербскохорватском языках «баба» ачает «женщина», «старуха» и «пеликан», а «яга» нуееа») «болезнь», «страх» и «гнев», что как раз указывает на Богиню смерти. В протосамоедском

Существует также лингвистическая связь между Богиней смерти, наводящей морок, и недолговечным иогыльком или бабочкой. Ирландское «Маго» и литовское « More » означают «Богиня смерти» и «старая вдьма»; а греческое, славянское и германское •тога», «тага» и « morava » — «ужас», «кошмар» и ночная бабочка или мотылек». Германское слово < Mah г» и французское « cauchemar » также связаны другс другом. Пугающая смерть превращается в бабочку, символ возрождения. Принижение Богини во всех ее формах и проявлениях началось с индоевропеизации Древней Европы в IV и III тыс. до н.э. и было продолжено в исто­рическую эпоху; этот процесс в значительной мере юпенсифицировала вся совокупность иудео-христи-анских традиций. Несмотря на попытки полностью «уничтожить, в особенности в Средние века, когда европейская инквизиция отправила на костер мно-щ мудрых и уважаемых женщин, — она не вполне утратила свое место как в жизни, так и в устной трашии. Богиня смерти и возрождения подверглась I кмонизации и, деградировав, превратилась в привычную нам ведьму. В рамках сравнительно новой дуалистической мифологии она стала воплощением всего недозволенного и «злого». Эта система верований представляла собой полную противоположность древнеевропейской религии, для которой жизнь и смерть, как и полюса природного цикла, были священны и неделимы. Но теперь земля перестала быть нашей Божественной Матерью, которой мы обяза­ны рождением и к который мы, умирая, возвращаемся. Божество перекочевало на небеса, а земля превратилась в край изгнания.

Фольклорная ведьма/Богиня все еще имеет власть над рождением и смертью, лунными циклами и солнечной энергией, бурей и молнией или обладает способностью на них влиять. Она знает целебные травы и умеет гармонизировать жизненные силы человека, животных и растений так, чтобы грань между ними не нарушалась, а жизненная энергия не растрачивалась попусту. Она контролирует человеческую сексуальность, поэтому ее особенно страшатся мужчины. Ведьма губит новорожденных, поскольку и младенец, и темная утроба остаются в ее власти на протяжении 40 дней. У некоторых народов до сих пор существует обычай уничтожать плаценту, чтобы высвободить новорожденного из-под ее влияния. На Мальте принято при этом приговаривать: «Я хороню не тебя плацента но ведьму ( Zagas )» 2 1. Эти представления о ведьмах содержат в себе обрывки древних традшшй связанных с богиней вперемежкусихде-монизированными иудейскими и христианскими

Идентификация Богини с утробой является одним из центральных мотивов и важным ключом к пониманию целой серии доисторических символов. Отнюдь не случайно, что ведьма в основном превращается в тех же животных, что и доисторическая Богиня, — в жабу, лягушку, ежа или рыбу.

Символы возрождения

Богиня, воплощающая регенерацию, являет себя в формах, ассоциирующихся с женскими половыми органами: лобковый треугольник передается треугольниками или «песочными часами» (двойным треугольником); вульва овалом с точкой и линией посередине, а также в виде зерна, бутона и других аналогичных образов; матка предстает в виде рыбы или ежа, а зародыши — в виде лягушек или зайцев. В сочетании с фаллопиевыми трубами мат­ка напоминает очертания головы быка, увенчанной рогами, — что, возможно, и объясняет тот факт, что идею регенерации чаще всего выражает именно этот мотив. Кроме того, Богиня может быть изображена в виде пчелы, бабочки, мотылька или другого насекомого к т ул ови щу ко то рого порой оказывается приставлена ее антропоморфная голова Насекомые могут представлять не только саму Богиню, но и души, оставляющие тело после смерти или во время сна. Такого рода ассоциации зафиксированы как в исторических, так и в архео­логических материалах, и продол­жают существовать в европейском фольклоре.

Рис. 7-33 Каменный амулет в виде ж( щины-лягушки. Ахиллейор ок. 6300-6200 гг. до н.э. Ч( ный камень; высота 3,2 см.

Большие каменные скульптуры из Лепенски-Вира (их описание см. ниже в разделе «Погребальные практики») являются типичным примером совмещения Богини и рыбы или же рыбы, женщины и хищной птицы. Они были обнару­жены у изголовья алтарей в тре­угольных/трапециевидных святи­лищах. Здесь, как и в других свя­тилищах в окрестностях дунайских Железных Ворот, во время погре­бения в жертву Возрождающей Богине приносили рыб, собак, ко­суль и вепрей. В мальтийских свя­тилищах и в подземных гробницах яйцевидной формы были найдены возлежавшие на ложе скульптур­ные изображения рыб (см. рис. 7-107). Подземное или ночное ложе равно указывает на переход к но­вому рождению.

Чаще всего в святилищах при­сутствуют изображения Богини в облике лягушки или жабы: они, как и аналогичные амулеты из мрамора, алебастра, зеленого кам­ня, слоновой кости или глины, встречаются на протяжении всего неолита и бронзового века, а затем и в историческую эпоху (рис. 7-33). Представление о «блуждающей матке», которая имеет вид лягуш­ки, было широко распространено от Египта, Греции и Рима вплоть до Северной Европы уже вполне исторического периода, а в неко­торых местах оно сохранилось по сей день. Этот образ уходит в глу­бокую древность: вырезанные из кости изображения полуженщи­ны-полулягушки появляются в эпоху верхнего палеолита. В эпо­ху неолита и в более поздние пе-риоды изображения лягушек не­редко имели антропоморфные черты и были снабжены вульвой или человеческой головой. Време-нам и вместо голов ы мо г быть бу-тон

Рис. 7-35 Женские репродуктивные opi ны: рисунок из медициной учебника, обнаруживают удивительное сходство с очерч ниями бычьей головы.

Рис. 7-34 Изображение Богини-ежихи на крышке большого сосуда. Культура караново-гумельница. Кэшиоареле, островное поселение на Нижнем Дунае, Южная Румыния. Ок. 4500-4300 гг. до н. э.

Рис. 7-36 Бычья голова с большими рогами: рельефное изображение на антропоморфном сосуде, представляющем женскую матку. Раннекикладская культура, приблизительно конец IV тыс. до н.э.; высота 10,5 см.

Начиная с V тыс. до н.э. частью европейской икоюграфии становятся изображения ежей. В Румынии нБолгарии были найдены сосуды в форме ежей кульпры караново; их крышки имеют антропоморфные чфты Богини (рис. 7-34). Если брать более поздний криод, то ежеобразные сосуды и статуэтки этих жиютнш были обнаружены в микенской культуре XIV Ш вв. до н.э., а также в греческих и этрусских гробницах IX VI вв. до н.э. Среди находок были и больше ежеобразные сосуды (пифосы) со скелетами ищенцев: это своеобразный синтез трех взаимосвяанных символических образов: могилы, утробы и аа. В альпийских землях вплоть до XX столетия существовал обычай класть в могилу колючий шарик, окрашенный в красный цвет. Такие же шары приносили в церковь Деве Марии, чтобы испросить помощи при проблемах с маткой. В записанном всерединеХХ вв литовском фольклоре есть уппминание о ставок, которая в коровьем хлеву оборачивается ежом.

Еще более эзотерическим символом утробной регенерациииожно считать бычью голову или череп (буЧшию). Сходство между букранией и формой женкой матки в сочетании с фаллопиевыми трубами было шечено художницей Д.Кэмерон, когда она вместе с Дж.Меллартом работала на раскопках Чатал-Хююка (рис. 7-35). Это можно рассматривать как вполне возможное, хотя и эзотерическое объяснение важной роли данного мотива в символической системе Древней Европы, Анатолии и Ближнего Востока. На некоторых антропоморфных сосудах втом месте, где должна находиться матка, изображена воловья голова (рис. 7-36). Некоторые сведения о символической роли бычьих голов можно почерпнуть из настенных росписей Чатал-Хююка. На многих из них букрания либо изображена прямо на теле Богини в том месте, где должна быть матка, либо расположена прямо под изображением Богини в обличий лягушки.

От начала неолита до конца минойской культуры в керамическом искусстве прослеживается постоянная связь между букраниями и символикой силы и регенерации. Мотив бычьей головы встречается на расписной керамике кукутенской культуры (рис. 737); ее небольшие рельефные изображения можно часто видеть на керамике культуры бутмир. В святи­лищах культуры винча археологи находят букрании, обмазанные слоем глины (см. рис. 3-16).

В подземных гробницах Сардинии бычьи головы являются доминирующим мотивом, символически передавая идею регенерации. Они или, вернее, матка изображались над входом или поблизости от него, а в некоторых пещерах сам вход имел форму воловьей головы с большими рогами (см. рис. 7-112, 7-113). Чтобы попасть в это подземное святилище, надо в символическом смысле пройти через священную утробу. То, что между головой коровы, быка или вола и женской утробой имеется тесная связь, также подтверждает наличие ассоциации между волом и водой, источником жизни. Согласно литовским легендам, вол появился из воды, и волами созданы об­лака и озера. Неолитические, минойские или микенские скульптурные изображения крупного рогатого скота были украшены узором в виде сетки или яиц, покрытых сеткой. Этот сетчатый мотив являлся сим­волическим обозначением жизненной влаги или околоплодной жидкости. «Священные рога», которые начинают появляться в III и II тыс. до н.э. и особен­но характерны для минойской культуры Крита, про­должали служить символическим обозначением утробы и регенерации.

С античных времен между «священными рогами» изображали цветы и растения, живые деревья. От бычьих голов поднимались пчелы и бабочки, порой снабженные антропоморфными головами, -таковы, во всяком случае, изображения на минойских сосудах и храмовых фресках (рис. 7-38). Благодаря Овидию, Вергилию и Порфирию мы знаем, что в Риме мотыльки и пчелы считались душами людей, порожденных волом. В рамках кукутенской культуры начала IV тыс. до н.э. найден вырезанный на костяной пластине абрис воловьей головы, в которую вписано изображение богини с воздетыми руками и с силуэтом «песочных часов» (рис. 7-39). В данном случае она представляет не смерть, но возрождение. На одном из пещер­ных рисунков из Испании богиня также имеет силуэт «песочных ча­сов», птичьи лапы вместо ног и рук, пчелиные глаза и усики, а так­же три линии на лице, что являет­ся отличительным признаком Бо­гини-птицы (рис. 7-40). Иначе го­воря, это одновременно хищная птица, женщина и пчела, символ смерти и возрождения.

Богиня-птица также является участницей процесса регенерации. Изображения ее самой, ее груди и ожерелий можно видеть в мегали­тических гробницах (рис. 7-41). При этом ее грудь функционирует не как источник питания и земно­го благоденствия для живых, но как залог воскрешения мертвых. Именно такую роль она играла на 3 ООО лет ранее в святилище ЧаталХююка, где изображения грудей были рельефно вырезаны на сте­нах поверх черепа грифа: иначе говоря, губительный характер Бо­гини был перекрыт символом жиз­ни. Ее жизнедарительные функ­ции всегда одерживают верх в то время как ее гибельное воплоще­ние, имеющее обличие хищной птицы есть неизбежная но вре-менная, переходная фаза,.

Вездесущая Богиня-змея как в благодетельной, так и в ядовитой ипостаси имеет отношение не только к миру живых, но и к цар­ству регенерации. Она выступает как символ воскресения и бес­смертия, что, конечно,объясняет­ся ее способностью пробуждаться от зимней спячки и сбрасывать старую кожу. Змей часто изобража­ют в свернувшемся виде, причем порой в обратном направлении, тем самым напоминая о приливах и отливах жизни, смерти и возро­ждения, о циклической непрерыв­ности времени. Эти извивающие­ся обитатели темной влажной зем­ли посланники таинственного подземного мира владеют тайной конечного парадокса: смерть пере-ходит в жизнь

Рис. 7-37 Сосуд с протомом в виде бычьей головы. Роспись из змеевидных спи лей и яиц указывает на ее связь с регенерационной символикой. Классический период кукутенской культуры, Пойнешти. Ок. 4200-4100 гг. до ] н.э.; высота 19см.

Рис. 7-39 Пунктирный силуэт Богини ! | виде «песочных часов» на кос1 тяной пластине с резным и зо-1 бражением головы быка. Куку1 тенская культура, Западна Г Украина. Ок. 3700—3500гг. | до н.э.; высота 17 см.

•  Богиня, восстающая из головы быка. Деталь росписи на сосуде позднеминой-ской I культуры (Псейра, Восточный Крит): возрождение новой жизни предстает как появление бабочки между рогами быка, который символизирует матку.

•  Богиня в короне и с крыльями бабочки поднимается между рогов. Оттиск печати, Закрое, Восточный Крит, среднеминойский период III .

Рис. 7-40 Богиня с силуэтом «песочных часов», птичьими лапами, пчелиными глазами и усиками. Тройные линии отличительный признак Богини-птицы. Поздний неолит, Южная Испания; высота 11,2 см.

Рис. 7-41 В мегалитических галерей»! фобницах Богиня часто бы» ет представлена изображай! фудей и ожерелья, по которму ее и можно опознать. (1) Г нитная статуя-менгир из мй литического комплекса а< рейной гробницы. Кейте. о Гернси Великобритания 3000-2500 гг. до нэ ; выа 153 м (2) Изображение соке* лий и фудей из мегалитически гробнииы Белле у Bvddh Уа. Франция., приблииитёльв! 3000 г до н э

Мужские божества

Малое число мужских скульптурных изображений в местах неолитических поселений и в могильниках не означает, что они имели менее божественный характер или представляли обычных смертных. Я не буду называть их «героями», как это делает в своем важном исследовании «Богиня и ее герой» (1983) Х.Геттнер-Абендрот, поскольку вижу в них партнеров, супругов и братьев богинь. Хотя мужское начало не расценивалось как источник жизнепорождающей энергии, а представления об отцовстве в древние времена просто не существовало, тем не менее считалось, что мужская физическая и сексуальная сила магиче-ским образом преумножает производительные способности женщины. В эпоху неолита между мужским и женским полом не было дихотомии: напротив, было представление, что их слияние производит энергию, необходимую для умножения жизненных сил природы. Так, некоторые регенерационные изображения богинь наделены мужскими гениталиями или фаллическими шеями.

Можно выделить как минимум пять категорий мужских божеств, за которыми на протяжении всего их существования была закреплена одна и та же поза. Некоторые из них восседают на стуле или на троне, что говорит об их безусловно важном положении. Однако, в отличие от женских божеств, в чьей утробе зарождается жизнь, они не являются порождающи

ми божествами; кроме того, они не относятся ни домашним, ни к храмовым божествам: исключи составляет фаллический бог, чьи изображения чрре­дуются с изображениями змеи или Богини-змеи. Oi -сутствие их в святилищах и жилищах можно объсснить тем, что мужские божества ассоциировались дикой природой и растительностью. Вероятно, а культ имел место на лоне природы, а потому от нет практически ничего не осталось.

Могучее и умирающие боги растительности

Лучше всего в неолитическом искусстве Юго-Вое точной Европы представлен тип «горестного стрцца» который спокойно сидит на стуле, положив руки колени или подпирая ими подбородок. Эти скульптурные изображения зрелого или стареющего божс характерны для ряда культурных групп VII IV тыс до н.э. Одно из них было найдено вместе с женскс* статуэткой неподалеку от Черного моря на кладбшш Чернаводэ культуры хаманджия (Румыния). Обе фи­гуры представлены в сидячей позе. Мужчина сидитн стуле и, поставив локти на колени, руками подпирая голову: его положение напоминает «Мыслителя» k дена. Поскольку он был захоронен вместе с женкш божеством, которое, по всей вероятности, представ­ляет древнюю Мать-землю, то можно предположил, что этот горестный бог олицетворяет умирающую растительность (рис. 7-42). Должно быть, это доист* рический аналог льняного бога Лина, который проводит зиму в вдесемени, весной рождается, летом умирает и снова возвращается 11 землю.

Итифаллические изображения I юношей (рис. 7-43) скорее всего представляют оплодотворяющее могущество весны. Этот Могучий Бог мог быть супругом-консортом | Богини. Как мы знаем по историйки зафиксированным мифоло-|гиям, у целого ряда богинь были супруги-консорты: у Деметры — Дионис, у Артемиды Актеон, у |Геры Геракл, у Афины Эрех-й, у Кибелы Аттис. Не исклюJitHO , что за пять тысяч лет до IДревней Греции богини также | мели супругов-консортов. Указа­ния на существование священно-обрака изображения обнимаю-| щихся пар — восходят к раннему | неолиту.

Фаллическое ббжество м и Змей

Фаллосы и изображения стояхитифаллических божеств (рис. М4) возможные прототипы гре-жких герм и Гермеса, который крвоначально был фаллосом или |неем. В последнем качестве он залогом плодородия, вся­кого преумножения и здоровья. ческий Гермес был богом уда, приносящим богатство и умностада. Судя по всему, важ-|ш роль фаллических божков, (шических конструкций и змей ¦ Ьерет начало в доисторических ременах затем она прошла через ечекую и римскую историю и лась вплетена в современный ьклор.

Кентавры

Рис. 7-42 Сидящие в задумчивых позах женское и мужское божества в масках; найдены в могиле. Возможно, что этопредшественники умирающих и воскресающих богов растительности, хорошо известных по историческим мифологиям. Культурахаманджия, Чернаводэ, черноморское побережье Румынии. Ок. Х LVIII XLVII вв . до н.э.; высота 12 см.

Рис. 7-43 Итифаллическая статуэтка юного могучего бога, сидящего на табурете. Поро­дин, Южная Югославия. Ок. 6000 г. до н.э.; высота 5,25 см.

Рис. 7-44 Итифаллическое изо­бражение юного бога, возможно — предшественника эллинского Гермеса. Терракота. Культура сескло, Сескло, Фессалия; высота 9 см.

Рис. 7-45

•  Сидящий бог в маске с крюком в руках, наручным браслетом и поясом с росписью в виде зигзагов. Культура тиса, Сегвар-Тюзкёвеш, Венгрия. Начало V тыс. до н.э.; высота 25,6 см.

•  Деталь.

(ок. 3500-3000 гг. до н.э.) ио жения кентавров клали в моп чтобы помочь возродиться уме*шему.

Хранители дикой природы

Не исключено, что у мужсш божеств была еще одна фнв> ция функция хранителей леса диких животных, поскольку № добный мотив можно видеты фольклоре и обычаях Северно! Евразии. Фигура Хозяина леса! повелителя зверей до сих п opcj -: ществует в фольклорных преда» ях, распространенных от Ирландии до России. Этот тип божеса трудно идентифицировать на нове археологических данньц| поскольку его культ насколыэ можно судить, происходил « I домах или святилищах, а налов природы. Я полагаю, что протон пом этого божества был тот сами! получеловек-полузверь которого изображали на стенах палеолитческих пеЩСр ряДОМ со СТЙДЗ.Щ! животных. На одной из стеннш росписей Чатал-Хююка мои» видеть мужс кую палкообоазнга фигуру которая держит грифи! считается что этеГизображеи Повелителя зверей СнимчегГ ется аналогичное изображен»| женской rtmrvnbi идентиЛини-Г отемой[каГповелительницаТ вотных. Возможно что это был парные божества.

В Венгрии была найдена ж имеющая аналогов скульптур культуры тиса, которая обычно именуется изображением «Взрослого мужчины, держащего крюв возможно, что это предшественник божеств, известных в историческую эпоху под именами Сил> вана, Фавна и Пана (рис. 7-45). Все они считались духами лесая защитниками животных, а крои того, — охотниками, которыхта*же изображают с крюком в руке

Священные изображения И их происхождение

Все святилища можно разделить на ж основных категории по типу культа Богини: в одних поклонялись богиням, оберегавшим жизненную энергию, и

Хранительницам рода (Богине-птице, Богине-змее, Роженице, Кормилице или донне), в других осуществлялись ритуалы, связанные со смертью и возрожкнием: Богиня здесь могла быть пред­ставлена разными воплощениями — в ичестве грифа, рыбообразной или ля-кообразной Богини регенерации, в вде регенерирующей матки, имеющей форму бычьей головы, треугольника или иойного треугольника («песочных ча­яв» или «бабочки»). Ранненеолитиче-сюй Беременной Богине поклонялись во дворе у хлебных печей.

Мы рассмотрим несколько раскопан­ных ранненеолитических поселений, в вторых были найдены следы поклоне-ш различным божествам или разным Е ипостасям, которое могло происхо-шьвсвятилище или во дворе. Большая петь материалов была получена из свя­тилищ Ахиллейона (Фессалия), датирующихся 6400-5600 гг. до н.э., и ЧаталХюкжа (Центральная Анатолия), чьи шгочисленные храмы восходят к VII тыс. до н.э.

А хиллейон

Это расположенное неподалеку от | Фарсалы (Южная Греция) поселение относится к неолитической культуре сескI ло : в 1973 и 1974 гг. его раскопки были осуществлены автором этих строк, со-| иестно с Шейном Уинном и Дэниэлом лабуку 22 . Его существование охватынет период с середины VII до середины VI тыс. до н.э.: эта хронология основана и 42 радиоуглеродных датировках и достааочных стратиграфических и типо­логических данных. В Ахиллейоне было найдено несколько святилищ, 200 ми-шторных статуэток и церемониальных платформ с ямами, в которых разжига­ли огонь для жертвоприношений. Все зти находки имеют важное значение с точки зрения изучения данной религии. Более того исследование Ахиллейона ¦шало, что культы имели разную ло-шизацию, и каждое место было посвящено той или иной богине. Тем самым было устан<*| лено важное различие между богинями, чьим изорра-1 жениям поклонялись в святилищах, и богинями, ч к(1 культ отправлялся снаружи — во дворе, рядом с печыо I для выпечки хлеба, на специально приготовлен™ | платформах и алтарях.

 

I ____________ I

 

Рис. 7-46 Двухкомнатные святилища Ахиллейона, Фессалия: более просторная комната — собственно святилище, та, что поменьше, — мастерская. Культурасескло. (1) 6000-5900 гг. до н.э., Ахиллейон IV , ранний слой; (2) 5900-5800 гг. до н.э., Ахиллейон ^средний слой.

Рис. 7-47 Головы с клювами (фрагменты разбитых статуэток) и статуэтки с клювообразными носами, сложными прическами, головными уборами и большой грудью. Найдены в святилищах Ахиллейона, на алтарях и возле них (см. рис. 7-46). Культура сескло, Ахиллейон IV . 6000-5800 гг. до н.э.

Святилища Ахиллейона имеют вид двухкомнатни! помещений. При раскопках было найдено два хр ам! позднего периода (соответственно 6000-5900 гг. ДО и [ и 5900-5800 гг. до н.э.), располагавшихся один ни I другим (рис. 7-46). Собственно святилищем была большая комната с алтарем, а в меньшей находилась мастерская, где происходила подготовка к религиозных ритуалам: лепка статуэток, украшение керамически изделий и т.п. На алтаре были установлены скульптур-1 ные изображения Богини-птицы, Богини-змеи, Богани-роженицы и кормилицы. В каждом святилище шдено не менее 30 скульптур, считая и те, что были вы-1 брошены в близлежащую мусорную яму. Рядомс алтарями мы обнаружили наиболее качественную керамику, в том числе огромные сосуды для возлиннийс! воронковидным верхом, миниатюрные чаши для воз-1 лияний, черпаки и керамические диски (вомоожно,! грузики). В этом же месте был найден шедевр Аиллейона: удивительное керамическое изобоажеж! человеческой головы с открытым ртом без сомне-1 ния «поильник» сосуд для возлияний (рис. 2-12.2),

Керамическая скульптура, тем более крупная, ре* I ко доходит до нас в неповрежденном виде. Статуэш. о которых здесь речь, были изготовлены восемь тыщ I лет назад: в качестве основы мастера брали гальку ига I кусок глины, причем отдельно лепили голову и шею, [ отдельно — живот и бедра. Головы, которые удлою обнаружить в святилищах Ахиллейона, в основжж имеют цилиндрическую форму и снабжены клюш (торчащими носами), но лишены человеческого ра (см. рис. 7-16, 7-47). В нижней части рис. 7-47 можно видеть некоторые реконструированные или частччно реконструированные образцы скульптуры более высокого качества.

Поклонение Беременной Богине происходило во I дворе, рядом с печью для выпечки хлеба. Здесь было I обнаружено около сотни ее статуэток разных перио[ дов существования Ахиллейона. Некоторые изображе­ния представляют Богиню восседающей на троне, дру­гие — стоящей, откинувшись назад, причем опоройев I служат собственные непомерно огромные ягоиииы, [ третьи наделены плоским основанием (рис. 7-48). Спереди или сбоку от печей для приготовления хлеба стояли платформы, которые отчасти напоминали скамье: [ на них были расставлены статуэтки. От Ахиллейона III (6100-6000 гг. до н.э.) осталась покатая платформас ямами по углам, выложенная скрепленной гли о ot | галькой. Следы угля говорят о том, что на ней рззжи­гали жертвенный огонь, возможно, в пору посева йш сбора урожая ( dhc 7-49) Раскопии этого удивиеельного церемониального места с печью, каменной мьей и платформой с ямами для огня дали ряд поразительных находок: в частности, крупные, приземи­стые сосуды с высокими антропоморфными ручками и массу фрагментов расписной керамики. Среди них — фаллические шеи с масками (и с характерными, не столько птичьими, сколько человеческими носами и ртами), которые, возможно, были частями более крупных скульптурных изображений Беремен­ной Богини. Что касается обнаруженных здесь же ке­рамических масок (периоды Ахиллейон II и III , 63006100 гг. до н.э.), то их изготовляли отдельно и, как можно предположить, крепили к цилиндрическим шеям (рис. 7-50). Из изделий данного типа эти — самые древние в масштабе всего доисторического периода Европы.

Рис. 7-48 Беременная Богиня из Ахиллейона с руками на животе: она восседает на троне, полулежит или стоит на плоском цоколе. Ее изображения найдены во дворах, у хлебных печей или у специальных платформ с ямами для приношений П 4) Ахиллейон ТТ ок6200гдонэ-(2 3)Ахиллей' он. IV , ок 6000-5800 гг^нэ. Масштаб 1:10.

Из двух сотен найденных в Ахиллейоне статуэток только две являются изображениями мужских божеств. Одна из них была найдена во дворе возле очага: это заставляет предположить, что она каким-то образом связана с Беременной Богиней, поскольку Богине-птице и другим божествам поклонялись в святилищах. Она представляет бога, спокойно сидящего на стуле, руки на коленях. Происхождение второй мужской статуэтки остается неясным, к тому же она была сильно повреждена.

Чатал-Хююк

Раскопки познакомили нас лишь с частью этого древнейшего города, однако сделанные там находки имеют огромное значение с точки зрения реконст­рукции неолитической религии". Многие из расчищенных построек — не обычные жилища, а храмы, посвященные смерти и возрождению. Стенные росписи и рельефы на внутренней поверхности стен, возвышавшихся над захоронениями под полом, представляют две ипостаси Богини: как смерть она предстает в облике грифов, как возрождение в образе лягушек, причем изображения последнего типа перемежаются с Богиней в позе роженицы. Богиня в виде грифов с антропоморфными атрибутами и большими простертыми крыльями была идентифициро­вана на нескольких фресках, где она набрасывается на обезглавленные тела (см. рис. 7-26). Не исключе­но, что голова считалась вместилищем души, поэтому после смерти ее отделяли от тела; поэтому в святилищах под лепными изображениями бычьих голов были обнаружены черепа Эти стенные росписи свидетельствуют о существовании не только практики экскарнации (намеренного отделения плоти от костей) но и связанной с ней веры в то что умерших поглощает Богиня Регенерационные,ритуалы проходили в храмах украшенных рельефными или рисованными изображениями Богини-роженицы и бычьих голов (рис. 7-51).

Любопытно, что, изучая головы грифов на стенах храмов Чатал-Хююка, Джеймс Мелларт обнаружил,

Рис. 7-49 Участок двора, обустроннные для поклонения Беременно!! Богине, матери хлеба. (1)Пп| для выпечки хлеба; (2) камеи алтарь; (3) наклонная глинян платформа с 4 ямами для пр нно I шений, с каменной обложкой о l углам; пятая яма для пр иношу 1 ний расположена сбоку; (4) о (5) найденный на алтаре а нтро 1 поморфный сосуд кр асного! уз ODHOrO лошсния с поднятый! ручками;

Рис. 7-51 Храм Чатал-Хююка с изо!ражением Богини-лягуши<центральная часть, выюта 1,2 м). Под ним -бычья голова с широко расставленными рогами, и ше одна сбоку. На протикшоложной стене ряд 5иьих рогов. Святилищ eVI 13.8. Конец VII тыс. я н.э.

Рис. 7-52 Взтом храме Чатал -Хююка над бычьими головами найдены изображения ленских фудей, под которыми были скрыты симвомсмерти — ччрепа грифоо ш нижние челюсти кабана . Северная и восточная стена святилища VII 35. Конец VII тыс. до н.э.

I Маски на фаллических шеях статуэток: некоторые из них можно было снимать, у них вогнутая задняя часть, соответствующая конической форме шей. (1)Съемные маски из Ахилжйона датируются периодм 6300-5700 гг. до н.э.; (2, 3) маски с раскосыми глазаи, носом и ртом, найден­ные в Ахиллейоне 1M Ь, 6100—6000 гг. до н. э., в месш, отведенных для культа Беременной Богини.

что рельефные изображения женских грудей (рис. 7-52) символы пропитания и регенерации — закрывали символы смерти — черепа грифов и нижние челюсти кабанов. Не исключено, что таким образом была выражена идея неизбежности цикла «обратного поглощения» первородной сущностью, которая порождает и питает все живое.

Во многих святилищах Чатал-Хююка были обнаружены скульптурные изображения бычьих голов и стенные фрески с большими быками и букраниями. Конечно, необходимо пояснить, как эти образы связан ы с идеей регенерации и почему именно под ними находят человеческие черепа. Как уже говорилось, символический смысл букраний был угадан художницей Д.Кэмерон, которая заметила, что бычья голова имеет сходство с маткой, а рога — с фаллопиевыми трубами (см. рис. 7-35). Это проливает некоторый свет на характер и связи между образом быка и Богини возрождения. Голова или череп быка были символом регенерации на Ближнем Востоке: в этом же качестве они широко использовались древнеевропейским искусством. Не исключено, что это символическое значение закрепилось за ними в эпоху палеолита, когда экскарнация человеческих останков была общепринятой практикой*. Обнажение органов человеческого тела давало возможность заметить это сходство. Все прочие символические фигуры из святилищ Чатал-Хююка, которые так или иначе связаны с Богиней и с бычьими ГОЛОВЗ.МИ нацелены на стим ул яц ию жизненной энепгии и De генерации: это треугольники двойные треугольники соты куколки и бабочки вульвы и фаллосы кисти и опечатки рук растения и животные влага жизни и околоплодные воды Само количество святилищ фресок и рельефов свидетельствуето посто­янной заботе о поддержании преемственности бытия.

В усыпальницах придунайского поселения Ле-пенски-Вир (Югославия) 6500-5500 гг. до н.э. (см. раздел «Погребальные практики») есть весьма убедительные доказательства того, что гробницы могли играть роль святилищ Богини смерти и возрождения. Главное божество Лепенски-Вира имело вид женщины-рыбы или гибрида женщины, рыбы и хищной птицы (см. рис. 7-102); его изображения помещали у изголовья алтаря. Святилища более позднего времени функционировали сходным обра­зом и соответствовали либо типу Ахиллейона, либо Чатал-Хююка.

Захоронения

Столбообразные статуэтки и скульптуры являк ся изображениями могильных божеств. Начинал Утыс. до н.э. и на протяжении всего IV и III тыс. н.э. они присутствуют в Эгейском и Средиземному ском регионах в скальных гробницах, гипогеях, щлективных или одиночных захоронениях в эя могильниках (см. рис. 7-29—7-32). Их помет; могилы по одной или по три штуки, а иногда и в большем количестве. В случае западноевропейских меллитических гробниц Богиня в виде совы можетбыл представлена на менгирах (вертикально стоящи камнях) или стелах; ее достаточно условные иоббржения или изображения одних ее глаз или ррун бывают вырезаны на каменных стенах, на косщ цилиндрических камнях и на плоских кусках аппщного сланца.

Святилища

Я называю святилища «храмами» ( temples ), поскольку так принято именовать некое строение т место, отведенное для служения или поклонения одному или нескольким божествам. Именно ткково было назначение древнеевропейских и анатолийских святилищ эпохи неолита и медного века. Другой термин, который используется в специально! литературе, « shrine », имеет более узкие смысловы! рамки, поскольку обозначает вместилище священ­ной реликвии (ковчег или раку), алтарь или часовню какого-либо святого или божества. Святилищ* эпохи неолита и медного века были в первую оче­редь местами для поклонения и проведения ритуа­лов, а отнюдь не только местами хранения священных реликвий.

Святилища и их модели, УП-У тыс. до н.э. Глиняные модели святилищ

Первые глиняные модели, способные дать достаточную информацию об архитектуре и назначении святилищ, появились ок. 6000 г. до н.э. Обычно они имеют 25—50 см в длину и позволяют составить бо­лее полное представление о конструкции храма. Кроме того, их поверхность, как правило, испещрена символическими рисунками, а над входом или на кровле красуются бюст и маска Богини, ее священное животное или просто рога. Благодаря раскопкам были обнаружены сотни подобных моделей разной степени сохранности. Не исключено, что это были дары богине того или иного святилища или же символические изображения той или иной богини: впоследнем случае их изготовление следует считать ана­логом создания ее статуэток. Одни модели были найдены вблизи от алтарей или под полами святилищ, другие в могилах (см. рис. 3-39: данная модель была найдена в могиле девочки).

Насколько можно судить, экскарнация все же не была ни повсеместной, ни общепринятой практикой. Захороненияв позе эмбриона встречались уже у неандертальцев в эпоху верхнего палеолита, что исключает экскарнацию. Прим . ред .

Археологи рассматривают их как миниатюрные «копии жилищ». Такого рода интерпретации следствие превалирующей тенденции при изучении куль­турных памятников держаться в стороне от вопросов религии. Я считаю, что все эти модели являются уменьшенными репликами храмов и поистине бесценным источником информации для реконструкции неолитической религии 24 .

Значительная их часть связана с культом Богиниптицы. Одни, с торчащими над кровлей головами, своими очертаниями напоминают птиц; у других имеется круглое входное отверстие, которое говорит отом, что их использовали в качестве птичьих домиков. Особенный интерес представляют модели из поселения Породин конца VII тыс. до н.э. (приблизительно 6000 г. до н.э.), находящегося в Пелагонии, неподалеку от Битолы (Южная Югославия); в 1952 г. там проводил раскопки М.Грбич и др. 25 При этом были обнаружены многочисленные модели святилищ, имеющие форму дома с «дымоходом» — полым цилиндром, в верхней части которого можно видеть маску Богини-птицы. Рельефный рисунок вокруг дымохода воротник или ожерелье Богини (рис. 753). У ряда породинских миниатюрных святилищ входные отверстия были в форме перевернутой буквы «Т» а в одном из них имелся алтарь с треуголь­ным углублением. Еще одна модель святилища из Южной Югославии представляет собой бюст Богини стоящий на пря моу гольно й ko н ctdvku ии с ДВУМЯ округлыми отверстиями. На лице Богини обозначеныТ-образныенадбровные дуги глаза большой нос (клюв), но нет рта. Кроме того, у нее обозначены пшь и пупок и по два браслета на обеих со гн ут ых и огшенных вниз руках (рис 7-54) Не исключено что шчоугольная crown ™ поставляет собой храмов™мастерскую(со соис 7-57 на котором представ юна модель из Кэшиоареле , Южная Румыния с большим основанием в котором проделаны круглые отверстия). Поселение в Породине относится к конпрямоугольной модели святилища из поселения культуры винча в Градешнице (Северо-Западная Болгария) нет кровли, но ее стенки богато украшены меандрами, ромбами и параллельными линиями и инкрустированы белым цветом, а по углам располо­жены изображения божества. У главного крылья и три черты посередине (рис. 7-56.2).

Одна из самых крупных моделей была обнаружена при раскопках поселения середины V тыс. до н.э. на дунайском острове (Кэшиоареле, Южная Румыния). Ее длина равна 51 см, а ширина — 24,2 см, к тому же у нее два этажа. На первом уровне несколько рядов круглых окон, а на втором — четыре небольших святилища с распахнутым входом, каждое из которых украшено либо рогами, либо стилизован­ным изображением звериных голов (рис. 7-57). Это зенит древнеевропейской культуры тот период, когда архитектура и керамика достигли настоящего совершенства и предела изощренности. Перед нами модель не какого-то одного святилища, но целого комплекса. Скорее всего, эти четыре святилища принадлежали четырем семьям или группам родственников. На нижнем этаже находилась огромная мастерская в к оторой как можно предположить изготовляли церемониальные сосуды и сотни дру-гих предметов необходимых при совершении тех или иных ритуалов.

О том, что в Vтыс. до н.э. действительно существовали двухэтажные святилища, свидетельствует значительное число моделей, принадлежащих разным культурным группам. Так, под Киевом, в Рожочуватке была найдена модель святилища кукутен-ской культуры. Ее нижний уровень представлял мастерскую, а верхний собственно святилище, состоявшее из двух помещений. Вокруг храма была терраса, так что люди могли обойти его кругом: заметим, что на модели из Кэшиоареле мы тоже видим террасу, которая соединяет все четыре святилища (рис 7-58).

Святилища как таковые

Полноценное двухэтажное святилище приблизительно 5000 г. до н.э. было найдено и раскопано в Ра-динграде в окрестностях Разграда (Северо-Восточная Болгария) 26 . Благодаря ему стало очевидно, что миниатюрные модели храмов были весьма точны. На его нижнем уровне был обнаружен полный набор инструментов, характерный для керамической мастерской: на платформе были разложены инструменты для нанесения орнамента, стояли небольшие тарелки, в которых измельчали охру, палитры для красок, а также большая печь. На верхнем уровне распола-гался алтарь, рядом с ним — ткацкий станок для из­готовления церемониальных одеяний, что, возмож­но, указывает на сакральный смысл самого ткачества. Эта практика изготовления священных одеяний в стенах самого храма продолжала оставаться актуальной в классическую эпоху, меж тем как самые ранние свидетельства ее существования восходят к VII тыс. до н.э.: к ним относятся дискообразные грузила для ткацкого станка, обнаруженные в святилищах Ахиллейона.

•  Глиняная модель святилища в виде тела Богини. Породин, неподалеку от Битолы, Западни Македония. В каждой стене широкий вход! виде перевернутой буквы «Т», на цилиндрической трубе дымохода маска Богини, на крыше — ее ожерелье. Высота ок. 35 см.

•  Еще одна модель святилища с цилиндрическим «дымоходом» с маской Богини; выотт! 20,8 см. Породин. Ок. 6000 г. до н.э.

Рис. 7-54 Модель святилища с бюстом Богини на крыше цокольного этажа (или мастерской) с круглыми окнами. Нос и брови, возможно, должны напоминать букранию, один из регенерационньа символов. Македония, Южная Югославия. Приблизительно 5500 г. до н. э.; высота ок. 30 см.

Рис. 7-55 Глиняная модел ь святилища с имитирующи м птичье оперение узором, схематически обозначенной головой, под которой расположено круглое отверстие: возможно, что оно предназначалось для птичьей ипостаси Богини. Ранний период культуры винча, Тур-даш у г. Клуж, Западная Трансильвания. Ок. 5200—5000 гг. до н. э.; высота 20 см.

Некоторые святилища были посвящены Богине-змее: одно из хорошо сохранившихся найдено в поселении Сабатиновка (Молдавская ССР) кукутенской культуры, приблизительно 48004600 гг. до н.э. Это конструкция в форме дома площадью около 70 кв. м. У одной из ее внутренних стен находился алтарь в виде скамьи, на котором обнаружено 16 статуэток со змеиными головами, сидящих на стульях с рогатыми спинками. Только у одной из них есть руки: она держит то ли змееподобного младенца, то ли фаллос (рис. 7-59). Рядом с алтарем стоял стул со спинкой, украшенной рогами. Скорей всего, он предназначался для жрицы, которая руководила церемониями. Непо­далеку находилась печь для выпечки хлеба, сбоку от нее — горшки, в одном из которых были кости сожженных животных. Кроме того, статуэтки были обнаружены возле печи и на мощеном полу рядом с входом. В общей сложности — 32 статуэтки в одном святилище, все без исключения представляющие Богиню-змею.

Совсем другой характер был у святилищ, в которых проводились регенерационные ритуалы. Так, при раскопках поселения Кэшиоареле, в более раннем слое, нежели уже упомянутый, было обнаружено святилище с двумя колоннами, приблизительно 5000 г. до н.э. Колонны были сделаны из дерева, покрыты слоем глины и расписаны символическим узором из квадратных меандров, а стены украшены орнаментом из красных яиц, концентрических кругов и спиралей 27 . Все перечисленные мотивы связаны с идеей регенерации.

Особый интерес представляют деревянные колонны, поскольку они, по-видимому, символизируют древо жизни. Как известно, жизненный столп может быть представлен растением, деревом (или деревом, обращенным в колонну, как это произошло в святилище Кэшиоареле), поднимающейся вверх змеей или фаллосом, или же сталагмитом, таинственным образом произрастающим в пещере. Многие сталагмитовые пещеры на берегах Греции, Югославии и Италии использова­лись в качестве святилищ: на протяжении многих веков там совершали регенерационные обряды и мистерии. Что касается вышеперечисленных стран, то их пещеры-святилища восходят к эпохе неолита, а критские — к медному веку.

В 1980-1985 гг. Г.Лазаровичи провел раскопки поселения Парца в 15 км к юго-западу от Ти-мишоары (Западная Румыния). При этом было найдено несколько святилищ приблизи­тельно 5000 г. до н.э. с колоннами из дерева и глины, скульптурные изображения в на­туральную величину и связанные с ними бычьи головы 2 8. Заключительный отчет об этих раскопках еще не опубликован. Одна­ко известно, что в комплекс построек цен­тральной части поселения последовательно входили два святилища: оба были выстрое­ны из вертикальных бревен, переплетенных прутьями и покрытых глиняной обмазкой. Внутри них находились земляные и глиня­ные столообразные алтари, передвижные очаги на трех или четырех ножках, а также монументальные скульптуры, стоявшие во внутренних углах, отделенных низкими пере­городками. Размеры более раннего святили­ща равнялись 12,5 м на 7 м, а более поздне­го — 11,6 м на 6 м. Колонны шли по западной и восточной стороне храма группами по ЛВС"— т dh В пер BOM по времени храме глиняный постамент крупной статуи имел 60 см по диаГОНДЛ и Сама статуя сгорела, однако со­хранилась женская глиняная статуя ИЗ вто-рого более позднего храма с д ву м я головами и двумя плечами. Она,стояла на воз-вышении из земли и песка гтокрытом счоем глинкг Возле одного гтдрмя была ппикпёгт ленГбычьяТоловГе^ ей Сбою en нее стоял ^овородообразный коооё1дпГпо7ношений На, одном из тоёх ™ейТ1иной более5м нмо^съпепе-лвижныГочаги чаши исо™ с ™п«ан ньш нГгорловине ликом Богини напол ненные костями животныхнТлт^гом ал.

(1) Глиняная модель святилища, представляют царство Богини в виде водной сферы, символ. чески обозначенной меандрами; внизу вил него, наверху — три ожерелья, голова реконстру!рована. С задней стороны модели — круглое Ш' верстие (для Богини, являющейся в образе ш цы?). Поверхность покрыта выемчатым орнаментом и белой инкрустацией. Группа вэдэстш ранней культур ы винча Вэдэстра Юго-Загташ Румыния. 5200-5000 гг. до н.э. (2) Открытая( fa BCDX 3.1 модель святилишэ. с головами божеств и

Рис. 7-57 Глиняная модель храмовой постройки из Кэш№ ареле, островного поселения к западу отОлтеницы, Южная Румыния. Модель представляя большую цокольную конструкцию с круглыш отверстиями, на которой стоят четыре храма. Ка можно предположить, в нижней части была 01-1 ромная храмовая мастерская. Артефакт датир^ ется серединой V тыс. до н. э. и так же постраи от пожара, как и святилище, в котором он бш | обнаружен; высота 24,2 см, длина 51 см.

Рис. 7-58 Глиняная модель двухэтажного святилища, найденная к югу от Киева в Рожочуватке. У обоих этажей просторные входы, а перед большим порта­лом и по периметру второго этажа — балкон. На зашей стенке маленькое круглое окошко. Высота ок. 30 см. Кукутенская (трипольская) культура, ок. 4300-4000 гг. до н. э. Раскопки двухэтажных святилищ культур кукутени, петрешти и караново показали, что они похожи на эту модель.

Есть много поселений, особенно в Се­верной Греции, Пелагонии и Македонии, в которых были обнаружены следы построек с алтарями, огороженными коробами для приношений, моделями святилищ, миниа­тюрными столами, треножниками, керно-сами, антропоморфными и зооморфными статуэтками, а также сосудами. Одни из них не считаются святилищами, другие были обнаружены в результате слишком локальных раскопок, не дающих достаточно материала для реконструкции. Обычно места, где делают подобные находки, описывают как «место поклонения» или «место для приношений» 29 .

Рис. 7-59 (а) Святилище в Сабатинови,] Молдавия, первая полоиит! V тыс. до н. э. Его общая плои»! 70 кв. м, а среди деталей обета-1 новки стоит отметить (1) вымо-1 щенный камнем пол, (2) печь I (3) платформу, (4) глиннный стул, (5) статуэтки и (6) некооль-1 ко сосудов у печи. (Ь) Несколш статуэток из святилища С б (йI тиновки (всего их найдено 32).1 Средняя в нижнем оялу држикт i змею или фаллос остальные!»

Из всего того, что уже известно, ясно, что на протяжении VT V т bic . до н.э. святилища действитель­но существовали по всей Юго-Восточной и Центральной Европе. В них приносили подношения и совершали ритуалы при рождении, смерти и по многим другим случаям.

Мальтийские святилища IV III тыс. до н.э.

Прообразом мальтийских святилищ были яйцевидные подземные гробницы. Даже в пору своего расцвета в IV тыс. до н.э. — начале III тыс. до н.э. эти храмы, в отличие от святилищ Юго-Восточной Европы, имели мало сходства с жилищами, но напоминали очертаниями огромные яйцевидные ягодицы регенерационного тела Богини (см. рис. 5-25-529). Этот образ воспроизводят многочисленные каменные скульптуры Богини.

Все символические изображения, которые можно видеть на керамике, рельефах, стенных росписях, каменных плитах и алтарях, являются частью общих символов возрождения. Так, весьма распространены изображения лобкового треугольника Богини: его высекали из больших камней и устанавливали, узким концом вниз, в качестве алтаря в храмовых апсидах и нишах (рис. 7-60).

Треугольники, алтари, колонны и каменные плиты все они почти сплошь покрыты ямками. Не исключено, что это был не просто способ декорирования и что за ним, как и за чашевидными знаками на западноевропейских менгирах и мегалитических гробницах, стоял некий символический смысл. Эти небольшие отметины были в какой-то мере проникновением в стихию Богини.

К образам, связанным с регенерацией, следует также отнести изображения поднимающихся вверх змей и ящериц. Рельеф с изображением такой змеи был найден в святилище Гжантийи. В святилище Тарксиенны обнаружены скульптурные изображения ящериц и фаллосов, по двое—трое расставленные по нишам (рис. 7-61). В святилище Хагар-Ким неподалеку от входа был установлен алтарь в виде небольшого стола, который с лицевой стороны ук­рашало изображение растущего из сосуда дерева. Поблизости от него был большой столообразный алтарь, над которым была вырезана пара рельефных изображений двойной змеевидной спирали, упирающейся вверху в треугольник. Этот же мотив можно видеть на каменной плите изтарксиеннско-го святилища знаменитого своим спиралевидным орнаментом. В него вплетены изображения бутонов и пробивающихся ростков, что указывает на более глубокое значение этого геометрического узора — прославление растительной энергии и весеннего обновления жизни.

В тарксиеннском святилище на каменных плитах были обнаружены резные рельефы с изображениями двух быков с большими рогами (рис. 7-62.1, 2), а рядом с ними — суки с тринадцатью новорожденными щенками (рис. 7-62.3). Сохранился фрагмент сосуда с рельефным изображением рогов, между которыми сидит птица (рис. 7-63). На одной из каменных плит была искусно вырезана целая процессия животных — овец, свиней и коз. Хотя существует мнение, что это — жертвенные живот­ные, однако это также могло быть шествие во славу обновления жизни в животном мире.

На Мальте было найдено более 30 чрезвычайно впечатляющих каменных скульптур, высотой от 5 см до 3 м 30 . Основную группу составляют изображения обнаженных женщин с яйцевидными ягодицами, у которых одна рука опущена вниз, а другая покоится на груди. Они были обнаружены в гипогее Халь-Сафлиени и в святилище Хагар-Ким. Одни изображены стоящими, другие сидят, подвернув ноги вправо или влево (цветная вклейка 21). Некоторые облачены в длинные одежды с воротом. Двойной мотив яйца — подчеркнуто увеличенные ягодицы — связывают эти скульптуры с идеей возрождения. В Халь-Сафлиени были также найдены подвески в форме ягодиц и вырезанные из кости статуэтки, полностью выдержанные в схематическом стиле, с цилиндрическими или фаллическими головами.

Самая крупная каменная скульптура, чья высота, должно быть, достигала 3 м, была обнаружена в тарксиеннском святилище: не вызывает сомнений, что это изображение наиболее почитаемого божества данной обители. Уцелела лишь ее нижняя часть в один метр высотой ноги яйцевидной формы, от колена до середины икры закрытые юбкой (рис. 7-64). Кроме того, в тарксиеннском святилище сохранился менее внушительный фрагмент схожего, но на сей раз сидячего скульптурного изображения. Там, ниже края юбки, у ступней Богини сидят четыре тучные женщины, представленные в виде рельефа. Эти гигантские скульптуры уникальны для доисторического искусства хотя бы потому что деревянные и глиняные изваяния крупных размеров просто не сохранились.

Кто эта Богиня-великанша? Сохранившийся фрагмент нижней части ног показывает, что она во многом схожа со скульптурами богини из Хагар-Кима. У нее неестественно толстые икры и маленькие ступни. Не исключено, что в этом скрыт некий символический подтекст: предположим, что на самом деле это не ноги, а яйца. Это дает еще один ключ к пониманию функций данной Богини. Наперекор общепринятому представлению, она не просто богиня плодородия: ее тучность имеет более глубокий смысл и связана с идеей регенерации. Иными словами, это — чисто мальтийское воплощение Богини возрождения.

Рис. 7-61 Змея, ящерица и тройной фаллос — регенерационные символы мальтийских храмов. (1) Поднимающаяся вверх змея, Гжантийя, ок. 3600 г. до н.э.; (2) статуэтка ящерицы; (3) тройной фаллос из Тарксиенны, ок. 3000 г. до н.э.

Рис. 7-60 Алтари мальтийских храмов в форме лобкового треуголънш.

•  Треугольный камень с ямочным орнаментом, стоящийв нише храма Хагар-Ким (восточная часть, внешняя сторона).

•  Большой треугольный ка­мень с ямочным орнаментом в храме Мнайдры, комната 1. 3500-3000 гг. до н.э.; высота 1,6 м.

Рис. 1

Терракотовая маска Богини с цилиндрической шеей, найденная в Суфли-Магула близ г. Ларисса, Фессалия. Культура сескло, начало VI тыс. до н.э.; высота ок. 7 см.

Рис. 2 Носители культуры сескло отличались искусной резьбой по мрамору, алебастру, порфиру и зеленому камню. Это — печать или игровая доска с 9 желобками, заканчивающимися круглыми углублениями и сквозными выходами. Ахиллейон IV , Фессалия, 5900—5800 гг. до н Э ; длина 5 5 см

Рис.3 Ранний образец расписного сосуда (красный узор на белом ангобе) ранней культуры сескло («протосескло»). Отзаки, Фессалия, ок. 6300 г. до н. э.

Рис.4 Чашка культуры сескло с крас-1 ной росписью на белом анообе. | Ее узор может быть стилио ванным изображением барань-1 их рогов или соединенных вмс-1 сте бычьих голов. Ручка украшена противолежащими тре-1 угольниками над ручкойи внутри чашКИ — уЗКИЕ ТЦЕ' угольни ки или изобозженм I клюва. Цани Фессалия, ок 5900-5800 гг. до

Рис. 5 Маска Богини часто фигурирует на горловинах ритуальни| сосудов: таково назначение]! этой крупной маски культура сескло. Ахиллейон IV, 5900-1 5800 гг. до н. э.

Рис.7 Сферический сосуд, украшенный рельефом из соединенных между собой Б-образных спиралей. Культура бутмир, Небо, Босния, начало Vтыс. до н.э.

Антропоморфный сосуд середины VI тыс. до н. э., представляющий Богиню; роспись из множественных шевронов, меандров, зигзагов, тройных линий и знаков «М». Разнонаправленные меандры сходятся в области лба, а тройные шевроны под клювом превращаются в знак «М». Двумя небольшими меандрами обозначена грудь; в нижней части шеи — красные треугольники, являющиеся особым символом Боги­ни. Культура старчево, Градешница, к северо-западу от г. София, Болгария.

Рис.8 Сидящая на стуле терракотовая Богиня-птица с У-образным воротом или ожерельем, на котором закреплен круглый медальон. На маске обо­значены миндалевидные глаза и напоминающий птичий клюв огромный нос, рот отсутствует. Среди особых символов Богини-птицы тройные линии, пересекающие плечи, меандр на животе, а над ним четыре черточки, объединенные горизонтальной линией. Культура ча. Предионика у г. Приштина, край Косово, ок. 4500 г. до н.э.; высота 18,5 см.

Рис. 10 Крышка в виде совы с ушами в качестве ручек, украшннна! вертикальными линиями с решетчатым узором и белой и ик 1 рустацией на тонкой черной текстуре. Культура винча, Фафос | Пуг. Косовска-Митровица, край Косово, 5000-4500гг.дон.э. высота 16,5 см.

Рис.9 Треугольный сосуд для приношений на ножках с «шахматной» росписью красного, черного и белого цвета. Культура винча, Фафос близ г. Косовска-Митровица, край Косово, ок. 4500 г. до н. э. (или ранее); высота 15,3 см.

Рис. 11 Маска культуры винча в натуральную величину, с большими миндалевидными глазами. Предионика у г. Приштина, край Косово, ок. 4500 г. до н.э.; высота 17,5 см.

Рис. 12 Восседающая на троне Богиня (голова и ноги отбиты), украшенная спереди и сзади разбитым на секции нарезным орнаментом из зигзагов. Культура тиса, Сегвар-Тюзкёвешуг. Сентеш, Юго-Восточная Венгрия, начало V тыс. до н.э.; высота 21,7 см.

Рис. 15 Сосуд в форме «бинокля» с черной росписью на красном фоне, центральный символ бегущий пес. Поздне-кукутенская (кукутенская В) культура Бильче-Злоте, Галиция, Юго-Восточная Польша, ок. 3800—3600 гг. до н.э.; высота ок. 15 см. Рис. 14 Грушевидный сосуд с крышкой, украшенный символической росписью. На фронтальной части вульвообразные формы, окруженные свободно парящими спиралями, которые затем повторяются на крышке. Верхняя полоса росписи состоит из заполненных шахматным узором шевронов и треугольников. Поздняя фаза классического периода кукутенской культуры, Драгушени, Северо-Восточная Румыния, ок. 4300—4200 гг. до н.э.

Рис. 13 Сосуд для приношений или светильник на четырех ножках, на каждом углу по голове барана; орнамент из спиралей, шевронов и меандров. Культура тиса, Сегед, начало V тыс. до н.э.; высота 12см,длина 11,8 см.

Блюдо кукутенской культуры! I росписью на внутренней стороне в виде двойных плодов, рамляющих центральный ромб. I Позднекукутенская (кукутейекая В) культура, Под ей-Тырг уОкна, Северо-Вотточная Щ мыния, ок. 3800-3600 п . и н.э.; диаметр ок. 40 см.

Рис. 17 Сосуд стиля «серра-д'альток характерными фант астическ ими ручками трехмерной лепке и двойным спиральным мои-] вом. Период серра -д'али о южноитальянского неолтта, I Патерно к западу от Ка та и ки, Сицилия, конец V тыс. до н.з. I

Рис. 18 Сосуд стиля «диана» с трбчаа1 тыми ручками и блестящей, лишенной каких-либо украшений поверхностью. Период ди-ана южноитальянского неолита. Патерно к западу от Катании, Сицилия, ок. 4000 г. до н.э.; высота 13,5 см.

Рис. 19 Шествие животных — барана, свиньи и козы (еще три козы не вошли в снимок): рельеф на каменной плите у алтаря святилища Тааксиенны, Мальта, ок. Mr . до н.э.

Рис.20 Малььийский храм из известняковых плит: Хагар-Ким, ЮгоВосточная Мальта. Возвышающийся над постройками справа башнеобразный менгир, возможно, представляет саму Богиню. Вторая половина IV тыс. до н.э.

Рис. 21 Стоящая Богиня с тучными бедрами и ягодицами из святи­лища Хагар-Ким, Мальта, ок. 3500-3000 гг. до н.э.

Рис. 22 Кентавр с головой (или маской) человека и туловищем быка, покрыты! росписью из ре генерационных символов: его передние ноги имеют яйце­видную форму и расписаны черны! узорами в виде пузырей. В верхней части маски — знак «М», грудь пересекают три линии. Терракота, культр винча, Валач у г. Косовска-Митровица, край Косово, ок. 4500г. до н.э:,т сота 19,5 см.

Рис. 23 Богиня из Лепенски-Вира (Север: Югославия), сочетающая черты рыбн (рот), женщины (груди и вульва)и хищной птицы (птичьи лапы вмстте человеческих рук). Это каменш изображение стояло на краю ajmpi (святилище № 44) вместе с еще одно» яйцевидной скульптурой Богинирыбы. Ок. 6000 г. до н.э.; высота51 см.

Рис. 24 Яйцевидная скульптура из песчаника, изображающая вульву перед родами Лепенски-Вир, святилище №51, об­наружена на краю алтаря. Скулпптр была густо окрашена красной охрой. Размер: 18 на 13,8 см.

Рис. 7-62 (1,2)Двабыкаи(3)сука с!3 щенками, рельеф на извеесняковой плите. Регенераиионные символы из храмов Тарксиснны; высота (1, 2) 27 см, (3)18 см.

Рис. 7-63 Птица, появляющаяя между рогов быка, рель­еф на сосуде, святилище «жсиенны.

Мальтийские святилища строились попар­но, чему лучший пример храмы Гжантийя и Мнайдра (см. рис. 5-25, 5-27). Как можно предположить, они представляли разные ипо­стаси Богини и были местами проведения раз­ных ритуалов: более крупный западный храм — тех, что связаны со смертью и регене­рацией, а восточный тех, что связаны с ро­ждением и возрождением не только природы, но и людей. Апсиды западных храмов сдела­ны из более темного красно-коричневого из­вестняка globigerina и покрашены в красный цвет, тогда как восточные храмы выстроены из более светлого камня. Не исключено что парные храмы были посвящены парным бо­жествам — матери и дочери или двум сестрам имеющим вид сиамских близнецов: изобра­жения такого рода часто встречаются в Евро­пе и в Анатолии VII — III тыс. до н.э.

В святилищах Мнайдры и Тарксиенны были обнаружены глиняные статуэтки бере­менных женщин с отвисшей грудью и разбух­шей вульвой; не исключено, что это — миниа­тюрные (в 5-6 см высотой) подобия Богини-роженицы (см. рис. 7-2). Нам трудно назвать их красивыми: Дж.Д.Эванс считал, что они «уродливы» и «патологичны» 31 . Однако очень важно постараться не проглядеть их символи­ческий смысл. Не принимать в расчет те или иные произведения доисторического искусст­ва лишь из-за их несоответствия современным представлениям о красоте значит упустить нечто гораздо более значимое. Любопытно отметить что у обеих фигурок на спине есть 9 горизонтальных насечек — не исключено, что они обозначают 9 месяцев беременности. Эти статуэтки могли иметь вотивный харак­тер их могли подносить Богине-роженице чтобы она поспособствовала благополучному разрешению от бремени Возможно что ролы проходили в восточных святилищах' поскольkv именно там находят изображения ТЭ.КОГО

Около святилища Хагар-Ким был также найден торс обнаженной женщины с большой грудью, общей высотой в 12,5 см (рис. 7-65). Поскольку эта статуэтка гораздо ближе к идеа­лу красоты XX в., она удостоилась присталь­ного внимания археологов и получила имя «Мальтийской Венеры». Еще одно изображе­ние чуть меньшего размера было найдено в святилище Тарксиенны: это изваяние нагой непринужденно сидящей женщины. К сожале­нию, головы обеих скульптур были утеряны. Но существует еще немало шедевров мальтий­ского искусства, чье назначение и смысл до сих пор остается тайной. Таковы найденные в гипогее Халь-Сафлиени известнякоРис. 7-64 вые головы с юными чертами лица (рис. 7-66).

Святилища Северной Европы IV и III тыс. до н.э.

Святилища или храмы культу­ры воронковидных кубков обнару­жены в Дании и Швеции. Мы уже говорили об этих подковообраз­ных строениях, в которых было найдено немало замечательных сосудов и черпаков (см. рис. 4-15, 4-16). Уникальное по своему типу святилище приблизительно 3000 г. до н.э. обнаружено в Альвастре (Южная Швеция) у подножья горы Омберг в богатом сельскохо­зяйственном районе. Оно пред­ставляло собой большую свайную постройку которая занимала око-ло 100 кв. м и не имела стен. Осу­ществивший ее раскопки археолог М.Мальмер отмечал 32 , что там было более тысячи свай из дуба, вяза липы ореха яблони и других лиственных деревьев Они образо­вывали два прямоугольника обне­сенные довольно редким дубовым забором Дендрохронологический анализ показал что срок сущест­вования этого строения был равен

42 года З el 'ЭТО в T ) е \ f я оно несколько оаз перестраивалось причемпеоиолыактавност^ довались с Гителытм*Гинтеова лами простоя^ить в нем зимой бт,гпп неитможнп Пптт rhv -гпи бкгл сложен и. па^лельныТбревен п окрытых пли^м7и, В естняка Апхепло™ ойн1п«™либолее сот'пикиГжиио™ 7 Г!Л™п и

Рис. 7-64 Самая большая каменная скульптура (высота нижней части 1 м) из тарксиеннского некрополя, Мальта, У нее характерные яйцевидные икры, а на пьедестале узор из яиц и столбов. Приблизительно 3000 г. до н.э. серного колчедана, -по-видимо­муш также оставленный в виде под-последней фазе существования святилища. Поскольку располагаются они не в анатомической последователлности, то можно сделать вывод, что покойников выкладывали на особые платформы, сооруженные специально для проведения экскарнации.

Альвастра стоит у грязевого источника, где грунтовые воды под давлением вырываются на поверх­ность в виде небольшого фонтанчика. Судя по тому, что святилище расположено у подножья горы и вблизи от источника; судя по тому, что в нем найдены двойные топоры, ритуальные топоры из янтаря и ти, приспособления для разведения огня, приенные в жертву животные, зерно и плоды, а также разрозненные человеческие кости, правдоподобно будет предположить, что его использовали для проведения весенних регенерационных ритуалов и что оно имело какое-то отношение к погребальным ритуалам. В Древней Европе и на Крите минойского периода топоры и двойные топоры ассоциировались срегенерационной функцией Богини Их символическое назначение объясняет тот необычный факт, что некоторые из них изготавливались из янтаря и камня (рис. 7-67).

Хотя деревянные святилища североевропейской юны отличались от более прочных южноевропейских храмов из камня и глины, судя по всему, их роли были во многом схожи. Во всяком случае, регенерационные ритуалы отправляли и здесь, и там.

Прически , головные уборы и ритуальные одеяния

Следует считать большой удачей, что у многих статуэток VI IVTbJC . до н.э. вырезаны или нарисованы детали одежды, а у некоторых еще и прически. Ко­нечно, можно лишь гадать, носили ли обычно люди подобные одеяния или же это — убранство божеств шучастников каких-то ритуалов. Последнее представляется более вероятным, поскольку у этих скульптурных изображений на лицах маски, и похо­же, что они передают позы участников церемонии и тех, кто восседал на тронах. В любом случае можно предположить, что эти одеяния, головные уборы и прически имеют некоторое сходство с теми, что люди носили 8000—6000 лет назад. Отчетливые линии, сохрааившиеся на поверхности глиняных статуэток благодаря глубокой гравировке и инкрустации, ука-зывают на существование разнообразных причесок, тюобанов kodoh шапок украшений набедренных повязок узких юбок до щиколотки передников ба-шомы блуз и обуви На статуэтках также бывают мкзаны или нарисованы различные знаки и символические изображения однако их нельзя спутать с деталями туалета

Прически

Особого внимания удостаивались прически и головные уборы Богини-птицы и Богини-змеи или их жриц, носивших сходное убранство. Прекрасным образцом того, как около 8 тыс. лет назад женщины культуры сескло причесывали волосы, является классическая статуэтка Богини-птицы из Ахиллейона, у которой они аккуратно разделены пробором и уложены в пучок (см. рис. 7-13, 7-47). Подобная прическа больше всего подходит занятой матери семейства, однако, когда следовало принимать участие в ритуалах, ей можно было придать более элегантный вид скажем, с чьей-то помощью накрутить локоны Сложная завивка такого рода встречается на статуэтках культуры сескло начала VI тыс. до н.э. (рис. 7-68). А голова статуэтки той же культуры из Цани-Магулы приблизительно 5900-5700 гг. до н.э. наводит на мысль об использовании сетки или чехла для волос (рис. 7-69). В Ситагрое была найдена статуэтка с клювом у к оторой волосы стого стятггы назад и закручены элегантными змейчатыми спиралями сзади и по бокам (см. рис. 3-59).

Мы также располагаем изображениями женщин с длинными распущенными волосами, которые заставляют предположить, что молодые девушки посвящали какое-то время расчесыванию и укладке волос. На старчевской скульптуре VI тыс. до н.э. из жилого холма Винча волосы у женщины распущены и перехвачены на затылке ремнем (рис. 7-70). Статуэтки позднего периода кукутенской культуры представляют участниц ритуальной пляски, которые трясут волосами, завязанными узлом у них на спине (рис. 7-71). Весьмасложные прически можно видетьу статуэток культуры винча 5000—4500 гг. до н.э. (рис. 7-72-7-74). Однако остается загадкой, действи­тельно ли женщины эпохи неолита придумали способ укладывать волосы длинными завитыми локонами. Непонятно, прибегали ли они во время церемоний к каким-то умащениям или использовали ремешки чтобы завитые и высушенные волосы лег-ли спиральными завитками. Один из мастеров кульTV р bi сескло сделал изображение женской головки у которой волосы спускаются по обе стороны роскошными локонами-колбасками». По всей видимости в ос ofSo торжественных сл учяях н э. изготовление этих сложных причесок уходило немалое время.

Головные уборы

Крохотные скульптурные головки культуры сескло, размерами чуть больше ногтя, имеют нарядные головные уборы, напоминающие тюрбан (рис. 7-75, '7-76). Их было легко изготовить: просто обернуть кусок ткани вокруг головы и закрепить ее, пропустив конец под складками. У другой статуэтки волосы аккуратно расчесаны на пробор и стянуты на затылке, где их покрывает шапочка или полоса материи или кожи (рис. 7-77, см. также рис. 7-13). Еще одна статуэтка культуры сескло имеет большой пучок в нижней части затылка (рис. 7-78).

Рис. 7-65 «Мальтийская Венера», натуралистическое изображение обнаженного женского тела, левая рука на животе, большие груди. Терракота. Найдена в храме Хагар-Ким. Конец IV тыс. до н.э.; высота 12,5 см.

Рис. 7-66 Известняковые головы из гипогея Халь-Сафлиени: юные лица, аккуратно расчесанные волосы. Мальта. Приблизительно конец IV тыс. до н. э.; высота самой большой головы 11,5 см.

В Агиос-Петросе, неолитическом поселении на крохотном островке Пелагос (острова Северные Спорады в Эгейском море), обнаружены статуэтки в высоких шапках, украшенных несколькими рядами параллельных линий (рис. 7-79). А некоторые скульптуры культур сескло и винча одеты в шапки конусообразной формы (рис. 7-80). Шапки такого рода, скорей всего, изготавливались из войлока, что позволяло создать остроконечный силуэт.

Не исключено, что истоки символической значимости короны также связаны с эпохой неолита: сохранилось немало статуэток, у которых на голове заметен убор в форме тиары. Скорей всего, такие головные украшения изготавливали из плетеной пеньки или из скру­ченных в венок веток. Для изготовления диадем использовались и раковины спондилус. При раскопках могильника Черника были найдены диадемы из пластинок этих раковин, украшенные тройным рядом отверстий (см. рис. 3-46). Но, вне зависимости от мате­риала, важно подчеркнуть безусловную древность этого вида священного головного убора.

Украшения

Больше половины всех древнеевропейских статуэток представлены обнаженными выше пояса, из чего мы и делаем вывод, что это — изображения богинь или жриц во время исполнения ритуала. Климат древней Европы был недостаточно жарким (за исключением летнего сезона), чтобы, в отличие от тропиков, люди имели привычку ходить полуголыми, не испытывая при этом серьезных неудобств. А вот во время проведения религиозных церемоний зрелище молодой женщины в бусах и с обнаженной грудью должно было радовать как божеств, так и собравшихся зрителей.

Рис. 7-67 В Северо-Западной Европе, так же как и по всей Древней Европе, включая минойский Крит, двойные и треугольные топоры были символами регенерации. Ритуальные топоры из камня и янтаря из мегалитических гробниц. (1)Сковагер, Виборг. Янтарный топор с 7 сквозными отверстиями для 7 нитей янтарных бус. (2, 3) Фёлленслев; (4, 5) треугольные янтарные топоры из Хёрдума, Ти, Дания. Масштаб ок. 2:3.

Ряд точечных углублений на скульптурах обозна­чает бусы. Так, у статуэтки позднего этапа кукутен-ской культуры из Бильче-Злоте одна нитка бус протянута под горлом, другая свешивается до бедер, ко­торые также обвиты бусами (рис. 7-81). Подвески из глины и «медальоны», скорее всего, крепились на кожаных ремешках, что касается бус, то их составляли из раковин (рис. 7-82).

Бусы из раковин и камней были не только частью божественного одеяния; их носили и в повседневной жизни. Значительное их количество находят в могилах ивместах поселений. Большую часть раковин —спондилус, денталиум, пектункулус — привозили издалека и, по всей видимости, очень ценили. Обработка спон-дилус производилась на месте. Раковинам придавали самые разнообразные формы, из которых наиболее популярными были цилиндрические, биконические и бочковидные, причем более крупные бусины собира­ли в передней части нити. Поразительно много бусин из раковин спондилус было найдено в Германии, Франции, Венгрии и Чехословакии, т.е. более чем в 1500 км от места их добычи. В одном из захоронений могильника Лужянки (Западная Словакия) обнаружено 610 бусин из раковин спондилус. Если нанизать их на одну основу, то получилось бы ожерелье длиной в 450 см. Большое количество хрупких раковин денталиум обнаружено не только в прибрежных районах распространения варнской культуры, но и на удаленных от моря территориях культур винча и лендель. Кроме того, археологам попадаются и бусины из полудрагоценных зеленых и черных камней. Бусины из зеленого камня и из мрамора часто встречаются в ранненеолитических слоях VII тыс. до н.э.; мода на них существо­вала на всем протяжении культуры сескло. Не исключено что прототипом изображенных на ее статуэтках ожерелий были именно те что изготавливались из каменных бусин (рис. 7-83). Медные и золотые бусины более частым явлением в середине V тыс. до н.э. Начиная с 6000 г. до н.э. наблюдается прочная связь между святилищами и статуэтками с большой круглой подвеской или медальоном на шее (рис. 7-84, 7-85).

Рис. 7-68 Статуэтки с тщательно уложенными локонами,спускающимися по обе стороны ливд. Культура сескло, Магула-Панагу уЛариссы, Фессалия. Ок. 5900-5700 гт. до н.э.

Рис. 7-69 Голова из Цани-Магулы: волосы расчесаны на пробор и, возможно, покрыты сеткой или шарфом. Культура сескло. Ок. 6000-5800 гг. до н.э.

Рис. 7-70 У згой статуэтки прическа состо-итиз туго стянутых сзади прядей, возможно, перевязанных ремешком у основания шеи. Культура старчево, Винча, Белград. Ок. 5600-5400 гг. до н.э.

Рис. 7-71 Статуэтка с распущенными волосами. «Шишка» на спине — церемониальное украшение. Поздний период кукутенской культуры, Криничка, Одесса, Украина. Ок. 3700-3500 гг. до н.э.

Рис. 7-72 Голова в маске и с классическим пучком. Волосы зачесаны со лба назад и скручены на макушке. Классический перод культуры винча, Црнокалачка-Бара у п Ниш, Южная Югославия. Ок. 5000-4500 гг. до н.э.

Рис. 7-73 Статуэтка культуры винча со сложной прической: волосы скручены в два пучка, а затем спускаются свободными прядями. У этой женщины в маске пряди лежат на плечах. Классический период культуры винча Винча, Белград. Ок. 5000— 4500 гг. до н э

Рис. 7-74 Терракотовая голова с аккуратно расчесанными волосами. Культура винча, Павловац у т. Вране, Южная Югославия. Ок. 5000-4500 гг. до н.э.

Набедренные повязки

Набедренные пояса из бусин или из бахромы характерная особенность статуэток VI IV тыс. до н.э. Что может быть отрад­ней для взгляда, нежели богато украшенная набедренная повяз­ка, оттеняющая естественную красоту полуобнаженной женщи­ны?

Яркий тому пример — статуэтка культуры старчево, представ­ляющая внушительных размеров женский торс, украшенный на­бедренным поясом. Последний составлен из подобранных по раз­меру каменных бусин, раковин или глиняных кружков, нанизан­ных на кожаный ремень (рис. 7-86). Глиняные «медальоны» можно видеть в качестве набедренного украшения и у другой старчевской статуэтки, найденной в Винче. Что касается бахромы, то ее, ско­рей всего, изготавливали из кожаных ремешков, к концу которых привязывали бусины. Другой конец был закреплен на поясе, при­чем бахрома закрывала тело по всему периметру. Существование набедренных поясов с бахромой или с несколькими рядами бусин зафиксировано в культурах винча, караново и кукутени (рис. 7-87, 7-88).

Узкие юбки

Скульптурное искусство древних европейцев пре­доставляет нам зримые свидетельства их портняжно­го мастерства. На протяжении столетий художники культуры винча облекали свои статуэтки в удивитель­но красивые узкие юбки, закрывавшие ноги от бедра по щиколотку. Часто они сужаются к коленям, а затем снова расширяются: можно предположить, что это был кусок ткани, обернутый вокруг тела, который присо-бирали и оттягивали от щиколоток ремни, закреп­ленные на набедренном поясе. Тот факт, что юбки были оченьузкими, создает впечатление затрудненно­го движения, характерного для церемониального шага, но плохо подходящего для ством (рис. 7-89-7-92).

Передники

Еще одной деталью одежды были, по-видимому, ритуальные передники. Обычно они обозначены то­чечными углублениями или насечками, которые об­разуют падающие складками, прямоугольные, петле­образные или У-образные передники ниже колена. Они всегда украшены узором из змейчатых спиралей, знаков « V », шевронов и других мотивов, часто встре­чающихся на статуэтках богинь (рис. 7-93).

Блузы или корсажи

Некоторые статуэтки облачены в блузы, у которых имеется только передняя и задняя часть, а бока откры­ты (рис. 7-94). Если эта деталь туалета имела реальные прототипы, нам остается только гадать, из чего их из­готавливали. Если не из ткани, то, возможно, из кожи. Поскольку в такого рода корсеты бывают одеты стату­этки, чьи лица закрыты маской, можно предположить, что их назначение было в большей мере церемониаль­ным, нежели практическим.

Рис. 7-75 Вне зависимости от размера статуэтки, для изображений Богини-птицы часто характерны тщательно выполненные головные уборы. На этой найденнойв Ахиллейоне крохотной статуэтке у богини клюв, а голова увенчана тюрбаном: кусок материй обернут вокруг головы, один конец спускается сбоку и закреплен у основания шеи диском. Культура сескло, АхиллейонЩ Фессалия. Ок. 5800 г. до н.э.

Рис. 7-76 На голове у этой Богини-птицы с цилиндрической шеей -тюр­бан, похожий на корону. Вити глины имитируют складки обернутой вокруг головы ткани, вмятина сзади также говорит о том, что это сложный тюрбан, похожий на головные уборы, которые по сей день можно видеть в деревнях на Ближнем Востоке. Ахиллейон IV .

Рис. 7-77 У этой поврежденной статуэта культуры сескло волосы поделены пробором, уложены в пучок и схвачены обручем или тиарой. Караикия у г. Ларисса, Фессалия. Ок. 6000-5800 гг. до н.э.

Обувь

Сохранившиеся фрагменты статуэток говорят о том, что древние европейцы умели делать кожаные сапоги, которые подгоняли по ноге и стягивали рем­нем на щиколотке (рис. 7-95,7-96). Судя по одному из найденных в Видре образцов скульптуры культуры гу-мельница-караново VI , подошвы могли подбивать, а саму обувь — расписывать символическими узорами; в последнем случае узорчатые украшения были на дру­гих частях скульптуры (рис. 7-97). Вполне вероятно, что обувь, которую мы видим на статуэтках богинь, имела аналоги в обычной жизни.

На основании представленного нами изобразитель­ного и фактического материала, связанного с причес­ками, головными уборами и ритуальными одеяниями, можно сделать вывод, что церемониальный костюм

Рис. 7-78 Пучок этой статуэтки напоминает африканские прически. Насколько можно судить, макушка обхвачена лентами, а большой пучок, судя по его не­естественному положению, нуждался в каком-то дополни­тельном способе крепления. Телль Ситохорон у г. Фарсала. Ок. 6000-5800 гг. до н.э.

 

Рис. 7-79 Статуэтка в высокой шапке. По бокам можно видеть ступенчатую стрижку. Агиос-Петрос, о. Пелагос, Спорады, Северная Эгея. Приблизительно сер. VI тыс. до н.э.

У этой терракотовой статуэтки позднего периода культуры винча пунктирными линиями обозначено ожерелье из двух нитей и пояс из трех нитей. Пунктирная линия в районе щиколоток, возможно, указывает на то, что длинная юбка была стянута внизу несколькими нитями бус. У двойного ожерелья одна нить проходит под горлом а другая спекается до пупка. Бильче-Злоте, Юго-Восточная Польша.

Рис. 7-80 Конические шапки. (1) Голова в конической шапке культуры сескло, напоминающей те, что носили в Хаджиларе, Анатолия. Ее глаза похожи на кофейные зерна, что характерно для начала VI тыс. до н.э. Вырезанные на каждой щеке три линии обычно встречаются на масках Богиниптицы. (2) Статуэтка в маске и остроконечной конической шапке. Культура винча, Винча. Ок. 5000-4500 гг. до н. э. был разработан до мельчайших деталей и отличался большим вкусом. Его изготовление требовало немалого времени и мастерства, и не исключено, что это был плод коллективных усилий людей, работавших в храмовых мастерских.

Рис. 7-82 Бусины из глины и из раковин были тщательно перфорированы и собраны в ожерелье, которое должно было украшать обнаженный торс девуш^ киили жрицы. (1) Вршник, Центральная Македония, ок. 5500 г. до н. э. Это ожерелье с бусинами из раковин спондилус было найдено в ритуальном сосуде в форме ягодиц. (2) Культура винча, Винча. Ок. 4500 г. до н.э.

Погребальные практики

Древнеевропейские погребения кардинально отли­чались от пришедших им на смену индоевропейских. За этим несходством стояла разница идеологий: для жителей Древней Европы было важно подчеркнуть цикличность смерти и возрождения в теле Великой Матери; для индоевропейцев линейное продолжение славы могучих мужей. Последние хоронили мерт­вых в отдельных погребальных домиках или палатках, тем самым продлевая их индивидуальное существова-ние. В могилу их сопровождало личное имущество — инструменты, оружие, лошади, даже жены и слуги или рабы. Чем выше положение покойника, тем с большей роскошью было обставлено его захоронение. Царские гробницы бронзового и железного века просто поражают количеством погребального инвентаря, а также принесенных в жертву коней и людей.

Напротив, древнеевропейские захоронения свидетельствуют об уважении ко всему сообществу предков, а не ктем или иным отдельным личностям. Личный погребальный инвентарь ограничен немногими украшениями или инструментами, которые сим­волически связаны с Богиней или с регенерационными ритуалами. В числе последних — рога и кости марала, кабаньи и свиные челюсти, скелеты собак,

воловьи черепа или рога, а также кости или крылья хищных птиц. Для жителей Древней Европы могила была утробой.

Очертания древнеевропейских гробниц связаны с символикой возрождения яйцом, половыми органами Богини (лобковым треугольником, вульвой, маткой, животом, ягодицами). Эта зависимость прослеживается в архитектуре западноевропейских мегалитических гробниц и длинных земляных курганов треугольной или трапециевидной формы. В этих гробницах есть символические аналоги вагины и матки — коридоры, ведущие в камеры, или ж е едворики», напоминающие раздвинутые ноги, за которыми расположены внутренние отсеки. Иногда гробницы имеют антропоморфные очертания, напоминая тело Богини. О длинных курганах можно сказать, что у них форма кости, еще одного символа смерти костлявой.

В других частях Древней Европы гробницы в основном имели форму яйца: это могли быть просто ямы яйцевидной формы или скальные гробницы, куда покойника помещали в скрюченной позе заро­дыша и посыпали охрой (рис. 7-98). Кроме того, существовала практика захоронения в сосудах яйцевидной формы, особенно это касалось новорожденных или черепов (рис. 7-99). Имеющие яйцевидную фор­му внутренние помещения и ниши подземных гроб­ниц нередко выкрашены в красный цвет. Очень ши­роко, почти повсюду был распространен обычай помещать в могилы охру: ей обильно посыпали череп или все тело. Красный — цвет жизни, цвет крови, необходимое условие регенерации.

Рис. 7-83 На шее этой статуэтки в маске культуры сескло нарисовано ожерелье из каменных бусин (вид с трех сторон). Ахиллейон IV . Ок. 5800-5700 гг. до н.э. (Здесь же были найдены бусины из мрамора и из зеленого камня ок. 6000-5700 гг. до н.э.)

Рис. 7-84 Статуэтка на четырехугольном основании из святилища культуры сескло; ее единственное украшение — ожерелье с подвеской или «шишкой» спереди и сзади (возможно, подвешенными на кожаном ремешке глиняными дисками). Также стоит отметить диски на плечах и знак « V », которым обозначен лобок. Ахиллейон IV , найдена в святилище начала VI тыс. до н. э. 5800—5700 гг. до н. э.; высота 6 см.

Рис. 7-85 Статуэтка Богини-птицы с ожерельем и набедренной повязкой из двух рядов подвесок (глиняных дисков?), трижды по три повторяющихся под грудью. Культура винча, Винча. Ок. 5000-4500 гг. до н.э.

Рис. 7-86 Древнеевропейские статуэтки указывают на особое внимание, которое уделялось линии бедер: свидетельство тому — детально изображенная набедренная повязка на сохранившемся фрагменте статуэтки культуры старчево ок. 5800-5500 гг. до н.э. Диски подобраны по размеру и, веооятно соответствуют пер(ротированным глиняным дис-К"ЯМ НЯ н И"ЧЯ н HTJVt НЯ| к пж^я н кт й ремешок. Винча Белград

Рис. 7-87 На нижней части этой восседающей на троне статуэтки можно видеть набедренную повязку из свисающей с пояса ба­хромы. Культура винча, Винча. Ок. 5000-4000 гг. до н.э.

Рис. 7-88 Набедренные повязки можно видеть и на статуэтках позднекукутенской культуры. В данном случае статуэтку украшает несколько нитей, идущих от талии к бедрам, с ритуальным «передником» из бахромы. Сипинци, Западная Украина. Ок. 3700-3500 гг. до н.э.

Рис. 7-89 У этой статуэтки с птичьими крыльями обнаженный торс и короткая юбка или кушак. Линованный рисунок указывает на то, что это либо «шотланд­ка», либо ткань с горизонтальными полосами и идущей от бедер вертикальной бахромой. Градац, поселение классического периода культуры винча. Начало V тыс. до н.э.

Рис. 7-91 Нижняя часть статуэтки куль­туры винча с драпировкой, ко­торая позже будет характерна для классической Греции. Ткань присобрана и спереди оттянута вверх (возможно, за­креплена на набедренном поясе). Ноги босые, как легко замСТИТЬ по тщательно вылепленным и окрашенны м в красный цвет пальцам Винча Югославия Ок 5000 г до н э

Рис. 7-90 Фрагмент статуэтки культуры винча в узкой юбке по щиколотку, чем-то стянутой на бедрах и ниже колен (ско­рей всего, кожаными ремешками), и в спускающемся с набедренного пояса переднике из бахромы. Винча. Ок. 4500г. до н.э.

Рис. 7-92 У этой статуэтки культуры винча юбка плотно обернута вокруг пышных бедер, затем сзади оттянута вверх и закреплена на набедренном поясе. Центральная Югославия. Ок. 5000-4500 гг. до н.э.

Статуэтка культуры винча без рук и головы; на ней длинная узкая юбка, поверх которой надето еще одно деко ративное одеяние или «передник». На наличие спереди кожаного ремешка, подтягивающего юбку и передник, указывают пунктирные знаки. Кроме того, шевроны в нижней части стату этки говорят о том что это ------драпи ровка. По бокам и на каждой ягоди це -змеиные спирали Три линии с

точками на спине* м OrVT гтре*лстч r тять ремешки с привязанными к ним 6 v синами Классический п^ипл,™ рымнча Б е -нт ин пи OfinJrJ » ная Югославии^ ОГхЬУП! XLVbb

Рис. 7-96 Судя по этому терракотовому фрагменту ноги, материал был обрезан так, чтобы получились сапоги по щиколотку; идущие по краю отверстия, скорей всего, указывают на способ шнуровки. Позднекукутенская культура, Гелайешти. 3900-3700 гг. до н.э.

Рис. 7-95 Судя по многочисленным статуэткам, сохранившимся полностью или частями, древние европейцы носили обувь, похожую на мокасины. Скорей всего, седелали из кожи и закрепляли ремешками, или же скрепляли так, чтобы могла пройти нога, а затем завязывали на щиколотке. Данный образец с отверстиями ДЛЯ шНУРОВКИ найден в поселении кукутенской А-В культуры. Ок 4000 г ло н э . пэзмсо ок 3на 9 см

Рис. 7-97 На этом фрагменте ноги можно видеть кожаный сапог с подбитой подошвой и с расписным или выложенным бусинами узором. Культура караново-гумельница, Видра, Бухарест. 4700-4500 гг. до н. э.

Индивидуальные и коллективные захоронения

На всем пространстве неолитической Европы встречаются как индивидуальные, так и коллектив­ные захоронения. Однако в Северной и в Централь­ной Европе возобладали первые. В днепро-донецкой культуре Утыс. до н.э. были приняты семейные за­хоронения, а в Западной Европе и в Средиземномо­рье — общинные захоронения в мегалитических гроб­ницах и гипогеях (подземных погребальных камерах). На Крите коллективные захоронения членов одного рода продолжали иметь место в III — начале II тыс. до н.э.

Есть основания предполагать, что в Бретани пере­ход от индивидуального к «семейному склепу» произо­шел ок. 5000 г. до н.э., поскольку в здешних позднеме-золитических могилах — выложенных камнем ямах — есть ингумации обоих типов. Подобное сочетание най­дено в двух могильниках на двух крохотных островках Тевьек и Оэдик в заливе Морбиан 33 . Последний имеет радиоуглеродную датировку 4625 ± 350 г. до н.э. В 10 могилах Тевьека насчитывалось 23 захоронения, причем в некоторых из них лежало до 6 скелетов. На Оэдике в 9 могилах были похоронены останки 14 че­ловек обоего пола и всех возрастов. Могилы покрыва­ли каменной плитой, на которой разводили огонь и оставляли ритуальные приношения в виде оленьих и кабаньих челюстей; затем над ней возводили камен­ную насыпь. Некоторые могилы закрывали кучами кплпных маральих dopob Большие коллективные зя,-хоронения использовались по несколько раз поэтому уже помещенные туда останки неоднократно сдвига-ли чтобы расчистить место для новых В IV тыс дон э практика совместного захоронения останков членов одной семьи или одной общины бы та подхвачена строиТЙляМИ мегали тич е скиу гробнип Общинные погребения также превалировали в скальныхгообниa ^3^ Xai ^ TW 7 lk ^ rarM ) W ^ ffiiS 7^-пания> Они не имеют оа^гяетмшилиттойок однако скооее s ^ mat ^ Z ^ m к V Тс до н э в конце V начале IV тыс ло н э на смену им Zi ^ LLfZe ког^опные га^^ш котоЗх^ехапа™

Погребение в два этапа: экскарнация и перезахоронение

На протяжении многих веков как в Европе, такив Анатолии превалировало погребение в два этапа. Это означает, что разрозненные кости, в первую очередь черепа, собирали и перезахоранивали после того, ш они, в результате разложения или каким-либо другим путем, были избавлены от плоти. Распад плоти переходный этап между жизнью и смертью, однако это не конец цикла; истинным символом смерти были голые кости. Перед тем, как вновь присоединитьсяк сообществу предков, мертвое тело должно было полностью освободиться от плоти путем экскарнации (как правило, его выставляли на поживу хищным птицам) или кремации. Очищенные кости помещали в могилу того рода, к которому принадлежал покойник.

В эпоху раннего неолита ( VIII середина VI тысс до н.э.) на Ближнем Востоке и в Европе не выявлено особых мест для погребения за пределами жилья, Младенцев, детей и женщин хоронили под полом дома, однако в целом виде археологи находят только скелеты новорожденных, которых зарывали в позе эмбриона. Черепа, как правило, погребали отдельно, а у расчлененных костяков часто недостает тех или иных частей. Мужские захоронения просто отсутствуют 34 : по всей видимости, их тела отдавали грифам, а кости затем хоронили где-то за пределами поселе-ния. Подобного рода могилы с расчлененными ске­летами обнаружены в Греции 35 . Кроме того, подпо­лом жилищ и в свайных ямах находят бычьи и оле­ньи рога, собачьи черепа и каменные топоры. Хотя после 5500 г. до н.э. в Юго-Восточной Европе и на Дунае стали появляться специальные погребальные участки с уля по всем v практикавторичногозахоро-нения какое-то время еще продолжала существовать: на это указывает довольно частое отсутствие у скелетов голов ov к или ног В ряде случйс в черепа чдхопзнивали отдельно, в особо отведенной части могильни КЯ ок ПУЖИВ ИХ черепаМИ и чел ЮСТЯМИ ОЛ ене Й Kfll свиней и волов (подобная практика к примеру была характерна для культуры хаманджия).

Убедительное и зримое свидетельство существо­вания экскарнации можно видеть на стенах храмов Чатал-Хююка, где Богиня представлена в облике гри­фа, спускающегося на обезглавленное тело (см. рис. 7-26). Судя по этой фреске, череп, считавшийся важнейшей частью тела, отделяли от туловища еше до экскарнации. В храмах Чатал-Хююка черепа скла­дывали под букраниями, которые символически ас­социировались с маткой. В докерамическом Иерихо­не (долина реки Иордан) эпохи неолита под полом жилищ были найдены черепа, у которых лицевая часть воссоздана из гипса, а вместо глаз вставлены раковины 36 . В Се­верной Европе покрытые слоем синей глины черепа были обнару­жены в могильнике Звейниекс (Латвия) VI V тыс. до н.э.; в их глазные впадины были вставлены янтарные кругляки 37 .

Рис. 7-98 Гробницы яйцевидной формы из некрополя культуры линейно-ленточной керамики в Нит-ре, Словакия. Ок. 5000 г. до н. э.

О широте распространения вто­ричных захоронений свидетельст­вуют и коллективные погребения западноевропейских мегалитиче­ских гробниц, в которых обычно сложены расчлененные кости. За очень редким исключением, в них не бывает целых скелетов. В тех местах, где, как в Нью-Грейндже, обычай требовал кремации, археологи заметили, что не сгоревшие кости расколоты на мелкие части и рас­сыпаны по коридору, по камере и в нишах. Это, воз­можно, указывает на желание содействовать их бы­стрейшей дезинтеграции в царство предков*.

Теперь чуть более подробно остановимся на не­скольких интересных захоронениях и гробницах Ев­ропы, для которых, с одной стороны, характерны экс-карнация и вторичное захоронение, а с другой бо­гатство символического языка: это поселение Лепенски-Вир в Северной Югославии, гипогеи Мальты и Сардинии, пещера Скалория в Юго-Вос­точной Италии, а также курган Айсбистер, располо­женный в Шотландии на Оркнейских островах. В заключение мы скажем несколько слов о символике, характерной для мегалитических гробниц Западной Европы.

Лепенски-Вир

Лепенски-Вир погребальный комплекс с полу­подземными святилищами: он расположен на Дунае неподалеку от Железных Ворот (Северная Югосла­вия); в 1965—1968 гг. раскопки здесь проводили Д.Срейович и З.Летица 38 . Это место производит силь­ное впечатление уже в силу своих природных особен­ностей, поскольку стоящие на берегу святилища об­ращены к гигантскому водовороту («вир» на сербско­хорватском означает «водоворот») и голым скалам противоположного берега. Треугольные/трапецие­видные постройки небольшого размера (собственно, треугольные, но с одной квадратной стороной) стоят полукругом, их входы смотрят на Дунай (рис. 7-100). Эти святилища были построены в период с 6500 по 5500 г. до н.э. (Табл. 2); не исключено, что здесь же мертвые тела выставляли птицам для ритуальной экс-карнации. Кости затем собирали и хоронили под храмовыми алтарями, сопровождая эту процедуру реге-нерационными обрядами.

Рис. 7-99 Череп в сосуде яйцевидной формы, который подпирают камни. Культура воронковидных кубков, Метцендорф, район Харбурга, Нидерзаксен. IVтыс. до н.э.; высота 42,5 см.

Лепенски-Вир нельзя считать обычным поселени­ем, которое существовало с такого-то по такое-то время. Его священные постройки возводились посте­пенно на протяжении почти тысячи лет.

Были проведены раскопки более 50 святилищ, отличающихся большим сходством форм и структу­ры. Пол в них сделан из смеси красного известнякаи глины, — смеси такой прочности, что ее не смогли разрушить тысячелетия дунайских разливов. В сере­дине каждого святилища сохранились остатки прямо­угольного каменного алтаря, окруженного плоскими камнями в форме « V », которые образовывали непре­рывный ряд треугольников, стоявших острым кон­цом вниз (рис. 7-101). У алтарного изголовья одна-две статуи из красного известняка, валуны яйцевид­ной формы или коробы для приношений высотой в 50-60 см. Одним из них служила окрашенная красной охрой яйцевидная скульптура из песчаника в виде набухшей вульвы (цветная вклейка 24). В общей сложности было обнаружено 54 круглых, овальных или эллиптических скульптуры, причем у 15 из них были либо антропоморфные лицо и грудь, либо ры­бьи глаза и рты. Кроме того, найдены изображения трехпалых рук которые принято считать птичьими лапками. У ряда скульптур можно видеть признаки всех трех ипостасей' Богини смерти и возрождения -женщины рыбы и хищной птицы (рис 7-102; цвет­ная вклейка 23) Многие украшены резным орнамен­том в виде лабиринта и полностью или частично охраптеньткраснойохрой Таким образом здесь преобладает символика регенерации с характерными для нее обпязами яйтта рыбы лабиринта и везде nmicvr -ствует красный цвет Очертания фундаментов этих святилищ напоминают женский лобковый треуг tiJT ьн HK В центре установлен алтарь к kotodomv вели два ряда камней, как бы указывая путь в утро­бу Богини. В изголовье алтаря стояла скульптура, представлявшая либо саму Богиню, либо ее регене­рирующее лоно: в символическом смысле они были вполне взаимозаменяемыми. Почти все обнаружен­ные здесь предметы были украшены регенерацион-ными символами — лабиринтами, спиралями, сетя­ми и рыбами.

В более поздние эпохи, когда кости стали ассоциироваться с возможностью реинкарнации, истребление и размалывание костей означало невозможность возрождения. Так поступали с врагами и преступниками. Прим. ред.

Внутри прямоугольных алтарей были найдены кости рыб, маралов, собак и дикого кабана 39 . Изу чение символики доисторической и исторической эпохи показывает, что собаки и кабаны были сви той и ипостасью Богини смерти, тогда как маралы и рыбы символизировали другую ее часть — ту, что от носится к рождению и регенерации. Выбор для жертвоприношений именно этих животных говорит о том, что Лепенски-Вир не обычное поселение, чье население жило охотой, но место, требовавшее отбора лишь одобающих Богине животных. В не скольких алтарях были обнаружены целые скелеты собак: значит их не съели а принесли в жертву. Что касается ыбьих костей, то ни в основном принад псжат крупным видам — occtdv шукс карпу и по юсатойзубатке От маралов остались черепа и ло патки* которые по-видимому считались наделен ными особой силой. , W

Похожие на Лепенски-Вир сакральные сооруже­ния были найдены еще в 14 местах по обоим берегам Дуная; они менее богаты археологическими материа­лами и считаются ответвлениями культуры лепенски-вир. Некоторые из них хронологически предшество­вали титульному поселению. К примеру, в 3 км к юго-востоку от Лепенски-Вира расположено поселение Власац IX тыс. до н.э., а на румынской стороне -Куина-Туркулуй XII — XI тыс. до н.э. Считается, что культура лепенски-вир была прямым продолжением палеолитической культуры граветт 40 .

Аналогичные погребальные практики и жертво­приношения продолжали существовать на протяже­нии тысячелетий. Лежащие в этих местах человече­ские останки в основном имеют произвольную, а не анатомическую последовательность. Особо тщатель­ного захоронения удостаивались черепа, которые — как по отдельности, так и сразу по несколько штук, — окружали или покрывали камнями. Мла­денцев 5—6 дней от роду хоронили под полом свя­тилищ. Кости обсыпали охрой, иногда обкладыва­ли зубами крупных пород рыб, которые соседство­вали с челюстями собак и иких кабанов, а также с рогами, черепами и лопатками маралов. о Власаце были кроме того обнаружены кремированные ос­ти. О том, что здесь практиковалась экскарнация говорят найденные еред святилищами останки хищных птиц — орлов, сов, пеликанов, воронов и сорок. Части скелетов, с оторыми не могли правиться птицы, собирали и захоранивали рядом со святилищем или под ним.

Гипогеи Мальты и Саадинии

Гипогей Халь-Сафлиени (Восточная Мальта) -одно из самых примечательных святилищ Древней Европы 41 . Его центральный зал и 33 камеры, равно как и великолепный фасад с тремя проемами и сту­пенчатый свод, высечены из известняка (рис. 7-103). Эта работа длилась много веков: первые слои восхо­дят где-то к 3600 г. до н.э. (период мгарр), а завер­шающие датируются приблизительно 2500 г. до н.э. (период тарксиенны). Комплекс высечен внутри хол­ма и покрывает площадь в 480 кв. м, если учитывать те три уровня, что были раскопаны: внизу остается гораздо больше, но до них раскопки пока не дошли. Восемь помещений первого уровня отличаются бо­лее или менее яйцевидными очертаниями, непра­вильной формой и грубой отделкой, что делает их похожими на подземные гробницы Ксемксийи(Се­веро-Западная Мальта). На среднем уровне 19 ком­нат и примерно 14 небольших ниш; проходы более широкие их украшают как высеченная из известня­ка храмовая архитектура так и напоминающие дре­во жизни красные спирали и диски которыми рас-писаны стены и потолок (рис. 7-104). На нижнем уровне --6 комнат и столько же высоких И УЗКИХ ниш

В нескольких могилах обнаруженьт керамика стату-этки и съестные приношения, и почти во всех кости лежали в полном fi еспорядке -----не исключено что их перенесли в мавзолей после экскарнэллии

В некоторых гробницах были найдены кости те­лят, козлят, ягнят и кроликов, а также, по всей види­мости, останки ежей, лягушек и свиней священ­ных животных Богини возрождения. Наличие чере­пов косуль с рогами указывает на то, что ритуалы здесь проводились весной, поскольку косули сбрасы­вают рога в октябре, а новые у них вырастают к мар­ту. Кроме того, среди находок есть схематичная ста­туэтка из кости столбообразного типа изображение Белой Богини смерти, а также подвески в виде пары ягодиц и статуэтки из алебастра и известняка с яйце­образными ягодицами.

Два нижних уровня обильно украшены красной охрой, символически связанной с кровью, жизнен­ной влагой. А такие символы циклического обнов­ления жизни, как деревья, лозы, змеи и спирали, луч­ше всего видны в так называемой «комнате оракула» и в центральном зале.

Весь гипогей с его окрашенными красной охрой покоями является воплощением регенерирующей утробы Богини. Это сочетание образов могилы и лона, в придачу к прочим регенерационным симво­лам, — еще одно свидетельство того, что гипогей и гробницы Мальты были сакральными местами, где проходили ритуальные церемонии, участники которых приобщались к великому круговороту смер­ти и возрождения. Тем же, кто скептически относится к этой древней «символике чрева», стоит напомнить, что самый знаменитый греческий оракул располагался в Дельфах, а слово « delphys » означает «лоно».

Рис. 7-100 Планы треугольно-трапециевидных полуподземных святилищ Лепенски-Вира с оштукатуренными полами и прямоугольными алтарями. Район Железных Ворот, Северная Югославия. Ок. 6500-5500 гг. ДО н э

Рис. 7-101 Детали внутреннего устройства святилищ Лепенски-Вира. Пол покрыт слоем красноватой извести, в центре прямоугольный обложенный камнями алтарь, окруженный тонкими вертикаль­ными каменными плитами треугольной формы. За алтарем ус­тановлена скульптура. Лепенски-Вир Id , святилище № 19. Ок. 6000 г. до н.э.; диаметр широкого конца ок. 7 м.

Рис. 7-102 Яйцевидные скульптуры Богини-рыбы, найденные у изголовья алтарей в Лепенски-Вире; песчаник; Лепенски-Вир П. Ок. 6000 г. до н.э.; высота (1) 38 см, (2) 51 см.

Еще один знак культового использования этих утробообразных помеще­ний — скульптуры Спящих дам, кото­рые покоятся на низком ложе: они свя­заны с двумя кубическими комнатами, выходящими в центральный зал (рис. 7-105, 7-106). Ту из них, что имеет наиболее отчетливые черты, можно считать истинным шедевром. Она известна под именем «Спящей госпожи Гипогея»: это дама весьма округлых форм, с яйцеобразными ягодицами, которая дремлет, лежа на боку, и можно поклясться, видит сны. Но почему она спит в могиле? Одно из возможных объяснений состоит в том что это — воспроизведени е инициационного или инкубационного ритуала. Спать в утробе Богини значит умереть и снова возродиться к жизни Помимо прочего эта Спящая госпожа мопа иметь вотивный характер и бытьдагюм чело­века успешно прошедшего здесь через инкубационный ритуал Не исключено, что она также связана с лечебной практикой В классический ттериод инкубация ассоцииоовалась с целительными ритуалами из которых лучше всего известны те,' что проходили в хПЯМР А ск гт еп ия в ^ПИЛЯНПР Pvtk процелурысостояла в том что пациент спепва подвергался первичном у очи шению совершая омовения и постясь п затем ппово^^ сосудах: это в первую очередь быки, букрании ияйца. На внутренней стороне одного блюда имеется резное и инкрустированное белым цветом изображение девяти быков с огромными рогами, а на его внешней стороне — изображения яиц, соединенных между собой пучками параллельных линий (рис. 7-108). Это сочетание изображений быка или его рогов с изображением яиц — типичная для Древней Европы символическая передача идеи регенерации, повторявшаяся на протяжении тысячелетий. Лучше всего она прослеживается в кукутенской и минойской культурах. Символика мальтийских монументов в целом соответствует той, что характерна для прочих частей Древней Европы.

Рис. 7-104 Гипогей Халь-Сафлиени, так называемая «комната оракула»: на потолке красная охряная роспись в виде спиралей или виноградных лоз и дисков.

Рис. 7-103 Планы трех подземных этажей сообщающихся гробниц Халь-Сафлиени, Мальта. Просторные залы и боковые ниши имеют яйцевидную форму. Этот гипогей использовался в IV начале III тыс. до н.э.

На Сардинии насчитывается несколько сотен весьма интересных подземных гробниц; большая их часть восходит к периоду оциери и датируется концом V началом IV тыс. до н.э. (рис. 7-109). Можно предположить, что они появились в результате эволюции предшествовавших им скальных гробниц с яйцевидными ячейками.

Гипогеи Оциери свидетельствуют о настоящем взрыве в строительстве гробниц. Некоторые из них невелики по размеру и состоят из одной, двух или трех яйцевидных ячеек; другие, напротив, отличаются размахом и большим количеством ячеек, а кроме того, имеют зал с колоннами посередине. К числу последних относится гипогей Сан-АндреаПриу в Бонорве, в северной части Сардинии (см. рис. 5-19). Это большие и легко доступные гроб­ницы, которые были разграблены еще в древности: в них остались лишь украшавшие стены росписи, резьба и барельефы.

Человеческие останки в этих гробницах удается обнаружить лишь в крайне редких случаях, как, ска­жем, в Сан-Бенедетто, Иглесиас (Юго-Западная Сар­диния). Сохранившиеся там кости говорят о том, что на Сардинии, как на Мальте и в ряде других мест, практиковалось захоронение в два этапа. Всего в СанБенедетто было найдено 35 черепов и много разроз­ненных костей, которые находились как в централь­ном зале, так и в боковых ячейках (рис. 7-110; маленькие кружки внутри плана гробницы обозначают расположение черепов и костей).

Мы практически ничего не знаем о том, каким образом осуществлялась здесь экскарнация, однако в Северной Сардинии есть один в высшей степени загадочный монумент, который, возможно, имел отношение к погребальным церемониям. Это Монте-д'Аккодди неподалеку от Альгеро — огромная прямоугольная платформа, высоко поднятая на каменном фундаменте, к которой ведет покатая насыпь (рис. 7111). Здесь было обнаружено блюдо с изображением пляски: девушки, чьи силуэты имеют очертания «пе­сочных часов», держась за руки, образуют круг и, насколько можно судить, танцуют (рис. 5-15.2). Эта платформа должна была идеально подходить для проведения ритуальных церемоний. Но выставляли здесь умерших птицам или нет — мы не знаем.

Над входами в гипогеи располагались огромные рога или рельефы бычьих голов: иначе говоря, для того, чтобы попасть во внутренние покои, следовало пройти через букранию, символически уподобленную утробе (рис. 7-112). Окрашенные в красный цвет изображения или рельефы больших бычьих голов или рогов также украшали стены внутренних покоев (рис. 7-113). Помимо этого, орнаментальные мотивы включали в себя изображения треугольников-вульв (единичные, тройные или многофигурные), бараньих рогов или свернувшихся змей, а также концентри­ческих кругов. Наиболее богато декорированная сардинская керамика и знаменитые алебастровые мраморные и костяные статуэтки нагой Белой Богини смерти как правило обнаруживаются в тех местах которые местное население именует «ведьмовскими домами» (« domus de Janas »).

Пещера Скалоряя в Юго-Восточной Италии

Расположенная неподалеку от города Манфредония (Юго-Восточная Италия), пещера Скалория со­стоит из двух частей: верхняя пещера представляет собой просторное помещение, вполне пригодное для обитания; здесь были обнаружены керамика и каменные орудия конца VII — конца VI тыс. до н.э. Нижняя пещера — длинная и узкая, как рукав, со сталагмитами и бьющим на дне ключом. Возле ключа было найдено большое количество раскрашенных керамических предметов; поданным радиоуглеродного анализа, церемонии здесь проходили в середине VI тыс. до н.э., приблизительно в 5600-5300 гг. до н.э. (рис. 7-114А).

Местные археологи, среди которых были и непрофессионалы, обнаружили эту пещеру еще в начале XX в. и вынесли из нее значительное количество ке­рамики. К счастью, в ней прекрасно сохранились сосуды, которые так затвердели по соседству со сталагмитами, что изъять их оказалось невозможно. Во время моей экспедиции 1979 и 1980 гг. нам удалось собрать в верхней и нижней пещере осколки 1500 украшенных регенерационными символами сосудов с изображениями яиц, треугольников, змей, растительным и солярным узором, а также символическими знаками самой Богини регенерации — V -образными фигурами, треугольниками, песочными часами и бабочками (рис. 7-114В). Насколько можно судить церемонии проходившие в таинственных глубинах пещеры вблизи от «жизненной влаги», имели регенерационный характер.

У входа в узкую пещеру было похоронено более 137 человек, один над другим и безо всякого порядка. Большая часть скелетов принадлежит молодым женщинам в возрасте от 20 до 22 лет, которые, воз­можно, умерли при родах, а также младенцам. У некоторых черепа были отделены до того, как тело было положено в могилу, на других заметны насечки 42 . Те­перь мы можем в этом угадать очень древнюю и ши­роко распространенную практику погребения, когда у мертвых тел отделяли головы, проводили с ними особые ритуальные процедуры, а затем захоранива­ли их отдельно от остальных останков. Все это отнюдь не указывает на существование здесь человеческих жертвоприношений.

Рис. 7-105 Мальтийская «Спящая дама». Женщина (богиня или жрица) лежит на дисковидном ложе, под головой подушка. Ее ягодицы напоминают два яйца, что подразумевает регенерационную сим­волику. Гипогей Халь-Сафлиени, Мальта, камера яйцевидной формы. Терракота с до сих пор заметными следами красной краски. Конец IV тыс. до н.э.; длина 12 см.

Рис. 7-106 Еще одна мальтийская «Спящая дама», лежащая на ложе лицом вниз: изображение подчеркивает символическую значимость яйцевидных ягодиц, являющихся символом регенерации. Гипогей Халь-Сафлиени, найдена в подземном помещении яйцевидной формы, расписанном красными змее­видными спиралями. Конец IV тыс. до н.э.; длина 6 см.

Рис. 7-108 ътийское блюдо, расписанное двумя основными регенерационными символа­ми, яйцами и быками. Заштрихованные участки могут символизировать воду или лучи энергии. Халь-Сафлиени, Мальта. Конец IV тыс. до н.э., ок. 3000 г. до н.э.; диаметр 27 см.

Рис. 7-107 Глиняная рыба на ложе, мальтийский гипогей; высота 5,5 см, длина 8 см.

Рис. 7-109 Планы и разрезы сардинских подземных могил в окрестностях Оциери, Северная Сардиния. Период оциери. Конец V начало IV тыс. до н.э.

Рис. 7-110 Разрез и план гипогея Сан-Бенедетто-Иглесиас, Кальяри. Маленькими кружками обозначено местоположение черепов и разрозненных костей.

Рис. 7-111

Схематическая зарисовка монумента Монте-д'Аккодди к северо-западу от Сассари. Прямоугольная платформа имеет площадь 37,5 на 30,5 м. Возможно, что в период оциери (конец Vтыс. до н.э.) здесь происходили погребальные ритуалы, сопровождавшиеся музыкой и плясками. Здесь же было обнаружено блюдо с изображением держащихся за руки танцующих девушек (см. рис. 5-15. 2).

Рис. 7-112 Сардинские подземные гробницы: входы в форме бычьей головы и бычья голова над входом. (1, 2) Сос-Фурригезос, Анела; (3) Мандра-Антине-о-Турри, провинция Сассари. Ок. V тыс. до н.э.

Рис. 7-113 Подземная гробница с настенными рельефами бычьих голов, которые своей формой напоминают матку. Южное Лезеи, Боннанаро, Сардиния. Ок. 4000 г. до н.э.

Мегалитическая гробниаа Айсбистер на Оркнейских островах {Шотландия)

Расположенная на одном из Оркнейских остро­вов у северо-восточной оконечности Шотландии, гробница Айсбистер являет собой редкий пример мегалитического захоронения, в котором сохрани­лись сотни разрозненных человеческих скелетов, ос­танки орланов и других хищных птиц, сотни рыбьих скелетов, костей животных, зерен и многое другое. В основном мегалитические гробницы скудны на на­ходки, поскольку были разграблены еще в древние времена или разрушены рудокопами.

Айсбистер — один из 76 известных мегалитиче­ских монументов Оркнейских островов. Все эти гроб­ницы выстроены из местного камня и покрыты ка­менными насыпями круглой или овальной формы. Внутрь гробницы ведет коридор, упирающийся в центральную камеру, которая либо разбита на мно­жество ячеек, либо на три или на большее количе­ство отсеков. Снаружи гробницы были снабжены двориками и окружены каменными платформами, а некоторые — земляными насыпями.

Айсбистер находится на южной оконечности од­ного из южных Оркнейских островов. Сверху ее по­крывает каирн размером 10 на 8 м и в 3—3,5 м высо­той. Ее внутренняя камера имеет около 8 м в длину и снабжена боковыми ячейками и концевыми отсека­ми (рис. 7-115). Основные раскопки проводились здесь в 1976 г. Р.Саймисоном. Судя по радиоуглерод­ным датировкам, ее сооружение началось приблизи­тельно в 3150 ± 80 г. до н.э., а использовалась она око­ло 800 лет.

Поскольку здесь были обнаружены кости и ске­леты орланов, Айсбистер получила известность как «Гробница орланов» —так называется посвященная ей книга Дж.Хеджеса 43 . Однако это не только пти­чье захоронение. Как и в случае других мегалитиче­ских гробниц, это было священное место, куда по­сле экскарнации помещали человеческие останки. Около 90% хищных птиц, с чьей помощью кости освобождали от плоти, были белохвостыми орлана­ми. 35 их скелетов, а также скелеты чаек, сов, во­рон, воронов и других птиц были найдены как внут­ри камеры, так и вокруг гробницы. Тот факт, что орланов то ли хоронили, то ли приносили в жертву в центральной части гробницы, указывает на их важ

ное значение в качестве птиц Богини смерти и воз­рождения.

Раскопки Айсбистера явились наиболее убеди­тельным доказательством существования практики экскарнации, поскольку все помещенные там остан­ки были полностью разъяты. Очевидно, что мертвые тела сперва оставляли снаружи, чтобы они были очи­щены от плоти, а затем часть костей переносили в камеру. Судя по тому, что кости эти были побелев­шими и со следами атмосферного воздействия, они находились под открытым небом довольно долгое время. Отдельные кости затем складывали штабеля­ми вдоль стен основного покоя, черепа помещали в боковые ячейки, а костные остатки — под полками концевых отсеков и на них. Считается, что экскар-нация происходила в непосредственной близости от гробницы возможно на специально для того прел-назначенных платформах. Подсчитав, какое количе-ство тел могут представлять тысячи сложенных в центральной камере костей и каков был периолее использования Хеджес сделал вывод что экскава­ция в среднем должна была проводиться два раза l год. В таком случае кости достаточно долго остава-лись под открытым небом чтобы побелеть и испы-тать воздействие погоды Дж Честерман поовел ана­лиз останков из другой оокнейской гообнииы Ктан

Те особые дни, когда кости возвращались в оби­тель предков, были радостными праздниками. Внут­ри камеры обнаружены многочисленные остатки пиров: кости овец, коз, крупного рогатого скота и свиней. На мясо забивали молодых животных, кото­рым в основном было меньше года, причем явное предпочтение отдавалось окорокам, в особенности ногам ягненка. Кроме того, было найдено больше трехсот зерен ячменя, а также кости марала, выдрыи сотни, если не тысячи, рыбьих скелетов. Почему так много рыбы? Если бы она шла в пищу, то мы бы на­ходили лишь отдельные кости и небольшие фрагмен­ты. Я полагаю, что эта рыба, как и орланы, воплоща­ла могущество Богини и были захоронена здесь в ка­честве одного из главных символов регенерации. Мы знаем, что рыба играла какую-то роль в регенераци-онных обрядах: свидетельства тому есть в мальтий­ском гипогее Халь-Сафлиени, где можно видеть скульптурное изображение рыбы, возлежащей на ложе (см. рис. 7-107). В Лепенски-Вире рыба, наряду с со­бакой и оленем, была одним из основных жертвенных животных; а великолепные каменные изваяния Боги­ни-рыбы имеют вид гибрида рыбы, женщины и хищ­ной птицы (см. рис. 7-102 и цветную вклейку 23).

Рис. 7-114В Сосуды из пещеры Скалория (Манфредония, Юго-Восточная Ита­лия), украшенные сим­волами регенерации: яйцами, солнечными дисками, растениями и знаками Богини в виде буквы « V » и треугольников; красная роспись на белом фоне. Согласно радиоуглеродному анализу, они датируются 5600-5300 гг. до н.э.

Рис.7-П4А В пещерных святили­щах «столбы жизни» представлены фаллосообразными сталагми­тами. В пещере Скалория (Манфредония, Юго-Восточная Ита­лия) вокруг сталагми­тов и у священного ис­точника на дне были найдены расписные сосуды. Ок. 5600-5300 гг. до н.э.

В других мегалитических гробницах Оркнейских островов в качестве священного животного Богини погребали не рыбу, а собак: так, в Кувине было най­дено 24 собачьих черепа, а на Баррее собачьи черепа и скелеты были обнаружены во всех частях могилы 47 . В северной части о. Папа-Уэстрей найдена дюжина оленьих рогов — они могли служить как символами регенерации, так и частью головного убора, необхо­димого для оленьих плясок. Свидетельства сущест­вования последних известны от раннего постледни­кового периода вплоть до нашего времени

1 В новогодние праздники мужчины по-прежнему наряжают­ся в женское платье, надевают рога и исполняют зна­менитый олений танец, способствующий регенера­ции и служащий залогом удачного года.

Факт захоронения рыбы, собак и оленей говорит о том, что эти празднества не сводились к простому поеданию мяса. Безусловно, не обходилось без му­зыки и плясок. К сожалению, керамика, найденная в мегалитических гробницах Оркнейских островов, не имеет изобразительных росписей, однако извест­но, что погребальные обряды, совершавшиеся в ги-погеях Сардинии и в других местах, включали в себя пляски (см. рис. 7-111, 7-112, 7-113). На венгерской погребальной керамике VI в. до н.э. (период галь-штат) есть изображения танцев и музыкантов с лира­ми, а кроме того — охоты и похоронных игрищ, как это можно видеть на сосуде из Шопрона 49 . Танцующие фигуры имеют очертания треугольников или «песочных часов», так же как и едущая на четырех­колесной повозке Богиня (рис. 7-116). Музыканты, охотники и участники игрищ — мужчины. Под изо­бражениями основных погребальных церемоний, ко­торые мы видим на сосуде из Шопрона, расположе­ны орнаментальные панно, состоящие либо из рядов треугольников и песочных часов, либо из сочетания ников и ромбов. Как будет явствовать из следующего раздела, эти же мотивы присутствуют на стенах мегалитических гробниц. Эта неизменность образного ряда на протяжении трех тысячелетий сильный аргумент в пользу того, что эти фигуры имеют некую символическую связь с погребальными об­рядами.

Рис. 7-115 (а) Схема камеры кургана Айсбистер (Ь) и его общий вид. Оркнейские острова, Шотландия. Конец IV тыс. до н.э.

Этнографические параллели

Айсбистер прекрасный образец неолитическо­го захоронения костей, священнейшего места на тер­ритории родовой группы. Величественные мегалити­ческие постройки были символами центра, сердце­вины, служили живой связью с землей предков и с самими предками, объединяли членов родовой груп­пы. Именовать их, как это делает К.Ренфрю 50 , «тер­риториальными ориентирами» значит без должного уважения относиться к этой культуре. Мы обычно не говорим о наших сельских церквях как о «территориальных ориентирах», хотя они так же заметны и так же почитаемы в качестве религиозных центров, как это было в случае мегалитических гробниц.

Практика поэтапного захоронения и строительст­ва больших мегалитов имеет этнографические парал­лели. Их близкие аналоги можно найти у народно­сти мерина, обитающей в центральной части остро­ва Мадагаскар 51 . Мерина эндогамны; они живут родовыми группами на землях предков (М.Блок име­нует их «демес»). Для этих людей суть их общности

заключается в неразрывной связи между группой и находящимися в общем пользовании орошаемыми землями. В каждом демесе есть собственная гробни­ца — весьма прочное мегалитическое сооружение, являющееся центральным символом данной группы. Мерина практикуют захоронение в два этапа: на пер­вом этапе тело погребают не в специально отведен­ной могиле, а просто поблизости от места кончины. Второй этап называется «фамад'иана» и предполага­ет эксгумацию разложившихся останков и их пере­захоронение в общинной гробнице на земле предков. Это возвращение является радостным событием, оно сопровождается музыкой и плясками, иногда — даже с самими костями. Разложению подвержено индиви­дуальное в то время как кости принадлежат миру предков «Фамад'иана* 1 подчеркивает значение rovn -пы в целом а не какого-то конкретного покойника. Это общее перемалывание тел в могиле есть высший акт дарующий благословение предков В том что мерина возводят постоянные мегалитические строе-ния и используют их в качестве захоронения костей той или иной родовой гтуу ппы как и в cvniecTRORa -нии такого обычая как «фамад'иана» следует вилеть современное продолжение неолитической Кадинии; эта практика отражает характерный для западноев­ропейской мегалитической культуры обычай вторич­ного

Следы неолитических погребальных традиций можно, несмотря на влияние христианства, найти в современной Испании у басков 52 . В стране басков основной единицей организации общества является дом со всеми службами и землей (называемый « basseria »), который не подлежит разделу ни при наследовании, ни при перепродаже. Каждая усадьба такого рода имеет свой участок пола в местной церкви (« sepulturie »), который символически ассоциируется с усыпальницей и где совершаются поминальные обряды. По воскресеньям женщины обставляют его свечками. В этих местах служат мессы по всем умершим и всем бывшим владельцам усадьбы: почти до конца XVIII в. под этими плитами действительно погребали покойников. В наши дни их хоронят рядом с церковью на закрепленных за той или иной усадьбой участках. Индивидуализация могил большого значения не имеет При каждых похоронах могилыцики выкапывают предыдущего покойника, помещают его кости в оссуарий а на его место уклялыяятот нового Ес tc ствен ho ofi экскарнэпии TVT речи быть не может, однако в использовании церкви в к AWPCTRP оссуария угад Ьи^ЯЙТСЯ НбТСПТОПЯЯ сЙЯзь с неолитическими мегалитами.

Рис. 7-116 Сцены, связанные с исполнением погребальных обрядов, изображенные на сосудах периода гальштат, Шопрон, Венгрия. VI в. до н.э.

Обычай забирать кости покойного через несколько лет после его кончины и помещать их в оссуарий до сих пор существует в Южной (Италия), Восточной (славянские страны) и Юго-Восточной (Греция) Европе. Так, еще в начале 1980-х гг. в Фессалии (Се­верная Греция) был зарегистрирован случай вторич­ного захоронения через 5 лет после смерти. Следующее за кончиной погребение считается временным; поминальные службы происходят натретий, девятый и сороковой день, затем через 6 месяцев и через год. Родственницы усопшего собираются на могиле и на протяжении часа причитают и поют, затем всех угощают ритуальным кушаньем («к oliva »), которое представляет собой смесь вареного зерна, сахара, корицы, орехов и изюма. Таким образом отмечается начало долгого переходного периода во время кото ро го покойник не считается ни вполне мертвым, ни вполне живым. Необходимо дождаться исчезновения разлагающейся плоти ее очищения через разрушение Только тогда останки могут быть отправлены к предкам Считается что этот срок должен быть приблизительно равен,5 годам хотя его бывает недостаточно для полного разложения волос и других частей

«Два брата Елены начинают разрывать песчаную почву, и толпа деревенских женщин ударяется в громкий, тоскливый плач, который, впрочем, не способен заглушить все более истерические выкрики Ирины, матери Елены. Причитания делаются все громче, и братья Елены, не в силах совладать с собой, передают лопаты двум молодым женщинам, которые продолжают копать. Братья неловко становятся за кругом плакальщиц, они неуместны в женском царстве смерти.

Через какое-то время молодых женщин с лопатами сменяет старая вдова, которая, когда лопата натыкается на что-то твердое, начинает копать руками. Перекрестившись, она наклоняется, достает череп Елены и приветствует его: "Здравствуй, дитятко", Плакальщицы бросают в могилу цветы, крики и плач снова усиливаются. Вдова заворачивает череп в белый платок, кладет на него бумажные деньги, целует и передает Ирине со словами: "Ты хорошо ее приняла". С истерическими рыданиями Ирина обвивает руками череп дочери, трижды его целует, прижимает ко лбу и передает через могилу, чтобы его мог приветствовать отец и другие члены семьи.

Несколько женщин просеивают землю, отыски­вая Еленины потемневшие кости, которые складывают в металлический короб. Они пересчитывают га и советуются, как лучше уложить. Ирина не срззу поддается на уговоры расстаться с черепом дочери, который помещают в короб поверх костей.

Приходит деревенский священник и поет часть греческой православной заупокойной службы. Короб с останками Елены помещают в деревенский оссуарий, небольшое цементное строение в углу кладби­ща. Семья отправляется домой, чтобы приготовить обильное угощение, а все прочие собираются на цер­ковном дворе, где происходит традиционная раздача ритуального кушанья (" koliva ")».

При эксгумации дух умершего в последний раз возвращается в мир живых. Это своеобразная проверка, готов и достоин ли он присоединиться к предкам, после которой он уходит и более не тревожит живых.

Пережитки похожего обычая, который предполагает возвращение костей в мир предков, можно об­наружить и у славян. Эксгумированные кости чистят, заворачивают в полотенце, именуемое «убрус», приносят домой и кладут в красный угол, к иконам. Именно в этом месте осуществляется связь с предками. Убрус, поскольку он касается черепа, считается тем самым освященным 55 .

Символика плодородия в мегалитических гробницах Западной Европы

Как мы уже видели, западноевропейские мегалитические гробницы не были могилами в современном понимании этого слова, но представляли собой священные памятники, в которых происходили ритуалы, связанные с регенерацией и с поклонением предкам. Вырезанные на стенах гробниц изображения являются символами регенерации.

На камнях входа, ортостатах, камнях свода и насыпях были выдолблены, вырезаны и, порой, нарисованы разнообразные символы. Однако на протя-

жении почти ста лет мегалитическое искусство считалось чисто орнаментальным, а его религиозное значение игнорировалось. Меж тем эти символы не менее значимы для расшифровки верований строителей мегалитов, нежели для христианства скульптуры и иконы.

Большой вклад в изучение мегалитического искусства внесла Э.Туиг, собрав в одном томе практически все символы, которые только были вырезаны или нарисованы на камнях от Португалии до Ирландии 56 . Хотя она не предложила какой-либо соб­ственной интерпретации, ее работа сделала доступными важные материалы по мегалитическому искусству.

Ключ к расшифровке мегалитического искусства дал М.Бреннан, который разглядел связь между расстановкой памятников и их символикой, с одной стороны, и точками солнцестояния, равноденствия, сол­нечных и лунных восходов, а также лунных циклов, сдругой 57 . Важность этого наблюдения сомнению не подлежит. Однако не следует видеть в этих символах лишь отражение астрономических и математических знаний, не имеющих никакого отношения к религии. Мегалитические памятники необходимо рассматривать в контексте ритуалов. Мы не много выиграем, если будем знать чтоГавринис Нью-Грейндж МаэсХоу и другие гробницы были ориентированы на восход солнца в момент зимнего солнцестояния. Вопрос втом почему они были так ориентированы. И ответ на него может дать лишь анализ символики мегалитов.

За резными или рисованными знаками, которые появляются во всех регионах распространения мегалитического искусства, безусловно стоит некий символический язык. Эти единичные или сгруппированные вместе изображения нельзя считать случайными «макаронами» или граффити: они являются частью древней системы религиозной экспрессии. Можно выделить следующие категории:

Схематические изображения Богини: сюда относятся холмообразные фигуры с выступом вместо головы (порой с волосами) или без него, совинообразные менгиры и стелы, а также изображения глаз и грудей. Ее жизнеродящая вульва обозначается треугольником, двойным треугольником, ромбом и «песочными часами».

Водные знаки: зигзаги, волнистые линии, многочисленные дуги и чашевидные знаки.

Змеи: свернувшиеся клубком или извивающиеся. Одна свернувшаяся змея идентична изображению солнца, удвоенная — изображению глаза и бараньих рогов.

Солнце с лучами и солнечные часы с чашевидным знаком посередине — символы жизненной энергии.

Деревья жизни или жизненные столпы: вертикально составленные дуги или вертикально ползущие змеи и другие изображения сходного типа.

Спирали, крюки, рога, топоры и «гребни» — стимуляторы жизненных сил.

Быки или бычьи рога символы утробы Богини.

Ладьи мостки в потусторонний мир и катализаторы возрождения.

Эти образы поддаются расшифровке только в контексте всей символической системы древне-европейского неолита. Однако изучение тех или иных мотивов и их сочетаний на примере отдельно взятых памятников, таких как Гавринис в Бретани или Нью-Грейндж и Наут в Ирландии, также может быть весьма плодотворным.

Важно задаться вопросом, почему на мегалитах бывают только строго определенные символические изображения — треугольники, вульвы, чашевидные знаки, концентрические дуги, глаза, свернувшиеся змеи и солнце? Почему на погребальных памятниках фигурируют дерево жизни и жизненные столпы? Существенное значение имеет взаимосочетаемость знаков. К примеру, есть отчетливая связь между водными знаками, змеями и женскими изображениями. Чашевидные знаки взаимозаменяемы с треугольниками; они либо ассоциируются с водными знаками, либо окружены ими, а также концентрическими дугами или кругами и волнистыми линиями. Можно также говорить о внутренней связи между свернув­шейся змеей и солнцем или глазом. Спирали, полумесяцы Dora kdiokh и топоры сопровождают символические обозначения жизненного источника и выступают в качестве с тимулятооов жизненных сил Все они «символы становления».

Сперва обратимся к символам, которые можно обозначить как общепринятые знаки образа Богини. В человеческом обличий она почти не появляется, за исключением антропоморфных менгиров, схематизированных изображений человеческой фигуры (рис. 7-117, 7-П8) и гибридов женщины-птицы. Да и для них бывают характерны не столько антропоморфные, сколько совиные очертания, как это можно видеть по изображению на стеле из западного ко­ридора Наута (рис. 7-119) и по пластинам аспидного сланца и костям из Португалии, Испании и Южной Франции. Чаще всего встречаются символические изображения Богини в виде глаз, клюва и бровей (рис. 7-120.7 8) или свернувшихся змей, солнечных дисков пзтаи и ожерелий (см tmc 7-41) или же в виде геометрических форм -треугольников ромбов и «песочных часов». У входа в мегалитические гробницы иногда стоят огромные камни треугольной (Ьормы: не исключено, что они представляют собой Богиню (рис. 7-121).

Тесную связь между Богиней и ее знаками можно также наблюдать на примере трапециевидных пластин аспидного сланца, коровьих костей и сосудов, которые находят в коридорных гробницах. На некоторых имеются схематические изображения лица или одних глаз, на других вырезаны ряды треугольников, зигзагов, ромбов, дуг, чашевидных знаков, порой знаков « X » и «пе­сочных часов» (см. рис. 7-120).

Теперь обратимся к некоторым наиболее значительным мегалити­ческим гробницам.

Нью-Грейндж

Для Нью-Грейнджа характерна высокая концентрация символов либо на самых заметных, либо на самых важных с точки зрения культа участ­ках 58 . Таковыми здесь являются стоящий при входе камень насыпи № 1, камень свода восточного алькова и камень насыпи № 52. Все они отли­чаются виртуозностью орнамента и техническим совершенством отдел­ки.

На камне насыпи № 1 можно видеть типичное для Нью-Грейнджа сочетание символов (рис. 7-122). Большую часть его поверхности по­крывают одинарные, двойные и тройные изображения свернувшихся змей. Два верхних завитка образуют характерный для коридорных гроб­ниц Ирландии мотив глаза. К ним присоединен третий, так что вме­сте они складываются в тройную спираль: этот знак повторяется не только в Нью-Грейндже, но и на других памятниках. Богиня являет себя в единичности, двойственности и тройственности, Она все вместе взятое. Если свернувшаяся змея символизирует источник жизненных сил, то в тройной спирали заключено максимальное могущество. Внешняя линия третьего, нижнего завитка вы­ходит за пределы тройной спирали, поворачивает в другую сторону и образует фигуру из нескольких дуг с треугольником посередине. Пространство между свернувшимися змеями заполнено ромбами, а по левую сторону тройного клубка ромбы окружены концентрическими дугами.

Рис. 7-118 План коридорной гробницы Ле-Пьер-Плат, Локмарьякер, Бретань, с расположенным под углом коридором (верхний рисунок), и схематические изображения возможно, Богини-совы, выгравироаанные на внутренней стороне камней коридора (нижние рисунки). У всех изображений имеется вертикальная линия в центреи по три-четыре круга или дуги с каждой стороны. Кроме того, на всех можно видеть множество вырезанных в разное врем кругов. Вероятно, начало IV тыс. до н.э.

Рис. 7-117 (а) Плита из коридорной гробницы, найденная у внешнего входа в коридор: на ней вырезано омфалическое изображение («холм с шишкой»). Что касается камеры (Ь), то она имеет очертания улья (что, ско­рей всего, символизирует могущество Матери-зем­ли), вздымающегося, как холм или беременное чрево.

Рис.7-119 Изображение Богини в обличий совы, выгравированное на камне, стоящем справа от камеры в западном коридоре гробницы Наут, Ирландия. В верхней части различимы круглив глаза совы вся оставшаяся поверхность покрыта орнаментом с мотивами лабиринта и водной стихии В центре выделена вульва Ок 3500 г до н э ' высота 48 1 см

Рис. 7-120 Изображения глаз Богинисовы на трапециевидной сланцевой пластине, на коровь костях из коридорных гробниц Португалии и Испании, на со­судах из коридорных гробниц Северной Европы. Их поверхность покрыта рядами зигзагов, треугольников, дуг, штриховым и сетчатым узором. (1) КинтаФариньейра; (2) Лос-Мильярес, Южная Испания; (3-6) Альмисарак, Испания; (7) Кинделёсе, Кирке-Хиллинге; (8) Хильдехёй, Дания. Ок. 3000 г. до н.э.

Камень насыпи № 52 имеет два регистра, отделенные друг от друга вертикальной полосой (рис. 7-123). Слева доминируют свернувшиеся змеи, из которых складывается глазковый мотив. Несколько клубков сходятся в центре, намечая клюв и надбровные дуги. Справа к ним примыкает свернувшаяся змея меньшего размера, над ней — два чашевидных знака и концентрические дуги. Пространство снизу заполнено треугольниками, ромбами и зигзагами. В правом регистре имеется три картуша, в каждом из которых по три круглые чашевидные впадины, перемежающиеся треугольниками или «песочными часами». К картушам примыкают концентрические дуги с треугольником посередине. Можно предположить, что дуги с треугольниками обозначают увеличение жизнеродной вульвы Богини. Подчеркнутое использование тройных отпечатков можно истолковать как символ тройственности источника жизни: скорей всего, существует смысловая связь между тремя чашевидными знаками и тройным змеиным клубком левого регистра.

Символические изображения, которыми покрыта внутренняя сторона плиты свода восточного алькова Нью-Грейнджа, состоят из круглых совиных глаз, тройных (или более) клювов и учетверенного мотива надбровных дуг. В совокупности они образу­ют рисунок в виде розетки с прямоугольником посередине, крупные змеиные клубки и узор из концентрических овалов с двумя взаимообращенными полукругами посередине. Большой змеиный клубок в центре связан с утроенным мотивом глаз и клюва. К этим основным символическим изображениям примыкает полоса зигзагов; между ними рассыпаны знаки « V » шевроны ромбы зигзаги и dhcvhkh извивающихсязмей (рис 7-124).

Как можно видеть, основной целью этих символов было обозначить присутствие Богини-совы и Богинизмеи. К этому выводу нас подводит подчеркнутое выделение мотива совиных глаз, сочетающегося с мотивом свернувшейся змеи, причем оба образа являются могучими символами регенерации. Более отдаленные связи соединяют эти символы с чашевидными знаками, треугольниками или ромбами и тройками.

Рис. 7-121 Большой камень треуголь­ной формы у входа в камеру гробницы. Вильдесхаузен, район Ольденбурга, Шлезвиг-Гольштейн; высота ок. 1,3 м.

Рис. 7-122 Поразительно виртуозный символический орнамент, вырезанный на камнях при входе в гробницу НьюГрейндж. Тройные и двойные свернувшиеся змеи перемежаются с ромбами и обрамлены шевронами (справа) и ромбами (слева). Два наибольших змеиных клубка образуют «глазковый» мотив, а их внешнее шес-тислойное продолжение окружает треугольник (внизу в центре). Ок. 3200 г. до н. э.

Рис. 7-123 Символический орнамент на камне керба № 52, Нью-Грейндж, вертикально поделенном на две части. Сле­ва: крупный «глазковый» мотив, образованный двумя двойными свернувшимися змеями; к нему примыка­ют змеиный клубок поменьше и многослойная дуга; нижняя часть покрыта узором из треугольников, ром­бов и зигзагов. Справа: три картуша с тремя чашевидными знаками в каждом; треугольники (вульвы) или чашевидные знаки внутри концентрических кругов. Ок. 3200 г. до н.э.

Наут

В Науте на некоторых камнях насыпи вырезаны изображения змей или лунных циклов. Согласно Бреннану, мотив извивающейся змеи мог использо­ваться для времяисчисления: их изображения нередко имеют 14—17 изгибов, что соответствует периоду прибывания луны. Не исключено, что изображенная на камне керба № 5 (Наут, участок 1) 59 свернувшаяся змея, по бокам которой находятся С-образные дуги, представляет лунный цикл от новолуния к полнолунию и к убыванию луны (рис. 7-125). Не вызывает сомнений, что свернувшаяся змея поливалентный символ, способный одновременно обозначать полнолуние, источник энергии спираль вечности во временнбй плоскости, а также саму Богиню.

Часто повторяющийся в Нью-Грейндже мотив змеи с нередко сопутствующими ему рядами ромбов или зигзагов в Науте можно видеть на камнях западного алькова, в главной камере, на четырех ортостатах и на нескольких камнях керба. Как уже отмеча

лось, угловые мотивы являются не просто декоративным узором, но развитием темы живородного треугольника Богини. Состоящие из двух треугольниш «песочные часы» представляют саму Богиню; а если, как на ортостате № 48 (восточная часть Наута, сбок) от центральной камеры), они оказываются заключены в картуш, то это еще более оттеняет их значимосп (рис. 7-126).

Мотивы, украшающие свод и перемычки над ортостатами, всегда имеют «угловой» характер ромбы в обрамлении отдельных зигзагов или несколькю рядов зигзагов (рис. 7-127). Эта закономерной! встречается во всех значительных гробницах, такю как Нью-Грейндж, Наут и Форнокс. Резьба на узко! наружной стороне камней предполагает, что на ню следовало смотреть с острия. Эти узоры наносил» заранее, а затем укладывали камни на предназначен­ное им место. Хотя они вполне декоративны, однакс и в них есть элементы регенерационной символики Мотивы повторяются в абстрактно-геометрическое порядке, напоминая медленное пение, литанию ил» зримую ворожбу.

Окружности, точка в окружности, солнце и чашевидные знаки нередко обнаруживаются на утопленных в землю поверхностях или на нижней част! ортостатов. Эти резные узоры не предназначались для людских взоров, но были средством ритуального контактирования с божественным, заклинания скрытых в камне жизнеродных сил Богини. Это символы сердцевины, источника и средоточия, где зачинается и откуда бьет жизнь, расходясь концентрическими кругами и дугами. Если бы было возможно подсчитать все чашевидные знаки (искусственные и естественные) круги (концентрические и незамкнутые) и все проявления мотива «точки в круге» то стало бы очевидно что эти символы ЯВЛЯЮТСя наиболее многочислен НЫМИ а пОТОМУ сЭ.мыМИ важны­ми,

Рис. 7-124 Группа взаимосвязанны) символов на внутренне стороне плиты свода и: восточного алькова Ныа Грейнджа: учетвереннъй «глазковый» мотив, тройной мотив глаза и дуги большие змеиные клубю и концентрический ом; с двумя противопостаВ' ленными полукружиям в центре, перемежаю щиеся знаками « V », шев ронами, кругами, ромба ми и извивающими^ змеями. Частичная ре конструкция.

Гавринис

Традиция заклинания жизнеродных сил Богини путем вырезания символических рисунков лучше всего представлена в Гавринисе, одном из богатейших мегалитических памятников Бретани, славящемся совершенством своих рельефов (рис. 7-128, 7-129). Хронологически он совпадает с поздненеолитическим периодом коридорных гробниц и датируется приблизительно концом IV тыс. до н.э.; его перестали использовать ок. 2500 г. до н.э.. 0 Гавринис со всех сторон окружен водой, первоисточником жизни; он стоит на южной оконечности небольшого островка в заливе Морбиан (когда-то это был пол voctdo в северной стороной примыкавший к континенту) Он ориентирован на восход во время зимнего солнцестояния, то-гдэ как основное направление его кооидора указывает на мэксимальную точку потьема луны

Во внутренней части святилища резной узор полностью покрывает поверхность 23 ортостатов, что создает впечатление символического единства. Широкое использование мотива волнистых и концентрических дуг напоминает о присутствии вокруг водного эле­мента. Среди символов доминирует изображение круга с точкой или вертикальной линией посередине, обозначающее вульву. Вокруг них многочисленные волнистые линии и змеевидные дуги, составленные в вертикальные колонны (рис. 7129). Эти жизненные столпы как будто говорят о том, сколь неисчерпаема жизнеродная сила Богини, вздымающаяся и текущая, подобно волнам. Эта вздымающаяся жизненная сила также проявляется в виде завивающихся линий, которые, возможно, следует интерпретировать как изображения змей. На внешней каменной плите в Гавринисе вырезано несколько быков и топор, что усиливает символику лона — воспроизводства рис. 7-130).

Рис.7-125 Свернувшаяся змея, обрамленная круглыми дугами с черточ­кой в центре: не исключено, что это — изображение лунного цикла. Северо-восточная часть Наута (ИЕ 6), 3500-3200 гг. до н. э.

Рис. 7-126 В центре этого ортостата — изображения трех взятых в рамки «песочных часов» (особый знак Богини, состоящий из двух соединенных вершинами треугольников). Над ними ряды зигзагов и ромбов. Восточная часть Наута, ортостат № 48.

•  Планы святилища-гробницы Форнокс I ; значком «х» отмечено местоположение декорированных ортостатов, ступенчатого свода и перемычек между нишами, 3500-3000 гг. до н.э.

•  Деталь перемычки при входе с орнаментом в виде зигзагов.

Мегалитическое искусство являет собой символическое утверждение и прославление чередования циклов жизни и смерти на космическом уровне. Гробница уподоблена телу Богини, ориентирована на солнечный и лунный восход, украшена образами реге­нерации: это изящная метафора неизбежности вселенских циклов. Вселенная и есть тело Богини, внутри которого происходят смерть и озрождение. Свет который во время зимнего солнцестояния проникает в мегалитические гробницы и освещает их внутренние покои, имеет и метафорическое значение. Это первое шевеление плода: утроба смерти обновой жизнью.

Богиня как могила и утроба

Как мы видим, очертания и символика мегалити­ческих гробниц безусловно связаны с грозной Богиней смерти и возрождения. Ее символические обо­значения варьируются от оголенных костей до яйца и матки, от столбообразно условных изображений, грифов-падальшиков, кабанов и собак до возрождающих глаз и змеиных клубков. Некоторые мегалитические гробницы по сей день считаются «пещерами» Богини. Так, коридорная гробница в Нокмери (графство Тайрон', Ирландия) и сейчас зовется «Пещерой Аннайи». Действительно ли это Ее имя? Для ТОГО, чтобы найти ответ, следует обратиться к фольклору и к историческим источникам. В народных сказках Она является в виде старой ведьмы или великанши а именуют ее Ана Аннайа Ahv и Ahkv Из древних литературных источников известно что бретонская Ahkv или Маро и есть Смерть А ирландская Морриган идентифицируется с Аной которая считается храни­тельницей мертвых и матерью богов Можно предположить что эти имена наследие строителей мегалитических гробниц

Богиня смерти и возрождения — Богиня зимы и мрака. В фольклоре всех стран Европы она является в виде ведьмы на костяных ногах, белой или снежной женщины. Пора ее власти и мощи приходится на зиму, в особенности на конец декабря — начало января. В Скандинавии этот период назы­вается «рождеством» (« jol », а по-английски « yule »), что не имеет ни малейшего отношения к Рожде­ству Христову. Как можно предположить, в доисторическую эпоху именно в этот период происходила большая часть ритуалов, необходимых для пробуждения природы и умиротворения Богини зимы. Ран­ней весной испуганная ведьма-Зима оборачивается прекрасной обнаженной девушкой. Она появляется у ручьев, потоков, озер и рек, расчесывая золотые волосы или качаясь на ветвях ивы. А ее сексу­альная привлекательность говорит о том что зима перешла в период регенерации Этот мотив до сих пор существует в европейском фольк­лоре а его символический ряд име­ет близкие параллели в характерных для погребальных памятников ЭПОХИ неолита обозззх смеПТИ и DC ­ГЕНСОЭЦИИ

Рис. 7-128 Ортостаты с выгравированным орнаментом из святи-лшла-гробницы Гавринис. Основной повторяющийся мотив знак вульвы, окруженный концентрическими дугами, волнистыми линиями и змеевидными формами. Поздний неолит, Бретань. IV тыс. до н.э.

Рис. 7-129 Концентрические дуги расходятся от центрального вульвоподобного отверстия, в их верхних частях — омфалические выступы. Орнамент, выгравированный на ортостате из Гавриниса. Начало IV тыс. до н.э. Рис. 7-130 Гигантский топор и быки с огромными рогами, выгравированные на покровной плите камеры в Гавринисе.

СодержаниеДальше

наверх страницынаверх страницы на верх страницы









Заказать работу



© Библиотека учебной и научной литературы, 2012-2016 Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования