В библиотеке

Книги2 383
Статьи2 537
Новые поступления0
Весь каталог4 920

Рекомендуем прочитать

Кришнамурти Дж.Традиция и революция
Простым языком раскрывается природа двойственности и состояния ее отсутствия. В подобном состоянии исследования, когда на мгновение перестает существовать тот, кто задает вопросы, тот, кто переживает, — подобно вспышке открывается истина. Это состояние полного отсутствия мысли.

Полезный совет

Вы можете самостоятельно сформировать предметный каталог, используя поисковую систему библиотеки.

Алфавитный каталог
по названию произведения
по фамилии автора
 

АвторГимбутас М.
НазваниеЦивилизация Великой Богини: Мир Древней Европы
Год издания2006
РазделКниги
Рейтинг0.68 из 10.00
Zip архивскачать (15 436 Кб)
  Поиск по произведению

Предисловие

Мария Гимбутас принадлежит к блиста­ тельной плеяде ученых-гуманитариев XX века, тру­ ды которых дали толчок для создания целого ряда работ по истории, этнографии, религиоведению и в гендерной области. Более двадцати монографий вы­ шло из-под пера исследовательницы. Начав публи­ ковать статьи, посвященные языческим культам в Литве она в дальнейшем расширяет ареал своих ис­ следований на Восточную Европу и страны Балтии После выхода в середине пятидесятых годов книги «Доисторическая Восточная Европа» и вскоре дру­ гой оаботы «Древнейшие символы r напп.таом игкуством монографии.

«Язык Богинь» и «Ци­ вилизация Великой Богини: мир Древней Европы». Эта книга, пишет исследовательница, описывает способы существования, социальные структуры и верования народов, населявших Европу с седьмого по третье тысячелетие до нашей эры. Сенсационные археологические открытия середины двадцатого века в Европе кардинально изменили представления лю­ дей об истоках цивилизации. Список древнейших центров мировой культуры пополнился таким огром­ ным ареалом, как Южная и Восточная Европа. Еги­ пет и Месопотамия уступили пальму первенства Ма­ лой Азии и Средиземноморью, а известное еще по раскопкам девятнадцатого века украинское село Три- полье вкупе с румынской деревушкой Кукутень ста­ ли центрами великой европейской цивилизации.

В исторической науке существовали две точки зре­ния на поздний неолит и ранний бронзовый век. Гим­ бутас в своей последней книге ставит вопрос о суще­ ственном различии этих эпох. Именно при энеолите происходит смена матриархальной формации на пат­ риархальную. В советской археологической науке многие исследователи как раз не усматривали существенных различий в этих культурах, поскольку брон­ зовые изделия встречались и в слоях, относящихся к неолиту. Они склонялись к выводу о постепенном на­ растании бронзовых изделий в культурах новокамен­ ного века. Гимбутас пишет о коренном изменении ха- рактера культуры и упадке земледельческих со­ обществ которые угасали под натиском вторгшихся с востока кочевых племен. Бронзовые зеркала, брас­ леты и фибулы уступи ли место ор ужию В коштёктив- ных захоронениях земледельцев встречались предме­ ты обихода статуэтты*Гмогилахското^лческихм^ей были кони оружие и убитые слуга

Земледельцы не знали колеса как средства пере­движения, но использовали его как сакральный сим­ вол небесной богини. Металл и колесо - вот истин­ ные признаки культуры кочевников-индоевропей­цев. Не меньшей заслугой Гимбутас стало иное определение цивилизации. Она поставила вопрос о существенной коррекции этого понятия: «Слово "ци­ вилизация" нуждается в объяснении. С точки зрения археологов и истори ков оно подразумевает наличие политической и религиозной иерархии, военного ис-к vc с TBa классов и высокого разделения тп\шя Тако- го рода структуры действительно характерны д.1 я пат- рилокальных сообществ Я не согтасна с тем что по- нятие"цив^ патриархальн^

Высокий уровень жизни города с большой числен­ ностью населения, священные письмена, изыс­ канные предметы искусства, ремесла, торговля — все это объединяла собой религия Великой Богини с очень сложным пантеоном. Неоспоримое богатство религиозного символизма Центральной Анатолии и Древней Европы - результат непрерывного развития начавшегося в эпоху позднего палеолита. Книга Гим­ бутас — научное исследование которое будет востре­ бовано отечественными историками археологами культурологами и внесет весомый вклад в совоемен- ные тендер HOCTbSoke н^ гу любомучитателю ^^юшемусТинпо^оГш:-высокого класса пособие очень

Ольга Чугай

Что такое цивилизация ?

Цель этой книги — привлечь внимание к важнейшим аспектам доисторической Европы, по сей день неизвестным или ранее не рассматривав­ шимся в общеевропейском масштабе. Собранные в ней данные могут в корне переменить наше представ­ ление о прошлом, о потенциале настоящего и буду­ щего. Наша общая историческая память должна быть сфокусирована по-новому. Необходимость эта тем более велика, что, как мы видим, путь «прогресса» ведет к уничтожению самих условий существования жизни на земле.

Эта книга исследует способы существования, со­ циальные структуры и верования народов, населяв­ ших Европу с VII по Ш тыс. до н.э.: применительно к этой эпохе я буду использовать термин «Древняя Европа», имея в виду европейский неолит до прихо­ да индоевропейцев. В этот период формируются ста­бильные земледельческие общины, значительно уве­ личивается численность населения, наши предки создают богатый художественный язык и сложную символическую систему, связанную с различными проявлениями культа Великой Богини.

Убедительные свидетельства существования бы­ стро развивавшейся неолитической культуры с сере­ дины VII тыс. до н.э. присутствуют в Эгейском ре­гионе, на Балканах, в Центральной и Восточной Ев­ ропе. Вторая очаговая зона — центральная часть Средиземноморья. В западных прибрежных районах Средиземноморья окончательный переход от охоты и собирания продуктов питания к земледелию занял все VII тыс. до н.э., а в Западной Европе эта смена произошла лишь в начале VTbic . до н.э.

Первая часть книги посвящена описанию сооб­ ществ культур, существовавших с 6500 по 3500 г. до н.э. (в случае Западной и Северной Европы - не­ сколько долее 3500 г. до н.э.), их размещению и хро­ нологии. Искусство и архитектура этих региональных групп отличались удивительным богатством стилей, изобретательностью и воображением. Далее речь пойдет о религии, письменности и социальных струк­ турах. В заключительной главе рассказывается об упадке этих культур, о чужаках, носителях иного хо­ зяйственного, социального и идеологического типа, чей приход изменил мир Древней Европы. За этими событиями — не только распад цивилизации Древней Европы, но и переход к патрилокальным и воинст­ венным типам общества. Как свидетельствуют междисциплинарные исследования в области архео­ логии, лингвистики, мифологии и древнейшей исто­ рии, это изменение хронологически совпадаетс ин- доевропеизацией Европы.

Слово «цивилизация» нуждается в объяснении. С точки зрения археологов и историков, оно подразу­ мевает наличие политической и религиозной иерар­хии, военного искусства, классов и высокого уровня разделения труда. Такого рода структуры действи­тельно характерны для патрилокальных сообществ, в том числе и для индоевропейского, в отличие от описываемых в этой книге матрилокальных культур. Цивилизация, существовавшая в Древней Европе между 6500 и 3500 гг. до н.э., а на Крите — вплоть до 1450 г. до н.э., знала долгий период ничем не потре­ воженного мира,благодаря чему был создан художе - ственный язык удивительной красоты и изящества — верный признак того что для нее было характерно более высокое качество жизни нежели для многих патрилокальных и классовых типов общества.

Я не согласна с тем, что понятие «цивилизация» приложимо исключительно к патриархальным и во­ инственным сообществам. Генерирующие способ­ ности любой цивилизации определяются уровнем творческих и эстетических достижений, наличием нематериальных ценностей и свободы, делающей существование осмысленным и радостным, а еще — сбалансированным распределением отношений ме­ жду полами. Европейский неолит не был периодом «доцивилизационным» (какего окрестил Колин Рен- фрю в своей книге «До цивилизации: радиоуглерод­ ная революция и доисторическая Европа», 1973 г.). Напротив, это была цивилизация в самом лучшем и истинном смысле слова. В V и вначале IV тыс. до н.э., на излете ее существования в Центральной и Восточ­ной Европе, у древних европейцев были города, объ­ единявшие значительную часть населения, святили­ ща высотой в несколько этажей, священные письме­ на просторные жилища из четырех-пяти комнат профессиональные керамисты, ткачи, медники, зо- лотых дел мнетера и другие ремесленники, чья про- дукция отличалась сложностью и разнообразием Благодаря существованию сети торговых путей такие товары как обсидиан раковины мрамоо медь и соль, могли перемещаться на сотни километров

Конечно, все это не возникло на пустом месте. Ря­дом, в анатолийском поселении Чатал-Хююк, многочисленные святилища были украшены по­ разительно богатыми и искусными стенны­ ми росписями еще за тысячу лет до того, как Европа достигла высокого уровня в архи­ тектуре, фресках, скульптуре и керамике. А Чатал-Хююку предшествовал трехтысяче- летний эволюционный переход к земледе­ лию и оседлым формам существования. Не­ оспоримое богатство религиозного симво­ лизма Центральной Анатолии и Древней Европы — результат непрерывного развития, начавшегося в эпоху позднего палеолита.

Серьезное заблуждение считать, что не­отъемлемой частью человеческого состоя­ ния является война. Действительно, начи­ ная с бронзового века и до нынешнего вре­ мени жизнь людей нередко сопровождалась боевыми схватками и возведением укреп­ лений. Однако это не так в случае палеоли­ та и неолита. Среди пещерных рисунков эпохи палеолита нет изображений боевого оружия (то есть оружия, направленного против себе подобных), как нет и свиде­ тельств его существования в эпоху древне- европейского неолита. Ни один из при­ мерно 150 дошедших до нас рисунков из Чатал-Хююка не запечатлел конфликты, сражения, войны или пытки.

Местоположения древнеевропейских поселений не слишком выгодны с точки зрения обороны: как правило, их выбор обусловлен соображениями удобства, на­личием хорошей воды, плодородной зем­ ли и пастбищ для скота. Древняя Европа не знала ни труднодоступных укреплений на возвышенностях, ни кинжалов, копий или алебард. Неолитические поселения порой бывали окружены рвом и очень ред­ ко-деревянной или каменной изгородью. Земляные укрепления и другие оборони­ тельные сооружения появились в эпоху позднего неолита и в медном веке, когда возникла необходимость защиты от набе­ гов чужаков. В Центральной Европе эти изменения стали заметны лишь к концу V и в IV тыс. до н.э.

Это исследование сфокусировано на религии, и этот выбор сам по себе значим. В книгах по европейскому неолиту неред­ко рассматриваются жилища, инструмен­ тарий, керамика, торговый обмен и про­ блемы окружающей среды, однако они не касаются «второстепенного» вопроса — религии. Такой подход трудно объясним, поскольку в рассматриваемую эпоху по­ вседневная и религиозная жизнь были не­ раздельны. Упуская из виду сакральную

Глиняная статуэтка (столбообразная) культуры хаманджия из могильника Чернаводэ, ок. 4800 г. до н. э. составляющую жизни эпохи неолита, мы рискуем не понять культуру в целом. Но археологам не удастся до бесконечности прятаться за научный материа­лизм, открещиваясь от многодисциплинарного под­хода. Лишь при комплексном использовании архео­логических, мифологических, лингвистических и исторических данных мы сможем прийти к пони­манию и материальных, и духовных реалий доисто­рических культур. Кроме того, социальная органи­зация неолитического общества была неразрывным образом связана с религией: они взаимно друг друга отражали.

Последние полвека археологию раздирают проти­воположные тенденции. Как утверждает Джеймс Мелларт: «Необходима сбалансированная амальгама лучших элементов обеих школ (то есть, с одной сто­роны, раскопок "мусора", с другой- святилищ), которая бы препятствовала сектантским раздорам между разными направлениями археологии, ориен­тированными на "искусство" или на "науку"» 1 .

В силу определяющей роли материнства искон­ное божество наших палеолитических и неолитиче­ских предков было женским. Не известно ни одно изображение Бога-отца, которое можно было бы да­тировать доисторическим периодом. Палеолитиче­ские и неолитические символы и образы связаны с самозарождающейся Богиней и с ее основными функциями Дарительницы жизни и смерти, Источ­ника плодородия. Это символическая система, пред­ставляющая циклическое, нелинейное, мифологиче­ское время.

Культ Богини - отражение общественного укла­да, характерного для большей части древнего чело­вечества, где первенствующее положение принадле­жало матери и родственным связям по материнской линии. Это не обязательно «матриархат», если ис­толковывать его в ложном смысле как женское «правление», зеркальную реплику патриархата. Мат-рилокальная традиция была мвойстве,на ртоним земледельческим сообществам Европы, Анатолии, Ближнего Востока и Крита минойского периода. В отличие от культур патриархальных, стремивших­ся к господству, культуры этого типа были в первую очередь направлены на развитие знаний, способст­вовавших поддержанию человеческой жизни.

Древнеевропейская структура общества была пря­мо противоположна сменившей ее индоевропейской. Как свидетельствуют археологические, исторические, лингвистические и религиозные данные, ядром древнеевропейского общества была теократическая храмовая община, управляемая главной жрицей, ее братом или дядей и женским советом, имевшим функ­ции руководящего органа. Однако, несмотря на то, что в рамках религиозного бытия статус женщины был сакрализирован, судя по раскопкам захоронений V и большей части IV тыс. до н.э., в отношениях между полами не было ни диспропорции, ни подчинения одного пола ADvrOMv Напротив они предполагают взаимоуважение И женский и мужской погребаль­ный инвентарь символически связан с сакральным ЦИКЛОМ смерти и возрождения, и в тоже время он ОТ-озжает личные достижения в искусствах ремесла.х торговле и других сферах деятельности.

Древнссвропейское общество не знало централи­зованной организации индоевропейского типа, во главе которой стоял вождь. Однако неверно было бы утверждать, что на всем протяжении неолита и мед­ного века оно представляло собой не более чем конг­ломерат мелких разрозненных сообществ. РРнненео-литическое общество Древней Европы действитель­но складывалось из небольших земледельческих общин, но в V тыс. до н.э. в него уже входили значи­тельные по размеру и сложные объединения. Цен-тральноевропейские и восточноевропейские поселе­ния много больше самых внушительных протоурба-нистических теллей Ближнего Востока. Когда примерно в 4000—3500 гг. до н.э. позднекукутенская культура достигла урбанистического эт а па развития, в ее городах окруженных средними и мелкими посе-лениями, могло жить до десяти тысяч человек*.

  • * В настоящем исследовании используется датирование по радиоуглероду, выверенное по счету древесных колец (так назы­ ваемые калиброванные даты). Хронологические данные, связанные с культурными сообществами VII — III тыс. до н.э., пред­ставлены в приложении («до н.э.» обозначает точные даты, «до н.э.» - относительные, а «до н.в.» - количество лет, предшест­ вующих нашему времени).

Глава I Возникновение и распространение земледелия

Конец последнего ледникового периода принес потепление климата на всем земном шаре, спо­ собствовавшее как изобилию дикой растительности и процветанию животного мира, так и росту численно­ сти населения. Примерно между 9000 и 6500 гг. до н.э. происходит постепенный переход от охоты и собира­тельства к оседлости, одомашниванию животных и окультуриванию растений. Более мягкие климатиче­ские условия, сложившиеся примерно в VIII тыс. до н.э. во время бореального периода и приведшие к зна­чительному повышению уровня моря кардинально повлияли на пищевые ресурсы людей и животных. В прибрежных областях и в okdvt внуттленних озер обра­ зовались болотистые и торфяные местности, идеаль-ные места обитания для рыбы, моллюсков ракообраз-ных и водяных птиц. Наличие подобных пищевых ис­ точников и расгшостранение лиственных — дубовых — лесов обусловили переход человека к более оседлому образу жизни В Средиземноморье начинается выра­щивание овощей и фруктов.

Приручение различных животных и окультурива­ние растений происходили далеко не одновременно и зачастую в разных географических точках. Так, в Центральной Европе домашняя собака обособилась от волка уже в мадленскую эпоху позднего палеоли­та1. Овца стала домашним животным еще до 7000 г. до н.э. на горных склонах Загроса (Иран, Ирак) и Тавра (Турция), где ранее охотились на ее диких пред­ ков. Крупный рогатый скот и свиньи были одомаш­нены в Анатолии между 7500 и 6500 гг. до н.э.; этот процесс продолжался в разных частях Европы с 6500 по 5500 гг. до н.э. 2 . Домашняя лошадь не появится ни на Ближнем Востоке, ни в Центральной и Восточной Европе вплоть до конца V т blC . до н.э.

Первобытное земледельческое хозяйство основы­валось на освоении трех зерновых культур: пшени­цы-однозернянки или полбы ( Triticum monococcum ), пшеницы-двузернянки или эммера ( Triticum dicoc - cum ) и двурядного ячменя ( Hordeum vulgare ssp . distichum ). Эти злаки были окультурены в VIII и VII тыс. до н.э. на территориях между Юго-Восточ­ной Европой и Афганистаном. По сей день пшени­ца, как полба, так и эммер, произрастает в диком виде между Грецией и Афганистаном, адикий ячмень мож­но встретить между Эгейским морем и Балхом (Се­верный Афганистан) 3 .

Переход к оседлой жизни также происходил по­степенно. Предшественниками оседлых землепаш­цев были полуоседлые собиратели, жившие за не­сколько тысячелетий до того, как началось развитие земледелия: их можно рассматривать как промежу­точное звено между поздним палеолитом и неолитом. Таковы натуфийцы, которые населяли восточное по­бережье Средиземного моря в 10 000 - 8000 гг. до н.э. и обитали не только в пещерах, но и на открытых пространствах.

С антропологической точки зрения, натуфийцы не отличались от современного человека, они походи­ли на нынешний средиземноморский тип 4 ; их жизнь зависела от урожаев дикой пшеницы и ячменя. В мес­тах их поселений археологи находят ступки и камни для растирания зерна и семян, равно как кремневые зубчатые вкладыши для серпов. Встречаются тут и костяные орудия: шилья, иглы, лопатки, жатвенные ножи, рыболовные крючки и гарпуны - набор, ко­торый на протяжении тысячелетий будет представ­лять типичный неолитической инструментарий. О продолжении позднепалеолитических традиций го­ворят натуфийские костяные изображения живот­ных, а наличие раковин денталиум ( Dentaiium ) с бе­регов Средиземного и Красного морей, из которых изготовлялись бусы, — о существовании морского сообщения с отдаленными регионами. Натуфийцы охотились на газелей, оленей и свиней; у них были прирученные собаки но более никакой д руго й до­машней живности. ,

К 8000 г. до н.э. в Восточном Средиземноморье про­ исходит окончательное окультуривание злаков, и здесь, как и в Анатолии, натуфийская культура сме­няется докерамическим неолитом (культурой, знако­мой с производством продуктов питания, но еще не знавшей глиняной посуды). К 7000-6500 гг. до н.э. Ближний Восток и Юго-Восточная Европа обладали полноценной земледельческой системой; обитатели их поселений могли прокормить себя благодаря разно­образию и многочисленности злаков, овощей (гороха и чечевицы), а также поголовью овец, коз, свиней и крупного рогатого скота. В этот период возникает ис­кусство керамики. А поскольку глиняные изделия не поддаются полному разрушению, то именно они — наиболее часто встречающиеся остатки неолитической культуры, о каком бы из ее периодов ни шла речь.

Распространение земледелия в Европе

Некоторые теории

Теория «революции»

В наши дни уже совершенно невозможно при­ нять гипотезу, согласно которой европейский зем­ ледельческий комплекс был в готовом виде привне­сен с Ближнего Востока. Действительно, во времена В.Гордона Чайлда (1892-1957) было модно говорить о приходе агрокультуры как о своеобразной «рево­люции», однако теперь процесс развития неолита в Европе представляется исследователям гораздо бо­ лее сложным— длительным неоднородным во мно­ гом обусловленным природными и географическими УСЛОВИЯМИ.

Биологическая модель распространения

Благодаря интенсивному изучению мезолитиче­ ских и ранненеолитических поселений в восточных областях Средиземноморья утратила актуальность и другая теория. В 1936 г. генетик Р.А.Фишер предло­ жил биологическую модель распространения сель­ ского хозяйства; позднее его идеи продолжили и раз­ вили А.Дж.Аммерман и Л.Л.Кавалли-Сфорца, авто­ ры труда «Неолитическая эволюция и генетика европейских народов» (1984). Они рассматривают распространение земледелия как диффузионный процесс, обусловленный ростом и миграцией населеНИЯ СОГласНО ЭТОЙ мОДСлИ р cl с nDOCTDclHeHHe получитэ не ился земледелия но непосредственно сами земледельцы 1Сэ.к утверждают исследователи в те х с лучяях когда рост численности населения совпалэ- локальной миграцией возникает эсЬсЬскт волно- вого взрыва которыйраспространяетсяТравномер ной радиальной частотой и поддается математичеиродвиж^ничлчшиюк ли с ра Л) идни и пения (2 S uptI ипи же m н Ouv киломртт? в гоп Хотя Гт. орети ™й точки , пения данный метод1Гселениядейными процессами однако его нельзя оезразоора при­ менять ко всем регионам Европы. наши рассужде­ ния должны опираться на реальные археологические данные и на результаты радиоуглеродного анализа.

Переход от собирательства к земледелию и миграцяя земледельцев На территории Европы первые признаки перехо­ да от уклада, связанного с охотой и собирательством, к производящему хозяйству обнаруживаются в Сре­ диземноморском регионе. В основном процесс не-олитизации шел в двух направлениях: в западной и центральной частях Средиземноморья местные соби­ ратели начинают заниматься земледелием; а в Юго-Восточной и Центральной Европе его распростране­ ние происходит за счет миграции земледельцев из юго-восточных регионов в северо-западные, что со­четалось с переходом местного населения к земле­ дельческому укладу.

Западное и Центральное Средиземноморье

Постепенный переход к доместикации в эпоху южнофранцузского и испанского мезолита

Долгое время считалось, что неолит пришел сюда из Восточного Средиземноморья вместе с керами­ кой кардиал или импрессо (в глину вдавливались края раковины cardium edule ,, характерной для цен­ тральных и западных районов Средиземноморья. Но в 1980-е гг. стало очевидно, что неолитизация при­ брежных областей Западного Средиземноморья была обусловлена постепенным переходом к доме­ стикации который происходил в рамках местной мезолитической культуры кастельновьен охваты­ вавшей восточные районы Испании и юг Франции. Кроме того в южных районах Франции ппотозем- ледельческое использование бобовых и зеленных ку jTKTv р имело место уже около 10 ООО лет назад Исследование ряда мезолитических поселений в Провэнсе и Лангедоке салата туре. FKom го iW Прислггствие. овец и коз потреб ление овоп.ей и зелени преемственность по отно шению к позднеп^ прибрежных районах Восточной Испании и Юж­ ной Франции, равно как и по данным радиоуглерод- ного анализа, этот переход имел место в VII тыс. до н.э. (об этом см. главу VI ). Тому способствовали многие факторы: улучшение климата, все большая оседлость рыболовов и собирателей раковин, при­ родное окружение.

Согласно иберийским и французским археоло­ гическим данным, одомашнивание животных нача­ лось задолго до выращивания зерна и появления глиняных изделий. Следы присутствия не только овец, но даже свиней и крупного рогатого скота есть в докерамических культурных слоях начала VII тыс. до н.э., и не исключено, что и в более ранних. Кера­ мика и злаки часто встречаются в слоях восходя­ щих к 6500-6000 гг. до н.э. А обработка камня в этих мезолитических или точнее протонеолитических слоях указывает на непрерывную преемственность тозлииии Таким образом весь Konnvc имеющихся материалов заставляет предположить что в Западном Смдиземноморье неолит возник под воздействием внутренних культурных механизмов

Но хотя гипотеза поэтапного культурного раз­ вития представляется вполне бесспорной, нельзя отрицать и реальность восточного воздействия. Прямые предки домашних овец и коз, оставившие следы своего присутствия в мезолитических пла­ стах, были не местного происхождения. Прароди­ тель овцы - ближневосточный муфлон, а коза ве­ дет свое происхождение не от местного (Сарга ibex или Caрга pyrenaica ), а от ближневосточного вида (Сарга aefiagrus ) что конечно дает археологам большой простор для гипотез. Установить, когда и КЗ к ЭТи вИЛы при ШЛИ сЮДА п дело будущего. Можно предпо южить что дикие пгзедки козы прибыли в прибрежные районы Центрального Средиземно- морья не прямо с Ближнего Востока а из Эгейской области Известно что мореплаватели у которых уже была ранняя кегтмика и козы от берегов Эгей ского моря доплывали до островов, расположенных к заггагту от Гретгии (напримеп до острова Кор chv см ™ TrvV ) Н о в Ътдном Гпедизеишмопке nl з распространения европейского неолита.

Постепенный переход к земледелию на побережее Адриатики и в Центральном Средиземноморье

В эпоху позднего палеолита и мезолита побере­ жье Адриатики населяли собиратели, чей способ обработки камня указывает на существование дли­ тельной традиции, не прерывавшейся вплоть до прихода неолитической керамики импрессо 6 . В дан­ ном случае также маловероятно, что земледелие было занесено сюда с Ближнего Востока или даже из эгейских областей. Заселение Корсики и Сарди- нии донеолитическими группа ми происходило не позднее VIII тыс до н э (самые ранние оэли о углс— родные показатели на Корсике -^ 9140 лет до н в получены в Стреттс 8650 лет до н в — в Арагина- Сенноле у г. Бонифачо). В этих местах неолитичетыс донч ВскоренаСардиниибылнайденобси диан ставший предметом обмена и в с илу этог о нас', | 1 катализатопп М ГГймеж™™1Гми районами Центрального"Средиземноморья иАдриати/

Юго-Восточная Европа

Производящее хозяйство сложилось в районе Эгейского моря еще до середины VII тыс. до н.э. Пока нам не известно, был ли этот неолитический уклад в какой-то мере принесен новыми переселен­ цами, или же соответствующие идеи на протяжении многих поколений проникали сюда из Анатолии постепенно и без посредства крупномасштабных миграций. И что произошло с мезолитическим на­селением, было ли оно поглощено? Судя по имею­щимся данным все перечисленные факторы могли сыграть определенную роль. Действительно в самых ранних неолитических поселениях Юго-Восточной Европы основные виды скота.

К сожалению, мы почти не располагаем археоло­ гическими данными о периоде, предшествовавшем неолиту. Потепление климата в постледниковый пе­ риод привело к повышению уровня моря, и не ис­ ключено, что многие памятники мезолита на остро­ вах Эгейского моря и в прибрежных районах в основ­ ном оказались затоплены. Следы мезолитических и неолитических жилищ были обнаружены лишь в рай­ оне Арголида на Пелопоннесе, в пещере Франхти, но культурная преемственность и тут не вполне очевид­ на. Найденные в этой пещере остатки скелетов по­зволяют выдвинуть два предположения: либо пер­ воначальное население принадлежало к местным мезолитическим группам либо было восточного происхождения

Гетерогенность физического типа

Антропологический материал, обнаруженный се­ вернее, в греческой Македонии (поселение Неа-Ни- комедия), с точки зрения таксономии, разнороден. Как указывает Энджел, там было представлено не­ сколько типов: динарический - средиземноморский и так называемый основной белый тип с кроманьон­ скими чертами. Эта вариативность объясняется тем, что на протяжении веков происходило постепенное смешение земледельческого населения с охотника­ ми-собирателями. Гетерогенность физического типа также отмечается в культуре старчево Центральных и Северных Балкан (см. главу II ).

На Дунае, в районе Железных Ворот, можно про­следить непрерывную культурную преемственность, существовавшую от позднего палеолита и на всем протяжении мезолита, о чем свидетельствует ста­ бильность местного европейского, кроманьонского населения, способов обработки камня, религии и искусства. Это так называемая «балкано-дунайская культура эпиграветт и мезолита», или же «культура лепенски-вир» (Лепенски-Вир — одно из четырна­ дцати раскопанных поселений, прославившихся своими святилищами и скульптурами к которым мы еще вернемся в главах II и VII ). Производящее хо­ зяйство пришло сюда вместе с центральнобалкан-ской (старчевской) культурой принесенной нео­литическими племенами примерно в 6000 до н э либо вытеснили населявших этот регион/

Мореплавание и торговый обмен - ггавные катализаторы развитяя культуры

По всей видимости, навыки мореплавания, тор­говля и натуральный обмен, увеличивая интенсив­ ность контактов между людьми, послужили ката­лизатором беспрецедентного расцвета неолитиче­ ской культуры. Начиная с VIII тыс. до н.э., т.е. еще до наступления неолита, можно найти следы суще­ ствования торгового обмена кремнем и обсидиа­ ном 10 . После установления производящего уклада о постоянном росте контактов свидетельствуют за­везенный в эти места обсидиан, мрамор и ракови­ны спондилус ( Spondylus ). Обсидиан - вулканиче­ ское стекло, образующееся из насыщенной квар­цем лавы идеально подходит для лезвий серггов и режущих ин ctovmchtob Поэтому и с ттпос на т-гего ftLTjr болълтюй TTO ^ TOIWV и находят его иногда километров от мест добычи Основным источником обсидиана как для Эгейского региона, так и для всей Греции был остров Мелос располо-женный в южной части Эгейского бассейна" Цен тра ттьную часть Средиземномопкя ялпиятические области и внутренние мйоыЪпмпГютгм* Сицилии. А Карпатский бассейн и долины Дуная снабжались карпатским обсидианом из Северо-восточной Венгрии и Северо-Западной Румынии. мрамор, из которого делали чаши, блюда, украше­ ния и статуэтки, мог происходить из многих мест, но, по-видимому, основными его источниками были острова Парос и Скирос, расположенные со­ответственно в южной и северной частях Эгейско­го моря, поскольку именно там были обнаружены неолитические поселения. Из характерных для Эгейского бассейна раковин спондилус делали бусы, подвески и браслеты. От берегов Эгейского моря они в большом количестве попадали на се­вер, в Болгарию и Румынию, а затем, по Дунаю, -в Центральную Европу . Раковины с берегов Ад­риатики имели хождение в западных частях Юго-славии и в Северо-Восточной Италии.

Дуная оно дошло до Восточной Франции и Голлан­ дии. Северная Европа, от Дании до Литвы, перешла к земледелию лишь в 4000-3500 гг. до н.э.

Неолитические города Анатолии ( Турции )

Ранние формы неолита в Юго-Восточной Евро­ пе тесно связаны с аналогичной культурой Анато­ лии. В обоих случаях мы видим сходные орудия, ук­рашения, скульптуру, близкие традиции возведения святилищ для поклонения одним и тем же божест­ вам, использование единого символического языка. Археологические данные из Анатолии, равно как и из восточных областей Средиземноморья, позволя­ ют судить о промежуточных этапах перехода от по­ луоседлой натуфийской культуры кдокерамическо- mv неолиту тоглэ. как в случае Юго-Восточной Ев-

Рис. 1-1

•  Рукоятка для серпа из оленьего рога из телля Азмак (Центральная Болгария), культура караново I , ок. 5900—5800 гг. до н.э.; длина — 30,8 см.

•  Обсидиановые лезвия, закрепленные в деревянной рукоятке сер­ па. Ахиллейон, Фессалия, ок. 6200 г. до н.э.

Развитые неолитические культуры в Греции к 6500г. до н.э.

К 6500 г. до н.э. в прибрежных районах Греции и на примыкающих к ним равнинных территориях су­ ществовал развитый неолитический способ сущест­вования, с характерным для него производством ке­ рамики и одомашненными овцами, козами, круп­ ным рогатым скотом, свиньями и собакой. Полный набор домашних животных появился здесь на пять­ сот лет раньше, чем в Юго-Западной Азии. Населе­ ние уже выращивало пшеницу ячмень вику чече­ вицу горох и лен. Не исключено что эммер рожь и овцы были занесены сюда из Анатолии меж тем как одомашнивание KDvnHoro рогатого скота и свиньи происходило в Юго-Восточной Европе независимо от посторонних влияний.

После того как неолитический об­ раз жизни утвердился в Эгейском и Средиземноморском бассейнах, не­ олитические технологии производст­ва довольно быстро распространяют­ ся в Восточной и Центральной Евро­ пе. Средиземноморский климат в ту эпоху был более влажным, нежели сейчас, что создавало благоприятные условия для земледелия.

Распространение земледелия с юго-востоаа на северо-запад

Как показывает карта распростра­ нения земледелия по Европе(рис.1- 2), быстрой диффузии идей в эпоху неолита в первую очередь способст­ вовали морские пути. В Эгейском и Адриатическом морях, равно как и вдоль берегов Средиземного моря, навигация особых трудностей не представляла: об этом свидетельству­ ет широкая циркуляция обсидиана и раковин. Контакты во внутренних районах происходили медленней. Понадобилось почти 500 лет чтобы земледелие распространилось от Эгейского м оря до Дуная и еще 500 лет для того, чтобы от Среднего

Рис. 1-2

Верхний мезолит

мезолитическая культура касте.чьновьен, начальная стадия одомашнивания животных мезолит (прерукадур) Центральной Франци

Щ — буго-днепровская (гребенниковская)

культура

I — культура кукурек к горнокрымская яультура аурзак-коба

Неолит

3000 ДО н.л —даты, фиксирующие распространение земледелия

—«-*- — границы керамически! о неолита

Рис. 1-2 Распространение земледелия по Европе. Указанные даты основаны на данных радиоуглеродного анализа и дендрохронологии; они относятся к периоду развитого керамического неолита. В Западном Средиземноморье одомашнивание животных началось приблизительно за тысячу лет до перехода к полноценному земледельче­ скому укладу. В Юго-Восточную Европу неолит пришел вместе с полным земледельческим комплексом (выра­ щиванием зерновых и полным набором одомашненных животных, за исключением лошади).

ропы подобная информация отсутствует. Сообщение между Грецией и Турцией, по-видимому, началось около 7000 г. до н.э., еще в докерамический период, или даже ранее. Западная Турция до сих пор мало изучена, и мы не знаем точную географию подоб­ных контактов. Наиболее значительные из извест­ных нам неолитических поселений располагались в Центральной Анатолии, в 300-600 км от берегов Эгейского моря. Но несмотря на разделяющее их расстояние нет сомнения в большом культурном сходстве этих регионов.

Древнейшие города Анатолии достигли удиви­тельно высокого уровня культурного развития: об этом свидетельствует пример Чатал-Хююка и Хад- жилара, первый из которых датируется концом VIII — VII тыс. до н.э., а второй — концом VII — началом VI тыс. до н.э.

Чатал-Хююк

В 1961-1963 и 1965 гг. Джеймс Мелларт провел раскопки Чатал-Хююка, города VII тыс. до н.э., что в корне изменило представление о доисторической Анатолии и о доисторическом Старом Свете в це­лом 13 .

Чатал-Хююк - это два «жилых холма», стоящих неподалеку от реки на сухом плато (1000 м над уров­нем моря) равнины Конья (южная часть Централь­ной Турции). Тот, что покрупней, занимает пример­но 32 акра (16 га), из которых один акр был раско­пан. В нем археологи обнаружили тринадцать строительных горизонтов — остатки домов, святилищ, стенных росписей, рельефов, скульптур, предметов обменаи многое другое. Эти находки вызвали настоя­ щее потрясение в научной среде и открыли глаза на уровень развития неолитической культуры VII тыс. до н.э. Культурная близость неолита Юго-Восточ­ной Европы и его анатолийского варианта застав­ляет нас с особым вниманием приглядеться к Ча- тя л -Хютоку ^ tomv удивительному кладезю ин(Ъоркоторый проливает свЙТ на многие стоглоны неолитического образа жизни в том числе на хо зяйственноеустппйство обмен архитектупу на об становку жилищ и святилищ, на религию и искус-ство.

Равнина Конья - одна из плодороднейших час­тей Старого Света, богатая дикорастущими злака­ми и поддающимися приручению животными. Со­гласно уточненной хронологии, поселение возник­ ло здесь примерно в 7250 г. до н.э. и просуществовало более тысячи лет, вплоть до 6150 г. до н.э. (или с 6500 по 5750 г. до н.э. по относительной хронологии: именно эта датировка фигурирует в книгах и стать­ях Мелларта и других авторов, опубликованных до 1989 г.). Но Чатал-Хююк возник не на пустом месте. Под ним скрыты и другие напластования — двена­дцать строительных горизонтов культуры, еще не знавшей керамики. Нижние слои относятся кдоке-рамическому неолиту и поздней натуфийской куль­туре, а обнаруженные там материалы связаны с культурами Сирии и Палестины. На уровне доке­рамического неолита А были найдены модели свя­тилища статуэтки пряслица богато украшенные известняковые таблички и остатки полихромных стенных росписей. В ттоздненатуфийском (нижнем) слое --- деревянные тяо\пич1?И с роегтисью тэйличтси из глинистого сланца ми крол и ты геометрической формы и другие находки 14 Эти предшествующие Чатал Хююку напластования свидетельствуют о длитёльном развитии данной ку л ьту р ы поохплив на табличках и полихромная стенопись, "вйденные в этих слоях культовые предметы, модели святилищ и статуэтки будут потом встречаться на всем протяжении неолита.

Чатал-Хююк был упорядоченно устроенным по­селением, что свидетельствует об удивительно ста­бильном общественном порядке на протяжении многих столетий. Это - самый большой ранненео-литический город во всем Старом Свете: по неко­торым подсчетам, в нем одновременно могло жить до 7000 человек. (Как теперь считается, в знамени­том Иерихоне в долине Иордана могло быть не бо­лее 400-900 жителей 15 .)

Чатал-Хююк был тесно застроен, многие жили­ща возводились вплотную к уже существующим по­стройкам, открытые дворы встречались редко (рис. 1-3). Каркасы этих домов с плоскими кровля­ми были деревянными, стены - из необожженного кирпича. Дверей не было, люди проникали в свои жилища через отверстия в кровле. Отсутствие во внутренних помещениях следов или остатков пищи говорит о том что их обитатели тщательно следили за чистотой. Внутреннего убранства почти не было: приподнятые над полом глиняные платформы слу­жили сиденьями и лежанками Исходя из того что площадь жилища равнялась примерно 25 кв м атак-

Мелларт заключил ЧТо tj и в о jt н om wi раскопа нных домов не могло жить более восьми человек. Кухни зани- Рис. 1-3 мали примерно треть общего про­странства дома, а печи располага­лись в нижней части стены. В кла­довых стояли плетеные корзины для хранения зерна, инструментов и пр.

Рис. 1-3

(а) План и (Ь) схематическая реконструкция части города Чатал-Хююк с постройками из сырцового кирпича. Вход в них был с плоских кровель. VI уровень, середина VII тыс. до н.э. Святилища помечены знаком « X ».

Жители города выращивали три вида пшеницы и один — яч­меня, а также выращивали или собирали целый ряд зеленных культур, корнеплодов и фруктов. Крупный рогатый скот был глав­ным источником мясной пищи и молока, кроме того, они держали коз и охотились на оленей и ди­ких свиней.

На протяжении всего сущест­ вования города постоянными предметами торгового обмена были обсидиан и кремень. Обси­ диан, вероятно, находили у вул­ кана Хасан-Даг и в других местах Центральной Анатолии. Это вул­ каническое стекло шло не только на изготовление режущих инстру­ ментов из него делали и зеркала причем их умели отполировывать без единой царапины. Кальцит и алебастр (использовавшийся для изготсичления украптений и стату­ эток) поступали скорей всего из окрестностей Кайсери а белый мрамор - из Западной Анатолии­ Холмы к западу от Коньи бога тые минералами япко окран.ен н н ми о™ г ями ж* дава Г1 и склонах Тавра. Раковины попада­ли в эти места с берегов Среди­земного моря, а горный хрусталь, сердолик, яшма, халцедон и дру­гие минералы, из которых изго-товлялись бусы и чье точное пронахождение не всегда можно установить, наверное, поступали очень издалека. Можно предположить, что торговый обмен немало способствовал процве­ танию Чатал-Хююка, где существовала специализа­ ция производства: одни люди занимались обработ­кой обсидиана, другие - работой с металлами или ткачеством, обработкой дерева и т.д. Многие из здешних изделий отличает необычайно высокий уровень мастерства.

Вполне очевидно, что религиозные практики были тесно вплетены в повседневную жизнь людей. Святилища располагались рядом с жилищами, в строениях, схожих с жилыми домами. Из трехсот раскопанных комнат в восьмидесяти восьми были расписаны стены. Каждая фреска была длиной от 12 до 18 м (рисунки-реконструкции многих из них опубликованы Джеймсом Меллартом в первом томе его книги «Анатолийская Богиня» [1989]). Изобра­жения на восточных и северных стенах вдоль кото- рых располагались платформы отличались порази­ тельной изобретательностью и разнообразием ри­ сунка подчеркивавшегося глиняными рельефами и букраниями (бычьими головами или черепами)

Для стенописи использовались желтая и корич­ невая охра (из окиси железа), ярко-синие и зеленые цвета (из медной руды), темно-красный и ярко-крас­ный (изокиси ртути и гематита), розовато-лиловый и фиолетовый (из марганца) и свинцово-серый (из га­ ленита). Для придания блеска в краски добавляли слюдяную крошку. Мелларт отмечает, что эти стен­ ные росписи имели обрядовое назначение и после того как они исполняли свою функцию их покры­ вали слоем белой обмазки. Когда же снова возникала НСО б ХОДИМОСТЬ НЭ ЭТУ ч ИСТУЮ п ОВСОХНОСТЬ нано- СИТЗСь н ОВЭ.Я DOCFI ись

Основной мотив этих стенописей и рельефов - рожающая женщина в позе лягушки — связан с Бо­ гиней плодородия. Она ассоциируется с животным миром: рядом с ней можно видеть как грифа — во­ площение смерти, так и бычью голову, символ обнов­ ления жизненного цикла. Картину равномерно об­ рамляет множество сопроводительных символов, по большей части — схематизированные изображения рогов треугольников ромбов или двойных треуголь­ников, «песочных часов» или бабочек. Эти символы удваиваются утраиваются умножаются накладыва­ ются друг на друга ВЫ воГШчиВсИОТСЯ наизнанку, стают в виде позитива или негатива. Разнообразие их сочетаний практически не имеет гтпеделэ Кроме ТО FO встречаются полуреалистические изображения охо- ты на оленей женщин, несущих рыболовные сети, гор, растений и водоемов с рыбой. (Мы вернемся к святилищам Чатал-Хююка в главе VII ; образцы сте­нописи см. на цветных вклейках 38 и 39, святилищ с грифами - на рис. 7-26, бычьих голов и рогов - на рис. 7-51 и 7-52.)

Покойников обычно закапывали под платформа­ ми, но перед этим они подвергались экскарнации (то есть скелет освобождали от мягких тканей и внут­ ренних органов, для чего тела выставляли на пожи­ ву птицам, возможно — на открытых башнях). Под полом святилищ и под украшенными росписью сте­ нами находят захоронения женских скелетов, окра­ шенных охрой. В самом большом из святилищ (Е VII , 4) было обнаружено богатое захоронение жен­ щины вокруг головы которой лежали три нижних клыкастых челюсти дикого кабана. На самой круп­ ной фреске этого святилища изображен город (воз­ можно сам Чатал-Хююк) позади которого виден извергающий лаву вулкан. Размеры святилища и находившейся в нем стенописи а также необычный погребальный инвентарь заставляют жить чтоэто-захоронениеженщины ззнимавшей высокое положение в ооществе, возможно, главной и девушки занимали важное положение ооществечем речь пойдет главе IЛ. Ни одна из мужских мо­ гил не обладала столь значительным символическим инвентарем.

Антропологическое исследование около 300 об­ наруженных в Чатал-Хююке костяков еще не закон­ чено. По предварительным отчетам, его население делилось на длинноголовых евроафриканцев (54,2%), длинноголовых протосредиземноморцев (16,9%) и круглоголовых (брахицефальных) альпий- цев (22,9%). У наиболее многочисленной группы прослеживается сходство с верхнепалеолитическим типом из Комб-Капелль (Южная Франция), который характеризуется как средиземноморский вариант кроманьонца Вслед за Меллартом следует подчерк­ нуть что основная часть населения по-прежнему мало отличалась по типу от своих верхнепалео-литических предков

Хаджилар и после

Хаджилар — город меньших размеров, примерно из 50 домов, расположен в 220 км к западу от Чатал-Хюю­ ка; его раскопки также проводил Мелларт 16 . Его воз­ никновение более или менее совпадает с закатом Чатал-Хюкжа, а существование охватывает всю первую половину VI тыс. до н.э. В этот же период происходил подъем неолитической культуры Юго-Восточной Ев­ ропы — групп сескло, старчево и караново, обладав­ ших собственным стилем в керамике и скульптуре.

Мало что известно об анатолийском неолите после Хаджилара, тогда как культура Юго-Восточной Евро­пы процветает и достигает высшей точки развития ме­ жду 5500 и 4500 гг. до н.э. Развитие этих культур пошло разными путями, и местные культурные сообщества сформировались в разных экологических и географиче­ ских зонах. Ихдетальному описанию будет посвящена следующая глава: мы начнем с Эгейского бассейна и Балкан, а закончим Центральной Европой.

Судя по святилищам с их стенописью и статуар­ ными изображениями, анатолийский неолит был цивилизацией Великой Богини: это подразумевает, что люди в основном поклонялись ей, веря, что она наделена таинственной производительной силой, и первостепенную роль играли святилища — общест­ венные центры, катализаторы творческой активно­ сти и религиозного самовыражения, а кроме того, что общество обладало сбалансированной матрили- нейной структурой. Начиная примерно с 6500 г. до н.э. сходные культурные признаки появляются спер­ ва на юго-востоке, а позднее - по всей Европе, и со­ храняются вплоть до распада этой цивилизации в 4500-2500 гг. до н.э. Однако на некоторых среди­ земноморских островах, таких как Крит и Тира, ее существование продлилось вплоть до середины II тыс. до н.э.

Даже если допустить, что в VII тыс. до н.э. Юго- Восточная Европа находилась под анатолийским влиянием, это была не своеобразная «пересадка» де­ рева, которая имеет свой срок, но плавное течение реки. Кроме того, нельзя ставить знак равенства меж­ ду этой матриальной цивилизацией, с ее ярко выра­ женной любовью к искусству, и протоиндоевропей­ ской - колыбелью индоевропейских языков - которая, согласно компаративистским работам по индоевро­ пейской лингвистике и мифологии, была патриар­ хальной, патрилинейной, воинственной, подвижной ( конной) и имела преимлтцественно мужской панте­ОН.

СодержаниеДальше

наверх страницынаверх страницы на верх страницы









Заказать работу



© Библиотека учебной и научной литературы, 2012-2016 Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования